Да они же одинаковые!

      У Джека Рождества как такового не было. Прошлое настоящее Рождество было первым в его жизни и впечатляющим, но его потом пытались убить. Ну, разве его мало кто пытался убить и до этого? Можно смело ставить Рождеству «В». Праздник уже довольно близко и пока непонятно, будут ли они отмечать его или все будет как обычно. Сейчас, когда все устаканилось и никто, по крайней мере из известных им личностей, не пытается их убить или использовать, хотелось бы устроить себе небольшие рождественские каникулы. Слишком уставшим Сэму и Дину это не помешало бы.       Ёлку затаскивают рано утром причём шумят так, что даже мёртвого разбудят. Но кое-как Винчестеры спускают её с лестницы. Бельфегор в одном одеяле и стоящий рядом с ним Джек, оба заспанные, взъерошенные и перепуганные ещё несколько минут стоят, не совсем понимая что происходит. К ним могли вломиться в бункер, могли... Да всё что угодно могли сделать. Нельзя просто предупредить? Сэм пятится назад и задевает ногой составленные друг на друга коробки. Кас, затащивший их в бункер, жмурится. Слышится звон и треск.       — Что было в коробках?       Именно, что было. Такого падения ёлочные игрушки точно не пережили. А мужчина в магазине говорил нести их аккуратно — они плохо упакованы. Вот правда. Цветные пластиковые и стеклянные осколочки заметались по полу, отражая свет от лампы и превращаясь в опасное конфетти. Для таких ситуаций был куплен пылесос.       — Зато у нас есть ещё гирлянда.       На завтрак разогревают вчерашнее овощное рагу Сэма. Каса и Джека на кухню не пускают, а ни одного из братьев Винчестеров не утром не было. Потом с помощью Джека виновник трагедии с елочными игрушками нормально пропылесосит. Ближайшая розетка не так уж и близко и сделать это в одиночку не так уж и легко, нужно постоянно таскать за собой удлинитель.       — Эйлин хотела приехать. Если вы не против, конечно, — Сэм кажется смущён. То, с какой теплотой он отзывается о своей подруге может смутить не только его. Для Дина это тоже как праздник — заставить покраснеть своего двухметрового младшего брата.       — Мы всё её ждём. Джоди с девочками тоже обещали приехать, — Дин запивает овощи крепким растворимым кофе. И почему нельзя наготовить яичницы с беконом на неделю вперёд? Если признаться, рагу из овощей не такое ужасное из всего, что когда-то готовил его брат.       — С приездом шерифа ты не ходишь в трусах по дому, — прочитав немой вопрос, Дину тут же приходится ответить с набитым ртом. — Это неприлично, Бельфегор, в конце концов. Это девушки.       — Не много потеряю, — несколько пар глаз всё равно пялятся на него, как бы проверяя запомнит он или нет. Не хочется каких-либо неудобств во время «зимовки» в бункере.       Зимовка должна была длиться неделю или около того. Кино, еда, сон до полудня. Всё вокруг завалило снегом, поэтому нужно будет помочь им добраться до бункера.       — А что делать, если мне не нравится фасоль? — категорично заявляет Джек, весьма уныло копаясь ложкой в тарелке и вообще меняя тему разговора.       Сэм просто молча забирает тарелку. Что-что, а его не заставишь есть, если он не хочет. Что поделать. Вот такие они — дети. Раньше он просто заставлял еду исчезать, пока не подловили на этом. Гораздо проще покупать булочки без изюма, чем девать его черти куда. Потому что потом изюм мог обнаружиться в самых неожиданных местах.       После завтрака в бункере становится тихо, все растекаются кто куда и почти не пересекаются. Это очень типично для бункера. Здесь всегда тихо, но тишина особенная. За поворотом коридора или даже за стеной кто нибудь есть. Бункер живёт, хоть этого и не видно.       — Что делаешь? — Бельфегор появляется в комнате неожиданно ещё и громко хлопает дверью. От хлопка со стола разлетаются зелёные блёстки, обрезки ленты и кажется фольга. Джек только хмурится и пугается. — Смешной.       — Меня пугают резкие перемены в твоём настроении. Завяжи бантик, — Клайн суёт ему в руки свёрток завернутый в яркую подарочную бумагу, придерживая пальцами концы ленты.       — Надоело сидеть на одном месте.       — А потом надоест бегать. Это узел.       — Несколько.       — Но это не бант, — Джек глядит на несколько завязанных на свертке узлов, которые теперь нужно развязать.       — Узел всё равно тот же бант, — Бельфегор просто стоит рядом смотрит, как его близнец чуть ли не зубами портит все его старания.       — А вот и нет.       — Тебе пять и ты не можешь завять какой-то красивый узел?       — Тебе пять и ты не можешь, — смешно передразнивает Джек с одним концом ленты во рту. — Ты тоже не можешь, а тебе сколько?       Не может же он просто взять и отнести Дину его подарок с просьбой завязать бантик. Это было бы глупо, но ещё глупее сейчас будет поиск гайдов в интернете. Ничего другого у него нет.       Когда все подарки наконец-то упакованы, не сказать что аккуратно, можно немного расслабиться. Расслабиться под хруст под ухом выходит не очень хорошо — Бельфегор нашёл печенье в шкафчике. Потом будет сам пылесосить, потому что есть в кровати это край. Джек всё-таки засыпает по какой-то детектив включённый на ноутбуке. Долго слышатся реплики героев и дыхание Бельфегора, пока всё не скатывается в монотонный бубнёж. Просыпается всё также под этот самый фильм. Выспаться не вышло и тело ломит так, будто он спал на бетоне, а крошки колются под боком.       — Сколько я спал?       — Не знаю, часов девять. Возможно.       — Ты так и не вставал?       — Я смотрю сериал и ты спишь у меня под боком. Зачем мне вставать?       — Ладно, весомо, — Джек кивает сам себе. Какие у Бельфегора вообще могли быть дела кроме просмотра сериала? Разве, что выйдет за ещё одной пачкой печенья. А вот сходить в туалет и после найти на кухне воду не помешает. В горле безумно пересохло. Могут ли нефилимы умереть от жажды? Проверять всё равно как-то не хочется. Мышцы тянет при первой попытке встать с постели и это тихий ужас. Нельзя делать так снова.       До кухни Клайн всё же добирается. До очень шумной кухни стоит отметить. Стоящий в проходе в мятых пижамных штанах и с большими мешками под глазами он не был готов к полной кухне гостей.       — О, боже, какой ты милый, это что шерстяные носки? — щебечет одна из девушек и до Джека, сильно расфокусированного, не доходит, кто именно.       — Ага, — Клайн кивает и облизывает пересохшие губы. — они самые. Для меня их купил Сэм.       — Как я давно тебя не видела! — объятия от Джоди оказываются неожиданными, но тёплыми и мягкими, даже привычными, если исключить запах шоколада. — Ты поправился. Это хорошо. Значит, ты хорошо кушаешь.       Джек кивает девочкам, потом здоровается с Эйлин. Она широко улыбается и что-то показывает Сэму, слишком быстро, чтобы что-то разобрать.       — Я тоже очень рада тебя видеть.       — А вот и я, — на кухню вваливается Дин с пакетами полными продуктов, надо же что-то приготовить к Рождеству. Мужчин в комнате становится вдвое больше, когда следом заходит Кас. У него руках несколько боксов и бумажные пакеты с едой на вынос. — Глядите, кто проснулся.       —Если тебя это утешит, то я не выспался, — Джек наливает себе воду, вместо протянутой бутылки пива.       — Но она же... — начинает Алекс, с недоверием поглядывая на стакан.       — Он ребёнок Винчестеров. Вода из под крана это не то, что сделает ему плохо, — Джоди только хмыкает и отпивает пиво.       Все хихикают, даже сами Винчестеры, стараясь не углубляться в историю их постоянных смертей и чудесных возвращения. Не тема для шутки.       — Добрый вечер, дамы, — Бельфегор появляется на кухне в ещё одной пижаме Джека и с пустой кружкой.       — Ты решил наконец-то встать?       — Ну, ты же ушёл.       — Почему их двое? — Алекс наклоняется к Клэр, чтобы это не звучало грубо. В ответ она получает только «всё сложно». Постоянно с ними сложно, с этими Винчестерами.       Они ещё долго не уходят в комнату, а сидят на кухне, обсуждая последние новости. Клэр оказывается закончила колледж и даже работала какое-то время в автомастерской под Чикаго, пока охотилась на оборотня. Алекс всё также работает в больнице, а Кайя не могла приехать, потому что сейчас где-то в Альпах справляет Рождество и это замечательно.       Спать расходятся после нескольких бутылочек пива, но Джек уже поспал и, даже если не выспался, то уснуть всё равно не может. Бельфегор просто привык сидеть допоздна. Они досматривают сериал, в котором Клайн не видит так уж много смысла потому что проспал где-то серий десять. От скуки можно уже действительно плевать в потолок, всё серьёзно, никаких шуток.       — Чем тебе не нравится сидеть в комнате? У тебя безграничный доступ к медиапространству.       — Если тебя это утешит, мой разум может находиться в нескольких местах одновременно. — Бельфегор хмурится. Об этом он точно не знал. — Но пока я не хочу смотреть, что делают другие люди, хочу делать что-нибудь сам.       — Пошли погуляем. Доволен?       — Да, — Джек активно кивает и почти сразу вскакивает с кровати к шкафу — иди надевай куртку!       Бельфегор так и не одевается, потому что ему не будет холодно. А вот его близнец закутывается как капуста: куртка, шарф, тёплые носки и даже шапка. В итоге вместо того, чтобы открыть дверь, перебудить весь бункер и выйти, нефилим только показушно щёлкает пальцами. Они оказываются прямо за дверью и это достижение.       — Давно так не делал.       Ветра нет, снег падает тихо и бесшумно. Вокруг ровные нетронутые белые сугробы — никто кроме них здесь не ходит. Луна прячется за облаками и делает видимость совсем слабой. Они отходят подальше от бункера. Спустя минут десять щёки и нос начинает немного колоть от холода. Это забавно. Джек снимает шапку крупной вязки с помпоном сверху и натягивает её на Бельфегора, из-за чего тому чёлка лезет в глаза. Зато теперь ему не будет холодно. Он ворчит, убирает волосы, но всё таки перестает препираться. Правда теперь уши мёрзнут у Клайна.       Они идут молча, держась за руки, пальцы тоже мёрзнут. Джек доволен падающим снегом, его скрипом под ботинками, Бельфегором рядом. Он давно понял, что надо ценить моменты. Плохие, хорошие, обрывки воспоминаний, всё это складывает в себе Джек.       Сначала один из них в качестве шутки получает порцию снега за шиворот, потом другой. Шутки переходят границы и вот они уже валяются в сугробе, забирая друг у друга первенство и смеясь. Изо рта идёт пар, а в груди жжёт от частного дыхания и холодного воздуха. Джек нависает сверху на вытянутых руках, концы его шарфа болтаются возле лица Бельфегора и он не очень долго думает перед тем, как притянуть нефилима ближе для поцелуя. Губы у него холодные и сухие, но это всё равно одна из лучших вещей за сегодняшний день. Поцелуй длится совсем чуть-чуть, потому что потом Джек убегает с криком «попробуй поймай» который далеко разносится в ночи. Бельфегор может делать все эти штуки с мгновенным перемещением, вот только так не интересно, если он даже не попытается поймать убегающего мальчишку. Поднимается отряхивая с себя снег, а Джек уже далеко убежал, запыхаясь. Бегать в зимней — одежде занятие совсем не простое. Теперь вместо сугробов появляется протоптанная тропинка к озеру — дети часто ходят сюда кататься на коньках и эта зима не исключение. Следы никуда не сворачивали, поэтому надо идти дальше по протоптанной тропинке. Джек и правда там. Катается по льду на ботинках, здесь даже плюс, что подошва скользкая.       — Хей, ты чего завис? — Бельфегор доходит до него, снова тянет за шарф.       Снег раздуло ветром и теперь видно чистый почти прозрачный лёд.       — Скользко, — на его лице широкая детская улыбка.       — Ну да, лёд всегда скользкий, — Клайн задумчиво водит ногой описывая дугу. Туда-обратно. — Погоди, ты что в первый раз на лёд вышел?       — Ага.       — Ты шутишь?       — Совсем нет.       Бельфегор берёт его за руку. Это тепло, несмотря на то, что у них обоих пальцы холодные.       — Что ты делаешь? — демон решает, что покататься надо, даже если у них нет коньков. — Я упаду.       — Не упадешь, я что просто так тебя держу? Для красоты?       Джек и правда не падает. Шатается, поскальзывается, пару раз слишком сильно переносит центр тяжести, но не падает. Луна выходит из-за облаков и теперь гораздо лучше видно насколько красные и замерзшие у него щёки.       — Погоди у тебя на ресницах снег, — он аккуратно убирает снежинки с прикрытых глаз. — и в волосах тоже.       — Потому что сам знаешь кто, не буду показывать пальцем, — Джек поднял брови. — перевернул меня в сугроб.       — Пошли домой, если ты замёрз.       От неожиданности Бельфегор чуть ли не падает. Они снова в комнате. В тепле постепенно начинает жечь замёрзшую кожу. Куртки скидывают прямо на пол, за ними кофты, футболки и штаны с мокрыми носками. Все это объёмной бесформенной кучей валится возле кровати. Джека, так и не надевшего пижаму затаскивают под одеяло. Бельфегор не менее замерзший и шмыгающий носом прижимает его к себе. Снега за шиворот много засыпалось. Кожа на лице и шее не только ледяная, но и покрасневшая.       — Тебе же понравилось? — произносит Бельфегор тихо, едва ли не стуча зубами. Наконец до его тела дошло, что морозиться на улице не самая лучшая идея.       — Конечно понравилось. Мне нравится проводить с тобой время.       Взгляд падает на губы, потом снова возвращается к глазам. Джек придвигается ближе, хотя здесь в их попытках согреться, ближе уже некуда, и медленно, осторожно целует. Это получается нежно, вместо «спасибо» и без попыток перерасти по что-то большее. Их обоих немного потряхивает, когда они все же начинают согреваться. Бельфегор переплетает их пальцы под толстым ватным одеялом, покрывая лицо мелкими беспорядочными поцелуями.       — Спи, ребёнок. У нас ещё будет целый день.

***

      — Я говорю, что я не праздную Рождество Христово, — раздражённо повторяет Кас уже раз в пятый, пока Клэр ищет уцелевшие игрушки в пострадавшей от Сэма коробке.       — Ты буквально вешаешь гирлянду на сосну в неприятном, но очень символичном рождественском свитере с оленями.       — Мне нравится атмосфера праздника и то, как люди сближаются, но Иисус напоминает мне о том, что это ещё один сын божий, с которым Отец расправился, потому что тот был неугоден, — выпалил Кас напряжённо. Он явно не в первый раз пытался донести свою позицию.— Ещё вопросы?       — Ещё один. Почему у вас сосна вместо ёлки? — Алекс заходит в комнату с двумя салатницами в руках.       — Дин с Сэмом очень долго выбирали ёлку, не могли найти нормальную, в итоге ему понравилась эта, а мы не стали говорить ему, что это никакая не ель. Жизнь в неведении проста.       — Печенье готово! — доносится голос Дина из коридора и все бегут за печеньем.       Дин и Кас просто отвратительны в своей домашней уютно-милой атмосфере при поедании печенья.       Весь день они носятся туда-сюда с приготовлением рождественских украшений и попытками по-праздничному украсить бункер. К вечеру всё готово и Дину никто так и не говорит, что это сосна, а не ёлка. Джек отдаёт упакованные свёртки всем и все трое отцов косятся на кривые банты. Он ещё какое-то время переживает, но потом получает порцию объятий и понимает, что всё в порядке. Не важно какой бант он завязал. Девушкам, так неожиданно приехавшим достаются тёплые носки из кроличьей шерсти. Ничего лучше он не придумал на самом деле. Ужин проходит спокойно и по семейному. Даже шутки Бельфегора здесь приходятся к месту, а толчки локтём от Клэр по поводу переглядок Джека и Бельфегора не воспринимаются так нелепо.       — С Рождеством вас, ребята, — говорит Джоди.