Принимая

- Сегодня. - Уверен? - Нет. ЭмДжей обреченно вздохнула и открыла блокнот, чтобы впервые в жизни зарисовать саму себя с выражением абсолютной безысходности. Питер снова почувствовал укол вины — его вечная неуверенность усложняла подруге жизнь, но поделать с собой ничего не мог. Ему банально не хватало решимости. - Тогда какого хрена ты туда прешься? Оставайся дома, зубри уроки, чтобы твой любимый «Старк-о-боже-почему-он-такой-великолепный-спасите» в тебе не разочаровался, - съязвила девушка писклявым голосом, карикатурно пародируя его манеры. - Я так никогда не говорю. И голос у меня нормальный. - Но ты не отрицаешь, что его мнение — единственное препятствие перед сегодняшним вечером. - Конечно! Он мой наставник. И вообще — Тони Старк! Вдруг я ему понадоблюсь на миссии или в мастерской? Что он обо мне подумает? - «Я так никогда не говорю», — выдохнула Мишель, цитируя его же секунду назад. — Ты его главная фанатка, Паркер. Тебе ли не знать, какой образ жизни вел твой «просто наставник»? Максимум, что он сделает — посмеется над тем, что в свои двадцать один ты ни разу не был в баре. Она отложила карандаш и подошла к стопке новых вещей на его столе. - Да что там говорить. Ты заставил меня таскаться по магазинам, чтобы выбрать шмотки для вечеринки. Бери ответственность за потраченные часы моей жизни, сестренка. - Ненавижу, когда ты меня так называешь. - А я думаю, что тебе подходит. Питер обиженно зыркнул на подругу, но та лишь невинно пожала плечами. Он перевел взгляд на неподъемную гору учебников, замер перед зеркалом в растянутой домашней футболке и тяжело вздохнул. - Твоя правда. Надо идти сегодня. Иначе я никогда не решусь, — он забрал у неё вещи. - Отлично. В восемь жду у входа. Не придешь — отправлю твоему Старку-старику сообщение с твоего аккаунта. С признанием в самых чистых чувствах и грязных мыслях, — ухмыльнулась Мишель, подхватывая сумку. — Даже не спрашивай, как я взломаю твой пароль. Ты знаешь, я не бросаю угроз на ветер. - Он не старик! — крикнул Питер уже в закрывающуюся дверь, мысленно устанавливая напоминание: срочно сменить пароли на всех устройствах.

***

На самом деле, никакие вечеринки в планы Питера не входили. Студент Нью-Йоркского Института Технологий, заканчивающий обучение экстерном, просто не имел права на личную жизнь. О каких развлечениях речь, когда ты в шаге от официальной стажировки у Тони Старка? Вот и Паркер думал, что никаких. Но когда ЭмДжей пригласила его в закрытый клуб, где её друзья праздновали помолвку, он задумался. Подруга упрямо твердила, что Паркеру пора выйти из своей раковины, ведь кроме учебы и деятельности Человека-паука он не замечал ничего вокруг. А в следующем месяце — экзамены, выпуск и полноценная работа в Старк Индастриз, где он окончательно растворится в делах своего работодателя. Добровольно и безвозмездно. "Я многих там знаю, познакомлю тебя с каким-то хорошим парнем. Это же ненормально, Питер, уже столько времени пускать слюни на недоступного тебе мужчину, в твоем-то возрасте. Прожжешь молодость, потом будешь жалеть." , - пыталась отрезвить его Мишель. Раньше он бы пропустил эти слова мимо ушей. Но неделю назад в мастерской, когда они проектировали угнетатель гравитации для Марка, Питеру не повезло. Зайдя на пентхаус, он застал на кухне незнакомую модельную красотку — в рубашке Старка на голое тело. «Милая пустышка», — лениво прокомментировал миллиардер, когда девушка ушла, но в тот день он предпочел эту «пустышку» работе с Питером. Паркер никогда осознанно не претендовал на место в сердце или постели наставника. Хотя от этого официального слова «наставник», четко обозначавшего границы, его давно подташнивало. И всё же он верил, что любой женщине мира Тони предпочтет науку и их совместные проекты. Оказалось, ошибался. К слову, та модель была почти ровесницей Питера. Похоже, он просто выбрал не ту профессию. В тот момент в нем что-то надломилось. Стало по-настоящему стыдно за свои глупые юношеские фантазии. Именно поэтому он согласился пойти с ЭмДжей. Назло себе и собственному глупому сердцу. И сейчас он стоит у входа в тот самый небольшой бар, ожидая подругу, которая, судя по ее сообщению, должна явиться с минуты на минуту. На нем темно-синие облегающие джинсы, выгодно подчеркивающие рельефные бедра и подтянутые упругие ягодицы; светлая монохромная рубашка, расстегнутая на две верхних пуговицы, как и приказала Мишель; и, купленные по акции, зато тоже новенькие, конверсы. Без привычного оверсайза и клетчатых рубах Питер чувствовал себя голым. Он несколько раз боролся с желанием сбежать или переодеться во что-либо более свободное. Он уже достал телефон, собираясь соврать подруге про внезапный приступ аппендицита, но ЭмДжей со свистом выросла рядом и решительно затащила его внутрь. Бар внутри был небольшим и неожиданно уютным, вмещающим в себе от силы пятьдесят человек. Освещение слабое, но за счет подсветки все было четко видно. Как рассказывала ЭмДжей, всё помещение на сегодняшний вечер арендовали под вечеринку, поэтому людей было не так много. - И тебе привет, - пытаясь быть громче музыки, не особо шумной для обычных людей, но довольно давящей для его паучьего слуха, здоровается Паркер. - Уже виделись сегодня, - она огляделась в поисках знакомых лиц и, увидев друзей, тянет Питера с собой к их столику. - Рада, что ты снял свою пижаму. Парень тихонько рассмеялся и остановился за подругой, когда та начала приветствовать виновников торжества. Питер послушно следовал за ней. Вдруг в правом кармане джинсов завибрировал старый, покрытый паутиной трещин телефон — тот самый «кирпич», который Старк раз сто предлагал выбросить. На экране загорелось имя его личного наваждения. Миллиардер соизволил вспомнить о нем спустя неделю молчания. Очень вовремя. Заметив замешательство друга, ЭмДжей ловко выхватила мобильный и набрала быстрый ответ: «Я занят, перезвоните позже». - Ты с ума сошла?! - Либо ты отключаешь этот доисторический кусок пластика, либо я его конфискую, — отрезала она. — Ты пришел отдыхать, а не прыгать на задних лапках перед старпером. - Сколько раз говорить, он не старпер, - грустно говорит Питер, но все же забирает телефон из рук девушки и переводит его в беззвучный режим. - Майк, Джордж, знакомьтесь, это мой друг - Питер. Я вам о нем рассказывала, - девушка отошла в сторону, чтоб не загораживать собой Паркера. - Здравствуйте, - Питер, от смущения перед незнакомыми людьми поджимает губы и наконец поднимает взгляд на двух мужчин немного старше него самого. Майк - высокий латиноамериканец и Джордж - пониже, европеоидной миловидной внешности, стояли, держась за руки, отчего у юноши невольно закралось чувство трепетной нежности и подсознательной зависти к их любви, которое он сразу присек на корню. Запоздало поняв, что это и есть те друзья, которые празднуют будущую свадьбу, он встрепенулся и искренне поздравил тех с наступающим событием. - Он такой милый! Не могу поверить, что это и есть тот неуверенный в себе девственник, на которого ты жаловалась, - Джордж удивленно смотрит на девушку, будто ожидая, что та скажет, что просто шутила. - Я даже знать не хочу, что еще она вам наплела… - Питер спрятал вспыхнувшее лицо в ладонях. - Ха-ха, ладно, теперь верю! Рады видеть тебя, солнце. Сегодня всё за наш счет, так что можешь заказывать что душе угодно. От нежного и немного детского "солнце" у Питера потеплело в груди и он, опустив напряженные плечи, с благодарностью улыбнулся Джорджу. - Мишель, а он вообще совершеннолетний? - украдкой поглядывая на нового знакомого, перепуганно спрашивает Майк настолько тихо, чтоб его слышала только девушка. - Выглядит слишком юным. - Внешность обманчива, бро. Мы одноклассники, ему двадцать один, расслабься, — ухмыльнулась она. Пара подвела их к свободному столику, по дороге заказывая еще два алкогольных Мохито для гостей. - И где учится такой милашка? - спросил Джордж, подперев подбородок рукой. - Он у нас юный гений. В этом году получает магистратуру в Нью-Йоркском Институте Технологий, - непринужденно говорит Эм Джей, забирая из рук официанта свой напиток. - В двадцать один год? Магистратура? — Майк уважительно присвистнул. - Да бросьте, я не гений. Просто люблю науку, - пробубнил Паркер, скрывая свое смущение за питьем Мохито, концентрация алкоголя в котором оказалась слегка выше, чем он ожидал. - Ага. И именно потому, что он просто любит науки, его к себе в личные стажеры забирает сам Тони Старк. Что? - девушка удивленно-невинно выгнула бровь, увидев предостерегающий взгляд юноши. - Будь я на месте Старка, тоже прибрал бы к рукам такого умного мальчика, - в шутку подмигнул тому Джордж. - Ты смотри, чтоб этот Старк к тебе не приставал. Ты слишком милый для него, - искренне улыбнулся тот. "Я бы все отдал, чтобы он хотя бы посмотрел в мою сторону.", - горько подумал Питер. Настроение снова начало стремительно падать. - Поверьте, это исключено, - улыбнулся он, стараясь, чтобы голос не дрожал. - Мистер Старк жестко разделяет работу и личную жизнь. Он никогда не переступит эту черту. Чтобы заглушить подступающую тоску, Паркер сделал внушительный глоток. - Но это все не так интересно! Расскажите лучше, как вы познакомились? Кто сделал предложение? - О, ну раз ты спросил! — оживился Джордж, мечтательно глядя на жениха. — Мы встретились прямо здесь. Майк работал официантом, и, боже, эта форма сидела на нем слишком сексуально. Я тогда только расстался с бывшим, пришел заливать горе. Ну и залил так, что проснулся в квартире Майка, в его футболке. - Ты просто отрубился и залил свою одежду коктейлями по дороге, — хмыкнул Майк. — Пришлось спасать твои вещи. - Не порти романтику! — наигранно надулся Джордж. — В общем, потом я ходил сюда каждый день, а этот негодник меня прогонял. - Ты был ужасно настырным. - Но ведь это тебя и зацепило? - Твоя правда, — Майк мягко улыбнулся, и Питеру показалось, что воздух вокруг них стал осязаемо теплым. Мишель молча потягивала мохито. Она прекрасно знала эту историю, но сейчас внимательно следила за Питером. Да, со стороны её методы казались жестокими, но смотреть, как лучший друг пять лет заживо сжигает себя ради слепого эгоистичного миллиардера, у неё больше не было сил. Она искренне злилась на Старка, который умудрялся не замечать очевидного, разбивая сердце парню, готовому отдать за него жизнь. Не за деньги и статус, а просто потому, что Тони — это Тони. Самовлюбленный идиот. - Короче, первый шаг был за мной, — подытожил Джордж, возвращаясь к Питеру. — Но предложение сделал Майк. Мы тогда сильно поссорились, я собрал вещи и съехал. А он пришел через три дня, бледный, замученный, и с порога заявил, что без меня его жизнь не имеет смысла. И коробку с кольцом протянул. Это было так глупо и так прекрасно… — Джордж смахнул набежавшую слезу, а Майк крепче сжал его пальцы. — Ой, простите, расчувствовался. Радуйтесь, что не видели, как я ревел, когда он встал на колено. - Джордж! Майк! — позвали от барной стойки. — Вы где пропали? Идите сюда, тут ребята пришли! - Ни минуты покоя, — вздохнул Джордж, поднимаясь. Он коротко, по-отцовски обнял Питера. — Рад знакомству, Пит. Возьми у Мишель наши контакты. И развлекайся! Тут полно классных парней, уверен, они от тебя не отведут глаз. Питер густо покраснел, уставившись в пустой стакан. - Они ужасно сентиментальные, - сказала ЭмДжей, тоже поднимаясь. - Собственно, как и ты. Номер скину позже. Иди, что ли, тоже напейся. Вдруг тоже встретишь судьбу пьяным в хлам. А я к ребятам, не могу смотреть на твою кислую мину. -Ха-ха, ты невероятно добра. Питер вымученно улыбнулся и действительно побрел к стойке. Разумеется, искать кого-то он не собирался. Но рассказ Джорджа всколыхнул всё то, что он так тщательно хоронил внутри. Ему до безумия, до дрожи хотелось того же: тепла, безопасности, доверия. Чтобы можно было просто держать человека за руку. Он заказал у бармена что-то средней крепости и уставился на неоновую подсветку. В мыслях, как назло, крутился Старк. Если бы Тони услышал его рассуждения, наверняка покрутил бы пальцем у виска и снисходительно бросил свое коронное: «Ребенок». Но Питер давно не ребенок. Он имеет право пить этот чертов алкоголь. Он вспоминал, как раньше Тони взъерошивал его кудри, как они вместе смеялись над глупыми шутками в мастерской. Раньше. За последние два года Старк отдалился так резко, словно возвел между ними Великую Китайскую стену. Он даже перестал отчитывать Питера за синяки после патрулей. Просто игнорировал. В горле встал комок. Питер судорожно вытащил телефон, чтобы проверить время. 21:13. И девять пропущенных звонков от Старка. Сердце пропустило удар, а затем пустилось вскачь. Забыв обо всем, Питер сорвался с места и выбежал в глухой коридор у служебного входа, где музыка почти не была слышна. В голове пронеслись худшие сценарии — от панической атаки у Тони до нового пришествия инопланетян. Дрожащими пальцами он набрал номер. Один гудок. Второй. - Неужели вы соизволили явить себя миру, мистер Паркер? - из динамика плеснуло таким ледяным сарказмом, что Питер похолодел. - Мистер Старк! Простите, ради бога, я был занят и… Ничего не случилось? Всё в порядке? - быстро протараторил парень. - Ну что ты, карапуз. Что же может быть важнее чем пойти выпить в баре с веселой компанией, - Тони не умел держать язык за зубами, когда был уязвлен, и сейчас буквально захлебывался ядом. - Извини, что отвлек. Хотел предложить поработать над костюмом, но вижу, у тебя дела поважнее. - Не говорите так, мистер Старк, - Питеру было физически больно от комментариев мужчины и он уже сто раз пожалел, что не взял телефон с первого раза. Хотя не факт, что ответив тогда, он не предпочел бы время со Старком обществу новых знакомых, какими прекрасными они бы не были. - Вы же знаете, что я в любой момент готов прийти к вам. Просто в этот раз произошел, скажем, форс-мажор. - Прекрати блеять, Паркер, - отрезал Тони, окончательно теряя контроль. - Мне уже надоели твоя наигранная непосредственность и преданность. Не пришел так не пришел. Ты не играешь настолько важную роль в моей жизни, чтобы я высчитывал твои шаги. Сними корону. - Я знаю, мистер Старк… знаю, — Питер почувствовал, как к горлу подкатывают слезы, но вместе с ними внутри начала закипать глухая, яростная обида. Суставы побелели от того, с какой силой он сжал несчастный телефон. Из-за одного пропущенного часа на него вылили ушат помоев. — Вы хотели сказать что-то еще? Или я могу идти? - Иди, конечно. Рад за тебя. Я-то думал, ты совсем одичал со своими учебниками. Только ты для себя определись, мальчик мой, что тебе важнее: дешевые вечеринки и страстные ночи или стажировка в СИ. Запомни, бегать за тобой я не собираюсь. Внутри Питера со звоном разбилось последнее стекло. Возможно, виной был алкоголь. Возможно — та осязаемая любовь Джорджа и Майка, которую он только что видел. Предохранители сорвало. Пять лет молчания хлынули наружу ядовитым потоком. - Знаете что, мистер Старк? — зашипел он в трубку, срываясь на крик. — Вы правда считаете, что имеете право так со мной разговаривать?! Что я вам сделал? За что вы меня так ненавидите весь этот год? Я из кожи вон лезу, чтобы не мешать вам! Не лезу со своими проблемами, выполняю любые поручения! Да я по первому вашему слову бегу через весь чертов город, бросая всё! Какие, к черту, ночи?! Какие бары?! Вы же прекрасно знаете, что я всегда, всегда буду крутиться возле вас! - Не разбрасывайся словами, ребенок, — снова это хлесткое, унизительное слово. — Я тебя к себе не привязывал. Не нравится — выход там же, где вход. Только я не понимаю, какого хера ты тогда до сих пор не свалил? Чего ты от меня ждешь? — с издевкой выплюнул Тони. — По твоим словам, я всю твою жизнь себе присвоил. - Не понимаете?! Вы серьезно не понимаете!? - все стопы и предохранители, какими себя ограничивал до этого Паркер, вмиг испарились и парень остался будто оголенный провод. - Да потому что я люблю вас, слепой вы кретин! Потому что вы уже давно стали всей моей жизнью, а не ее частью! Что я могу от вас хотеть? А, мистер Старк? Скажите! Хотя мне кажется, что я уже ничего не хочу... Ноги подогнулись. Питер осел на пол вдоль стены, поджав колени к груди и уперевшись в них лбом. Из трубки доносилась лишь оглушительная, тяжелая тишина. - Что, не ожидали, мистер Старк? — Питер истерически хмыкнул, давясь слезами. — Ну конечно. Я же просто глупый ребенок, который путается под ногами и ловит пули на патрулях. Куда мне до ваших «милых пустышек» на одну ночь… - Питер... — голос Тони вдруг стал странно глухим. - Но все же, скажите, что я такого сделал, что вошел к вам в немилость? Я же старался не навязываться и не показывать своих чувств. Мне хватало просто быть рядом, в одной мастерской. Я ведь ничего не просил в замен, - шепотом, едва различимые слова и тихие всхлипы. - Ты пьян? — после долгой паузы спросил Старк. Питер зажмурился. - О боже, и перед кем я распинаюсь… Он резко отнял телефон от уха и со всей супергеройской силой швырнул его в противоположную стену. Гаджет разлетелся на куски, оставив на штукатурке глубокую трещину. Питер закрыл лицо руками и наконец-то зарыдал в голос — так, как никогда не позволял себе за все годы после укуса. Глаза нещадно пекло, внутри было абсолютно пусто. Питер не знал, сколько просидел в темном коридоре. Кое-как поднявшись, он побрел на выход. Ему было невыносимо стыдно перед ребятами и ЭмДжей за то, что ушел не попрощавшись, но оставаться там он физически не мог. Добравшись до своей крошечной съемной квартиры, он рухнул на кровать прямо в одежде и мгновенно провалился в тяжелый сон без сновидений. "И почему я раньше так не плакал? Стало бы намного легче." Осмысление того, что он расплакался и вывалил все перед Старком, он решил оставить на потом.

***

- Питер, твою мать, Паркер! - разъяренный женский голос вырвал юношу из беспокойного сна. На часах час ночи. Ну что ж, она имеет право злиться. - Привет, ЭмДжей. Прости пожалуйста, - начал он хриплым ото сна и долгих рыданий голосом, поднимаясь на кровати в положение сидя. - Так, что произошло, - она мгновенно заметила его опухшее, бледное лицо и сбавила тон, присаживаясь на край кровати. - Скажи мне, что ты просто перебрал, и у тебя дикое похмелье. - Я просто перебрал, и у меня дикое похмелье, — тупо повторил он. - Хэй, Пит. Я серьезно. Что случилось? Ты испарился, бармен сказал, что ты вылетел из коридора как ошпаренный после какого-то звонка. Это из-за Старка? - вдруг удивляется своей догадке Мишель. - Ну почему ты вечно такая проницательная? Ничего от тебя не скроешь, - вымученно рассмеялся тот. - Похоже, я знатно облажался. Боюсь, стажировки у меня больше нет. - Не понимаю. Объясни нормально. - Ну, скажем так, в порыве чувств я признался Старку, что люблю его, обозвал его кретином и разбил телефон об стену. - Пиздец. - Абсолютный, - Питер неожиданно для себя искренне рассмеялся. Нервное напряжение уходило, оставляя лишь горькую легкость. - Нервы сдали. Стало обидно, что у нас никогда не будет так, как у Джорджа и Майка. Сам виноват, разрушил даже то малое, что у нас было. - А что Старк? Что он сказал? - Ничего. Спросил, пьян ли я. В общем-то, его подозрения имели под собой почву. - Вот же козел. Он реально спросил, не пьян ли ты сразу после признания? - глаза Мишель недобро блеснули. Казалось, она готова прямо сейчас штурмовать Башню Старка с арматурой наперевес. - Слушай, не надо сейчас на него злиться. Я ведь отлично знаю его характер, - он посмотрел на свои сцепленные в замок руки, будто подбирая слова. - Я знаю, какой он вспыльчивый и как не умеет фильтровать речь, когда на взводе. Это я не сдержался. И сам разрушил те отношения, которые и так еле-еле держались. В чем же он тогда виноват? Он не обязан был отвечать взаимностью. Теперь я просто локти кусаю от того, что наговорил лишнего. Даже не представляешь, как сильно я сейчас жалею. Мишель с сочувствием посмотрела на самого близкого друга. Раньше она действительно верила, что может помочь Питеру, но сейчас, слушая как тот оправдывает вовсе не идеального мужчину, она невольно сдавалась. Единственное, чего она искренне не понимала: как можно быть таким слепым идиотом, чтобы отвергнуть Питера? - И что ты думаешь делать? Оставишь всё так? - Честно - не знаю. Телефона нет, симка осталась в баре. Костюм Паука у него в мастерской на техобслуживании. Придется как-то забрать его, я ведь всё еще остаюсь Человеком Пауком. - Пойти с тобой? - Я что, маленький? — фыркнул Питер. — Сам справлюсь.

***

Справляться «сам» Питер не спешил. Прошло полторы недели. На стипендию он купил подержанный б/у телефон и новую сим-карту. Номер Старка он в контакты не вносил, хотя помнил каждую цифру наизусть. Зато из-за отсутствия вылазок в Башню у него появилось столько свободного времени, что он до дыр зазубрил все билеты к экзаменам. "По твоим словам, я всю твою жизнь себе присваиваю" А ведь Старк был прав. Питер только сейчас осознал, что вся его жизнь до этого момента крутилась исключительно вокруг одного человека. Выходя из здания университета в три часа дня, Паркер планировал зайти в кафе. Но на парковке его взгляд зацепился за шикарный спортивный автомобиль, чья стоимость равнялась бюджету небольшого города. Из гаража Тони. Внутри всё сжалось, паучье чутье заколотило в набат. Питер намеренно ускорил шаг, пытаясь скрыться за углом, но тяжелая хватка на плече заставила его замереть. На запястье мужчины глухо поблескивали швейцарские часы, а ладонь была покрыта знакомыми мозолями от инструментов. - Ну наконец-то, мистер Паркер. Я уж думал, мне придется объявлять вас в федеральный розыск, — раздался хриплый, до боли родной голос, по которому Питер, как оказалось, смертельно соскучился. «Соберись, Паркер. Держи лицо». - Мистер Старк, добрый день, - Питер натянул самую вежливую и пустую улыбку из своего арсенала. - Не представляю, что вам могло от меня понадобиться. - Естественно. Живо в машину. - Простите, но у меня планы. Мне пора. - Ага, домашку делать, помню, — хмыкнул Старк, в точности копируя их диалог из дня первой встречи, и безапелляционно подтолкнул его к пассажирскому сиденью. Питер не пытался сбежать, да и не видел уже в этом смысла. Не вечно ведь ему прятаться? Всю дорогу до Башни они молчали. Напряжение в салоне было настолько плотным, что его можно было резать ножом. Питер мысленно прокрутил в голове все стадии своей казни и попрощался с остатками нервных клеток. - Здравствуй, Питер, — мягко произнес голос ИИ, стоило им зайти в лифт пентхауса. Паркер едва сдержал вздох — он безумно скучал по этому месту. Может, если сказать, что он был мертвецки пьян и нес бред, Тони поверит и всё станет как прежде? - Привет, Пятница. Давненько не слышал тебя. - Еще бы, ты не появлялся здесь больше двух недель, — проворчал Старк, выходя из лифта и швыряя ключи на столик. — Ну и? Что это было? Час расплаты настал. - Что именно, мистер Старк? — Питер обернулся, стараясь унять дрожь в руках. Он сделал глубокий вдох, напоминая себе, что терять ему больше абсолютно нечего. Все карты уже раскрыты. - Твое выступление по телефону. Не хочешь объясниться? — Тони подошел к бару и плеснул в бокал виски. - Я вам тогда сказал все и даже больше, мистер Старк. Я не знаю, что вы еще хотите услышать. - Даже так. Хорошо, - он выпил все содержимое и громко поставил стакан на столешницу. - То есть… ты правда влюблен в меня? - этот вопрос дался Старку с видимым трудом. - Нет, я не влюблен в вас, — спокойно и даже как-то снисходительно улыбнулся Питер, глядя миллиардеру прямо в глаза. Тони заметно напрягся. — Влюбленность — это что-то временное. А я искренне, всем сердцем люблю вас. Уже больше пяти лет. Поэтому, пожалуйста, избавьте меня от лекций о том, что я «еще ребенок». Я вырос. И я прошу вас хотя бы уважать мои чувства, даже если они вам неприятны. Тони устало выдохнул, опустился в кресло, рванул узел галстука и снял пиджак. - Тогда у меня встречный вопрос, — тише добавил Питер, делая шаг вперед. — Что произошло за этот год? Почему вы начали меня отталкивать? Неужели вы правда считали мою преданность наигранной? - Питер, я... - Старк закрыл лицо ладонями, а когда отнял их, Питер с удивлением заметил залегшие у глаз глубокие складки усталости и… искреннее, глухое раскаяние. - Конечно я так не думаю. Прости. Я не должен был говорить этого. Просто в тот день всё катилось к чертям. - Хм, извинения — не ваша фишка, мистер Старк, — Питер невольно рассмеялся, чувствуя, как с души падает огромный камень. — Рад, что мне пришлось пережить этот ад, чтобы наконец услышать от вас «прости». Старк завороженно смотрел на него, будто заново привнося в память звук этого чистого смеха. - Пит, послушай, — Тони заставил себя поднять взгляд, хотя давалось ему это с титаническим трудом. — Мне правда жаль за те помои, что я на тебя вылил. Но выслушай меня. А потом делай что хочешь. Договорились? Тони дождался ответного кивка и, не в силах смотреть парню в глаза, снова уставился на свои руки. - В тот день я вернулся с совета директоров абсолютно бешеным. Пошел в мастерскую, чтобы остыть, но там всё валилось из рук: спалил плату прототипа, разбил инструмент… Короче, у меня начался очередной приступ этого дерьма, и в такие моменты мне нужно, чтобы ты был рядом. Твой треп… он заземляет. Я набрал тебя, а в ответ — автосообщение. Шаблонное, холодное. Меня это задело. Я начал наяривать, испугался, что ты опять на патруле словил пулю, а ты упорно сбрасывал. Когда Пятница выдала координаты бара, у меня окончательно сорвало крышу. От ревности, от злости, от эгоизма. Я слишком привык, что ты принадлежишь мне по щелчку пальцев. Тони замолчал, рассматривая янтарные капли на дне своего бокала, словно там были записаны формулы новой вселенной. Питер стоял неподвижно. Слова Старка доходили до него медленно, как сквозь толщу воды. «От ревности», «привык, что ты принадлежишь мне». — Вы… вы ревновали? — тихо, почти беззвучно переспросил Питер, чувствуя, как глухо ухает сердце. — Из-за того, что я пошел в бар? Мистер Старк, это была помолвка друзей ЭмДжей. Двух мужчин. Я… я шел туда не для того, чтобы заводить интрижки. — Да какая разница, Паркер! — Тони резко поднялся с кресла, начав мерить шагами просторную комнату. — Дело не в том, к кому ты пошел. Дело во мне. В моей больной, изломанной голове. Он остановился прямо перед Питером. Между ними оставалось от силы полметра, и Паркер отчетливо видел, как бешено бьется жилка на шее наставника. Питер затаил дыхание. Мир вокруг него, казалось, замедлил свой бег. — Тебе исполнилось двадцать, ты расцвел, стал умнее, сильнее, — Тони говорил быстро, словно боялся, что если остановится, то замолчит навсегда. — А я посмотрел в зеркало и увидел стареющего эгоиста с реактором вместо нормального сердца. Я видел, как ты смотришь на меня. И, видит бог, я не слепой кретин, Пит. Я всё понимал. И именно поэтому ублюдочно, трусливо пытался тебя оттолкнуть. Думал: «Пусть он лучше возненавидит меня сейчас, найдет себе ровесника, заведет нормальную, спокойную жизнь без постоянного риска погибнуть под обломками». Та модель на кухне… Я намеренно оставил дверь открытой, зная, что ты зайдешь. Хотел, чтобы ты разочаровался во мне. — Вы… вы идиот, — выдохнул Питер. Слезы, которые он так долго сдерживал, всё-таки покатились по щекам. — Какой же вы невероятный, патентованный кретин, мистер Старк. — Знаю, — покорно согласился Старк. — Когда ты наорал на меня в трубку и разбил телефон, я поймал настоящую, чистую паническую атаку. Из-за мысли, что я окончательно, безвозвратно тебя сломал. Полторы недели, Паркер… Полторы недели я жрал виски и караулил тебя у университета как конченый сталкер, потому что Пятница заблокировала мне доступ к твоей новой геопозиции по твоей же просьбе. Питер шмыгнул носом и вытер щеку рукавом. — Пятница правда это сделала? — Я запрограммировал её защищать Питера Паркера от любых угроз, — раздался тихий, едва заметно торжествующий голос ИИ из динамиков под потолком. — Даже если эта угроза — создатель интерфейса. Он сделал еще один шаг, сокращая расстояние между ними до минимума. Его ладонь — теплая, слегка дрожащая — осторожно коснулась лица Питера, стирая большим пальцем мокрую дорожку от слез. Паркер невольно прильнул к этой ладони, прикрывая глаза. — Я не смогу дать тебе спокойную жизнь, карапуз, — тихо, почти интимно произнес Тони, вглядываясь в лицо парня. — Я не те ребята с бара. Вокруг меня вечно будет гореть земля, а пресса будет выворачивать наши трусы наизнанку. Я старый, невыносимый, циничный мудак. Не понимаю, и что ты во мне нашел? Я же сплошная катастрофа. - Прошу, давайте закроем эту тему, - вдруг смутился Питер. - Просто забудем, что я вам признавался. Я очень хочу продолжить работу с вами. Обещаю, что не буду лезть со своими чувствами. Поэтому, пожалуйста, давайте все вернем как раньше? — Погоди, — Тони мягко, но крепко перехватил его за плечи, не давая закрыться. — Я ведь так и не ответил на твой вопрос. О том, почему ты начал меня… раздражать. — Вы уверены, что я готов это услышать? — Питер отвел взгляд. — Мне впервые за долгое время так хорошо, я не хочу всё испортить. — Паркер, просто слушай. Мне и так чертовски тяжело дается этот разговор, — Старк тяжело выдохнул через рот и взял с низкого столика бутылку воды — исключительно для того, чтобы занять чем-то руки. — Примерно года три назад я поймал себя на том, что мне жизненно необходимо твое присутствие. И… твои прикосновения. Постоянно хотелось взъерошить тебе волосы, задержать руку на плече, просто коснуться, чтобы убедиться, что ты здесь, что ты цел. Сначала я делал это неосознанно. Но когда заметил — испугался. Тони нахмурился, глядя на бутылку в своих руках, словно подбирал правильные инженерные термины для чего-то, что не поддавалось логике. — Я пытался бороться с этим, как с вредной привычкой. Внушал себе, что это просто гиперопека, отцовский инстинкт, да что угодно. Но это не помогало. Чем больше я выстраивал между нами дистанцию, тем сильнее меня ломало. Собственно, с этого момента всё и пошло наперекосяк. Я сознательно начал эру «ты меня раздражаешь». Я придирался к каждой мелочи, нагружал тебя работой, притворялся холодным и равнодушным. Я буквально заставлял себя верить, что ты мне в тягость. Потому что стоило мне дать слабину, подойти к тебе чуть ближе — и этот контроль летел к чертям. Меня затягивало в такой водоворот, с которым я, со всем моим гениальным мозгом, просто не знал, что делать. Старк наконец поднял глаза — в них читалось столько глухой, наболевшей нежности и сожаления, что у Питера перехватило дыхание. — А когда я узнал, что ты проводишь вечера в баре с какими-то парнями… меня просто выжгло изнутри. Смесь злости, страха и дикой, первобытной ревности. Я наговорил тебе глупостей. А ты, упрямый придурок, разбил телефон, исчез на полторы недели и заставил меня, великого Тони Старка, приползти к тебе и сдаться первым. Питер больше не мог слушать. Этот монолог — честный, лишенный привычного сарказма — разрушил последние барьеры. Он сделал шаг вперед и крепко обнял Тони, пряча лицо где-то в районе его плеча. Старк мгновенно ответил на это движение — его руки жестко, собственнически обхватили поясницу Питера, прижимая парня к себе так близко, словно он пытался компенсировать все три года фальшивого отчуждения. — А сейчас? — тихо, сдерживая подступающие слезы, спросил Питер прямо ему в ухо. — Вы всё еще боретесь с этим? Или наконец смирились? — Люблю тебя, — едва слышно прошептал Тони, утыкаясь носом в его шею. — Слишком сильно, чтобы продолжать эту глупую войну с самим собой. Но учти, Паркер, теперь я тебя из мастерской вообще не выпущу. - Вы считаете, что это весомая угроза?, - уже не в состоянии сдерживать слезы радости, Питер перевел руки с плечей Старка на его голову, зарываясь в густые волосы с легкой сединой и невесомо касаясь скул. Смотря глаза в глаза. - Хоть всю жизнь. Это вам стоит быть осторожнее - не отстану ведь. - Фу, Паркер, у тебя сопли текут, - миллиардер брезгливо поморщился, но руки со спины не убрал. - Ну естественно, я же плачу! - тот огляделся в поисках салфеток, и найдя их взглядом на столе в паре шагов от них, поспешил отстраниться. - Могли бы и промолчать, весь настрой сбили. Но Тони не пустил. Он перехватил его за затылок, притянул ближе и наконец-то накрыл его губы своими. Поцелуй был мягким, неспешным — Тони бережно очерчивал его губы, слизывая соленые капли и заставляя Питера окончательно потерять связь с землей. Большой палец Старка ласково поглаживал его горячую щеку. - Вот теперь можешь идти за своими салфетками. Но недалеко и ненадолго. Я еще не закончил, - коварно и абсолютно счастливо улыбнулся Тони, провожая взглядом русую макушку. - Не могу поверить, что мой первый поцелуй был со вкусом соплей, — шутливо проворчал Питер, отходя к столу, чтобы скрыть пылающие щеки и совершенно дурацкую, безумную улыбку. - Пф..! -донесся кашель подавившегося водой Старка и Питер поспешил повернуться в его сторону. - Первый?