Не отводи глаз

Сейчас Изуку лежал на кровати уже без сил, но был счастлив. Проверочные экзамены все были сданы на отлично и это не могло не радовать. Конечно, то, что он отработал смену в понедельник вместо академии, вызвало небольшие трудности, но в итоге всё закончилось хорошо. Так же Айзава-сенсей не стал спрашивать из-за чего Мидория решил отработать дополнительный день, потому что, вероятно, обсудил это ещё в воскресенье с Тошинори-саном. Изуку не был против того, чтобы ему помогали, но он никогда не просил что-то от других. Скорее сам лез куда не нужно, за что потом мог неплохо так получить. Такое случалось пару раз, когда парня даже могли ударить, не принимая помощи, но его, кажется, это не особо волновало. Это была странная мания к тому чувству, когда ты можешь сделать что-то хорошее/полезное/благое, и внутри тебя расплывается странное тепло, которое может помочь ненадолго заполнить пробелы в душе. Мидория неосознанно гнался за этим чувством лёгкости/свободы, которые он мог получить только помогая кому-то. Он хотел забыть всё плохое, даже таким способом, который бы другие назвали сумасшествием и вероятно покрутили бы пальцем у виска. Но кого это остановит? Кого угодно, кроме Изуку. В последнее время парня перестало волновать чужое мнение. Оставалось лишь неприятное, трепещущее чувство в груди, когда он снова и снова игнорирует слова или действия других. Тенко, оказалось, был против всего этого, стоило Мидории рассказать ему о причинах этих действий. Геймер объяснил, что это зависимость, а не помощь. Шимуру проигнорировали, но всё-таки веснушчатый мысленно задумался над его словами, но не в том ключе. Сейчас же Мидория мог ещё раз подумать над его словами и… прислушаться? Не факт, но и такое может случиться когда-нибудь. Дверь в комнату открылась с еле слышным скрипом. Парень не обратил внимания на вошедшего, потому что знал, что это может быть только Шинсо. Поэтому и остался лежать на животе, обняв руками подушку и уткнувшись в неё своим веснушчатым носом. Он часто так делал, даже не раздевшись, из-за чего иногда в слишком тяжёлые дни мог уснуть в таком положении до самого утра. Пёс запрыгнул к нему на кровать, подошёл ко второй подушке и улёгся на неё. Это было странно. Обычно пёс предпочитал лежать на краю кровати и не подходит ближе положенного. Повернув к нему голову и не открывая глаз, Изуку мгновенно ощутил горячее дыхание, опалившее его лицо. Веснушчатый открыл глаза и приподнялся на локтях. Он увидел Шинсо лежащего прямо рядом с собою. — Шинсо? — как-то неуверенно, заторможено и неловко это прозвучало. Пёс, кажется, такого не ожидал и думал, что тот уже спит. Но ни фига. Хоть Изуку и был уставший, вряд ли именно сегодня он сможет быстро уснуть, как бы он ни старался. Всё это напряжение за две недели уходит быстро, но всё равно нужно время. А ещё будут два месяца летних каникул, за которые просто нельзя не отдохнуть. Шинсо быстро поднялся и ушёл на противоположный край — свернувшись клубочком, лёг там. Изуку удивила реакция Шинсо, но тот ничего не сказал. Только встал и подошёл к полкам с книгами, достал одну с чёрно-бордовой обложкой. Это была ещё один фэнтази-рассказ, который он купил почти месяц назад, но всё не было времени прочитать из-за постоянных подготовок к экзаменам. Изуку сел на кровать и облокотился на стенку сзади. Он постоянно читал, когда хотел отвлечься от чего-то или просто скоротать время. Сейчас же у парня было его предостаточно и это самое время надо было куда-то деть. Веснушчатый решил посвятить его немного себе, хоть чуть-чуть. Но разные мысли всё-таки не давали покоя. Было столько вопросов, на которые никто не смог бы ответить ясно и чётко. — Знаешь, Шинсо, в книгах про вервульфов* всегда описывается, что они… они зачастую играют отрицательную роль… Вот только… Почему люди так их не жалуют, даже в литературных произведениях? Он ещё немного смотрел на обложку книги, а потом отложил её. Обняв себя и положил голову на свои колени, парень притих. Хоть и было видно только шевеление его губ, Изуку глубоко о чём-то задумался и это явно не посторонняя тема, которую он мог бы обсуждать вслух. Это была не простая тема для него. Шинсо же только приподнял и повернул голову в его сторону. Нет, у Изуку часто бывает такое. Тот пытается с ним заговорить, но сам знает, что пёс не сможет ему никак ответить. Именно сейчас это удивило и слегка забеспокоило. — А что, если на самом деле всё не так? — Наконец подал голос парень, поднял голову и заглянул в глаза пса, который, тем временем, был в каком-то лёгком недоумении от всего, здесь происходящего. Это уже было близко к деликатной теме. Конечно, если бы Мидория знал правду, то не стал бы рассуждать вслух, скорее испугался, сбежал, спрятался где-нибудь и не вылазил бы из укрытия, наверно, два дня точно. Но это произойдёт, если он встретит первого Шинсо. С Кацуки тот сможет просидеть там неделю, если не больше. Слишком уж взрывной этот блондин и испугать кого-то ему раз плюнуть. Один его взгляд может заставить мурашек резво бегать по телу. Кажется, что Кацуки ненавидит всё и вся и хочет быть всегда победителем, но при этом, он может увидеть и в человеке достойного противника. — Мне кажется, что… наверно, я… у меня постоянно такое чувство, будто я что-то упускаю! — он уткнулся лбом в свои колени и немного сжался. Был всего один раз, когда Изуку высказывал своё мнение/подозрения Шинсо. Может пёс и не сможет дать совет, но он может выслушать и против ничего не имеет. Иногда молчание могло подействовать лучше слов. Шинсо встал со своего налёжанного места и подошёл ближе к Мидории. Лёг рядом с ним и довольно быстро провалился в привычную пустоту. Только отдалённо ощущал прикосновения/поглаживания по своей голове и уже не разбирал сказанные Изуку слова. Шинсо просто погрузился в сон. За последнее время это был самый спокойный сон.

***

Утро следующего дня Просыпаться было тяжело. В прямом смысле этого слова! На грудь что-то сильно давило, но это что-то было достаточно тёплое, и могло заменить даже одеяло, в каком-то смысле. Веснушчатый приоткрыл глаза и сразу наткнулся на спящую мордашку шпица. Он выглядел расслабленно и умиротворённо, что было совершенно противоположно его обычному состоянию. Изуку ещё некоторое время смотрел на него, но вспомнив, что надо вставать, он аккуратно приподнял пса и переложил его на кровать рядом со всё ещё спящим Шинсо. Мидория переоделся в спортивный костюм и поспешил на утреннюю пробежку. Час спустя он уже был дома и как обычно готовил завтрак для себя и Нейто. Как только парень пришёл домой, сперва, не забыл покормить Шинсо и Кацуки. С самого начала, когда он ещё взял Шинсо, то тот отказывался от любых кормов, и ел исключительно мясо. Каччан тоже отказался от кормов, и поэтому для них приходилось покупать еду отдельно. Это не могло ни ударят по карманам. Когда он накладывал на тарелки приготовленную яичницу, Монома уже сидел за столом и залипал в телефоне. Такая вот картина была не редкостью, поэтому Изуку даже не обратил на это внимания. — Монома-кун, помнишь я говорил, что мне нужно уехать? — Изуку сел за стол, но не стал смотреть на собеседника и потупил взгляд в свою тарелку. — Да, ты что-то такое упоминал. — Нейто со вчерашнего дня стал постоянно коситься на Кацуки, но причина этого повышенного внимания была неизвестна. — Если ты хочешь сказать, что свой скот забираешь с собой, то я уже догадался. Конечно, если ты решишь оставить их со мной, то я не смогу гарантировать то, что они к твоему приезду будут целыми. Монома усмехнулся всё также смотря на шпица. У них сразу же после их первой встречи возникла какая-то странная/глупая борьба. Какая? Кто их знает. Но, кажется, Кацуки не нравится видеть на своей территории Нейто, и это, по всей видимости, было взаимно. Изуку не понимал их. Ну, а что же можно понять, когда они выглядят так, будто серьёзно хотят поубивать друг друга? — Нет. Я… вообще-то…хотел бы оставить их здесь. Я же не смогу за ними присмотреть. Да и мама их сто процентов выгонит… И мне же нужно туда поехать всего на три четыре дня, затем я вернусь. Мне правда некуда будет их деть и… — дальше его бубнёж уже никто не мог разобрать, но Нейто не хотел его перебивать, вместо этого он спокойно доедал свой завтрак. —… и поэтому я всё-таки хотел бы, чтобы ты присмотрел за ними! — Нет. Это, вероятно, помогло бы выяснить, кто такие на самом деле Шинсо и Кацуки, но идея оставаться с ними даже на пару дней, была страшна сама по себе. Если они не трогают Изуку, то это не значит, что они ничего не сделают Нейто. — Отдай их Тенко-чану, у него же есть корги? Тогда может и эти с ним подружатся. — он кивнул в сторону псов, которые лежали и, видимо, внимательно вслушивались в их разговор. — Но я бы не хотел доставлять ему неудобства… — Изуку не хотел привлекать Тенко. Тот опять бы начал спрашивать про его семью или почему тот не может взять псов с собой. — Монома-кун, пожалуйста! Я очень тебя прошу! — Хорошо, только убедись, что не задержишься больше четырёх дней, мне не хотелось бы находиться с ними в одном доме больше отведённого тебе времени. — Хорошо Монома-кун! Спасибо! Всё будет хорошо. Если что-то и случится, то Нейто, скорей всего, сможет защититься от каких-то там псов. Верно? А если нет, то будет молиться всем известным ему богам и вымаливать у тех прощение и милость за все свои грехи.