Тройное недоразумение

Белла Мысли путались. Бродили в неясной голове и никак не желали выстраиваться в четкую цепочку. С нами происходит явная чертовщина, мистика или магия. Логике происходящее поддавалось с трудом и то, если игнорировать некоторые инциденты и факты. Местность и живущие здесь твари не позволили нам уйти. Но и поведение обитателей особняка было странным. При всем их сумасшествии, за все время нашего пребывания здесь, убить нас еще не пытались. Обитатели дома просто не желали отпускать нас, но ограничивались словами. Нас не били, не привязывали, в общем не вытворяли ничего классического для удержания. Нападение от неудачливого беглеца было первым. Наверное, раньше его держали взаперти, раз он нам не попадался. Агрессор выглядел плохо. Худощавый, можно сказать побитый жизнью парень. Молодой, скорее всего студент. Возможно, наш ровесник или даже младше. Что с ним? Зачем кинулся на нас? Нездоровая агрессия, животные хрипы, попытки вцепиться зубами в горло. Если бы Кристина не успела выставить вперед свой реквизит, ей непременно перегрызли бы горло. Страшно и вспоминать, когда парень бросился на нее через кусты. Лицо его страшно исказилось и изуродовалось, пальцы скрючились, подобно когтям, а сила? Да этого тщедушного задрота едва вырубили двое взрослых мужчин. И, кстати, как быстро они добежали от развалин! Происходит что-то нездоровое. Но фразы «это все вампиризм» мне недостаточно. Смешно и говорить в двадцать первом веке, но я была готова поверить во что угодно, предоставили бы мне логичное обоснование. Еще на подходе к дому я поняла, что приму любую версию. Отрицать чертовщину нельзя, она проявляется слишком явно! Нужно понять, как бороться, найти выход и вырваться к своей нормальной жизни. И все же, как какая-то часть сознания насмехалась надо мной. Серьезно рассуждать о монстрах в наше время будет только умалишенный. Никто не поверит. И так, вреда нам не причиняли. Это была, пожалуй, единственная причина по которой я слушалась. Из леса не уйти, он опасен и к тому же словно зациклен. Может дело в каких-то болотных газах, но верится в такой реализм слабо. Это нужно обсудить вместе с девочками. При первой же возможности, а пока, я поднималась по лестнице следом за амбалом. Странного парня он тащил на руках. Не из осторожности, скорее ради собственного удобства. Юноша все еще был без сознания. Наверняка это к лучшему. Его состояние оставляет желать лучшего. Подруги остались внизу и, если честно, за них было страшно. Что-то внутри так и кричало «нельзя их бросать!». — Что будет с девочками? — Тишина вовсе не давила. Напротив. Молчание всегда была для меня комфортным, особенно сейчас. Но не спросить было нельзя. Аарон производит впечатление человека знающего. Наверняка было запланировано разделить нас по возвращению. Возможно, просто для разговоров… или чего хуже. — Это уже не наше дело, могу сказать точно, что их не убьют. Не стоит мешать их разговорам. Запомни, первое правило этого дома — не лезть в чужие дела. — Как и всегда в нервных ситуациях я потянулась рукой к очкам. Те жалобно хрустнули, соскальзывая. Протирать их пришлось футболкой. Впрочем, так я делала всегда. Бедные мои. После падения перемотаны скотчем и едва держаться вместе! Действия приходилось выполнять на ходу, так что успокаивало оно плохо. Значит не убьют, но причинить вред вполне могут. — И много еще правил? — Вместо возмущения выдала я, снова надевая очки. Мир прояснился. Не то чтобы без них совсем плохо видно. Просто появляется некомфортная размытость. Сарказм вырвался сам собой, но получился блеклым. Голос оказался не способен передать и сотой доли злости и разочарования. Чувства копились внутри и сильно давили. Бог мой, сердце колотится как бешенное! Аарон похоже расслышал в голосе волнение и ответил довольно мягко. — Достаточно чтобы шесть вампиров могли ужиться под одной крышей. — Лестница закончилась. Я не могла не обернуться. Девочек уже не было внизу. В доме было почти тихо. Неразборчивые голоса доносились разве что с первого этажа. Ругаются. Щелчок. Кто-то заперся. Сердце провалилось куда-то вниз. Я должна что-то сделать, как-то помочь им! — Белла, идемте. Я обернулась. Мужчина уже стоял возле поворота к жилым комнатам. Пришлось пройти мимо комнаты с балконом, в неизвестную часть дома. Здесь оказались старые рассохшиеся полы. Хоть какой-то плюс, мы сразу услышим если кто-то выйдет. И все же скрип был отвратителен! Конечно, это бич всех старых строений, но неужели так сложно поменять участки, вышедшие из строя? А если он провалиться?! Подобное халтурное отношение возмущало. Но, помимо пола, мои глаза нашли еще к чему придраться. Коридор был освещен довольно слабо. Света хватало чтобы как следует видеть двери и пол, на потолок и некоторые части стен тонули в темноте. Вампирам детализация может и не нужно, но, если уж мы вынуждены, по их словам, куковать тут всю жизнь, можно было бы и навести порядок. Светильники болтались на старый манер в стенах и давали теплый, но тускловатый свет. От чего они питаются? Неужели придумали как воровать энергию из городского кабеля? Но до него должно быть очень далеко. — Понимаю, вам все еще сложно поверить в существование мифических существ, но чем скорее вы это сделаете, тем лучше. — Мы шли довольно быстро, по правде говоря, я едва успевала за мужчиной, а после его слов так и вовсе приостановилась на мгновение. Это угроза? Кажется нет, в голосе слишком много беспокойства. — Второе правило -скорее рекомендация. Не нарушайте личного пространства других. Похоже их правила не зашли дальше хорошего тона. Мы прошли мимо дверей. В конце коридора оказалась хитрая, поворачивающая лестница. По счастью она оказалась короткой. Не люблю закрученные подъемы. Пришлось повернуть, снова подняться. Третий должен был выглядеть лучше. В конце коридора можно было угадать окно в пол. Рядом с ним расположились цветы в горшках и очертания комода. Пол закрывал красивый, но уже изрядно постаревший ковер красного цвета. Светильник здесь работал один и конечно он не справлялся с темнотой. Рисунок обоев и изображения картин были не видны. Что там, если бы на полотнах не было металлических рамок и не получались бы блики, я и не угадала бы никогда их. На этаже также было несколько дверей и похоже здесь кто-то был. За одной из них раздавались довольно громкие, быстрые сменяющие друг друга звуки. Похоже кто-то мучает скрипку. Посреди ночи! Однако, какие хорошие здесь стены, раз этого не было слышно на втором этаже. Это может быть интересно. По крайней мере на этаже есть еще кто-то, кроме нас. Звук шел из-за двери слева, но Аарон открыл противоположную дверь. Оставаться в коридоре смысла не было, и я шагнула следом. Комната оказалась убогой. Обшарпанные стены, несколько картин с унылыми, серыми пейзажами. Наспех застеленная кровать. Но больше всего здесь было книг. Полка над кроватью, над столом на самом столе и даже на полу рядом с окном. Определенно жилец здесь неспокойный. В воздухе чувствовалась пыль и какая-то атмосфера суетливости. Но помещение не было похоже на камеру буйного больного или место заточения. Нет веревок или кандалов, решеток на окне и других атрибутов удержания. И все же, парень явно пытался сбежать. Кстати, об окне, не забито досками! Я направилась к нему, желая выглянуть на улицу. Увы, как оказалось, занавеску над окном прибили к раме, спрятав витраж. Полоску разноцветного стекла можно было разглядеть чуть ниже того, где началась занавеска. Возможно, свет, применивший нас, в особняк бил именно из этой комнаты. Я повернулась к Аарону. Он уже расположил неудачливого беглеца на кровати и похоже проверял нет ли повреждений. Выглядел парень плохо. Лицо неестественно белело в темноте. Белобрысый сильно приложил его на наших глазах, и кто знает сколько ударов было до особняка? Подобное происходит здесь часто? — Этот парень новообращенный. К нему опасно приближаться. От жажды крови ему сносит голову. — Мужчина направился к двери — Да вы и сами могли убедиться. Ему хватило одной маленькой царапины на руке вашей подруги, чтобы броситься на нее. Пройдемте в малую гостиную. Вам не стоит быть здесь, когда он придет в себя. — Чужой голос заставил меня вздрогнуть. Не то чтобы Аарон говорил громко, просто я сильно задумалась. Мы вышли из комнаты. Мужчина запер дверь на ключ и повел меня вниз. — У вас доступ во все комнаты? — Говоря я выразительно посмотрела на карман брюк, где снова исчез ключ. Значит парня они выпустили. Или кто-то зашел к нему, тот воспользовался ситуацией и дал деру. — Нет. Все ключи только у Владимира. — Значит он тут главный. Впрочем, это было понятно и раньше. Наверняка у каждого обитателя есть ключи от своей комнаты и возможно есть еще один дубликат. Скорее всего про запас и находится он может опять-таки у нашего позера. В молчании мы спустились снова на первый этаж. Больше внизу никто не кричал и как я ни старалась услышать голоса подруг, ничего не вышло. Быстро миновав зал, мы оказались в самом приятном месте дома. Сели. Аарон занял кресло, я устроилась на диване. При других обстоятельствах здесь было бы даже уютно. Мягкий свет пламени, треск поленьев. Обычно такая обстановка успокаивает, расслабляет. Но сейчас все действовало с точностью наоборот. Буквально за стеной невесть что происходит с моими подругами. Вся эта безопасность, которую так старается создать Аарон — фальшивка. Мне было неуютно, но всем видом я старалась олицетворять спокойствие. — Объясните, что происходит. Сначала. Кто гнался за нами, кто вы такие и всю эту канитель с чашками? — Мужчина по-доброму улыбнулся. Начало разговора его вполне устраивало — Мы вампиры. Ночные создания. За вами гнался восставший мертвец. Что или кто воскресил его нам пока неизвестно. Он же вытащил вас в окно и покалечил. Для спасения, вас пришлось обратить в чашу. Некое существо, стоящее между вампирами и людьми. — То есть существует прямо-таки все, что когда-либо проскакивало в легендах? — Кажется пора вызвать санитаров. Неужели я серьезно обсуждаю что-то такое? Я ужастики-то терпеть не могу. — Не совсем. Понимаю, принять такие изменения сложно. Я все объясню и буду помогать, поскольку обратил вас. Но и вам придется постараться. — Похоже он доволен и в какой-то мере рад происходящему. — Нам начало не хватать свежей крови. — Понятно. — Нет, мне ничего не понятно! — Там у дороги мы упали, это тоже ваши фокусы? — Верно. Некоторые вампиры могут останавливать своих чаш так. Каждая связь уникальна, так что общего принципа работы у этой штуки нет. Грубо говоря, у одной чаши начнется головокружение, другая просто упадет, третья получит все сразу. — Есть какой-то радиус? И что будет если чашка попытается сесть на тот же поезд и уехать? Она умрет? — Вопросами я выстреливала быстро, почти не обдумывая что говорю. Нам важна каждая деталь и мелочь. — Нет. Вампир всегда понимает примерно, где его чаша и с какой скоростью она уходит. Барьер не работает сам по себе и в поезде никто не окочуриться. —Понятно. — Звучит логично. Мне нужно сесть и обдумать это более детально. Само-собой с девочками. Но это потом. Сейчас надо постараться сменить тему. — А если чашка будет далеко, вы можете кусать кого-то другого? — Это возможно, но я не почувствую ничего. Как только у вампира появляется чаша он теряет интерес к другим, пропадает полноценность вкуса, нет возможности четко прочитать личность жертвы. — Он осекся. Все-таки жертва. Ну, хоть в середине диалога назвал вещи своими именами. Я решила это проигнорировать. — Кровь может рассказать что-то о личностных качествах. Как это работает? — И снова приходится менять тему. Разговор затягивается и все больше напоминает какую-то пытку. Я необщительный человек и к таким долгим беседам не привыкла. — Лучше всего объяснить эту особенность сравнивая кровь с алкоголем. Знаете, некоторые люди способны только по одному запаху понять, где было выращено вино, в каком году и прочее. С практикой это умение лишь крепнет. — Мне оставалось только кивнуть. Тема неприятная и почти что незнакомая непьющему человеку. Но кажется собеседника все устраивало, и он оказался в естественной среде. — У вампиров дела обстоят примерно так же. Все зависит от возраста и навыка. Он может как понять базовую информацию, так и изучить суть. Бывают даже отдельные гурманы, предпочитающие конкретный тип характера или регион, где выросла — Что он хотел сказать? Опять жертва? Еда? Зачем тут увиливать и так ясно. — Обязательно пробовать? — Очередное бесполезное уточнение, чтобы беседа не увязла. — Иногда может хватить и запаха, допустим если приходится иметь дело с чужой чашей. Кусать ее нельзя, причинять вред тоже, а понять кто стоит перед тобой без долгих расспросов необходимо. Остается только запах крови если собственность порезалась, но информация будет неточна. Ее будет смехотворно мало. — И что вы можете сказать о чашах? — Это был намек что нас как-то изучали уже? Вполне возможно, мы ведь были не очень целые. Такому существу будет достаточно одной ранки, в теории, а что творилось со мной после встречи с трупом, мягко говоря, это превышало. — Чаша — пожалуй самое щадящее название. Таких существ принято называть куклами, игрушками. В некоторых окружениях у них нет даже имени. — Нам еще повезло? Хотя, как вообще можно человека приравнивать к вещи?! Право на имя вроде одно из самых основных. Как так можно?! — Существ? — Сказала я, вместо возмущения. — Чаша уже не совсем человек. Ее отличает высокий уровень регенерации. По мере укрепления связи ее способности будут расти. Возможно, возникнут какие-то новые мистического характера. Единственная обязанность этого существа и его цель — питать своего хозяина. — Звучит так себе. — Похоже на какой-то аналог рабства. — О, не переживайте. Не всегда связь выглядит столь мрачно. У нее есть свои плюсы. Например, чаша медленней стареет. — Плохой плюс, особенно если из-за этого отбирают имя и все права. — Она способна протянуть пару столетий. Да и отношение далеко не всегда рабское. Куклами нередко становились друзья и родственники. Иногда обращением спасают от смерти, ведь оно излечивает поврежденный организм, залечивая критические травмы. Хотя, все зависит от самого хозяина и его человечности. А, и еще одно если умрет чаша, умрет и вампир. Пожалуй, это главный риск связи. — А как прокачивается связь и как это взаимоотношения на это влияют? Или дело только в крови? — Чтобы лучше укрепить способности нужны хорошие взаимоотношения. Нам повезло, есть целых три связи. Понимание должно пойти легче, но пока строить прогнозы рано. — Понятно. — Самое спокойное общение пока что наблюдалось у нас. Связь Марго вызывает опасения, а о Кристине и думать страшно. Девочки достаточно расчетливы, но, если верить словам о вампиризме… Против столетних существ мы проигрываем в любом случае. Тем более они друг друга стоят. — Я переживаю за девочек, могу я пойти проведать их? — Думаю они уже закончили. Идите к себе, они подойдут. — К себе это в комнату без света? Ну ладно. Повторять было не надо, почти сразу после этих слов я поднялась и пошла к выходу. Но перед дверью притормозила и скорее для себя, чем для собеседника попрощалась. Разговор вроде прошел гладко, но я чувствовала себя усталой. Наверное, так много мне не приходилось говорить раньше. Аарон подтвердил существование почти всего, что когда-либо придумывали люди. Значит у нас по миру носится толпа каких-то непонятных тварей и большинству из них надо убивать для выживания. Значит ли это что помимо монстров существуют и охотники на них? Было бы странно, если бы люди не пытались как-то отбиваться. Но о таких я почти ничего не слышала. Чудовища, охотники, ведьмы, восставшие мертвецы. Как я во все это должна поверить за один вечер? Увлеченная своими мыслями я врезалась в пианино, стоящее в большом зале. Будет синяк, но ничего страшного. Хотя, врезаться во что-то на ходу больше в стиле Риты. С кем поведешься… Мой собеседник остался в гостиной. Совершенно не ясно зачем, но так даже лучше. Удобнее идти одной, чем под конвоем. На этаже было тихо, никакой ругани. Даже подозрительно. Впрочем волновалась я не зря. С лестницы вполне отчетливо слышались чьи-то всхлипы. Недолго думая, я побежала в их сторону. Девочки сидели на кровати. Крис плакала, странно закрыв шею рукой. Рита обнимала ее и пустым взглядом сверлила стену. Унылая картина и безнадежная. Что с ними сделали? Обычно они обе умудрялись сохранять какую-то оживленность. Кристина в принципе являлась чуть ли не самим воплощением оптимизма, в таком состоянии я никогда ее не видела. Что могло вывести из строя их обеих? Аарон говорил, что вреда не будет и это своего рода просто разговор. — Что случилось? — Вопрос звучал наивно и несколько глуповато. Я прошла в комнату, закрыла за собой дверь, но подходить к подругам почему-то не решалась. Вместо ответа Кристина вытащила телефон и подсветила шею. На коже красовались две свежие ранки, похожие на те, что мы нашли вчера перед зеркалом.