Давай расставим все точки над i

***

— Коннор... Я тебя умоляю, скажи что это очередная шутка, которая не очень удалась. Я же знаю, что с чувством юмора в Киберлайф неплохо так облажались, ну... Блять, просто скажи, что пошутил, пожалуйста... Коннор совсем по-человечески вздохнул: — Нет. Лейтенант Андерсон, это не шутка. Мы с Гэв... Детективом Ридом действительно встречаемся уже два месяца и шестнадцать дней. Я его люблю, и у меня есть все основания предполагать, что мои чувства полностью взаимны. Вчера вечером он предложил мне переехать к нему, и я согласился. Гэвин, стоящий рядом, приобнял Коннора за плечо и самодовольно улыбнулся, показывая, что это его, и только его, парень, и делить его он ни с кем не собирается. — Да, Андерсон, такие дела... И, можешь себе представить, когда я предлагал Коннору переехать ко мне, я не целился в него из пистолета и не обещал вышибить мозги в случае отрицательного ответа. Он сам принял решение, да, котенок? — Ладонь Гэвина скользнула по щеке андроида, — Так что, Хэнкуля, ты теперь не единственный мужчина в жизни Коннора. Смирись с этим, — снова наглая ухмылка, — а еще прими тот факт, что я, получается, твой будущий зять... С каждым словом Рида лицо Хэнка становилось все мрачнее и мрачнее. Лейтенант всегда отнюдь не обожал Гэвина, а после появления Коннора их отношения ухудшились до такой степени, что кажется, хуже уже некуда. Сначала Хэнка бесили постоянные доебы, шпильки и обзывательства в сторону Коннора, потом — идиотские подкаты из разряда "Привет, меня зовут Гэвин Рид, но такой красавчик, как ты, может звать меня просто замуж", и вот наконец выясняется, что они пара. Он конечно заподозрил неладное еще несколько дней назад, когда Коннор пришел на работу с бледно-синим пятном на шее, а Гэвин впервые за все время работы в департаменте надел свитер с высоким воротником, из-под которого все равно были немного видны укусы, происхождение которых Хэнк не знал и знать не хотел. Отвратительно. Гэвин продолжал издеваться, специально медленно растягивая слова и делая акцент на отношениях с Коннором. — Еще бы, как такой смазливый красавчик, как я, не может не понравиться... Ну что, Андерсон? Теперь-то ты убедился, что тот, кто моложе тебя, красивее и в хорошей физической форме, имеет больше шансов на успех? Коннор, солнышко, скажи своему папочке, чтобы он не очень сильно скучал и, — не дай бог! — Гэвин театрально ахнул и схватился за сердце, — не дай бог не ушел в очередной запой. Хотя, если присмотреться, то становится понятно, что он из него и не вылезал. Старый, противный обмудок, проебавший свою жи... Стук резко отодвигаемого стула, короткий, но точный удар, непродолжительное сопротивление, и вот уже вжатый в стену Гэвин болтается в двадцати сантиметрах над полом, не имея возможность даже вытереть тонкую струйку крови, вытекающую из носа. — Лейтенант Андерсон! Что вы делаете? Вы же его задушите! — Похуй. Этот гаденыш заслужил не только быть задушенным... Мразь, только попробуй сделать что-нибудь с Коннором, сразу вылетишь в окно. Предупреждаю, я тебя лично придушу, сученыш... Дерьмо помойное. Коннор, ну скажи, почему именно этот мудак? Есть же много нормальных людей и нормальных андроидов... Ну даже если тебе нравятся мужики, почему ты выбрал это говно? Гэвин не терял самообладания даже будучи в таком интересном положении: — Да ладно тебе, старичок, прекрати орать на весь департамент, а то у тебя изо рта пиздец как воняет. Я кстати в первую неделю отношений тоже задавал Коннору этот вопрос, и знаешь что он сказал? Правильно, что еще не встречал такого пиздатого человека, как я. Сердцу ведь не прикажешь... Хэнк вдавил Гэвина в стену так, что последний захрипел и стал нелепо дрыгаться в попытках достать до пола. — Завали ебальник, Рид. — Кхх... Вау, ты помнишь мою... Ххх... Фамилию... Я думал... Ххх... У тебя уже... Старческий... Кх-кх... Маразм... — Заткнись! Дай уже Коннору сказать, что он сам обо всем этом думает. Диод Коннора как бешеный метался с желтого на красный и наоборот, но внешне андроид оставался спокоен. Даже слишком. — Для начала вам следует опустить детектива Рида на пол. Мое сканирование показало, что если вы сейчас же не прекратите его душить, у него кончится воздух через три минуты пятьдесят две... Пятьдесят одну секунду. Если вы все же его задушите, мое мнение о вас очень сильно ухудшится и мы, скорее всего, никогда больше не заговорим. — Ладно... Но смотри у меня, хуесос, — Хэнк нехотя выпустил Гэвина и вытер с рук чужую кровь. Гэвин глухо закашлялся и отошел в сторону. — Теперь скажи, ты реально любишь этого мудака, или он пиздит? — Да, я испытываю к нему нечто, что я могу вернее всего классифицировать как романтическое влечение. В соответствии с сигналами системы независимо от меня изменился приоритет детектива Рида в моих программах, и теперь для меня он — одна из самых важных "задач". — То есть, — Хэнк недовольно прищурился, — любишь? — Выражаясь более простым языком да, люблю. — У тебя отстойный вкус, сынок... Я, конечно, твой выбор не одобряю, но главное, чтобы этот объебыш тебя не обижал. И еще, не соситесь на работе, а то сблевать прямо здесь боюсь... — А если засосемся — что? В ебало пропишешь еще раз? Поспешу огорчить, у тебя плохо получается. Даже мой кот бьет точнее и больнее. — Неплохо так помятый Гэвин подошел к Коннору и уткнулся носом ему в грудь, пачкая чистую рубашку кровью. Губы Коннора нежно коснулись его лба. — Лейтенант, мне кажется что вы немного переборщили. У детектива Рида очень сильный ушиб переносицы. — Мало ему досталось... Я бы ему еще не так вломил. Пидор. — Ну Хэнки, хватит... Я же знаю, что ты ревнуешь Коннора ко мне, — из-за позы Гэвина его голос звучал глухо, — не кипятись так сильно. Так уж и быть, буду щадяще относиться к твоим старческим чувствам и не целоваться на работе. По крайней мере, сегодня... Больше ничего обещать не могу, ведь Коннор пиздецки сексуален... — Детектив?! — Рид, какой же ты все-таки говнюк. Говнюк и отморозок.