Часть 1
1 апреля 2021 г., 18:21
Однажды.
Однажды у Реджины появилась надежда на то, что она может доказать, что изменилась.
Изменилась в лучшую сторону.
Сторону Королевы, увы, не принял никто.
Никто, кроме одного человека.
Человека по имени Эмма Свон.
Эмма Свон видела, как Миллс опускает стены, которые служили ей защитой от боли.
Боли в её жизни было достаточно.
— Достаточно! Хватит, чёрт вас всех побери! — срывая голос, кричит блондинка на горожан, которые, по её мнению, стали как сумасшедшие.
— Сумасшедшие, — презрительно фыркает Лерой на Эмму и Генри.
Генри сконфужен, он не хочет видеть свою приёмную мать, потому что напуган всем тем, что происходит в городе.
В городе тут же разлетается новость о том, что шериф без объяснения причин посадила за решётку несколько добропорядочных граждан.
— Несколько добропорядочных граждан, — девушка выделяет два последних слова едким сарказмом, — довели нашего с Реджиной сына до того, что он уже неделю отказывается выходить из своей комнаты; и этим ублюдкам ещё повезло.
Повезло, что в ближайшие пару дней никто не рисковал к ней приходить.
— Приходить сюда было не самой лучшей идеей, — с сожалением поджав губы, говорит Спасительница.
Спасительница замечает, что Королева выглядит уставшей и готовой опустить руки.
Руки Эммы осторожно притягивают брюнетку к себе, обнимают, а нос утыкается в мягкие волосы.
Волосы блондинки скользят между пальцев Миллс, которая обнимает её в ответ и кладёт голову на плечо.
Плечо Вэйла с силой врезается в плечо Свон, когда они сталкиваются в закусочной, куда она приходит, чтобы взять стаканчик кофе для Реджины.
Стаканчик кофе для Реджины выскальзывает из рук Спасительницы, горячая жидкость обжигает кожу на руках, и девушка шипит.
Шипит и возвращается к стойке, чтобы заказать новый кофе.
— Кофе закончился, — бабушка лжёт и с сочувствием пожимает плечами, будто говорит, что если бы Эмма несла кофе не для Королевы, то этого фарса бы не было.
— Не было! Не было так раньше! — восклицает шериф, сидя в кабинете у Миллс. — Они совсем свихнулись.
— Свихнулись? Она же Злая Королева, а ваш долг — нас защищать!
Защищать Реджину — вот что становится приоритетом для Спасительницы.
Спасительницы не видно в городе, а ей самой плевать, потому что она больше времени проводит у Королевы.
У Королевы такой ласковый взгляд, когда она смотрит на Эмму, такой бархатистый голос и искренний смех, что от всего этого блондинка почти теряет рассудок.
— Рассудок окончательно покинул тебя? Да, сестрёнка? — глумится Лерой и разбивает лобовое стекло «Мерседеса» Реджины.
Реджины, к счастью, там нет: она всё больше и больше времени проводит в одиночестве.
В одиночестве легче думать.
Думать о том, что, впустив глупую надежду в своё сердце, опустила стены.
Стены, которые были призваны защищать её.
Защищать её отказались все те немногочисленные горожане, что верили в неё, а Эмма, несмотря ни на что, осталась рядом с ней.
Рядом с ней, с Эммой, безопасно, рядом с ней хорошо, рядом с ней на сердце легко и тепло, но Миллс — Королева.
Королева, которая попыталась пойти по правильной дорожке героя и стала слабой.
Слабой её видит только она сама, остальные видят в ней тирана и деспота.
«Тирана и деспота хотели? Так получайте», — думает женщина, надевая строгий мэрский брючный костюм.
Брючный костюм, что раньше придавал ей уверенности, которую она не чувствует сейчас.
Сейчас она не может наколдовать огненный шар и поджарить всех этих неотёсанных крестьян, что столпились вокруг неё, выкрикивая оскорбления и угрозы.
Угрозы начали воплощаться в жизнь, когда Вэйл, вышедший из разъярённой толпы, подошёл к ней вплотную и замахнулся, а Реджина застыла, ожидая удара.
Удара, которого не проследовало, потому что руку Вэйла перехватила невесть откуда взявшаяся Свон.
Свон оттаскивает доктора, тот рьяно сопротивляется, и между ними происходит драка.
Драка заканчивается тем, что побитый Вэйл, ворча проклятия, уходит.
Уходит и Миллс, уводя с собой шерифа.
Шерифа крайне сложно заставить сидеть ровно, потому что та постоянно уворачивается и отмахивается от помощи, но брюнетка терпелива, и вскоре девушка сдаётся.
Сдаётся и позволяет Королеве осмотреть оставленные Вэйлом раны.
Раны на разбитом лице болят, но ещё сильнее болит сердце блондинки; и болит оно за женщину, которая вынуждена терпеть нападки, теперь и физические, от этих идиотов.
— Идиотов в этом городе достаточно, но ты, Эмма, самая непроходимая идиотка из всех.
Всех слов в мире не хватит, чтобы описать, с какой нежностью Реджина это говорит, и у Свон перехватывает дыхание.
— Дыхание в норме, значит, это просто синяк. Через пару недель пройдёт, — отмахивается Эмма, когда Миллс во время объятий обнаруживает, что прикосновения к правому боку блондинки вызывает у девушки боль.
Боль действительно проходит со временем, но напоминания-шрамы остаются на алебастровой коже Спасительницы.
Спасительницы для Сторибрука больше нет — для горожан она превратилась в девочку для битья, но для Королевы...
Для Королевы Эмма всегда была Спасительницей, Белым Рыцарем, её защитой.
Её защитой Эмма озабочена каждую секунду своей жизни, потому что в городе все сошли с ума.
— Все сошли с ума, — пожимая плечами, констатирует блондинка, когда в очередной раз брюнетка приводит её к себе домой после драки.
После драки тело Эммы чертовски болит и ноет, проклиная хозяйку, а девушка лишь криво улыбается.
Улыбается, потому что плевать на себя, ей доставалось и похуже; потому что ей удаётся забирать гнев безмозглых горожан на себя, ограждая от зла Реджину.
Реджину не так-то просто заставить о чём-то просить, но, глядя на то, как почти каждый день Эмма получает новые травмы, защищая её, Миллс выдыхает тихое: «Прошу».
— Прошу тебя, Эмма, остановись, — почти шепчет женщина с нотками мольбы в голосе. — Неужели ты не видишь, к чему приводит твоё геройство? Ты получаешь серьёзные травмы, Эмма, — брюнетка делает судорожный вдох, — и если...
— Если они будут и дальше бросаться на тебя каждый раз, когда ты выходишь на улицу, я продолжу делать то, что делаю. Я не позволю причинить тебе вред, — твёрдо говорит Эмма, глядя прямо в глаза Реджине.
Реджине кажется, что она непростительно ошибалась, когда хотела получить доверие горожан.
Доверие горожан потеряло важность для Королевы, потому что она поняла.
Она поняла, что для неё важно доверие одного-единственного человека.
Человека, которого зовут Эмма Свон.
