All About SwanQueen

      Их волшебство никогда им не вредило, если не считать тех случаев, когда Эмма случайно что-нибудь поджигала, пытаясь совладать с собственной магией. Но однажды во время одного из уроков Реджина не рассчитала силы. Посылаемый ею магический импульс оказался гораздо сильнее, чем рассчитывала женщина, и она поранила блондинку.       С тех пор прошло много времени, но Королева до сих пор помнит, как ужаснулась Эмма, взглянув на свои ладони и обнаружив на них кровь. Осознание того, что ей должно быть больно, пришло спустя несколько мгновений, и лицо девушки на миг исказилось в болезненной гримасе. Она умела держать его невозмутимым и быстро натянула фальшивую улыбку, показывая, что всё в порядке и они могут продолжать, только глаза её не отражали этого.       Реджина помнит, как тогда перепугалась, как колотилось сердце, когда она увидела, что причинила любимому человеку боль. А ещё помнит, как шагнула к блондинке, желая взглянуть на её раны и исцелить, а Спасительница, вскинув руки, попятилась.       Королева чётко помнит этот момент, потому что именно тогда её сердце разбилось на сотни маленьких кусочков.       После того происшествия с подачи Эммы они временно прекратили занятия магией, и это, пожалуй, было самой щадящей вещью из всех, которые произошли. Их поцелуи и объятия стали односторонними. Эмма ненавидела себя за то, что осторожно уворачивалась от тянувшейся к ней Реджины, и виновато улыбалась. Королева понимала причину такого поведения возлюбленной, но это не облегчало её чувства вины и печали. Всё, что она могла, — принять негласные правила, установленные Эммой, и дать ей время и пространство. Они почти не касались друг друга, и это убивало обеих.       Когда Эмма поздно приходила со смены, брюнетка притворялась спящей и отчаянно надеялась, что та ляжет рядом и, как обычно, обнимет её. А Спасительница, помедлив, ложилась на свою сторону кровати и сворачивалась калачиком, оставляя пространство между ними. Блондинка украдкой вытирала тыльной стороной ладони одинокую и упрямую слезинку, не зная, что на другой стороне кровати Реджина тихо глотала горькие слёзы.       Они жили в одном доме и почти не виделись. Брюнетка рано уходила на работу, оставляя завтрак для Спасительницы. Эмма, в свою очередь, заказывала ланч для Королевы и следила за тем, чтобы Руби доставляла заказ в мэрию. Блондинка возвращалась домой, когда Реджина уже спала тревожным и неглубоким сном. И так повторялось каждый день.

***

      Эту ночь, как и большинство предыдущих, Реджина проводит без сна. На автопилоте принимает душ и заваривает крепкий кофе. Она смотрит на часы: скоро Эмма должна прийти с ночного дежурства. Вместо того, чтобы поторопиться, Королева медлит, ведомая желанием увидеть любимое лицо девушки, прежде чем на весь день уйти в мэрию.       Но, когда брюнетка слышит звук заглушаемого двигателя и хлопок закрывшейся двери, её уставшее от разлуки сердце неприятно ноет, и Реджина понимает, что не может больше это выносить.       — Эмма, — выдыхает женщина, глядя, как блондинка заходит в дом, будто сомневалась в том, что девушка придёт.       — Привет, — блондинка неловко улыбается и поджимает губы, прячет руки в карманы и топчется на месте. Она видит, как Реджина покусывает губу и собирается с силами, чтобы что-то сказать. Хотя они почти перестали чувствовать друг друга, Эмма знает, что Королева хочет сказать ей нечто важное. И вдруг Спасительницу будто бьют под дых мешком кирпичей. Её глаза широко распахиваются, рот приоткрывается, а затем губы скорбно сжимаются в тонкую полоску.       — Я... — Эмма откашливается, молит всех богов, чтобы её голос не дрожал, и понуро опускает голову, — пойду собирать вещи.       — Ещё один шаг, мисс Свон, и я вас уничтожу, — с перепугу произносит Реджина своей фирменной интонацией Злой Королевы. Это всегда действует безотказно. И не столько от страха, сколько от удивления Эмма послушно застывает на месте. Она медленно поворачивается и смотрит на Реджину. Девушка выглядит сбитой с толку, что шокирует и Королеву.       — Но ты... разве ты не собиралась выгонять меня? — неуверенно спрашивает Эмма. В горле брюнетки появляется ком.       — Конечно, нет, — женщина качает головой, с трудом сдерживая слёзы. — Я хочу поговорить с тобой, но не об этом.       — Ладно, — осторожно тянет Эмма и медленно кивает, показывая, что готова слушать.       Реджине требуется несколько секунд, чтобы собраться.       — То, что произошло... — нет смысла уточнять, потому что каждая из них болезненно чётко понимает, о чём именно идёт речь, — Эмма, это моя вина. Прости меня. Я знаю, что уже говорила это, и... Я просто хочу, чтобы ты вернулась ко мне. Я так больше не могу.       Щёки Королевы становятся влажными от слёз. Ей так сильно хочется преодолеть эти несколько шагов между ними и заключить Эмму в объятия, но блондинка это не одобрит.       — Клянусь, я не хотела, чтобы так вышло, — шепчет женщина, скользнув взглядом по рукам девушки, спрятанным в карманы. Она знает, что на ладонях остались маленькие шрамы.       Судорожно вздохнув, Реджина вытаскивает из кармана пиджака потёртый кожаный браслет. Она неуловимо вздрагивает, вспоминая, при каких обстоятельствах в последний раз он был надет на её руку. Но сейчас всё иначе. Сейчас она делает это добровольно, чтобы вернуть родного человека.       — Реджина, что ты делаешь?... — Эмма с ужасом смотрит на то, как Королева создаёт в ладони крошечный язычок пламени, а затем надевает на запястье браслет, который блокирует магию, и огонёк исчезает. Спасительница напугана до смерти, её лицо белеет, но страх этот вызван не тем, что брюнетка применила магию у неё на глазах. Эмма знает, каково женщине без магии, знает, что без неё она чувствует себя беспомощной и уязвимой.       Закусив дрожащую нижнюю губу, Королева поднимает на Эмму взгляд и протягивает руку. Блондинка чувствует, как её сердце раскалывается от невыносимой тоски, которую она видит в любимых карих глазах. Всхлипнув, девушка медленно подходит к Реджине. Бережно берёт её протянутую ладонь в свои руки, опускаясь на колени, и целует каждый палец, роняя слёзы. Реджина падает на колени рядом с ней и обнимает блондинку, крепко прижимаясь к ней. Эмма не отстраняется.       Тогда Королева плачет ещё сильнее. Слёзы льются по её лицу, и всё, что она может, — льнуть к Эмме, её дорогой, любимой Эмме столько, сколько она позволит.       — Прости. Прости меня, — блондинка с трудом выталкивает слова из своего горла, которое словно сдавило. Больше они ничего не говорят. Реджина сотрясается в рыданиях, всем телом прижимаясь к девушке, а Спасительница до боли стискивает зубы от злости на саму себя за то, что причиняла такую боль любимому человеку. Она ласково гладит брюнетку по спине, позволяя кончикам пальцев вспомнить эти прекрасные прикосновения, прижимается щекой к мягким волосам женщины и закрывает глаза. Из-под плотно сомкнутых век блондинки катятся слёзы.       Этим утром Реджина не идёт на работу. Она остаётся с Эммой, не прекращая касаться её хотя бы кончиком пальца ни на секунду. А блокирующий магию браслет больше не сковывает запястье Королевы.