Я (не)уверен

      Попов побежал лестнице, задыхаясь от продолжительного бега, спотыкаясь почти через каждую ступеньку, буквально вваливаясь в открытую квартиру друга, и неразувшись, даже в мыслях не было, сейчас это не имеет никакого значения в мыслях на репите звенит только одно найти его.       Господи прошу, чтобы оказалась так, что он просто накручивает себя, и Антон дома, просто спит. Пусть он будет в порядке. «Но Арсений, дверь была открыта», вопит подсознание, подкидывая яркие картинки грустного лица.       Поздно понял, что ляпнул и возможно сейчас потеряет его. С такими мрачными мыслями подбежал к комнате Антона, уронив по пути пару вещей.       Замок в комнату заклинило, страх обволакивает душу с каждой секундой всё больше, пальцы подергиваются от волнения. Так главное спокойствие. Давайте он там не лежит в припадке.

Прошу

      Остановившись на пару секунд, постарался подёргать дверь, но та стояла мёртвой и нерушимой стеной и даже не думала начинать двигаться.       Это злило и мысленно извинившись у Антона за дверь, приложившись плечом, чтобы её открыть. Выбил засевший замок, почти упав на пол, быстро осмотрел обстановку.        Его тут не было. Небольшая кровать, шкаф, тумба и стол. Хотя бы записку. Хоть что-то, ну пожалуйста, Тош. Дай хотя бы намёк.       Зацепившись взглядом за стол, присмотрелся. Лежали бумаги, бутылки и пустые пачки от его любимых сигарет.

Возможно он больше не услышит этот запах.

      Быстро подойдя к столу, взял открытую тетрадь. Он помнил её, часто видел как Антон делал зарисовки различных предметов или лиц прохожих. Но вместо привычных эскизов, его напугали строчки, что украшали страницы.       Он впервые боялся того, что пишет человек. Невольно вздрогнул от названия длинного плана, что был исправлен множество раз. «План самоликвидации» Что? Боже, Антон.       Множество перечёркнутых дат в углу, что наводят на мысли о том, как долго готовился данное событие. И ведь это не месяца, это года.       Чёрт возьми Попов, где ты был, гордая мразь, когда он нуждался в тебе? Правильно, ты боялся.       Прочитав несколько раз, Арс не хотел верить своим глазам, отказываясь принимать происходящее, перелистнул страницу.        Подсознание орало о том, что всё это его вина, но он отбрасывал самокопание куда подальше.

«-Арс! На мостовой красиво, ты знал?»

      В голове говорил Антон. Сразу после прочтения последнего пункта.

«Мостовая, наркотики»

      Времени нет. Может уже поздно? Арсений не знает, но сам того не замечая, выбегает из подъезда с тетрадкой в руках.       Ему нужно торопиться. Он не может его потерять уже навсегда. Он не хочет снова его потерять.

Не хочет

      Игнорируя все правила, превысив дважды скоростной режим и пропустив множество светофоров. На шоссе было не так много машин, а может он просто не замечал происходящего вокруг, сейчас нету ничего важнее Шастуна.       Штрафы совершенно не интересовали. Какая блять разница, когда его друг-кретин умирает? Вот и он не понимает.       Остановившись на траве около трассы, бросив машину буквально на произвол судьбы. Закрыл ли он дверь? Заблокировал автомобиль? Он не помнит, да и какая нахуй машина, это последняя вещь которая волнует его сейчас.        Заглянул в арку моста. Никого.

Глаза застилает белая пелена.

Паника

      Не детская, а холодящая, от которой ты хочешь выть и молить, ужасная и пугающая, растекающаяся холодными мурашками по телу.       Колени буквально подкашиваются, но у него нет времени на истерику, надо брать себя в руки, не ради себя, ради него.       Быстро нащупав телефон, и, дёрнув пальцем, ответил на звонок.       Звонил Дима, который был слишком растерян, говорил быстро, но Арсений, который и так не особо соображал, слабо воспринимая происходящее вокруг, не слушал, он зацепился взглядом за носок бежевых и знакомых кедов, выронив телефон из рук, подбежал.       Глаза защипало от наступающей паники. Это был его Антон, его трясло в конвульсиях, глаза были закрыты. — Чёрт-Чёрт-Чёрт — Похлопав по щекам, дотянулся до телефона Шастуна, быстро набирая скорую, переворачивая тело на бок и держа голову этого придурка, чтобы тот не захлебнулся в собственной рвоте.

«Здравствуйте, вы позвонили 991, что у вас случилось?»

Он говорил быстро, невнятно       произнося звуки, удивляясь, как девушка на другом конце трубки понимает его несвязанную речь. Арс глотает слёзы.

«НЕТ, НЕТ, НЕТ, НЕ СМЕЙ РАССЛАБЛЯТЬСЯ, СОБЕРИСЬ СВОЛОЧЬ»

      Его тело дрожит, он пытаеться донести до девушки местоположение, и отдалённо слыша какие-то инструкции, просьбу не бросать трубку, но скидывает её, наплевав на здравый смысл.       Внимание заостряется только на пульсе и замедляющимся дыхании. — Твою мать! Шаст! Шаст! Даже не думай меня оставлять, я тебе…я…чёрт…да прошу же тебя… Умоляю. Шастун, мать твою…

***

      После встречи в похоронном агентстве, он долго не мог понять зачем пошёл именно туда? Зачем? Почему хотелось увидеться? Антон до конца понял, что он просто влюблённый идиот.

Не более

      Но всё же было приятно знать, что Арсений беспокоился и не чувствует того отвращения, как было до этого, от этого настроение держалось на полоске под названием «Пока что хорошо».       Арсений его поднял и даже не знал об этом. Бумаги он сдал когда понял, что на смене Арса нет и быстро отдав, ушёл, сверкая пятками.       Нервозность тогда была на пределе, ведь обычно в такие моменты ты встречаешь именно тех кого не хочешь.       В данной ситуации это был бы персонаж с именем Арсений и Антон даже бы не удивился если бы встретил того. Закон подлости и всё такое. Ага. Ладно, глубоко в душе он надеялся, что он встретит этого идиота. Надеялся, что за него по переживают и заберут документы.       Но Антон ещё тогда дал себе подзатыльник. Его мысленное Я вновь начал прокручивать в мозгу все худшие ситуации из жизни.       Он почему-то представил как родители отреагировали на то, что их сын начал употреблять наркотики.       Он был уверен, что его записали бы на курсы лечения, на которые он бы забил хуй.        Его размышления прервала фигура в дверях, очень напряжённая и явно не настроенная на что-то доброе. — Тош, пошёл ты нахер. — Кирилл был очень зол и держался из последних сил, чтобы не кинуть телефон в парня. Может чего потяжелее? Он взрослый человек, умный и не рассчитывал на взаимную любовь. Прекрасно знал, что его парень любит другого. Было ли больно? Да. Но с Антоном хотелось оставаться.       До того момента пока не увидел и не узнал этого человека. Телефон всё-таки полетел в лежачего на кровати блоггера. — Чт… — Начал было уже и сам злится, но посмотрев на быстро закипающего Кирилла, злость пропала, как и желание находится здесь.       Будет скандал, громкий и долгий. Да твою ж мать. В плече отдало тяжёлой болью, расползающийся по руке. Не телефон, а кирпич, ей богу. Гаджет тоже недовольно прошипел звуки, перезагружаясь. — Нет, ну ты подожди-подожди. То есть ты просто заменил меня, так как парень, который тебе нравится, послал тебя? Ты ведь даже особо не скрывал, но я просто смирился, вы ж типа друзьями были! Может от обиды путаешь, но нет. Нет! Ты не один раз называл меня его именем! Я ж терпел! Терпел когда ты подсел на наркоту! Откачивал, блять, тебя! А ты уёбок… Уже быстрее переходя на более повышенные и грубые тонна, держа себя из последних сил. — Знаешь, мог хотя бы не врать, что, блять, любишь, я же не тупой, понял бы! Зачем? Просто сука нахера? Я не ебаная замена для тебя, я тоже чёрт возьми живой человек…       Антон слушал его, но особо не вникал, не было ни смысла ни желания, одна вода, которая просто будет трепать и выводить из себя. Хотя бы после слов о том, что его бы поняли, смысл?       Кирилл может говорить вечно, особенно если он думает, что его как-то обидели или им воспользовались.

Задетое эго. Хуже не придумаешь

      Играет так, будто его подставили, но это было не так, Антон и вправду влюбился в него, да и внешность не так похожа, слишком льстит себе. Характерами не схожи, но привык, полюбил, но что-то будто покрылось коркой льда. Кирилл перегнул палку. — Хорошо, собирай вещи и уходи. — Прервал его на том, что он уже начал переходить на родителей, и то что Антон лишь притворяется таким хорошим. Будто он держал его силой. Аж смешно.       Никогда ничего не контролировал в его жизни, не психовал, да злился. Но не выводил в ссору, сразу извиняюсь или уходя на улицу, прикупив еды и алкоголя, даря организму новую дозу.

Саморазрушение

— Что? Ты меня выгоняешь? — Злость чуть поубавилась. Пришло понимание, что его вышвыривают, как ненужную вещь. Паршивое чувство. — Можно и так сказать. — Пожимая плечами, сел потирая плечо в которое со всей силы влетел телефон. Или всё же кирпич?       Смотреть как в голубых глазах что-то происходит было занимательно, они сузились, выпрямившись хотел что-то сказать, а Антон лишь показал на запястье, будто торопя. Будто он куда то спешил сегодня. Будто…

***

— Антон… Кирилл был в панике. Он боялся, что Шастун не откроет глаза. — Антон, твою мать! Приложив огромные усилия, заставил его пить и держал ослабевшее тело над туалетом.       Это был не первый раз, когда он находил Антона в таком состоянии.       Самое страшное, что тот знал дозировку и мог специально перебрать.       Антон закашлился, а у Кирилла внутри забила тревога.

Он не знает как помочь

***

      Множество таких воспоминаний в голове парня метались. Может не стоило его спасать?       От этой мысли Кирилл замер и, дёрнув в нервном тике головой, прошёл дальше вглубь комнаты, собирая немногочисленные вещи, попутно доставая сумку. Собирался недолго, быстро переоделся и ушёл до того, как Антон вышел из ванны. Думаете это жестоко? Антону насрать.       На душе было целое ничего, он ничего не чувствовал от ухода парня, хоть они и прожили вместе пару лет. Чувство потери не было, как от ухода Арсения, возможно просто опустошило. Возможно. За четыре года уже путаешься в этих чувствах, окончательно не понимая, что с тобой происходит. Но всё же руки тянутся к телефону и находят нужный номер. Звонок. Гудки. И вот растерянный голос от которого пустота отступает и даёт выдохнуть. — Да? — Арсений шумел с кем-то и этот кто-то явно был против. — Привет, помнишь, что мы договорились о том чтобы обговорить? — Уточнять было не нужно, оба прекрасно понимали о чём идёт речь. — Чёрт, я опоздал? — Голос стал грустным и Антону стало приятно, что Арс считал встречи с ним важным. Отпив больше воздуха, чем кофе выдал неопределенное мычание. — Ещё тридцать минут. — Я буду через двадцать, только Кьеру завезу в офис. — Протороторил и старательно спокойно прошипел: «Хватит есть пульт». — Хорошо, — смеявшись ответил и скинул трубку. Сердце начало стучать быстрее, как и мысли, которые решили, что пора восстать.       Ему нужно было выговориться Арсу и закончить свой план. Мысль резала по сердцу заставляя медленнее биться. «Арсу нужно лишь успокоить своё ЭГО» Вот это было действительно неприятно.

***

      Арсений как можно быстрее одел дочь и побежал с ней по лестнице, в пол уха слушая её скомканный монолог. Усадив в кресло и дав конфету, сел на водительское место, заводя машину и застегнув ремень безопасности.       У него есть пятнадцать минут. В офис он не заходил, ещё на светофоре написав Алёне, что они подъезжают.       Кьеру быстро забрали и помахав им рукой, отъехал от здания, смотря на время. Шесть минут.       Приехав в такой родной район, кивнув знакомому и, быстро выйдя из машины, не забывая закрыть её и кинуть ключи в поясную сумку. Машинально поправляя куртку и доставая ключи от домофона. Запасные ключи он сделал сам, так спокойнее. Он опоздал на три минуты.       Заходя в коридор, и слушая как Антон ссорится с кем-то по телефону, зашёл в гостиную, взглянув на то как небрежно раскидана обувь, поспешил снять куртку. Держа её в руках, наблюдал за парнем. Ему было всего лишь двадцать семь, но уже снимается в рекламах, ведёт канал со ста тысячами подписчиков.       Улыбка так расползлась по лицу, Антон был в его футболке. Давно ещё подарил, на первый год знакомства. Он её сохранил. — Ладно, давай. — Звучало агрессивно, но разговор явно закончили из-за Попова. — Прости, просто Кирилл ещё раз решил уточнить, что мы расстались. — Вы расстались? — Стараясь сделать тон менее радостным. Это вышло откровенно так себе. Ладно, вышло так, что Арс пиздец как этого ждал. — Да, — махнул, будто мошку отгонял. — Он накрутил снова себя, а я заеблся это выслушивать, слишком много нытья и ревности на пустом месте. — Он говорил это довольно эмоционально и наблюдать за его губами, как их то кусают, то облизывают, явно было интереснее.       Арс мысленно дал себе пиздюлей, не о том думаешь. Не о том. Или о том? Нет. Да. В общем незакрытый вопрос. — Это хорошо или плохо? — Уточнил, кидая куртку на диван и подходя к чайнику. — Хорошо. — С кивком сказал Антон. — Ладно, — протягивая это слово и доставая кружки. Нервы нарастали, показывая, что Арс слишком спокойный. — Ты всё же сохранил футболку? — С улыбкой спросил поворачиваясь лицом к лежачему на столе другу.       Его душу словно ебучем мёдом облили, что его помнили и вспоминая убитый вид Антона, прикусил губу. Было стыдно. — Как видишь, — плечи дёрнули и подперев щёку рукой, смотрел прямо в глаза. Зеленые глаза блестели и выдавали хозяина. По его мимике всегда можно понять что не так.       Особенно по глазам. Если он злился — то они почти чернели, а вот когда их обладатель был рад то они начинают сверкать, их почти не видно из-за большой улыбки. Когда расстроен он их скрывает, не смотрит.       Арсений знал его очень хорошо, единственное, что не знал какие глаза у Антона когда тот возбуждён или смущается. Оказывается, смутить его очень сложно, Попову ещё не удалось. — С чего начнём? — Звучало отрывисто, из-за картинок в голове с представлением возбуждённого Антона.       Подобные мысли его начали преследовать последние…полтора года как он отсчитал. Когда узнал, что Антон начал перебирать парней и эта мысль приелась и стала очень его интересовать. — С…- Антон прикрыл глаза и посмотрел на кольцо. — Давай о Алёне. — О… хорошо. — Чайник вскипел.       Арсений рассказал, что узнал о том, что Алёна ему изменяла, что дочь не его. Антон улыбался так, что хотелось ударить. Ему бы посочувствовать другу, но внутренее эго, орущее «А Я ГОВОРИЛ», не даёт мыслить здраво.       Арс говорил о том, что они никогда друг друга в целом сильно не любили, им было просто удобно быть вместе. Привычно.       Шастун на этом замер и, только после его тихого мычания и хлюпания кофе, продолжил. Рассказал о том как узнал об измене, буквально зачитал лекцию о том как Алёну выебали, как она извинялась.       О том, что тот парень говорил, что больше не подойдёт к его жене ни на шаг, после того как получил по ебалу и возможно пару сломанных рёбер в придачу. Но он понял, что ему не хватало этого толчка. Мысль о том, что толчок от Антона должен был быть вполне достаточным, но Арсений тогда его проигнорировал из-за задетого самолюбия. Ни к чему эти мысли.       Рассказал о Кьере, показал фотографии, видео малышки. Парень напротив упорно делал вид, что ему интересно. Не мог он разбить эту улыбку словами, что ему противно смотреть на это. Ведь когда Антон загибался от потери, Арс налаживал жизнь. — Насыщенно. — Подвёл итог, Шастун. — Теперь ты. — Это прозвучало как передача эстафеты. Будто это была игра кто больше о себе расскажет. — Что ты хоч… — Что ты чувствуешь ко мне? — «Твоб мать, твою мать твою мать… Попов ты их идиот или да?» и всё же ему было интересно, ведь за эти четыре года молчания Арсений до конца понял, что любит этого дурака.       Ему безумно не хватало его шуток, его жалоб о низких проходах «для карликов», не хватало споров о всякой херне. Без него не было той атмосферы. Ладно, а ещё у него удобная одежда. Вы этого не слышали. Поняли? Молчим. — А…о…у… — Перебирая буквы и теребя кольца, Антон перевёл взгляд на стену. Опять этот взгляд, как в похоронном агентстве, на цветы он так же смотрел. Арс прыснул сам от себя. Супер. Он ревновал цветы к этому придурку, теперь стену. Что дальше? — Слушай…ах — Руки закрыли лицо и Антон что-то сказал. Тихим шепотом. — Давай так. Я встречался со многими парнями. Половину даже не помню. Это был мимолётный секс, который был большим дискомфортом, или же просто неразвивающиеся отношения. Я старался быть в отношениях с девушкой… — Стоп. Что? — Арсений его перебил убирая руки от лица, тот быстро тороторил. — Подожди. — Арсений с первого дня их знакомства знал, что тот гей.       Смеха ради помогал и радовался когда Антона не отшивали. Порой по приколу флиртуя с другом, озадачивая того внезапными подкатами, долбаёб. Но он не думал даже как-то, что он может быть с девушкой. — Ира. Она хорошая, но простите отсутствие члена вызвало дискомфорт. — Убирая руки от своего лица и держа их сцеплиными в зомок под столом, впиваясь ногтями в ладони, наверняка там останутся следы-полумесяцы. — Понял. — Кивок и смех, ноги под столом внезапно соприкоснулись, стало так тепло от случайного прикосновения, посмотрел на Антона. — Арс… — Почти мучительно простонал с такой безнадёжностью. — Я задал вопрос, а ты говоришь мне о других. — Мотая головой говорил, большим пальцем гладил тыльную часть своей ладони. — Давай начну я. Ты мне признался в том, что влюблён в меня, что многие парни были похожи на меня и как я понимаю Кирилл не исключение. Мне интересно, ты до сих пор меня любишь? — Вымолвил он так легко, ведь если ему скажут нет он не станет лезть, но если его до сих пор любят…       Даже после того как он поступил. Он не упустит его.

Только не снова, не может потерять его

      Антон дёрнулся и почти побежал в ванну, закрывая дверь. В голове был лишь мат и проступающие слёзы.       В голове всё смешалось. «Попов, твою мать. К чему ты завёл эту шарманку? Зачем давишь на больные раны?!», вытирая слезы и размазывая их по щекам, постучал по ноге пальцами.       Выглядело слишком глупо…не нужно было бежать, но и оставаться со слезами тоже не вариант. Бесспорно, Антону нравился Арсений.       Очень нравился. Но его пугало то, что Арсений мог переменить план Антона. Жуть. — Боже… — И будто молясь Богу, посмотрел на потолок. Нужно выходить, но идеально белый цвет заставлял стоять.       В дверь постучали. Твою мать. — Тош? Всё хорошо? — чёрт знает, что Арсения подтолкнуло подойти к двери. Слишком напрямую. Решив, что лучше зайти, открыл дверь. — Антон. — Прости, просто было неожиданно. — Пытаясь улыбаться и при этом держать свои руки при себе, чтобы не размахивать ими.

Вот такой он человек. Слишком эмоциональный.

Он смутился. Арсений это понял, когда увидел его глаза, они казались больше и в них были искорки интереса и чего-то сковывающего. Он весь напряжённо смотрит так мягко, волосы в хаусе. Окей, он доволен и взволнован одновременно. — Да, и ты… Давай я первый? — Чуть подойдя и заметив, что Антон не отшатнулся, принял это за хороший знак. — Ты мне нравишся во время нашего общения, но… Прокашлявшись и пересилив себя сказал. — Задел меня, когда сказал, что ребёнок не мой. За то время пока мы не общались, мне не хватало тебя… — Говорить это куда сложнее, чем продумавать текст в голове, а Антон казался всё более не досягаемым.

Арс его недостоин

— Два идиота. — Арс смотрел с недоумением. Он не понимал даже когда его обнимают. Но всегда всё доходит. И до него дошло. — Я люблю тебя, идиота кусок. — У меня что-то отлегло. — Не выдержал и сказал Попов, обнимая Антона. — Можно сказать…- «Что я живу этим моментом» договорил про себя Антон, но вслух ничего не сказал, а Арс и не ждал. Они просто обнимались.

Антон был счастлив.

***

      Арсений плачет. Даже не пытается сдерживать слёзы. Он не может дышать из-за кома в горле. Все внутренности как будто сдавило.       У него забрали то, что он собирался сохранить. Его солнце… Он не уберёг его. Смотрел на опускающийся в землю гроб.       Смотрел на могильную доску. На цветы. На толпу людей, на родителей Антона, которые до сих пор не осознавали произошедшее и стояли будто ждя, что над ними шутят, что это глупый розыгрышь.       Смотрел на то, как Серёжа, держит Диму. Они оба до последнего боролись за Антона. Больше чем Арсений.       Он ненавидел себя и в голове крутились слова. Множество слов, моментов, первые поцелуи, смешки.

***

      Попов с Шатуном сидели на скамейке. Около реки, в которой плавали утки и блестело солнце. — Арс? — Позвал Антон, не смотря на него. В ответ ему что-то расслабленно промычали, лениво рассматривая.       В голове вертелось обещание данное Диме. Дышать было сложно, но он сделал вдох. — Ты сможешь, жить, если я умру? — Он начал из далека. — Не знаю, Тош…- Арсений задумался и отрицательно повертел головой. — А если я попрошу забыть про меня? — Ему нужен был ответ. Положительный. — Я не уверен.— Прошептал. Ему было некомфортно на этой теме. Его насторожило это. — А я полностью уверен в тебе. — Улыбка Антона сняла напряжение, будто говоря, что всё хорошо.

Арсений хотел верить

— Тогда я…- Частицу «не» он решил не озвучивать. — Я уверен.       Нихера он не был уверен. Он даже не знает почему так ответил тогда.

***

      Арсений встал на колени. Он не знал куда себя деть. Он не был готов потерять то, что так недавно приобрел. В голове проносилось воспоминание о том обещании.       Вырвался нервный смешок.       Он не простит себя за то, что не обратил внимание на давние слова Антона. Он так давно дал это обещание, что не был готов его выполнять. Да как такое вообще можно выполнить?!       Уходит с кладбища с пустотой в душе.

Он похоронил себя с ним.

С ним он похоронил и себя.

Арсений Сергеевич Попов больше не чувствовал себя живым.