Ох чёрт...

Знаете, меня часто упрекали в том, что я вечно нахожу приключения на свою пятую точку, но хочу вас огорчить, такие приключения находят меня сами, как и в этот раз… Парень еле-еле поднялся на ноги и щурясь от сильного солнца осмотрел сначала нас, а потом перевёл взгляд на себя. ? — Чёрт… — произнёс недовольно мальчик и двинулся в дом. Мы все стояли в недоумении, пытаясь привыкнуть к этой ситуации. Вот он открывает дверь и за его спиной слышится возглас Лютера. — Пятый где ты был 17 лет? — Мальчик лишь махнул рукой, показывая идти за ним и мы все направились на кухню. Все сели за стол, а Клаус решил отличиться и сел на него. Я же облокотившись о тумбочку, встала со стороны холодильника рядом с полками. Л — Пятый где ты… — П — Я не глухой и слышал твой вопрос. Я застрял в апокалипсисе на 45 плюс-минус лет — Все ошарашенно посмотрели на парня, как будто боясь его — Что вы выпучились? И кто ты такая? — указывая на мебя взглядом спросил Пятый. — А.э я? — — Дар речи потеряла? — с ухмылкой сказал он. -…Ты что меня не помнишь?.. — — Я тебя даже не знаю. Как я могу тебя помнить? — теперь я была в ещё большем шоке. — Пятый… Так всё. Ответь на несколько вопросов о себе, ведь думаю никто не узнаёт тебя — все кивнули и перевели взгляд на мальчика. — С чего я должен тебя слушаться — — Если ты меня не послушаешь, то вылетишь к чёртовой матери отсюда — указывая на улицу яростно сказала девушка. -…А вот теперь мне стало интересно, ладно так уж и быть, задавай свои тупые вопросы — Цокнув языком я начала: — Кого ты знаешь из академии? Какой у тебя характер? Какие отношения с участниками Амбрелла? — — Я знаю всех исключая тебя. Мой характер нельзя рассказать полностью в одном предложении, могу лишь сказать, что все меня ненавидят из-за него. Ни разу не слышал от них ласкового слова, даже благодарности. Что-нибудь ещё? — — Бл*ть… — с досадой сказала я — Т/и?!! — выкрикнула Эллисон осуждающе смотря на меня. Т/и — Прости конечно, но тут ничего другого не скажешь — П — Прошу объяснить мне, что тебе не нравится? — насторожившись спросил Пятый, остановившись делать себе бутерброд. Т/и — Объясняю. Ты — пятый, самый добрый, отзывчивый и милый человек на планете, который пытается всё решать мирным путём. Мой самый лучший друг, знаем мы друг друга с рождения, как бы не раньше. С остальными у тебя идеальные отношения. По неосторожном перемещении лет так в 13, ты буквально исчез из нашей жизни на 17 лет… — — Тут что-то не сходится, я никогда не знал тебя и такое описание даже отдалённо ко мне не подходит… — его глаза за секунду раскрылись, как будто он что-то увидел. -Думаю в расчётах ты прям совсем просчитался… — С огорчением произнесла я, подходя к выходу из кухни — Я пошла в кабинет отца… Вдруг он что-то знал об этом — уже почти покидая комнату я услышала крик. — Стоять! Я с тобой — это был Пятый. Быстро взяв свой бутерброд он засунул его в рот, и подбежав ко мне, взял за руку и перенёс в кабинет… Мне резко стало плохо, мои ноги как будто растекались, голова гудела, а руки дрожали. Меня начало качать и я поняла, что падаю. Пытаясь зацепиться за воздух я уже морально готовилась к удару, но Пятый вовремя заметил и подловил меня. Увы не удержав полностью равновесие он одной рукой облокотился о стенку и прижал меня спиной к ней держа второй за талию. Моя голова кружилась и глаза, которые до этого видели всё размыто, начали различать хоть, что-то. Несколько секунд и ко мне пришло осознание того, что его лицо слишком уж близко ко мне. Оно было настолько близко, что его дыхание обжигало мои губы и нос. Я рассматривала его черты лица и не заметив, сказала вслух. — Ты так вырос с нашей последней ночовки — улыбнувшись сказала я и попыталась твёрдо встать на ноги. — Последней ночовки? — спросил парень приподняв одну бровь и слегка поморщившись. — Почти каждую ночь в детстве, ты приходил ко мне в комнату и говорил, что боишься спать один. Я всегда улыбалась и соглашалась. И ты радостно подбегал к моей кровати и запрыгивал в неё, крепко обнимая меня. И только тогда тебе удавалось уснуть — улыбаясь рассказывала я смотря ему прямо в глаза. — Какая же я здесь размазня, думаю каким был таким бы и остался, а хуже всего, что я мог сдохнуть в апокалипсисе — мы стояли всё в той же позе, я облакачивалась о стенку, а Пятый рукой, а другой держал за талию.