Пион

Время летело быстро. Цветочные лавки открывались в каждом городе. Они словно пыльца, разлетались по всем уголкам страны. Каждый человек, из Сеула или из маленькой деревеньки знал, что «Пион», это не только красивый цветок, но и сеть цветочных магазинов. — Милый, я так волнуюсь. — Вздыхал Тэхен, дуя губки. — Мы уже столько лет небыли дома. Я не знаю, как начать разговор со своими родителями. Они же ничего о нас не знают. Не понимаю, почему отец так и не смог тебя принять. Они лежали на кровати и пока все еще спят, разговаривали о сегодняшние поездки в родной город. Там проходила церемония открытия сразу трех магазинов. Один из них расположился у дома родителей Тэхена. Чонгуку не хотелось приезжать в этот город, слишком много печальных воспоминаний связывает его с ним. От этих раздумий он невольно прижимал омегу к себе, словно боясь, что его отнимут. Тэхен все не умолкал. — А ты сказал своему отцу, что хочешь его пригласить жить к нам? — Он повернул лохматую голову к альфе и игриво посмотрел в черные глаза. Чонгук, как и обещал, приумножил деньги, которые давал отец на первое время. Он ни вона не потратил на свои нужды. Вкладывал их и бережно записывал каждую монетку, полученную от прибыли. И в итоге накопил столько, что его отцу больше не нужно работать, не разгибая спины. Чонгук обещал, что это время настанет. Теперь он будет заботиться о нем и отдавать все заботу и любовь. — Надеюсь он согласится переехать. — Чонгук двумя пальцами провел по подбородку своего мужа и притянул для сладкого поцелуя. Когда родился малыш, Чонгук тут же сделал предложение. Но оно не прошло, как во всех романтических фильмах. Колечко было красивое, переплетение двух цветов золота. Чонгуку казалось они так подходят им, поэтому сразу же купил. Камней на нем не было, да и гравировки тоже. Кольцо и без этого стоило слишком дорого. На тот момент он не мог позволить большего и очень этим был опечален. Маленькое колечко в черной коробочке, было спрятаны в шкафу в одной из полок. Каждый день на протяжении недели он подолгу зависал у шкафа, смотря в него и перебирал пальцы на руке. Чонгук подбирал красивые слова, хотел устроить праздник для двоих, по этому поводу. И когда все уже было подготовлено, кроме его самого, все пошло не по плану. — Чонгук! — Сквозь зубы шипел Тэхен. Альфа побежал в комнату и увидел, как тот держит коробочку в руках и читает подготовленную речь, развернув оборванный клочок бумаги. — О, нет! Ты не должен был это увидеть. — Чонгук схватился за лицо руками, с сожалением выдохнув. Тэхен не понимал, что это для него. Потому что считал, что они и так живут прекрасно и без колец. А со временем и вовсе забыл, что они еще даже не женаты. Ведь на светских мероприятиях и при незнакомых, Чонгук его представлял, как своего супруга. Поэтому сейчас, стоя с коробочкой в руках, он чувствовал ревность в высшей степени ее проявления. А она была не с проста. Однажды, Тэхен так же нашел коробочку с дорогущим кольцом и подумал, что подарок для него и не стал рассказывать о находке. Когда они пошли в гости к министру сельского хозяйства, то за столом Чонгук встал и преподнес это кольцо его жене, в качестве подарка. Челюсть Тэхена с грохотом упала на шикарный стол той семьи. Жена министра была очень красивой. Хоть и являлась бетой, но взгляды прохожих были прикованы только к ней. Переплюнуть ее в изяществе было невозможно. Весь вечер Чонгук смотрел на нее не отрывая взгляда, хоть и держал руку своего омеги под столом. После возвращения ему пришлось объясняться перед Тэхеном. Оказалось, что из-за подарка, на которые пошли все заработанные деньги, и восхищения его женой, министр предоставил лучшие земли на выращивания цветов и плату взял меньше, чем они стояли. Вот и теперь Тэхен трясся от злости. Как только Чонгук показался в комнате, парень не стал его выслушивать, а лишь ткнул ему в грудь эту коробочку и пошагал к двери, чертыхаясь на своего альфу. — Я с тобой больше не пойду, ублажать чужих жен. — Топая ногами по дубовому паркету, открыл дверь и с грохотом ее хлопнул. — Но это для тебя … — не успел докричаться в след Тэхену. Шаги за дверью резко остановились и стало тихо. Чонгук сел на кровать, закрывая коробочку с простым колечком. Сердце его бешено стучало, не было ничего хуже, когда они ругались. Но тут дверь потихоньку открылась и показался красный носик, а потом и все лицо, которое пылало от смущения. — Чонгук, что ты сказал, я не расслышал? — шептал Тэхен. — Хотел сделать тебе предложение, готовился к нему, но вместо этого, только расстроил тебя. — Альфа поднял свой взгляд на любимого, и неожиданно на него набросился омега, повалив на кровать и зацеловывая до смерти. — Прости меня, я глупый и недалёкий. — В перерывах между поцелуями, говорил Тэхен. Пробираясь под рубашку альфы, своими тоненькими пальчиками. Чонгук насильно вытащил руку своего парня и одел колечко на пальчик. Тэхен, сидя на его бедрах, стал рассматривать кольцо. — Милый, мне так нравится, я с удовольствием стану твоим мужем. — Сказал омега, а Чонгук округлил глаза, придерживал пыл своего любимого. — Но я еще даже не сделал предложения. — Все не так, совершенно все. Должно было быть по-другому. — Ох, прости. Давай все сначала. — Тэхен снял кольцо, заправил его в коробку и отдал Чонгуку. — Только ты его одел не на ту руку, вот сюда. — Он протянул пальчик и закатил глаза, чтобы не рассмеяться. Чонгук хлопал глазами и растягивал улыбку на лице. Видимо у них не будет как у всех. Он одел колечко, как полагается. Прищурился, смотря, как тот прикрыл глаза, и высунул кончик язычка. Схватил на руки и пошагал в ванную комнату, закрывая за собой дверь на защелку. — Что ты делаешь? — Запищал омега, вереща на руках и мотая стройными ножками. — Сейчас узнаешь. — Альфа потерся носом о его шею, вдыхая обострившийся яркий аромат пиона. Спустя семь лет, альфа мог подарить своему мужу все, что тот захочет. Он дарил очень много драгоценностей, от чего Тэхен умолял его не тратить деньги зря. Одежда была у омеги от именитых дизайнеров. Чонгук хотел нанять людей, чтобы те следили за домом, но омега был против, сказав, что ему нечем будет заниматься в отсутствии мужа. Все было на высшем уровне. Но то простое колечко с плетение, Тэхен берег и восхищался им больше всего. Пусть оно простое, но такое нужное для омеги. Баннеры и газеты трубили, что к ним в город приезжает цветочная семья. Они приедут на открытие своих шикарных магазинов. И напомнили о том, что это их родной город. Все на экранах обсуждали лишь Чонгука, который стремительно поднялся в богатейшие слои населения из нищеты, и совершенно этого не стыдиться, а наоборот своим примером показывает, что все возможно. Многие омеги пытались увести альфу из семьи, но тот даже не смотрит в их сторону. Его взгляд прикован только к одному омеге. Он всегда им восхищается и готов влюбляться каждый день снова. В аэропорту их встречали куча незнакомого народа. Менеджеры, журналисты, директора открывающихся магазинов. — Опять так много людей. — Вздохнул Тэхен и как только двери открылись, на них набросились журналисты со вспышками фотоаппаратов. — Господин Чон! Расскажите почему именно «Пион»? — Наперебой кричали журналисты. — Ведь это простой огородный цветок, в нем нет ничего особенного. Чонгук остановился и посмотрел на человека, который задал этот вопрос. — Для меня Пион, это не просто цветок, в нем вся моя жизнь. Тэхен посмотрел на него сквозь темные очки и слегка улыбнулся, сплетая свои пальцы с его. Он никогда не высказывался и не комментировал ничего. Оставаясь в тени, за спиной своего мужа. — Господин Чон! — Все тот же журналист из «желтой прессы». — Мы слышали, что ваш супруг имеет запах пиона, так ли это? — Пронырливый мужчина приблизился к Тэхену, вдыхая запах вокруг него. Чонгук, широким шагом отгородил Тэхена от журналиста. — Не смейте приближаться так близко к нему. — Рычал в лицо тому мужчине Чонгук. — Я отвечу на ваш вопрос, только отойдите дальше. Журналист в припрыжке отдалился и вытянув руку с микрофоном, снова задал этот вопрос. — Говорят, ваш супруг имеет природный запах пиона, так ли это господин Чон? — Мужчина улыбнулся во все зубы. — Да, это верно. Но помимо этого мы вывили еще пять запахов пиона, которые не похожи друг на друга. И все эти цветы с невероятными ароматами вы сможете приобрести в наших магазинах. — Альфа положил свою руку на поясницу омеги, поглаживая ее. — А дальше что? Будут ли еще новые пионы? — Уже другой человек задал вопрос. — Я над этим работаю, но пока не удалось уговорить главного создателя новых сортов. — Он на секунду перевел теплый взгляд на Тэхена и снова повернулся к человеку из газеты. Тэхен уже надул губки и посылал того мысленно во все стороны света. Он скрестил руки на груди и отвернувшись увидел в толпе отца Чонгука сразу же заулыбался своей яркой улыбкой. Папа Чонгука все это время стоял в стороне и плакал от радости и гордости за своего сына. Тэхен пошел в сторону отца и когда добрался до него, то сразу же потащил в ждущий их Минивэн. — Папа! — Омега повис на шее мужчины. — Мы хотели приехать к вам и сделать сюрприз, но эти назойливые журналисты … — Выдохнул Тэхен не досказав мысль. — Где дети? — Спросил он, не интересуясь больше ничем. — С няней. Они прошли через запасной выход. Потом мы собирались ехать к вам. Подождем Чонгука и поедем. — Не отпуская руки мужчины, пока все объяснял. У дома уже стояла машина. Из нее доносился детский смех и жалобный крик няни. Чонгук закатил глаза и поспешил к машине. — Мы пришли. — Затянул альфа и тут же в объятья выскочил малыш. Выскочив из машины, он тут же заметил дедушку и стал вырываться из объятий папы. — Деда, мой любимый деда! — Заорал он прямо на ухо папы так, что тот на пару секунд оглох. И дети словно горох высыпались из машины. Все пять малышей облепили дедушку и тут же повалили его на землю. — Деда, мы так скучали! Отец Чонгука тут же впустил всех в свой маленький дом и пригласил пить чай. Детей посадили отдельно с няней, потому что они громили все вокруг. Двое мальчиков альф, один из них доминант, были самые задиристые. Но, если кто-то из сестёр в опасности, тут же стоят горой за них. А еще трое были омеги. Одна девочка и двое мальчиков — омег. Двое мальчишек были как капля воды похожи на Тэхена. Оба очень красивые и изящные, как их папа. Они даже держались всегда вместе. А вот девочка-омега единственная была копией своего отца, их связывала самая крепкая нить. Она насмерть защищала свою семью и не мерилась с несправедливостью, хоть и была еще совсем малышкой. На прогулке, если какая-то омега начинала оскорблять или задевать ее папу, то тут же вставал защитной стеной между ними. — Отец. — Начал Чонгук, но остановился, проглотив остаток храбрости. Он начал наминать свои пальцы под столом, не решаясь поднять взгляд. Омега, невесомо погладил его руку и подмигнул так, что это заметил только его муж. — Папа, мы хотим, чтобы ты поехал с нами в Кёнджу. — Тэхен блеснул своими прелестными глазками и растянулся в улыбке. — Но … — Начал было папа, но его профессионально опередил омега. — … но папа, дети так скучают по тебе, правда малыши? — Он совершил контрудар по чувствительному месту мужчины. Дети сразу облепили дедушку и начали слезливо его уговаривать поехать с ними. — У меня работа, я не могу так просто уехать. — Приложил он к груди ладони. — Папа мой, вон какой сильный, он тебя спасет от этой злой работы. — Девочка-омега подняла руки вверх, и напрягла мышцы. Дедушка, смеясь, хватался за живот. — Да, твоему папе нет равных. — Хлопнув того по плечу. — Если твой папа спасет меня от работы, то я с радостью перееду к вам. — Он сощурил глаза, улыбаясь своим малюткам. — Папа, ты слышал, нужно срочно ехать на дедушкину работу и погрозить там всем кулаком. — Девочка-омега показывала Чонгуку, как нужно действовать. — Девчонке там не место! — Выпятил грудь мальчик-доминант. — Мужчины сами решат эту проблему. — Ах, ты! — И дети начали толкаться, решая, кто пойдет спасать дедушку из пасти злобной работы. — Так, мы с отцом сами сходим и просто поговорим, драться и махать кулаками нельзя, когда можно решить все словом. — Тэхен читал нравоучение своим детям. Чонгук подошел ближе к своему любимому и чмокнул в щечку. Чонгук и Тэхен стояли у ворот родного дома омеги. — Милый, мне так страшно, что кружится голова. — Он положил ее на плечо мужа и прикрыл глаза. — Не волнуйся, я всегда рядом с тобой. — Чонгук фалангами пальцев потер того вдоль позвоночника, пытаясь расслабить. Как только они прошли в дом, мама упала в обморок. Она всегда хотела быть рядом с семьей сына, но вот гордый отец … не давал такой возможности. То ли от обиды, то ли уже не мог сказать, что сам хочет повидать своего сыночка. Женщина быстро пришла в себя. Тэхен смотрел на нее и видел старую вымотанную женщину. Куда пропала его мама, которая была хрупкой молодой дамой. Видимо от постоянных переживаний и слез, все красота испарилась. — Я так рада, что вы пришли к нам. — Рыдала в голос госпожа Ким. — Простите нас, пожалуйста! Где-то за спиной госпожи раздался грохот, все обернулись и увидели, как отец омеги, стоя на коленях, тихо просит прощения. Он с силой ударялся лбом о пол. При повторной замашке, Тэхен ловко подложил ладошку, чтобы тот больше не ударился. — Отец, ни к чему так себя калечить. Мы на вас не обижаемся. У вас наверняка были причины, на то, чтобы не приезжать к нам. — Омега помог отцу подняться с пола и обнял его настолько нежно, на сколько только мог. — Если бы только было возможно все вернуть обратно… — Начал господин Ким и не закончив проронил горькие слезы. — Ну ведь все возможно, поехали к нам. Отдохнёте и познакомитесь с внуками. Ведь их пятеро. — В этот момент он схмурил брови и покосился на Чонгука, который улыбался, будто не замешен во всем этом. — Да, мы с радостью. — Затараторила мама и они все вместе обнялись. Чонгук не держал зла и охотно принял их в свою семью. Он с облегчением выдохнул и пока омега с матерью о чем-то шептались, подошел к хозяину дома. — Мистер Ким. — Откашлялся Чонгук и протянул пластиковую карту. — Это ваше, спасибо! Отец ошарашено смотрел на нее и не понимал, что происходит. — Ваши деньги нам очень помогли на первых шагах. Теперь пришло и мое время расплачиваться с вами за доброту. — Альфа воткнул ее в нагрудный карман мужчины и сделал глубокий поклон. На той карточке были возвращены те деньги и приумножены в трое. Это меньшее, как только мог отблагодарить Чонгук их. Время шло к вечеру, Чонгук шепнул на ухо мужу, что дети, наверное, съели няню и доедают деда. От чего Тэхен прыснул от смеха, но ничего не ответил. — Дети, вы можете остаться у нас на ночь? А мы пошлем машину за внуками. Так не терпится с ними понянчиться. — Мама сложила руки в жесте «умоляю». — Да, конечно, мы сейчас позвоним деду, и он их быстро соберет. — Достал телефон омега, но потом сразу вернул взгляд на маму. — Только у нас еще няня. — Госпожа Ким закивала в знак согласия. Через пару часов дети вошли в дверь и тут же разбежались по всему дому рассматривая достопримечательности. — Ба, у тебя хороший дом. — Удивлялся один из мальчиков. — Но у нас еще больше. — Сказал и побежал осматривать все дальше. Только девочка-омега стояла и осуждающе смотрела на бабушку и дедушку. — Малышка. — Бабушка потянулась к девочке. — Я вам не малышка. — Фыркнула девочка. Госпожа Ким выпрямилась и многозначительно посмотрела на Чонгука. — Что опять я сделал не так? — Театрально закатил глаза Чонгук. — Кого-то она мне напоминает. — Хихикнула женщина. Все дети были накормлены и отправлены спать. Дедушка пошел читать им «самую длинную сказку» — как просили дети, растягивая слова и руки как можно дальше. А молодые отправились в отдельную спальню. Чонгук был ненасытен. Он тут же бросился с жаркими объятьями на своего мужа и, моментально уложив на кровать, начал раздевать приговаривая. «Пора бы уже задуматься и о шестом ребенке». Тэхен остолбенел и начал вырываться из жарких лап своего любимого. — Ну уж нет, с меня хватит. — Омега елозил под Чонгуком, только больше его возбуждая. Кровать вся была вверх дном, после бурной ночи молодых. Все время Тэхену удавалось улизнуть от сцепки с мужем. Но в последний раз от сильного возбуждения, его контроль снизился. — Надеюсь я не окажусь в положении. — Смотрел омега в сверкающие глаза своего альфы. — Твой муж из пяти очков выбил пять, так что не сомневайся в моих способностях, детка. — Радовался Чонгук целуя живот своего любимого. Тэхен хоть и пыхтел, но не был против большой семьи, он во всем и всегда поддерживал своего мужа.