Hey brother...

***

Шли годы, и незаметно для всех нам с Атанасией стукнуло по пять лет. Сестра подросла, ее золотистые волосы, которые завивались на концах, а глаза, которые светились радостью, покоряли сердца прислуги. Если Атанасия была светом, то я был скорее ее тенью. Мои волосы были прямыми, а глаза по мнению сестры были отстраненными и холодными. Скорее всего так казалось из-за того, что в этом маленьком теле находился взрослый мужчина 25 лет, который видел жизнь без розовых очков. Однако это не избавляет служанок избегать меня. На самом деле это довольно утомляет, ведь я не безумный император как мой отец, я – не он. После пробуждения и умывания, а после переодевания мы оставались в своей комнате. Сестра проголодалась, и начала выпрашивать у добросердечной служанки шоколад, который Лили ей запретила есть. Атанасия — самый настоящий манипулятор, которых видел свет. — Ати хочет чоко! – сопровождалось ее фирменной улыбкой, благодаря которой ей не могли отказать. На такое представление из меня вырвался смешок. Получив желаемое сестра с улыбкой до ушей прибежала ко мне. "Адриан, нам нужен план выживания в этом дворце" Несмотря на то, что мы плохо писали, и не до конца знали алфавит, мы все таки решили взять лист с пером, на котором неуклюже выводили следующее: План А : забрать всё золото, которое найдем и сбежать с этого места. Неплохо... План Б: не попадаться безумному-императору-нашему-отцу на глаза. Хорошо, учитывая что от него нет никаких вестей и по всей видимости он не собирается нас видеть. Плана С не дано. Без комментариев... Посоветовавшись мы выбрали план Б, ведь он по нашему мнению самый реализуемый. Будем тихо продолжать жить в Рубиновом дворце, как сейчас и когда про нас окончательно забудут – уйдем.

***

— Ати, подожди меня! Мы лишь вышли на улицу подышать свежим воздухом, а она уже куда то бежит, сверкая пятками. Откуда только в таком маленьком теле столько энергии? Атанасия пропала из поля моего зрения и я выкрикнул ее имя. Вокруг много деревьев и кустов, которые вполне могли закрыть ее от моего взора. Однако она не отзывалась. Куда она делась? Не дай бог она упала где нибудь… — Адриан, – где-то из кустов очень тихим голосом я услышал голос этой негодяйки, – это… Подойдя к тому месту откуда шел голос я ее увидел и хотел было начать свою тираду, однако мои глаза зацепились за фигуру возвышающуюся над ней. Мой рот непроизвольно раскрылся. Это статуя ангела, сделанная из золота? "Этой статуи хватило бы прокормить целую страну" - усмехнулся я. Сестричка согласно хмыкнула, и как будто что-то вспомнив, начала смотреть по сторонам. — Братик... А мы где? И действительно, оглядываясь по сторонам я не увидел ничего знакомого. Вокруг было много растительности, статуя, и большое величественное здание, которое было больше Рубинового в раза три. Круто. Мы находимся в какой-то жопе мира, и даже не знаем куда пойти, ведь на то, чтобы запомнить дорогу обратно мозгов нам не хватило. — Спасибо, сестрица, мы из-за тебя потерялись. – с упреком произнес я. Ати лишь виновато понурила голову. Ну и пусть! Всегда мне приходится вытягивать её из фантастических приключений. И тут как гром среди ясного неба, прозвучал мужской голос, пропитанный каким то необъяснимым омерзением. Словно мы грязь под ногтями, а не люди. — Что эти насекомые делают в моём дворце? Повернув голову на источник голоса я увидел… Бога? Но я ведь еще не умер, не так ли? У Бога были золотые волосы, а глаза были как драгоценные камни. Он как модель сошедшая с глянцевого журнала! И его фигура... смутно напоминала мне кого то. – Перед глазами мутно, но это не помешало мне увидеть мужскую фигуру которая возвышалась над своей жертвой. Это он. От его руки погибли десятки женщин. Это первый человек которого я увидел, когда открыл глаза. И... Этот человек наш отец... А это уже плохо. Наш план Б с треском провалился... От испуга Ати чуть не закричала, а у меня по спине пробежал табун мурашек. Мужчина смотрел на меня холодным взглядом, как на портрете, от которого Атанасия заплакала в детстве. В этот момент мне хотелось провалиться сквозь землю от нашей глупости. И на кой черт мы вообще вышли на улицу!? Язык онемел от страха, ведь если он убил тех людей, то ему ничего не мешает убить нас. Наконец я собрался с духом, и выдавил из себя крохи мужества: — Просим прощения за беспокойство. Мы заблудились пока играли. – на это он ничего не ответил, продолжая буравить нас взглядом. Страшно, умирать во второй категорически не хотелось. — Вы вылитые копии той танцовщицы... Адриан и Атанасия, так она вас назвала, – сказал он задумчивым взглядом, изучая наши лица. – нахалка. Смотрит так, будто в зоопарке находится, а мы диковинные зверушки. Странно что он запомнил наши имена, ведь по всей видимости наша мать не была его любимой. Увидев, что Ати взяла меня за руку, император лишь усмехнулся. Мы замерли от ужаса, когда его рука потянулась к лицу Атанасии. Однако направление резко поменялось и он схватил мой подбородок, приподняв его. Наши глаза встретились взглядами, время словно замедлилось, прошло несколько секунд, а может и минут, пока мне это не надоело и я буквально оторвал его лапу от своего лица. На это император никак не прореагировал и потянулся к Атанасии. Мне стало страшно за неё, так как сестра выглядела бледнее смерти. Я резко дёрнул ту на себя, так что та вскрикнула. Она посмотрела на меня как на самоубийцу. Клод смерил нас взглядом полным насмешки. Что лыбишься? Приятно чувствовать собственное превосходство перед детьми?! Пока я стрелял в него вопросы глазами он успел подойти к Ати и… поднять ее?! — Тяжёлая... – задумчиво произнёс он. Он же не серьёзно? Мне конечно известно, что Ати ест шоколадки без меры, но назвать ее толстой не поворачивался язык! От такой наглости я немного опешил. Сначала назвал "насекомыми", упрекнул за имена, после чего схватил за лицо, а теперь говорит что моя сестра тяжёлая! Возможно ему надоело, а может он почувствовал от нас злую ауру, но он отпустил Атанасию из своих рук и швырнул рыцарю с красными волосами, которого мне только сейчас удалось заметить. — Феликс, пошли, мне надо поговорить со своими гостями. И тут я почувствовал, что на время перестал дышать. Поговорить? Он серьёзно хочет всего лишь поболтать? Феликс подошёл ко мне, чтобы поднять как Атанасию, однако я его остановил грубым: — Я сам.

***

Как мы изначально думали нас не отправили на эшафот, а завели в комнату, которая была очень богато обставлена. Мы сидим с Ати напротив нашего "отца", который смотрит на нас и ничего не говорит. — Вас не учили разговаривать или вы немые? – наконец-то он произнес хоть что то. Чтобы не подвергать сестру опасности я решил, что лучше разговаривать с ним мне. "Ати, если что я любил тебя" –мысленно передал ей послание. От этого сестра вздрогнула и посмотрела на меня широко раскрытыми глазами. "Не говори такого." — Мы умеем разговаривать, нас просто учили не разговаривать с незнакомцами, коим вы являетесь – после этих слов комната наполнилась еще большим напряжением. Ати посмотрела на меня как на слабоумного. Эй, я вообще-то тебя защищаю, а не себя. Клод выглядел любопытным и слегка наклонил голову в мою сторону. — Наглец – и всё? Я думал, что за такие слова меня могут наказать, например кинуть в темницу, но приказа так и не последовало. — А-ати умеет разговаривать! – наконец подала голос моя сестра, спасая меня от столь оказываемого влияния. — Почему молчала? – спросил император. И тогда я не выдержал и цокнул. Молчала и молчала, кто виноват, что ты такой скучный собеседник? Этот холодный взгляд мне уже если честно надоел. Если хотел нас убить, то зачем привел сюда и пугал? Наконец пришло наше спасение —Феликс Робейн — верный рыцарь нашего «отца», а значит хорошо прирученная собачонка. — Обычно дети в таком возрасте слишком стеснительные. – сказал он так, словно был не воином, а няней, знающей свое дело как свои пять пальцев. "Ага, стеснительные, если только ты". Сестра пнула меня ногой под столом.На это я лишь закатил глаза. — Феликс, выйди... С грустью нам оставалось лишь смотреть как комнату покидает красноволосый мужчина. Не думаю что он бы нас спас, если бы все таки императору захотелось нас убить, но все же с его присутствием было не так страшно. — Почему вы ничего не едите? Я попросил повара приготовить то, что понравится детям. Если вы ничего не съедите мне придётся его наказать. Он сейчас нагло манипулирует нами! Клод посмотрел на Ати. — Большое с-спасибо! – произнесла она с дрожью в голосе, и потянулась к клубничному торту. Взгляд уже переместился на меня. Мне было некомфортно, сладкое я не сильно люблю, но все же жизнь повара в моих руках. Нехотя я придвинул к себе десерт из шоколада, попробовав его я сдержал позыв скривиться, однако дальше есть его не стал. Зачем он нас позвал, не ради же этого цирка? От мыслей меня вывел звук падающей вилки со стороны Ати. Посмотрев на неё я вопросительно выгнул бровь, ведь упустил что то важное из-за своих раздумий. Переведя взгляд на "отца", я увидел его облокотившимся на стул. — Кто учил вас манерам? - безразлично спросил император. — Лилиан Йорк. — Знаете ли вы значения своих имён? – поинтересовался он. Мы промолчали, ведь никто этого не упоминал. — Атанасия – бессмертная, Адриан –мужественный. Тц, такие имена дать своим детям. Да ещё и девочке. Выжила бы, осталась без конечностей. – его голос был злым. И это лишь из-за каких то имен? Чем ему они так не угодили?! — Знаете ли вы, кто сидит перед вами? – спросил нас Клод, явно ожидая от нас ответа. — Сумасшедший император...- пробурчал я, думая что это было тихо, однако не учел того факта что в комнате и без того стояла полная тишина. Моё сердце стало биться сильнее, а дыхание участилось. Атанасия казалось вот-вот в обморок грохнется. Осмелев, я посмотрел на «сумасшедшего императора», который смотрел на меня уничтожающим взглядом. Если бы можно было убивать, меня бы здесь уже не было... Что ж, терять уже нечего, поэтому я стойко держался ради Атанасии. — Вы наш п-папа? - сказала Ати. Она сумасшедшая? Какой папа? Я смотрел на неё как на дурочку. Один. Два. Нас не убили. Император выглядел… растерянным? Возможно он не одидал такого ответа, но все же кивнул. — Папочка! - натянуто улыбаясь сказала Ати. Тот лишь скосил взгляд на меня, в ожидании моих слов. Но я лишь проигнорировал его и повернул голову к окну. Я и так многое сделал, назвать его папой уже слишком! Следующие десять минут мы провели в тишине. — Феликс, отведи принца и принцессу обратно, и сообщи, чтобы они прибыли завтра с Лилиан Йорк. Феликс взял Ати, я встал рядом с ним и мы отправились обратно. В этот раз я старался запоминать дорогу, чтобы больше такой ситуации не произошло. Вокруг Рубинового дворца кипела жизнь, служанки бегали вокруг в панике, ища пропавших детей. У Лили на глазах стояли слезы, но увидев нас живыми и невредимыми побежала к нам. Она забрала меня и сестрицу у Феликса, после чего передала другой горничной – Бетти, а сама осталась с рыцарем. Ее долго не было, а когда вернулась выглядела очень напряженно. Меня мучали вопросы. Что же нужно нашему отцу? Убить? Но ведь шанс был, и он им не воспользовался. Неужели в этом деле есть какие то другие мотивы? А если да, то какие? С такими мыслями я погрузился в сон...