Сквозь розовые очки

Телефон Ибо звонит примерно в шесть утра. В такое время он не просыпается даже в школу, то бишь его разбудили на целый час раньше. От неожиданного звонка он во сне испуганно вздрагивает, но быстро поднимает голову и смотрит на ярко светящийся экран. Высвечивается номер лечащего онколога Сяо Чжаня. Первое, о чём успевает подумать Ибо прежде, чем схватить смартфон, это: «Господи, очнулся!!!» — Алло? — как бешеный, садится он на кровати и взбудораженно вслушивается в речи абонента. — Доброе утро, Ван Ибо, — как-то неуверенно говорят на другом конце провода, — я разбудил, да? — Нет-нет, не страшно, что с Чжанем? И радость предвкушения так и застыла на его лице. Даже слышит звук тихонько открывающейся двери. Хайкуань тоже проснулся от этих счастливых писков. Но врач молчит. А сердце Ибо всё быстрее заходится в бешеном ритме, и глаза неистово бегают по постели. — Господин доктор? Вы меня слышите? — Да-да, слышу. — Вы так и не ответили. Хайкуань сзади настораживается и созерцает, как Ибо бледнеет на глазах. — Что с ним?.. — тише спрашивает Ван Ибо. После секундного молчания врач вздыхает и непринуждённо выдаёт: — В общем, ты давай там, завтракай, собирайся. И приходи сюда. Последняя фраза словно бы воскрешает Ибо. — Он, кажется, проснулся, но не до конца… — Бегу. — коротко выпаливает парень и отбрасывает телефон на постель, а потом, как умалишённый, вскакивает с кровати на ноги. Впрочем, голова тут же закружилась. — Бо-ди, — Хайкуаню пришлось спешно подойти и придержать его, — ты куда так рано вскочил? Доброе утро. Ибо поднимает голову и смотрит на него ещё не до конца проснувшимися, но такими добрыми глазами. Хайкуань думает, что это самый милый ребёнок на свете. — Оно самое доброе. — ровно произносит юноша и бросается на него. Крепко-крепко обнимает за шею, поднимаясь на носки. Опирается подбородком о плечо, и Хайкуань от неожиданности даже теряется. В неведении разводит руками, не зная, куда их деть. Но через секунду обнимает в ответ и даже чуть приподнимает своего младшенького. Хайкуань правда всё понимает в этот момент. Хотя не слышал, о чём говорил врач. *** Ибо хотел поехать на такси или на автобусе, но поскольку время раннее, Хайкуань вместе с ним выходит из дома и сажает к себе в машину. И мчатся они практически пулей. Утром Хайкуань успел положить в рот какое-то печеньице и запить крепким кофе, а вот Ибо торопился так, что теперь в машинном салоне старший еле уговорил его поесть хоть что-то. Но Ибо был так взволнован, что ничего не хотелось, однако против брата не попрёшь. Так что наспех жевал какой-то сэндвич и пил сок из коробки. Думал, что и так сойдёт. Добираются они очень быстро. Дороги с утра ещё не совсем заполнены. Хайкуань даже позволяет Ибо сегодня пропустить школу. Пока Хайкуань отмечается в регистратуре, Ибо стрелой ринулся на нужный этаж. По пути наудачу попался врач. — Как он? — возбуждённо спрашивает парень, останавливаясь и восстанавливая дыхание. — Да вроде как, отдыхает. — пожимает плечами тот, — мне тут отлучиться надо, так что у тебя есть пара минут. — Благодарю, — наспех отвечает тот и бежит дальше. Бежит и не останавливается. Так и вламывается в палату. Видит своего Чжань-Чжаня. Тот чуть вздрагивает от неожиданности, но по-прежнему глаза устало закрыты. — Чжань-Чжань… — восхищённо выдыхает Ибо и садится перед ним. Как будто не может насмотреться. — Чжань-Чжань, ты слышишь?.. И дыхание прерывается, когда тот пытается разлепить веки и утвердительно кивает головой. Слышит. От этого осознания всё будто кругом идёт. Потому что Ибо уже начал терять надежду. И мысленно за это желает побить себя. Такой дурак, как он вообще мог подумать, что что-то может пойти не так?.. — Ибо?.. — хрипло шепчет Чжань и сквозь туманную поволоку пытается разглядеть человека перед собой. — Да, да, радость моя, это я.— Ибо плачет и покрывает бесконечным множеством поцелуев его холодную руку. Конечно, это Ибо. Кто ещё называет его Чжань-Чжанем?.. Ибо не понимает, почему плачет. Это какое-то совершенно необъяснимое чувство. Когда уже вообще нет ничего. Ни надежды, ни смысла. И вдруг всё это появляется из ниоткуда. Так странно и одновременно приятно удивительно. Аж сердце схватывает. Спустя ещё несколько секунд Чжань фокусирует зрение. И медленно возвращается трезвое сознание. Дышит глубоко и размеренно, и слышит чужие странные всхлипы. Распахивает глаза и видит перед собой своего Ван Ибо. Прежде такого требовательного собственника своего счастья, готового глотку перегрызть за своего маленького Чжань-гэ. И сейчас так наивно плачет. Прямо как какая-то принцесса. — Ибо, ты плачешь? — фактически первое, что спрашивает Сяо Чжань. Ибо сразу ладонью утирает лицо. — Мне просто слишком хорошо. — легко отвечает тот и ложится головой на худой живот, смотря в такие любимые глаза. Счастливые. Чжань кладёт на мягкие волосы слабую руку и аккуратно зарывается пальцами. Ибо чувствует, как того пробирает дрожь. Поэтому берёт за запястье и прижимается к белой ладошке губами. Говорит: — Я так ждал тебя. Так боялся. Чжань выдавливает улыбку. — Глупенький. Чего ты боялся? Ибо смотрит так нежно и любовно, что Чжаню кажется, что даже бывший на него так не смотрел. От этого горло сдавливает. — Боялся, что ты оставишь меня. — произносит Ибо, и Чжань пальцем смахивает слезу с его щеки. Отвечает: — Я бы не смог. И они просто молчат. Долго молчат. Потому что им уютно и помолчать, если вместе. — Ты обещал мне, что не оставишь меня. — первым говорит Чжань. — Обещал. — отвечает Ибо, не отрываясь от него, — и я сдержу слово. — Я тоже обещаю. Я тоже сдержу слово. И смотрит тоже очень нежно и ласково. Ибо не может устоять. Тянется вперёд и дарит первый за три дня поцелуй. Совсем лёгкий, едва ощутимый. Последнее, что произносит Сяо Чжань, это точное обещание. — Я тоже обещаю, что не оставлю тебя. Они правда сдержат слово.