Смерть из Междумирья

***

«Космическая база Айрона. Несколькими часами ранее».       Находившийся на своей базе где-то в глубине космоса, Айрон рвал и метал.       Некоторое время назад ему пришло оповещение с Земли о том, что стебель цветка Смерти, украденного им из Междумирья, был обнаружен и забран, а его стражи — каменные рыцари — уничтожены. Маг Тёмной Энергии тут же самолично отправился на Землю, чтобы проверить созданный им тайник и убедиться, что всё так и есть. Осмотрев разгромленную пещеру за водопадом Малтнома и проведя рукой по осколкам камней, оставшихся от рыцарей, черноволосому мужчине, который, к слову, был очень умным и сообразительным, не составило труда догадаться, кто это сделал. Такие повреждения мог нанести лишь один предмет во всей Вселенной — коса магов Смерти. — Ариемемо, — произнёс заклинание Айрон, взяв один осколок в руку, — отдай мне все свои воспоминания за вчерашний день!       Как только кареглазые мужчина проговорил последнее слово, весь камень окутала лилово-серо-пурпурная дымка, принявшая потом форму шара, который черноволосый бережно положил в карман своих брюк, бросив ставший ненужным осколок на землю. Больше ему здесь делать было нечего, а потому он поспешил вернуться к себе на базу.       Оказавшись на космическом корабле, Айрон первым делом положил шарик из дыма в специальный отсек на панели управления и, дождавшись завершения сканирования, принялся просматривать воспоминания каменного рыцаря, дабы иметь полную и правдивую картину произошедшего в пещере. Поначалу ничего интересного не происходило, и колдуну Тёмной Энергии пришлось немного ускорить воспроизведение, пока на экране не появилось трое подростков. Кареглазый мужчина внимательно наблюдал за каждым их действием, пытаясь угадать, о чём они говорили, ведь воспоминания рыцаря-всадника передавались без какого-либо звука, но это было и не особо важно, ведь у него всё равно была возможность видеть каждый их шаг, каждое принятое решение. Он видел и как самая низкая в их группе девчушка с волосами цвета спелого каштана случайно задела рычаг, замаскированный под минерал, тем самым активировав секретный механизм, и как девушка с ярко-чёрными глазами забрала стебель цветка Смерти, и как парень-блондин попытался погеройствовать, в одиночку бросившись на пешего рыцаря, и как та самая черноглазая девчонка с помощью своей косы один за другим уничтожила его творения, и как эта самая магесса Смерти в конце концов куда-то телепортировала себя и своих друзей.       С каждым новым действием троицы подростков, начиная с того момента, как они обнаружили тайник, негодование черноволосого возрастало в геометрической прогрессии, что не мешало некому любопытству примешиваться к нему, ведь колдуну предоставилась прекрасная возможность воочию, пусть пока и на экране, увидеть своих новых врагов, о которых ему уже докладывали Данил и Жизель. Правда, парень с глазами цвета морской волны и каштановолосая девушка привлекли, и то ненадолго, его внимание только благодаря их артефактам, считавшимися утерянными. Намного больше и внимательней маг Тёмной Энергии следил за их подругой-чародейкой, тщательно рассматривая её, пытаясь запомнить каждую черту не только её лица, но и самой девушки целиком. — Бортовой компьютер! — вдруг резко выкрикнул Айрон, чей громкий голос, отражаясь от металлических стен, будто острое лезвие прорезал гробовую тишину. — Выведи фото этой девчонки на главный экран! — приказал кареглазый мужчина, увеличивая формат видеозаписи так, что теперь на ней можно было увидеть лишь Фрею. — Слушаюсь, командир. — Эта девочка… — нахмурившись, задумчиво протянул Айрон, усаживаясь в своё капитанское кресло, пытаясь что-то вспомнить, — она не только достаточно сильна и опытна в магии, чтобы помешать мне, но ещё и очень сильно похожа на неё, при том как внешностью, так и поведением… Но это же просто не может быть! Наверняка, это просто память меня подводит, — колдун замолк, обдумывая что-то. Его раздумья продолжались довольно продолжительное время, которое он провёл в молчании, после чего он, наконец приняв решение, снова обратился к компьютеру: — Бортовой компьютер, выведи также на главный экран файл «А_prin_пл.Сме-1073». — Будет сделано, командир! Дайте только пять минут. — Отлично, — только лишь и вымолвил Айрон. — А я пока схожу в архивы и поищу там информацию об этой Фрее. Всё же где-то я уже слышал про неё.       Но до архивов, в которых хранилось множество различных бумажных, видео и аудио носителей информации, ему дойти было не суждено, ведь на полпути до черноволосого вдруг дошло, что раз эти подростки смогли найти его тайник и забрать оттуда часть цветка Смерти, то тоже самое они могли сделать и с другими. И пока он здесь занимается такой ерундой, черноглазая магесса могла обнаружить вторую часть цветка, если только она уже этого не сделала. Нужно было во что бы то не стало ей помешать!       Колдун Тёмной Энергии проворно развернулся на небольших каблуках своих лакированных ботинок, твёрдым шагом направляясь в кабинет, где у него находились все приспособления для занятий алхимией. Одной магией мало чего можно было добиться, ведь любое, даже самое сильное заклятие, можно разрушить, если обладать достаточными опытом, знаниями и силой. Но ведь никто не запрещал смешивать волшебство с чудесами, творимыми алхимией, которая не только усиливала мощь заклинаний, деля их снятие на порядок сложнее, но и позволяла ставить условия, только при исполнении которых можно было отменить действие магии.       Оглядев свой рабочий стол, заваленный всякими склянками с жидкостями и порошками, коробочками, в которых тоже хранились алхимические ингредиенты, различными бумагами с рецептами и описанием внешнего вида и эффекта готового продукта, получаемого благодаря им, Айрон мгновенно определил, что ему нужно и какие компоненты ему для этого необходимы. Щелчком пальцев разведя огонь в камине под чёрным котлом среднего размера, кареглазый мужчина убрал с рабочего стола всё лишнее оставив лишь один листок бумаги с нужными записями, два стеклянных сосуда и одну шкатулку. — Вирметха почти вскипела, а значит пора добавлять Эмстепатс, — произнёс Айрон, поглядывая на рецепт, выливая в жидкость приятного бирюзового цвета, называемую Вирметхой или же вечной основой, которая являлась постоянным ингредиентом для всех алхимических изделий и всегда после их изготовления снова нетронутой оказывалась в котле, ожидая нового использования, другую жидкость только уже серо-синего цвета. Это был экстракт гроз или вытяжка магии, образующейся во время грозы.       Черноволосый мужчина бесчувственно наблюдал, как жидкость в котле изменила цвет, прекрасно зная, где ему добыть такой редкий компонент, хотя казалось бы, гроза это не такое уж и сверхъестественное явление, но тут всё дело было в деталях. Конечно, вытяжку волшебства можно было получить из любой грозовой бури, но тогда его эффект был не такой сильный, как мог бы быть, если бы экстракт был получен из грозы в пятницу тринадцатое. В этот день любая магия обретала намного большую силу, чем в любой другой, а у Айрона губа была не дура и он никогда не использовал ингредиенты-полутонки, как он их называл. Благо, кареглазый знал несколько местечек во Вселенной, где грозы и этот день не были редкостью.       Следом за Эмстепатсом в котёл отправились две чайные ложки чёрно-серебристого порошка чистого мрака и четыре завитка серого дымчатого вещества, под названием Тодирапс — другое изделие алхимии, полученное благодаря смещению экстракта беспомощности, сыворотки забвения и нескольких косточек плодов отрезанности с дерева отчаянья, растущего в отражении Противоположностей мира Эспуар. Этот ингредиент был крайне важен для эффекта изготовляемого алхимического вещества, ведь все, кто оказывался в радиусе его действия, немедленно становились отрезанными от всего остального мира. Они не могли покинуть это место, не могли никого позвать на помощь, ведь все, кто находился вне зоны доступа итогового продукта намертво забывали как и о существовании каких-то отдельных существ, так и об отдельном месте в целом. Попавшие в такую ловушку были бессильны, что Айрон прекрасно знал. Он отлично понимал, что никто из жителей этого города и не вспомнит о существовании школы, в которой проживали сбежавшие из Междумирья оборотни и магесса Смерти, а также их друзья. Конечно, они, как и Данил с Жизель, в отличии от остальных людей смогут выбраться из этой ловушки, но она определённо задержит их на какое-то время.       Неготио Брисенетио — так называлась та субстанция, которую готовил мужчина с карими глазами, имеющими ледяной блеск — почти приготовилась, и оставалось добавить туда всего пару компонентов. Первым был так называемый Усилитель, в несколько раз увеличивающий эффект готового алхимического продукта, а вторым была частичка магии самого черноволосого. — Чудесно, — довольно ухмыльнулся хищным оскалом Айрон, добавляя в Неготио нужную жидкость и шарик Тёмной Энергии среднего размера. — Теперь, ни один человек не сможет покинуть эту школу, а эффект Брисенетио будет длиться до тех пор, пока я жив, или пока все маги, обитающие в этом пресловутом учебном заведении не признаются в этом остальном и не покаяться за свои же умения, ведь все будут считать, что такая напасть постигла их из-за колдунов!       Произнеся это, черноволосый маг улыбнулся ещё шире, ведь те условия, которые он поставил для того, чтобы снять колдовство были почти нереально выполнить, если это вообще было возможно. Даже если эта Фрея и её друзья окажутся слабы духом и выполнят его, то Данил ни за что, даже под дулом пистолета на это не пойдёт, а уж на убийство своего покровителя и спасителя, научившего его управлять его волшебством и подавно. Для остальных же это будет очень сложная задачка.       Довольный проделанной работой, кареглазый колдун вернулся на капитанский мостик, где бортовой компьютер все ещё пытался найти нужный файл, но вот фото черноволосой в полный рост уже вывел на главный экран. Айрон снова довольно ухмыльнулся, открывая небольшой, размером с ладонь, портал на Землю, и отправил в него Неготио Брисенетио, предварительно создав вокруг вещества стеклянный шар, не позволявший ценнейшему алхимическому изделию пролиться где-нибудь по дороге, при этом не создающий помех для его распространения по прибытию в место назначения.       Как только портал закрылся, мужчина тут же подошёл к панели управления, через большой экран наблюдая, как объект в целости и сохранности достиг цели. На Земле в это время как раз было ранее утро, а Солнце только-только начинало всходить над горизонтом. Идеально. В такой ранний час никто не увидит, как в небо вздымается столб густого тёмно-сине-серого дыма, а Неготио будет предостаточно времени, чтобы набрать силу и разрастись. К полудню небо над школой должно будет плотно закрыто тёмными тучами, и то тут, то там будут сверкать ослепительные молнии и громыхать оглушающий гром. Нужно было только немного подождать.

***

«Космическая база Айрона. Настоящее время».       Черноволосый колдун Тёмной Энергии удовлетворённо наблюдал за результатом своей деятельности. Правда, он не ожидал, что эффект Неготио Брисенетио распространится на весь город, а не только на одну школу, где нашли себе пристанище попаданцы из Междумирья. Ну что тут сказать? Переборщил с дозой Усилителя и, скорее всего, с собственной магией. Хотя кареглазому такой исход был только на руку. Теперь никто из живущих на Земле даже не вспомнит про существование этого городка, отсутствие которого, как бы это странно не звучало, не вызовет ни у кого вопросов о том, что было на месте степи и лесостепи, которую теперь остальные видят заместо этого населённого пункта, чем огромный пустырь прямо посреди него.       Радостно и самодовольно улыбаясь, Айрон повернулся к экрану, на котором красовалось фото Фреи. Второй файл бортовой компьютер всё ещё не мог загрузить и вывести на монитор. Не уж-то он так далеко его запрятал, что даже супер-мощная техника не смогла быстро его найти? Хотя… учитывая, что там изображён потомок тех, кто почти разрушил его жизнь, и та, из-за кого теперь вся спина кареглазого была покрыта длинными и уродливыми шрамами, это было вовсе не удивительно.       Вся его жизнь, начиная с предподрасткового возраста и заканчивая днями настоящего, состояла из множества попыток отомстить магам Смерти, а в особенности тем, кто практически лишил его, когда он ещё был ребёнком, всего, служения верой и правдой культу Сына Хаоса и ему самому, а также вынашивания более хитрого и сложного плана мести, который он сейчас потихоньку приводил в действие. Украсть Цветок Смерти из Междумирья и поместить его в людской мир было всего-лишь началом, первыми шагами. Дальше черноволосый планировал предпринимать более масштабные действия, в последствии непосредственно повлиявшие бы на сам Вселенский баланс. И кто знает, может быть они помогли бы уничтожить не то, что Птицу ака Дочь Гармонии, но и саму её Создательницу. Только вот, всё пошло не так гладко, как кареглазый мужчина ожидал. У него появились неожиданные проблемы в виде юной магессы Смерти, её друзей оборотней и людей, которые могли разрушить все его планы и годы подготовок на первых же этапах действий. Прямо как тогда, когда он имел возможность осуществить свои планы и плану культа Сына Хаоса намного раньше. Но ему помешала она…       Та, которая являлась потомком тех, кто чуть не лишил его жизни, а потом и свободы, та, кто стал причиной провала его миссии и последующего жестокого наказания и разжалования, та, кого он ненавидел чуточку меньше, чем её предков. Она была той, чьё имя и всё, что так или иначе было связано с ней, черноволосый колдун Тёмной Энергии так старательно пытался стереть из памяти, но разве после того, что она сделала, это было возможно. Нет, она не могла просто так исчезнуть из его памяти, не оставив после себя ровным счётом ничего. Айрон нахмурился, раздражённо потирая глаза большим и указательным пальцами левой руки, осознавая, что даже если он не знает, как она выглядит сейчас и почти не помнит её прошлую внешность, он всё равно прекрасно помнит её имя. Алёна.

***

«Земная школа-интернат. Комната Мики, Леи и Фреи. Настоящее время». — Так ты говоришь, что Жизель теперь заодно с Данилом, — глядя на черноволосую, удивлённо произнёс Джек. — Да, — только лишь и вымолвила Фрея, напряжённо наблюдая за разбушевавшейся за окном грозой. — А ты уверена в этом? — осторожно спросила подругу Мика, помнившая её недавнюю резкую смену настроения. Да, конечно она уже извинилась за это, но каштановолосая всё ещё была немного напугана. — Уверена. Я отчётливо увидела метку на её руке, пусть она и была вся покрыта кровью, — ответила ей Фрея, содрогаясь от недавних воспоминаний. — Я хотела ей помочь, но она лишь оттолкнула меня. А потом… Потом произошли те события, о которых я вам рассказала. — Ясно… — задумчиво протянул Влад. — Но ты сказала, что заклеймить кого-то магической меткой — это очень сложное волшебство, на которое способен лишь маг на несколько уровней выше нас и Данила, так ведь? — Точно! А это значит, что помимо него и Жизель есть ещё кто-то. Кто-то очень могущественный, но при этом не показывающий себя, кто-то, кто и ответственен за кражу и разъединение Цветка Смерти, — подхватила мысль своего парня Лея. — В точку! — проговорила Фрея. — И как нам узнать, кто это? — подал голос Робин. — Мы ведь даже не знаем, находится ли он в нашем, людском мире или где-то в другом месте. Всё, что нам известно, так это то, что он определённо точно состоит в культе Сына Хаоса, явно занимая там не последнее место, управляет действиями Данила и Жизель, а также то, что именно он, в настоящее время, ответственен за все наши невзгоды. — Кто ответственен? — вдруг послышался чей-то голос.       Ребята машинально обернулись к двери, которая была немного приоткрыта, а в образовавшийся проём заглядывала голова русоволосой девушки с зелёно-голубыми глазами. Это была Рита — староста десятого «А» класса и, по совместительству, наблюдающая за этажом. Обычно собранная и спокойная старшеклассница, сейчас выглядела непривычно напуганной и растерянной. — Ритка? С тобой всё в порядке? Что-то случилось? — обеспокоено спросил её Джек. — А вы разве не слышали, что в городе-то творится?! — удивлённо воскликнула Рита, заходя в комнату, прикрыв за собой дверь.       Ребята удивлённо переглянулись между собой. По их изменившимся лицам можно было точно сказать, что нет, они не были в курсе того, что происходило во всём городке, а не только в школе. Хотя догадки уже появлялись. — Да вы что?! — ещё больше удивилась Рита. — Вся школа только об этом и говорит! — Ну… мы почти полдня пробыли в своих комнатах, только несколько минут назад к девчонкам пришли, так что мы пока ещё ни с кем не общались, — пожимая плечами, проговорил Робин. — Понятно… — только и смогла вымолвить старшеклассница. — Так что случилось-то? — задала вопрос Лея, ведь десятиклассница так и не пояснила суть проблемы. — Ах да! — воскликнула Рита, хлопнув себя ладонью по лбу. — Вкратце, эта гроза, бушующая сейчас за окном, распростёрлась над всем городом, и теперь никто не может выбраться из него. Пытались позвонить кому-нибудь из других городов, регионов и даже стран, так ничего не вышло! Тоже самое и с сообщениями и электронными письмами! Тогда решили посмотреть информацию про наш город в интернете, слава богу он ещё работает, так нет её! Где бы не искали, на какие-бы сайты не заходили бы — всё одно: на месте нашего населённого пункта большая равнина, на которой когда-то давно хотели построить небольшой городок, но место оказалось не слишком пригодным, поэтому от этой идеи отказались! Вы представляете?! Для остального мира нас и нашего города теперь просто не существует! Все жители в панике, никто не знает, что делать, а уроки на следующую неделю отменили, так как учителям, завучам и директору тоже нужно время, чтобы разобраться с этим. — Но ведь вчера ещё всё было нормально! Чертовщина какая-то. Ей богу чертовщина, — проговорила Мика, замечая, как сильно изменились лица Фреи, Леи и Владислава после слов девушки с зелёно-голубыми глазами. — В том-то и дело, что было нормально, — задумчиво сказала Рита, смотря куда-то вдаль. — Поговаривают, будто это всё устроили маги, скрывающиеся в этой школе, — от этих слов оборотни и юная магесса еле заметно вздрогнули. — А ещё, что будто это не прекратиться до тех пор, пока они не выйдут и публично не объявят о том, что это они во всём виноваты, раскаявшись пред простыми людьми. — Ну полно тебе, сестрица. С каких пор ты стала верить в магов и колдовство? — спросил русоволосую Джек. — Не ты ли всегда говаривала, что волшебство — это лишь выдумки, не стоящие траты времени, которое можно всецело посвятить науке? — Ха-ха. Очень смешно, братец, — уловив сарказм младшего, произнесла Рита, скрестив руки на груди. — Только вот, когда я это говорила, наш родной городок не был отрезан от всего остального мира. — Да не боись, Рита, всё будет шито-крыто, — проговорил Джек, улыбаясь. — Мне бы твой извечный позитив, — печально вымолвила десятиклассница, опуская голову, но тут же резко поднимая её, недовольно взглянув на блондина. До неё быстро дошёл ещё один смысл сказанных её братом слов. — Сколько раз я просила не называть меня так? Я нисколечко не похожа на эту героиню. — Но ведь твои дальнейшие действия и вправду очень сложно предсказать, как и её, — невозмутимо ответил ей Джек. — Но я и не нашу тарантулов и ядовитых змей в дамской сумочке, — парировала Рита, вводя в непонимание недоумевающих друзей блондина. Но взглянув на наручные часы, лёгкая, чуть нахальная улыбка сползла с её лица, на котором появилась нотка измученности и усталости. — Мне пора. Было приятно с вами поговорить, но мне нужно ещё зайти к другим ученикам, живущим на этаже, и узнать, как у них обстоят дела. У вас, я вижу, всё хорошо и спокойно, но ведь не все такие. Многие, особенно младшеклассники, узнав, что мы оказались изолированы от внешнего мира, начали очень сильно паниковать. Так что я пошла. Увидимся. И, братец, постарайся не сдохнуть, — с этими словами старшеклассница вышла из комнаты и, судя по звукам удаляющихся шагов, отправилась к соседям в комнате напротив.       Некоторое время после ухода зелёно-голубоглазой девушки ребята провели в абсолютной тишине, нарушаемую лишь громыханием грома, стуком дождевых капель о стекло и голосами других учеников, живущих на их этаже. Все обдумывали сказанные старостой десятого «А» слова. Оборотни и черноволосая магесса как-то странно между собой переглядывались, будто мысленно общаясь друг с другом, что не оставляло сомнений их друзьям в том, что они определённо знали, с чем столкнулись все жители этого города, но начать разговор никто так и не решался. Тишина, бывшая сначала такой спокойной, начала давить, заставлять чувствовать себя некомфортно, и поэтому срочно нужно было начать говорить хоть о чём-нибудь. Случайно услышав в коридоре голос Риты, Мике не пришла в голову идея лучше, чем сказать: — Я и не знала, Джек, что у тебя есть сестра. — Никто не знал. Да и одноклассники Ритки не знают, ведь она им об этом никогда не говорила, — как-то довольно растеряно проговорил ей в ответ Джек. — А что так? — удивился Влад. — Рита выглядит вполне хорошей девушкой. Думаю, с ролью старшей сестры она справляется не хуже. — Хах, верно. Они и справлялась, но… — тут Джек переменился в лице, стал более печальней, задумчивей. — Но что-то произошло? — острожно поинтересовалась у него Лея. Голубоглазый парень ничего ей не ответил, отводя взгляд в сторону, что вовсе не устроило чёрную волчицу. — О боже. Ты сейчас серьёзно? Джек, за эти несколько дней, проведённых вместе с вами, вы стали нам друзьями. Любой из вас может попросить у нас помощи или просто высказаться, доверив самые сокровенные секреты и переживания, и быть уверенным, что эту тайну мы унесём с собой в могилу.       Кажется, её слова подействовали на блондина, который посмотрел на них с неким сомнением, но, глубоко вздохнув, всё же решился довериться своим друзьям. — Бабушка по папиной линии и развод родителей случились, — проговорил Джек, и все тут же, а в особенности пепельноволосая, в смятении извиняющейся посмотрели на мальчишку с глазами цвета морской волны, а он, казалось, и не был зол на них. — Мои родители вступили в брак против воли бабушки по папиной линии, а она женщина властная, любящая всё и вся контролировать. Маму сразу не возлюбила, ведь она дама своевольная и довольно самостоятельная, и бабушка боялась, что она и папу этому научит. А если это случится, то кому ей свои мнение и решения навязывать? Она маму всячески извести пыталась, на измену подтолкнуть, просто из квартиры выгнать, да только матушка у меня стойкая и умная женщина: на каждое ухищрение свекрови свой ответ находила. Как бы бабка не старалась, не смогла лишить невестку свободолюбия, самостоятельности и чувства собственного достоинства. Рита — живое тому подтверждение. Она ведь мне не родная сестра. Родители удочерили её ещё во младенчестве за два года до моего рождения. Помню, мама рассказывала, что бабушка такой крик подняла, что соседи из соседнего дома сбежались, — настолько она была против этого, да только матушка смогла отстоять своё решение. — Да, мать у тебя просто супер! — восхищённо воскликнул Робин. — Но что дальше-то было? Ты сказал, что твои родители развелись, значит твоя бабка таки добилась своего? — Добилась. Ещё как добилась, — мрачно ответил Джек, продолжая рассказ. — Бабушка решила, что если невестку ей просто так не извести, не выгнать, то стоит попытаться через её сына. Мой отец — человек хороший, добрый и ласковый, но слишком мягкотелый, податливый. Он с лёгкостью поддался на манипуляции бабки и изменил маме с мед.сестрой, которая ей всегда нравилась, ведь та была покладиста и послушна, да ещё и английских кровей. А Великобритания всегда нравилась этой старой карге. Это ведь по её милости меня так зовут. Ну так вот, возвращаясь к рассказу, бабушка подстроила всё так, чтобы мама несколько раз застукала папу с любовницей. А дальше… дальше начался долгий и трудный развод. Имущество поделили, взялись за нас с Ритой. Сестру без промедления отдали маме, ведь бабке не нужен был неродной ребёнок. Подкидыш, как она её называет. А за меня они чуть драку в зале суда не устроили, но всё же было принято решение, что я буду жить с отцом, а бабушка ещё устроила так, чтобы маме дали самое минимальное время для встреч со мной. — Тогда почему же ты здесь, если твоя бабка так не любит самостоятельность и своеволие? Здесь же мы и приобретаем эти навыки, — удивился Робин. Остальные лишь согласно кивнули, ведь им тоже была непонятна логика действий бабушки блондина. — Она и не хотела. Она думала, что я стану вроде как копией отца, которой легко управлять, но я, видимо, характером пошёл в маму. Старая карга этого не стерпела и, когда мне исполнилось семь лет, без зазрения совести отправила меня сюда. С тех пор я ни её, ни отца больше не видел. Только подарки на Новый год и День Рождения от них получал. Ещё знаю, что у папы ничего с его новой женой — той самой мед.сестрой — не складывается. Ну не могут они ужиться и полюбить друг друга, да и развестись они тоже не могут: бабушка не позволяет. Грозиться, что второй невестке карьеру и жизнь разрушит, а сыну, что ни одну другую его жену не примет и выдворит как маму. Вот они и ругаются постоянно. Благо дело до рукоприкладства ещё не дошло, — выговорил Джек, печально вздыхая. На его лице появилась горькая усмешка. — И мне правда жаль папу, ведь с мамой они жили душа в душу, и он искренне её любил. Риту он принял и любил, как свою родную дочь. И во мне он души не чаял. Но из-за своего слишком мягкого характера он лишился всего. — Я тебя прекрасно понимаю, ведь не у тебя одного есть проблемы в семье, — поддала голос Фрея, слегка улыбнувшись в поддержку другу. — И пусть у нас они совершенно разные, но это не меняет того, что я, нет, мы все тебя понимаем и поддерживаем. Я надеюсь лишь, что после того, как твоя бабка отдала тебя сюда, твоя жизнь изменилась в лучшую сторону. — Спасибо. Честно, я и вправду стал чувствовать себя более счастливым здесь, чем в родной квартире. Тем более, что старуха не знает о том, что в этой школе вместе со мной живёт и Рита, и что теперь я могу встречаться с мамой столько, сколько захочу. Правда в тайне от отца, бабушки и специальной комиссии, но это уже хоть что-то, — сказал в ответ ей Джек, заметно повеселев.       Остальные подростки тоже расслабились, видя, что печаль немного отпустила их друга. Но тут вдруг полутёмную комнату резко осветила ударившая неподалёку молния, а через несколько секунд последовал и оглушающий удар грома. Подул сильный ветер, который ударил в стену жилого корпуса школы интернета настолько сильно, что пластиковые окна очень громко затрещали. Через стенку послышался испуганный вскрик соседок, а в коридоре вдруг стали отчётливо слышны хаотичный бег и громкий крик напуганных младшеклассников, некоторые из которых жили на этом этаже, а некоторые просто в панике забежали сюда. По отчаянным просьбам Риты, тоже слышавшихся из коридора, было понятно, что ей с трудом удаётся успокаивать и убеждать детей вернуться в их комнаты. — Магия набирает силу. Чем больше людей испытывает страх, тем сильнее она становится. Мрак так и витает в воздухе, — неожиданно произнесла Лея, всматриваясь в тёмное небо за окном, чем заставила остановиться ребят-не магов, уже спешивших на помощь старшей сестре голубоглазого. — Так это не простая гроза, — тихо проговорила Мика, замечая то, как странно на неё посмотрели оборотни и чародейка. В их взгляде читалось что-то вроде: «Серьёзно? Ты только сейчас это поняла?» — Вы… знаете, что это? — Эта гроза почти не имеет ничего общего с теми, которые обычно случаются в вашем мире. Да и во всей Вселенной тоже. Она магически-алхимического происхождения, порождённая изделием алхимии, называемым Неготио Брисенетио, — ответил ей Влад. — Чего-чего? — недоуменно переспросил Робин. Об подобном веществе он слышал впервые. — Неготио Брисенетио — гроза мрака — очень сложное в приготовлении вещество. Для того, чтобы его изготовить, да ещё и такой мощи, нужны не только очень редкие ингредиенты, которые практически невозможно добыть без соответствующих знаний, но и хорошая реакция и большой опыт в занятиях алхимией. Ведь стоит замешкаться лишь на минутку и всё! Неготио испорчено, эффект будет совершенно не тот, какой должен был быть, и всё придётся переделывать. Тоже самое и с дозировкой ингредиентов, — произнесла Фрея, задумчиво отводя взгляд. — Если тот, кто стоит у нас на пути смог изготовил Брисенетио ТАКОЙ силы, то он поистине сильный и опасный противник, который может оказаться нам не по зубам. Боюсь, победить его будет сложно, если вообще практически невозможно. — Даже не думай о таком! Да, нам будет трудно, но кто говорил, что это лёгкая миссия, учитывая ещё то, что мы сами на это пошли, но мы справимся! Каким бы сильным этот маг не был бы, мы сможем преодолеть всё и выйти из этой битвы победителями! — воскликнула Лея. Её слова и вправду оказывали волшебное действие на боевой дух её друзей. И казалось, даже тёмные грозовые тучи немного расступились, пропуская бледный солнечный луч, падающий прямо на юную, но смелую и уверенную голубоглазую деву. — Ты права! Глупо сдаваться из-за какой-то глупой грозы, пусть и столь необычной! Если уж взялись за это дело, то будем доделывать его до конца! — воодушевившись словами пепельноволосой подруги, проговорила Фрея, усаживаясь на свою кровать и принимая позу лотоса. — В отличии ото всех остальных людей этой планеты у нас есть очень важное преимущество: мы, во-первых, можем покидать этот город когда захотим, а во-вторых, мы, оказавшись за его пределами, не забудем о нём и сможем вернуться сюда. — Это и вправду очень хорошее известие, — вымолвил Робин, слабо улыбаясь. — А… что ты сейчас собираешься делать? — Я же сказала, что нам нельзя больше медлить. Действия нужно предпринимать прямо сейчас! Вот я и хочу найти местоположение второй части цветка Смерти, настроившись с помощью медитации на нужную волну. Я же так делала в прошлый раз. Не помнишь что-ли? — ответила ему Фрея. — Э-эх… правда сейчас это будет сделать в несколько раз сложнее из-за помехи в виде магически-алхимической грозы. Спасибо нашему невидимому противнику. — Окей, тогда мы не будем тебе мешать, — произнёс Джек, подходя к двери. — Не знаю, кто как, а я пошёл помогать Ритке с младшеклассниками. — Мы с тобой! — выкрикнула Лея, подходя к блондину. — Всё равно нам делать больше нечего, — пожав плечами, проговорил Владислав, беря свою девушку за руку и выходя из комнаты девчонок. — А я схожу к Марье Степановне или завучу и отпрошусь у них, чтобы проведать дедушку. Он у меня метеозависимый и грозы переносит не очень хорошо, — вымолвила Мика, тоже направляясь к выходу из комнаты. — Надеюсь только, что с ним всё хорошо. С ним и с моими родными. — Я тоже наверное пойду, чтобы не мешать тебе. Чем заняться я найду, — произнёс Робин, с трудом отрывая заворожённый взгляд от чуть парящей над кроватью черноволосой девушки. — Пока. — До завтра, — не открывая глаз, еле слышно проговорила Фрея, на долю секунды улыбнувшись уголками губ.       Кареглазый парнишка, уловив это, тоже улыбнулся ей в ответ, не сомневаясь, что юная чародейка Смерти, пусть и не увидела, но почувствовала это, и быстро скрылся за входными дверьми, оставляя подругу наедине с собой. Его душа чуть ли не пела от радости, а настроение было таким чудесным, что никакая гроза мрака не могла его испортить. Он никогда не чувствовал себя таким воодушевлённым, и думал, что вряд ли сможет уснуть этой ночью.       А в нескольких метрах от него, оставшись одной в своей комнате, Фрея не могла понять, что с ней творилось. На душе, которая, казалось, с детства была холодной, словно лёд, вдруг стало так необычно тепло и приятно. Ей стало так хорошо и спокойно, что в этот раз, даже несмотря на бушевавшую за окном грозу и давящую ауру мрака, она смогла настроиться на нужную вселенскую волну быстрее, чем в прошлый раз. Если дело так пойдёт и дальше, то то место, где находилась вторая часть цветка Смерти она найдёт к ночи. Да, черноглазая не понимала, что с ней творилось, но с этим она разберётся позже, ведь было то, что имело намного большее значение — их миссия. …Большее, чем значение собственных чувств? Настолько ли? А может их значимость равна?