Обитель Зла и Пса

Иногда налаженная жизнь рушится за считанные дни. Особенно, если вмешивается непонятная чертовщина, которую я раньше видел только в кино и не предполагал, что однажды буду сражаться с плодами чьей-то больной фантазии. Впрочем, тревожные звоночки прозвучали прежде, чем стало слишком поздно. Я услышал их, но не понял, насколько всё серьёзно и подготовился лишь к тем неприятностям, о которых уже знал, без учёта фактора “сверхъестественных сил”, что и оказалось крайне губительной ошибкой. Так что винить в произошедшем некого, кроме самого себя. Первым предупреждением (или скорее массивом тревожной информации для тех, кто “в теме”) стало крушение советского союза, где мне довелось родиться, немного поучиться в относительном спокойствии, а потом настало время самой суровой “школы жизни”, без скидок на возраст. Родители ещё “старой закалки” верили, что нужно лишь немного продержаться и всё снова будет хорошо. Не стало. Предки сгинули в хаосе перемен, оставляя детей на произвол судьбы. Дальние родственники быстро стали чужими, а друзья - бывшими. Следующим погиб брат, зачем-то связавшийся с криминалом. Хотел всего и сразу - выбиться в люди, стать “хозяином жизни”, купаться в роскоши, наслаждаться славой, богатством, жить легко и беззаботно в окружении беззаветно преданных слуг, но лишь пополнил списки неудачников, не выдержавших последствий от своих же “хотелок”. О судьбе младшей сестрёнки и вспоминать неприятно. “Комнатный цветок”, любимица семьи, воспитанная на сказках, настоящей жизни не видевшая, из-за гиперопеки старших, поддалась красивой лжи “подруг”, какого-то прилизанного хлыща и отправилась на заработки в столицу, пока я крутился, как мог, пытаясь обеспечить хоть какую-то стабильность в постоянно меняющемся мире. Когда выяснил, куда бедовая дёрнула и ринулся следом, “дело” уже было сделано. Дура не выдержала краха надежд и лишила себя жизни, хотя на мой взгляд ничего прям совсем ужасного не произошло - типичная ошибка молодости. Наверное, я бы и сам недолго продержался в одиночестве (всё-таки не супермен), да помог сослуживец деда, каким-то чудом разыскавший меня у очередной временной лёжки. Не старый ещё мужик помнил “долг жизни” перед товарищем и взялся за воспитание наследника его давнего друга. К сожалению, не успел. Враги, забравшие жизнь деда, пришли за мной прежде, чем обучение удалось завершить хотя бы наполовину. В каком-то смысле, я понимал убийц, посланных по давнему следу. Кровная месть, все дела, у них не имелось возможности отказаться - традиции рода оказались сильнее здравого смысла отдельных его представителей. Потому молодые, толковые парни и девчонки, уже устроившиеся за границей на хлебные места, бросили всё по слову патриархов и отправились в дальнее странствие, чтобы завершить однажды начатое совсем другими людьми. Я прям героем пророчества себя почувствовал, как бы смешно это не звучало. Но всё равно отказался принимать “лёгкую смерть”. Игнорируя обещание посмертных мук, т.к. ни в какое посмертие не верил. Пришлые ребята огорчились, что “по-простому” справиться не удалось. В формат типичной бандитской разборки с огнестрелом (к чему я был более-менее привычен) вмешалась мистика. И всё сразу пошло наперекосяк. Если точнее, то сначала взошла луна, убийцы будто беленой объелись и стали показывать чудеса. Парни, получившие пулю в лоб, лишь замедлялись, а не падали замертво. Озлобленные девчонки рвали металл пальцами, словно бумагу и складывались только после двух очередей в упор. А толстяк, обросший шерстью до самых бровей, запрыгнул без разбегу на крышу дачи и упокоился только получив гранату в зубы, украшая своим богатым внутренним миром все окрестности. Подкрепление, прибывшее на шум, демонстрировало не столь серьёзный мастер-класс, но тоже сумело впечатлить недюжинной ловкостью, силушкой богатырской, только с головой у них была беда. Вместо тактических манёвров - грубый натиск, вместо слов - звериный рык. Если бы не исчерпание боеприпасов (ну не готовился я к таким масштабным боям без правил!), то удалось бы справиться без потерь, а так... мне тоже не повезло. Вожак стаи сумел прорваться в ближний бой и, уже издыхая, вцепился зубами в мою ногу, прокусив крепкий сапог, будто того и не было. ~~ Как бы бешенством не заразил, -- мелькнула тревожная мысль. Я потратил несколько минут, чтобы с матюгами выдернуть крепко засевшие клыки из кровоточащей конечности и мрачно отметить, что никакие уловки не помогали справиться с раной. Бинтами обмотал, гипсом залил, даже огнём прижёг, а всё равно капает, прямо сквозь все преграды, будто законы физики для этой крови не существовали! Третий отряд гостей оказался более-менее в пределах ожиданий. Конечно, их видок был тот ещё - небритые рожи, заросшие спутанными грязными волосами, лихорадочно блестящие глаза, дёрганные движения, но ничего сверхъестественного не наблюдалось. Всего лишь неухоженные подростки, обдолбанные “химией” до невменяемости. Боли не чувствовали, исступленно визжали какую-то хрень про “древних”, были очень сильными и вёрткими (для своих лет), но умирали, как и полагается людям, с нескольких метких ударов трофейным оружием по уязвимым местам. Никаких сложностей эти отбросы создать не могли, хоть и пытались поначалу изобразить из себя что-то эдакое. Я почти успокоился, замечая некоторую закономерность в степени “накачки” убийц. Видимо, у первой партии имелась особенно забористая “дурь”, сжигающая годы жизни ради нескольких минут “всемогущества”, а у каждой следующей группы выучка слабее и “боевая химия” ниже классом. Вплоть до вполне привычных “наркоманов из подворотни”, прибывших в самом конце и запомнившихся мне самим фактом укладывания в общую картину происшествия. Да забавной попыткой пьяницы в майке-”алкоголичке” застрелить меня из воображаемого пистолета. Совсем упился, многогрешный. И выбыл он из драки без моего участия - неудачно упал затылком на что-то твёрдое и затих в луже собственной крови. Придурок... К сожалению, на этом сюрпризы не закончились. Сослуживец деда привычно брал на себя большую часть врагов и, увы, не сдюжил. По его словам, в молодости ему такие “стаи” были на один зуб, но те времена давно остались в прошлом. Не знаю, кто именно его сумел достать (слишком много трупов валялось рядом, чтобы определить наверняка), но печальный факт на лицо - мужику недолго осталось и он это понимал не хуже меня. Молодой организм ещё бы сумел оправиться, сохраняя душу и ясный ум в истерзанном куске мяса, не способном более испытывать ничего, кроме боли. Но разве ж это жизнь, достойная Воина? Наверное, потому товарищ и пошутил, пристально посмотрев на мой прокушенный сапог, что теперь я стану оборотнем. Точнее, волкодлаком - больше зверем, чем человеком, теряющим разум под светом луны и превращающимся отнюдь не по своей воле. В точности, как и те “дети гор”, что напали на нас этой ночью. Смешная шутка, да... Я попытался оказать медицинскую помощь, вот только изношенный организм мужика оказался в гораздо более плачевном состоянии, чем выглядел на первый взгляд. Глядя на лицо, ему и сорок годков не дал бы, а посмотрел на нутро, выискивая часть, не тронутую когтями и зубами “гостей”, для сравнения, и невольно задался вопросом, как он умудрился дожить до своих лет. Впрочем, эту тайну (как и многие другие), сослуживец деда унёс с собой в могилу, так и не сумев вышибить мне мозги. На грани смерти люди редко поступают рационально, вопреки всякой ерунде, льющейся с экранов про “последние слова”, “ясновидение умирающих” и прочую чушь, так что не стоило огорчаться странной выходке боевого товарища. Я задержался, чтобы провести достойные похороны последнего близкого человека и с лёгким удивлением отметил, что к даче направляется ещё одна банда наркоманов, чем-то неуловимо отличающаяся от прежних гостей, даже на огромном расстоянии, когда ещё не видно ни черта. Всё-таки запах лежалой мертвечины мог мне и померещиться посреди рукотворного кладбища из свежих покойничков. Сослуживец деда хотел, чтобы его тело сожгли вместе с телами нападавших, тогда “зараза” не распространиться дальше, но традиционное захоронение в земле нравилось мне больше, чем огненное погребение, больше подходящее огнепоклонникам. Впрочем, прибывшая группа “готов” - бледных, тощих, красноглазых, коротко стриженных, злобных негодяев, - быстро исправила несоответствие в похоронных обрядах, сходу перейдя к “тяжелой артиллерии”. Ох и побегал я от них по лесам, окружающих дачу товарища деда, ставшей общим погребальным костром для целой толпы негодяев, которых сюда никто не звал и одного хорошего человека, досрочно покинувшего бренный мир. Или сослуживец деда именно этого и хотел? Уйти в бою куда почетнее, чем медленно угасать в постели, не в силах самому даже руку поднять. Мужик - кремень, сумел организовать себе славный “последний бой”. Не исключено, что он специально пропустил смертельный удар, когда понял, что лимит полностью исчерпан и повторить то, что раньше делал хоть с закрытыми глазами, больше никогда не сможет. Товарищ достойно принял удар судьбы и нашёл силы шутить про вампиров и оборотней, отвлекая моё внимание от неприятного зрелища мучительной смерти, из-за банальной кровопотери. Так называемая “красивая смерть” оставалась уделом сказок ещё со времён, когда предки человека впервые взяли в руки камни и палки, выделяя среди сородичей специалистов по умерщвлению себе подобных, а потому более не способных вновь влиться в нормальное “гражданское” общество, на общих основаниях. Обязательно кто-то начинал воображать себя равнее других, что в сочетании с опытом устранения конкурентов, приводило к лишним жертвам среди некомбатантов, вплоть до актов целенаправленного геноцида по любому признаку, от цвета кожи до вероисповедания. “Готы” люто ненавидели “горцев”. И эта ненависть была взаимной, как показала “жаркая встреча” очередной партии “гостей”. От переизбытка чувств, они даже про меня забыли, чем я воспользовался по полной. Тем более, что “бледные” каким-то образом чуяли кровь. В частности, последний подарок от волосатого кусаки, оставившего мне дыру в ноге и сапоге “на память”. Вскоре я получил шанс сблизиться с преследователями и выяснил, что “готы”, оставшиеся без оружия, почти такие же быстрые, шустрые, сильные и дюже живучие, как и “горцы”. Конечно, некоторые отличия были заметны невооруженным глазом, но примерное равенство возможностей наводило на неприятные мысли. Видимо, я оказался замешан в типичных разборках между двумя видами испытуемых, которым давали “боевую химию” разной степени интенсивности от секретных лабораторий. А теперь “мясо” стравили между собой для проверки в бою, чьё изобретение лучше и, как следствие, кому достанется более серьёзное финансирование. Иногда попадавшиеся камеры на деревьях, претендующие на некое подобие скрытности, лишь подтверждали смутные догадки про искусственную причину вражды и постановку конфликта “сверху”. Раньше подобные эксперименты старались держать в тайне, но неразбериха 90х и жёсткие требования хозяев “из-за бугра” (доказать полезность любой ценой), привели к выплеску возни конкурирующих структур во вполне явном акте ранее “тайной (холодной) войны”. Государство больше не может дать по рукам излишне зарвавшимся частникам, вот и твориться беспредел, порой среди бела дня - удивляться тут нечему. Ночь постепенно подходила к концу, “готы” начали волноваться и совершать глупые ошибки, чем не замедлили воспользоваться их противники. К чести “бледнолицых” стоит отметить, что дрались они более умело, чем “волосатые” - не теряя голову от дикой ярости, более грамотно применяли вооружение и тактические ходы, но банального опыта борьбы с подготовленными людьми им отчаянно не хватало (как и оппонентам), потому именно мне удалось выйти победителем из общей свалки. Я собрался было уйти и почти сумел это сделать, как один из красноглазых недобитков вдруг очнулся, хотя весь мой опыт твердил, что всего секунду назад он являлся гарантированным покойником. Наверное, из-за “разрыва шаблона” я и сплоховал, запоздало уклоняясь от подлой атаки, отчего гад сумел-таки дотянулся и вцепился в многострадальную ногу, которую не удалось вовремя убрать из зоны атаки, из-за ограниченной подвижности. Месть мерзавцу не вернула мне потерянное здоровье, а пульсирующая боль в ноге, ставшая совсем нестерпимой, сократила свободу маневра до предела. Пришлось покопаться в запасах негодяев и вколоть себе какую-то “дрянь”, чтобы заглушить отчаянный сигнал нервов о недопустимых повреждениях. Я быстро понял, что уйти не смогу (во всяком случае, не своим ходом). Вариант с отрезанием поражённой конечности пришлось отбросить, из-за невозможности обеспечить стерильность операции. Только и сумел, что избавиться от некоторой толики отравленной крови, но мерзость всё равно проникла внутрь и счёт пошёл на часы. Именно так я истолковал резкие изменения в себе. Кожа стала мертвенно бледной, руки - холодными, ногти вытянулись и больше напоминали когти (острые, зараза!), зрение потеряло чёткость, координация движений нарушилась, будто у запойного пьяницы. А чудом уцелевшее зеркало (пусть и сильно потрескавшееся) показывало отражение настолько страшного, косматого, горбатого уродца, что не в каждом фильме ужасов покажут, из-за ограничения рейтинга. ~~ Теперь меня зовут “ИгорЪ”! -- промелькнула дурацкая мысль, отогнавшая поступившую панику от созерцания, хм, “себя”. В общем, погребальный костёр принял тела всех нападавших и большую часть обнаруженных камер. Хоть по мелочи, а сумел нагадить мерзавцам, устроившим мне “ночь кошмаров”. Волосатые “дети гор” горели очень неохотно, пришлось пошататься по лесу, собирая дополнительные дрова. И только после некоторых экспериментов, проведённых от вспышек боли, вызванных неловкими движениями раненной ноги, я с досадой отметил, что дело не в самих “горцах”, а в их кожаной одежде, пропитанной какой-то химией, повышающей прочность материала и устойчивость к высоким температурам. “Ларчик просто открывался”. Робкие лучи солнца застали меня врасплох. Во-первых, глазам, привыкшим к ночной тьме, стало очень больно (аж до кровавых слёз дело дошло). Во-вторых, тела “готов” вспыхнули все разом, будто сработала система самоуничтожения материальной части экспериментов. В-третьих, одежда “горцев” тоже претерпела странные изменения и превратилась в липкую слизь, изрядно подпортившей мне и без того плохое настроение. В-четвертых, к полю боя прибыли новые участники, заметно отличающиеся от “наркоманов”, как корявый прототип, собранный горе-ученым “на коленке” отличается от серийной модели, изготовленной на заводе с соблюдением всех ГОСТ’ов. Я понял, что уйти не смогу. Так и вышло. Эти суровые дядьки, слова худого не говоря, сразу же принялись меня убивать. К сожалению, успешно. Слабым утешением стало печальное понимание, что чудовище, которым я успел стать, и сам бы постарался уничтожить, если бы вдруг увидел. Особенно, ночью, в тёмной подворотне, или, как сейчас, рядом с кучей свежих трупов, со следами насильственной смерти.