Broken angel

Топкапы. Ранняя, вполне теплая и благоухающая весна. Роскошная карета остановилась перед входом во дворец откуда сначала вышел статный, симпатичный мужчина, а за ним вложив свою нежную хрупкую руку в мужественную и крепкую, вышла неописуемой красоты молодая девушка с такой же прекрасной малышкой на руках. На лице голубоглазой сияла неподдельная улыбка, а глаза подобные глубинам Босфора горели от восторга рассматривая маленького ангелочка сладко спящего на руках у новоиспечëнной матери. — Жизнь моя, ты что же это, не насмотрелась на дочку дома? — улыбаясь мужчина подметил восторг пылающий в глазах жены. — Ну ты посмотри как она мило губки сложила, как же она похожа на тебя. — ответила девушка устремив полный искренней любви взгляд на мужа. — Ну ладно, любовь моя, нам пора уже, не красиво заставлять Повелителя ждать, да и твоя матушка точно жуть как соскучилась по тебе. — при обняв молодую Султаншу за талию, Паша аккуратно повёл её в сторону ворот. Войдя во дворец супруги разошлись, поскольку Халету Паше предстояло предстать перед Повелителем, а Мелек Султан предстояло познакомить свою Валиде с её не давно рождённой внучкой Михриниссой Султан. Халет Паша пройдя по длинному коридору, с позволения стражников завернул за угол и в одно мгновение оказался в покоях Султана Мурада Хана Хазрет Лери. Страх окутывал его с ног до головы. Плохое предчувствие заставляло биться сердце всё чаще и чаще, а ладони потеть. — Повелитель. — Паша склонился в почтительном поклоне. — Проходи Халет, садись, нам предстоит очень долгий разговор. — оглядев Пашу с ног до головы, Султан указал рукой на подушку рядом с тахтой. Тем временем в гареме: Мелек Султан величественно прошлась вдоль гарема направляясь в покои своей матушки, Валиде Махпейкер-Кёсем Султан. Войдя в покои Султанша расплылась в улыбке, поклонилась и направилась прямиком в объятья к матери предварительно оставив дочь служанке Эсме Хатун. — Матушка, как же мне не хватало ваших объятий, вашей ласки, как я скучала по вашему запаху. — едва не плача произнесла Мелек Султан. — Ну-ну, доченька, тише, — мать прижала своё дитя к груди -, я не меньше тосковала по тебе, мой ангелок. И тут боковым зрением Мелек Султан замечает ещё двух превосходных Султанш стоящих рядом. Закончив с материнскими объятиями, голубоглазая с визгом ринулась к сёстрам заключая в свои крепкие объятья. — Сестрёнки, как же я по вам скучала. — целуя каждую в щечку про щебетала русая красавица. — Мелек, какая же ты красивая стала, неужели это материнство так на тебя повлияло? — посмеиваясь подчеркнула тёмно-волосая, Гевхерхан Султан. — Да, да, когда ты уезжала отсюда с новоиспеченным мужем — была чернее тучи, а сейчас прямо расцвела. — улыбнулась светловолосая, самая младшая из сестёр, Атике Султан. Снова повернувшись к матери, голубоглазая улыбнулась и решила представить свою двухмесячную дочь. — Матушка, знакомтесь, — взяв дочку на руки, Султанша осторожно передала её своей Валиде -, это Михринисса Султан. — Это…? — недоумевая Кёсем Султан решила уточнить, но была тут же перебита. — Да, это моя доченька. — с гордостью заявила Мелек Султан. Не скрывая умиления, бывший регент с нежностью улыбается внучке и целует её в лобик. Спустя буквально ещё 10 минут милостей и приятностей, маленькую Михриниссу отдали кормилице, а сами же Султанши умостились за столом и стали погружаться в разговор. В Султанских покоях: — Ну что же Паша, как твои дела? — пристально смотря на Халета спросил Повелитель. — Всё просто отлично. — опустив голову кинул в ответ Паша. — Сестра моя как, у вас всё хорошо? — с ноткой не понятного раздражения в голосе снова спросил Султан. — Благодаря вам Повелитель, у нас всё хорошо. — с благодарностью произнёс Паша. На вид он был абсолютно спокойным, но что-то терзало его изнутри не давая покоя. — Ладно уж, раз всё хорошо, я к сожалению должен сделать плохо. — сказав это Мурад тут же крикнул, — Стража! , — дальше в покои ввалились 4 палача. — Повелитель, я… Я не понимаю, — со страхом в глазах и негодованием сказал Паша, — чем я вас огорчил, в чём провинился? — Совсем недавно я узнал что ты в сговоре с персами и постепенно передаешь им информацию о надвигающемся походе, да и в целом информацию из дворца. Такого, я не прощу.- презренно бросил Султан и кивнул палачам. — Нет, Повелитель, я ничего не делал, пощадите! — вырываясь досадно кричал Халет. Покои бывшего регента Османской Империи, это же время: Атике, Гевхерхан и сама Мелек болтали на всякие разные темы, где-то смеялись, а где-то даже и всплакивали. — Валиде, а помните как вы с Мелек поругались из-за её предстоящего замужества и она просто взяла, убежала в конюшню, села на свою лошадь Ирэн и ускакала в неизвестном направлении. — отходя от дикого смеха погрузилась в воспоминания тех дней самая младшая и самая нежная Атике Султан. — Попробуй такое забыть, я раза три в обморок падала от переживаний за эту не сносную девчёнку. — слегка улыбнувшись Кёсем Султан упрекнула свою среднюю, голубоглазую дочку. — Ну матушка, я была тогда ещё маленькой девочкой и очень расстроилась из-за новости о том что вынуждена выйти замуж не по любви и за совершенно не знакомого мне человека. — сказала Мелек, на секунду потускнев, но тут же улыбнулась и повернулась к Атике, — А ты когда замуж уже выйдешь, тебе давно пора. — с долью сарказма произнесла русая голубоглазка. — Вот и я о том же, а матушка всё время твердит что я её мала для этого, но ты ведь вышла даже раньше чем я, чувствую так и останусь в девках ходить. — с наигранной досадой вздохнув, она вновь засмеялась и словно лучик света, осветила всё вокруг своей улыбкой. — Валиде правду говорит, Атике, ну какая из тебя жена, ты жутко вредная и совершенно не ответственная, твой муж в первый же день брака по старается сбежать от тебя куда подальше. — заливаясь смехом подметила Гевхерхан. — Голубоглазая моя красавица, как у тебя дела, как твой муж? — именно на последнем слове в интонации Кёсем Султан промелькнуло ужасное раздражение, что не скрылось и от Мелек Султан, но девушка решила сейчас не спрашивать о значении этого тона. — Всё просто отлично, матушка, у нас с Халетом, всё просто превосходно, мы очень любим друг друга, он очень любит нашу доченьку и практически всё свободное время проводит именно с нашей голубкой. — нежная улыбка появилась на лице молодой мамочки от упоминания о любимом муже и маленькой дочурке. Всё было прекрасно, мать с дочерями чудесно проводили время… Но тут в покои с криком врывается дрожащий от страха Хаджи-Ага. — Султанша, Султанша, беда! Халет Паша... Его казнили по приказу Повелителя, в главных покоях.. — рывками произнёс Хаджи и тут же умолк прикрыв рот рукой, взглянул на Мелек Султан и всё же понял что лучше бы он промолчал. Резкий взгляд наполненный непониманием был произведён в исполнении Мелек Султан. — Что?.. Что ты сказал? То есть как?.. — и всё, больше она не проронила ни слова, глаза покрыла пелена из слёз и они одна за другой стали вырываться наружу скатываясь по щекам нежной голубоглазки. Спустя 2-3 секунды нежный ангелок превратился в все разрушающего беса, девушка подорвалась с места, но потом остановилась и развернулась к совершенно спокойной матери и таким же спокойным сёстрам, было ощущение что они либо сошли с ума, либо оглохли, либо ещё что-то, но Мелек и предположить не могла что причина их спокойствия заключается совершенно ни в одной из её догадок. — Валиде… Вы.. — и тут к ней пришло осознание — вы знали… — уже захлёбываясь слезами голубоглазка повернула голову в сторону таких же спокойных сестёр — и вы тоже…? Вы все знали… Вы знали что он убьёт его… Знали… — Мелек, дочка, успокойся, иди ко мне, я всё тебе обьясню. — со слезами на глазах бывший регент встала и потянулась к дочери дабы взять её за руку, но рыдающая голубоглазка резки отпрянула и сделала несколько шагов назад. — Нет! Не смейте! Не смейте ко мне при касаться. Я вас ненавижу. Всех вас. — после этих слов девушка ринулась прочь из покоев матери и побежала вдоль гарема, а на выходе застыла будто парализованная. 4 палача несли ещё не остывшее тело её покойного мужа. Султанша не выдержала и подбежала к своеобразным носилкам тем самым останавливая людей в чёрном одеянии. Падает на колени. Дрожащими руками она срывает простыню и застывает в ужасе. Это был действительно он. В голове у молодой турчанки крутилась куча вопросов: «Зачем?», " Как Мурад мог так поступить?», «Что вообще произошло?», но к сожалению все эти вопросы на данный момент были для Султанши риторическими. -Халет... Открой глаза... Прошу открой глаза... Вставай, Халет... Умоляю, поднимайся... Ради Аллаха, Халет... — сжимая в руках кафтан мужа шептала подавленная Султанша, позже шёпот переходил в рыдания, а рыдания перешли в душераздирающие крики наполненные болью и скорбью. Девушки из гарема тут же подбежали к Султанше в попытках её успокоить, но тщетно. — Дорогу! Валиде Кёсем Султан! — выкрикивает Хаджи что-бы каждая живая душа услышала, а Кёсем Султан в свою очередь бежит в сторону криков и садиться рядом с дочерью пытаясь взять её за руку, но опять-таки ей этого не удаётся. — Доченька, прошу тебя, пойдём я отведу тебя в твои покои, отдохнëшь, голубоглазая моя... — попытка погладить дочь по голове снова не увенчалась успехом. Рыдающая девушка подскочила с места и охрипшим голосом стала кричать на мать. — Я вас ненавижу! Не смейте меня трогать! Не надейтесь что я прощу хоть кого-то из вас! Я вас всех ненавижу! Я не хочу вас видеть, не хочу слышать! Не хочу знать что вы вообще существуете! Вы ведь сами настаивали на этом браке! Вы специально сделали это?! Вы специально решили сначала заставить меня полюбить, а потом отобрать эти чувства?! — размахивая руками кричала девушка продолжая без исходно плакать. И тут с её уст вырывается пара фраз которые слышит не только мать, но и её брат Повелитель тихо вышедший из-за угла. — Я уезжаю! Вы больше никогда меня не увидите! Больше никогда не увидите Михриниссу! Я больше никогда не переступлю порог этого порочного места! — после не долгого перерыва, девушка снова заливается слезами. И тут всё же издаётся звук из-за угла. — Дорогу! Султан Мурад Хан Хазрет Лери! И весь гарем будто бы замер…