Черноглазый Бог

Когда Мадара стал таким… слабым? Когда он начал замечать, что по-настоящему влюблен? Расскажи он об этом себе прежнему, услышал бы трехэтажный мат и дикий гогот. Но эта Сакура Харуно каким-то образом проникла в его сердце, засев там так глубоко, что даже если захочется, клещами не выдерешь, как ни старайся. Оставалось только стрелять себе в грудь, чтобы наверняка и насовсем. Сначала она поразила его своими издевками. И где, блять, такое было видано, чтобы женщина внаглую высмеивала его увлечения и пристрастия? Мадара любил раф с фисташковым сиропом, и Сакуру это доводило до истерики. Мол, такому громиле только бы виски глушить, а он раф хлещет — одна мысль вызывала приступ смеха. Учиха по утрам желал видеть свежий выпуск газеты The Japan Times, и Харуно еле сдерживала смешок, поднося ему бумажное (!) издание, в то время как Мадара мог в любой момент выкупить эту газету вместе со всеми её сотрудниками. Ну, или прочитать колонки в интернете, в конце-то концов. Однако оказалось, что Мадара в свои двадцать девять весьма консервативный тип. А ещё лютый начальник. Если Харуно и удавалось избежать его гнева, потому что она находила Мадару забавным и умело сглаживала острые углы, то её коллегам избежать злого рока босса почти никогда не удавалось. Если дела шли по пизде, Мадара на интуитивном состоянии определял этот факт, заявляясь в кабинет каждого сотрудника по очереди. Да, здесь у всех было своё пространство. Потому что Учиха был уверен: это идёт на пользу рабочему процессу. Возможно, так оно и было. Но на некоторых личностях логика и законы менеджмента ломались. И это выводило Мадару из себя. Можно было работать и из кожи вон лезть, и Учиха бы сам поощрил подобное поведение. Отпуск, высокая зарплата — не было ничего, в чём нуждался тот же Обито, который был преданным до мозга костей и влюбленным в медицинское дело. Но такой подход к работе устраивал не всех. И Мадара раздавал пиздюли по очереди, становясь тем самым грозным и каменным человеком, от которого у Сакуры поджилки тряслись. А когда к нему в кабинет спешил Обито с чашкой кофе, и от этой чашки доносился слабоуловимый аромат алкоголя, Харуно все становилось ясно. Учиха был разносторонней личностью, которая вмещала в себя и виски, и раф с сиропом, и бумажные издания, и недюжинную злость вперемешку с черным юмором. Сакура была от него в восторге, но никогда этого не показывала. Просто потому, что прекрасно знала психологию таких мужчин. Ах да! И, конечно же, карьера. Девушке нравилось работать в «Uchiha Farm+». Это была сильная компания, которая преуспела везде: и в своем направлении, и на фондовом рынке. Здесь собрались весьма успешные люди. Интересные по своей натуре. И некоторым даже нравилась Харуно. Мужчины и женщины были милы с ней, воспринимая как младшую сестру. Сакура действительно была чуть ли не на семь-десять лет младше своих коллег. И, конечно, нашлись те, кто явно недоумевал, что вообще Харуно здесь забыла. Не обошлось и без «сальных» шуточек мужчин постарше. Мол, босс уже наверняка разложил Харуно на столе и оттрахал по самое «не хочу». Вот только проблема была в том, что босс Сакуру не трахал. Хоть ей и очень этого хотелось. Тем не менее, слухи продолжали витать где-то в воздухе, пока Мадара основательно не взялся за это дело. Пару ударов головой о стол и вопрос был улажен, а грязные языки засунуты в жопу. Учиха любил, когда к нему лезли в трусы, но не любил, когда в этих трусах пытались копаться. Особенно мужики. Было противно даже об этом думать. А ещё ему не нравилось, что в грязи пытались искупать Харуно. Она этого не заслуживала. Хотя, честно говоря, иногда Мадаре казалось, что рано или поздно она ещё выпустит свои коготки. Сакура была настоящим бойцом в юбке. Элегантным бойцом. Таким, который вместо ножа убивает заколкой. Таким, который рвет яйца одним лишь каблуком-шпилькой. Сакура просто знала, когда нужно заткнуться. Знала, когда стоит отойти на второй план. И прекрасно знала, когда следует заявиться из неоткуда с очередным предложением по расширению компании. Ей было далеко до Обито, но и Обито был на порядок старше Харуно. Их нельзя было сравнивать. И Мадара это понимал. Когда она только вошла в кабинет, Учиха не представлял, чем обернётся её появление лично для него. Просто потому, что Мадара не привык очаровываться. Да, у Сакуры была хорошая фигура, прекрасные ноги, красивая грудь. Но разве можно было сразить Учиха наповал только этим? Конечно, нет. А потом эта девка вдруг решила идти напролом и брать штурмом. Отчаянно, до безобразия бесцеремонно. Харуно сама не понимала, в какое дерьмо вступала, а Учиха не понимал, в какой момент Сакура стала занимать его мысли. Девчонка. Младше него, да ещё и ниже на головы три, точно. Ужасная заноза в заднице, которая требовала и отвоевывала часы его драгоценного времени. И нет, не для того, чтобы попросить повышение или придумать предлог для встречи. А для того, чтобы выкинуть на стол с две дюжины бумажек, на которых уже был намечен план по захвату очередного здания в Японии. Даже Обито приходил в мягко говоря, ахуй, когда видел то, что расписывала Харуно, и то, с каким энтузиазмом она бралась за поручения от Мадары. Учиха хотел, чтобы Сакура экономила его ресурсы. Договаривалась о встречах, носила кофе и газету, отправляла отчёты. Но Сакура делала больше. И в конце-концов, Мадара уже не мог представить, как обходился без Сакуры Харуно раньше. Без своего маленького бойца в юбке. Как Учиха и предполагал, Сакура стала настоящим дьяволом во плоти. Отчасти она переняла это у своего босса, устраивая настоящие скандалы тем, кто становился причиной нарушения их с Мадарой графика. Да, именно их с Мадарой, потому что патлатый лось вдруг стал зависим от Харуно настолько, что даже рубашки теперь ему выбирала именно Сакура. Где-то в стороне обиженно сопел Обито, считающий, что Харуно уже совсем обнаглела, раз настолько прочно обосновалась в жизни Мадары. А последний только посмеивался: Обито было грех жаловаться, потому что самые «вкусные» сделки приходили именно по его душу. И спрос с Обито был уж куда выше, чем с Харуно. А Мадара тем временем поражался, насколько властной может быть женщина, если передать ей полномочия и собственноручно открыть портал в ад. Они работали вместе уже полгода и за это время Сакура ни разу не подорвала его доверие. Три часа ночи, пять утра, шесть часов вечера — Харуно в любое время суток могла оказаться рядом, если Мадаре это было нужно. А он и в самом деле чувствовал, что нуждается в ней все больше. Их отношения, ещё даже не начавшись, крепли с каждым днём. Она была удивительной женщиной. Женщиной, в свои двадцать два. Поразительно утончённой, резвой и активной. Сакура шутила так, что иной раз Учиха сгибался пополам, потому что она в очередной раз выкидывала нечто просто уму непостижимое. Мадара выезжал на стрельбище раз в неделю и Харуно увязывалась с ним, чтобы он научил её владеть оружием. И это не могло не подкупать. Она прекрасно общалась с его партнёрами, распахивая перед ними сумки с пачками денег своими изящными пальчиками. В её двадцать два Мадара смело отправлял Харуно на подобного рода сделки, пока Обито был занят более «крупной рыбой». Эти двое вдруг создали какой-то взрывоопасный для Мадары коктейль. Он явно не ожидал, что обретёт столько уникальных людей под боком, которые всегда будут за него. И Учиха уже и не думал о том, что когда-нибудь станет иначе. Сакура добровольно лезла на бандитский рожон, но никогда не пыталась сделать шаг навстречу Мадаре, как мужчине. И очевидно, что это будоражило его естество, ведь он уже давно хотел её так, как не хотел ни одну женщину. Да, Учиха действительно, мать его, влюбился. Мадара приходил в экстаз от всего, что Харуно делала — говорила, шутила, да даже просто дышала. Она постоянно была рядом с ним. И Учиха, конечно, это льстило. Оставалось только переступить самую важную границу. Взять Харуно штурмом и покончить с этими детскими играми.