Черноглазый Бог

Их первый секс произошёл в её День рождения. Удивительная ирония, когда тебе буквально делают подарок в виде себя. Но такому подарку Сакура была невероятно рада. Рада даже больше, чем огромному букету алых роз. Банальных, но таких любимых, потому что букет был от него. В тот год Сакуре исполнилось двадцать три, и она подумать не могла, что встречать своё взросление будет именно с Мадарой. Отец тогда улетел в Америку, чтобы уладить пару вопросов из их «прошлой» жизни, принося свои самые глубочайшие извинения. Но Харуно особо и не расстроилась, потому что у неё был план на этот день: отдыхать и наслаждаться жизнью. Предыдущая неделя выдалась в компании отчётной, поэтому Сакура носилась от одного кабинета к другому, как будто с шилом в заднице, чтобы Мадара остался доволен и не разъебал всё, что видит, в порыве ярости. В день икс, примерно за полчаса до её прихода в офис, Харуно позвонил Обито. Он был встревожен, и эта его нервозность медленно просочилась Сакуре под кожу. И не зря, ведь то, что она услышала от Учиха младшего, совсем ей не понравилось. — Мы в дерьме, Сакура, — протянул Обито, который, кажется, был за рулём автомобиля. — Послушай, я немного замотался и забыл про виски. Харуно тогда остановилась как вкопанная посреди улицы, нервно глянув на наручные часы. В том, что они оба были в дерьме, Сакура не сомневалась ни секунды. Через час в офисе должен был появиться Мадара, и если ему что-то не понравится в отчётах, например, размер прибыли, рафом они не отделаются, даже если в нём будет литр сиропа. — Обито, ты шутишь что-ли, мать твою! — прошипела Сакура, прикусив губу. — Ты не мог забыть про виски в более удачный день? Он же нас пришибёт! Сначала меня, потом тебя! — Харуно, у нас нет времени, — ответил Обито, давя газ в пол. — Я сейчас за Токио, понимаешь? Я из этой жопы ещё полтора часа буду выбираться. — Охренеть! Спасибо, Учиха! — Yamazaki 50 Years Old. Помнишь? — Да где мне его сейчас взять? Обито, не подставляй меня сильнее, чем ты уже это сделал! — У Хаширамы. Лови такси и езжай в полицейский участок. А потом дуй на работу. Хашираму я уже предупредил. Ключи от моего кабинета в ячейке справа. Два, пять, шесть, четыре. Блять. Харуно была готова поклясться, что когда она встретит Обито, она лично снесёт ему пол башки. Виски в его кабинете всегда было навалом. И она искренне не понимала, что могло случиться такого, чтобы этот вечный источник алкоголя иссяк. Но на самом деле времени проклинать Обито у Сакуры сейчас просто не было, потому что по таймингу Мадара должен был быть на пробежке, а потом ему оставалось только посетить душ, одеться и выехать на работу. Минуты утекали сквозь пальцы, заставляя Сакуру беситься ещё больше. И пока она ловила такси, успела десять раз пожалеть, что так рьяно упиралась, когда Мадара предложил ей личного водителя. Ругая себя за ненужную никому гордость, Сакура трясла купюрами перед носом таксиста, буквально умоляя его ехать до полицейского участка как можно быстрее. Хаширама Сенджу был лучшим другом Мадары, и они (какое счастье!) любили один и тот же виски. Сенджу представлял собой копию Мадары по характеру в более мягкой версии, и он нравился Сакуре из-за чувства юмора и умения нейтрализовать психи Мадары. Когда эти двое находились рядом, компания всегда вибрировала от их совместного хохота, но в такие дни сотрудники могли быть в безопасности, потому что Учиха и носа не показывал в их кабинеты. Иногда Мадара был груб с Сенджу, называя Хашираму заботливой мамочкой-наседкой, но последнего это никогда не отпугивало и нисколько не обижало. Сенджу был убежден, что Мадара любит его самой нежной братской любовью и, возможно, так оно и было. Хаширама был идеальным мужчиной в прекрасной физической форме. Высокий, поджарый, с длинными каштановыми волосами, он всегда привлекал женщин, потому что представлял собой образ некого семейного человека с добрым и мудрым взглядом, дополняя свои преимущества дикой сексуальностью. И, конечно, Хаширама был одинок. Полицейский участок — его детище. Вот что действительно интересовало Сенджу больше, чем мимолетные свидания. У него и вправду просто не было времени на то, чтобы выходить в свет и тратить время на женщин. Пока Мадара активно трахался налево и направо, Хаширама только страдальчески закатывал глаза и возился с мелкими и крупными преступниками. В штат Хаширамы входили хорошие работники. Одни из лучших в Токио, поэтому Сенджу невероятно ими гордился. Последний месяц выдался чрезмерно загруженным на всякие мелкие делишки, которые им приходилось разбирать, поэтому Хаширама уставал ещё больше и почти не видел Мадару, но обещал наверстать, заявившись на порог его офиса в самом ближайшем будущем. Когда ему позвонил Обито, Хаширама дремал после тяжелой ночи. Он не спал уже длительное время, поэтому наслаждался выделенными минутами, которые могли бы восполнить его энергию. Громкий звонок смартфона по инерции вызвал страдальческий вздох, но Хаширама почти мгновенно раскрыл глаза, ответив, не смотря на экран. — Хаширама, у нас проблемы, — Обито повторял фразу уже как заученную, чтобы быстрее ввести Хашираму в курс дела. — Нам срочно нужен виски. Сакура едет к тебе. — И как же так вышло, что Мадара выхлебал все за пару недель? Мы недавно заказывали очередную партию. Нелегкие времена? — усмехнулся Хаширама, удобно устраиваясь в кресле. — Мадара влюбился. Поэтому много нервничает, — отозвался Обито, мрачно поглядывая на панель с часами. — Но я этого не говорил. — Мать его… Да ты, наверное, шутишь! — воодушевился Хаширама, распахнув веки. — В самом деле, Обито, что случилось с этим сукиным сыном?! Кто она? — Сакура. — Сакура? Вот это да… Сенджу прекрасно относился к Харуно. Мадара познакомил их пару месяцев назад и Хаширама считал её настоящим профессионалом своего дела. Самое главное, что ей удавалось сбивать дурь с Мадары, но Сенджу не ожидал, что его обожаемый друг влюбится. Это было просто феноменальное событие. — Черт тебя дери, Обито, а ты умеешь сообщать охуенные новости, — улыбнулся Хаширама, сбрасывая звонок и направляясь к холодильнику с виски. — Мадара влюбился. Просто охренеть. Когда на пороге показалась Харуно, лицо Хаширамы сияло так, будто его только что облизали и намылили, не иначе. Он смотрел на Сакуру так загадочно, что ей даже стало немного не по себе. Может быть, Хаширама на солнце перегрелся? Весна начинала вступать в свои права, и люди постепенно слетали с катушек. — Хаширама, все нормально? — осторожно поинтересовалась Сакура, прежде чем выйти из его кабинета с виски наперевес. Она очень спешила, но ей хотелось удостовериться, что друг её босса в норме. — Просто охренеть как нормально, Сакура, — расхохотался Сенджу, заставив девушку выдохнуть. — Тебя отвезёт Хозуки, надеюсь, не против? Хозуки с его бешеной манерой вождения был пиздец как кстати. Особенно, когда у Сакуры волосы дыбом вставали от мысли, что Мадара уже наверняка выехал на работу. Девушке только и оставалось, что благодарно кивнуть, тысячу раз восхвалив Сенджу и небеса, которые ей послали Хашираму. И Хозуки, конечно. Суйгецу был неплохим и башковитым малым, но терпеть не мог, когда его отрывали от важных дел. Ему совсем не улыбалось везти какую-то девку хер знает куда и даже доводы Сенджу, что это для самого Мадары, его совсем не убедили. Насрать было Хозуки на Мадару и ещё больше насрать на Сакуру. Но что-то в этой бабе было такое, что не позволило ему в привычной манере послать нахуй и своего босса, которого он нисколько не боялся, и его эту Сакуру. Видимо, девчонка переняла что-то от Учиха, которого Суйгецу всегда считал мужичком с ебанцой. Страшный был у неё взгляд. Пришлось подчиниться. — А ну съебался с дороги, скотина! Хозуки был жутким матершинником. И церемониться с водителями, которые сигналили ему со всей дури, не собирался. Ему хотелось скорее разделаться с Сакурой и вернуться к Карин, чтобы в очередной раз промыть той мозги. Хозуки был влюблен в Карин, но ни разу ей об этом не сказал, потому что та уже состояла в отношениях с чертовым племянником Мадары — Саске. И этот Саске его из себя выводил аж до дрожи. Потому что Хозуки, в отличие от Карин, дебилом не был и точно знал, что не будет тот на ней жениться. А Карин именно об этом и грезила. Саске даже не говорил никому о том, что они с Карин были в отношениях. Но девушка почему-то это находила очень романтичным и уверяла Хозуки, которого искреннее считала лучшим другом, что всё временно и спешить некуда. Они работали у Хаширамы вместе, и тот отвлёк Хозуки как раз в тот момент, когда Суйгецу пытался донести до Карин, что её благоверный самый настоящий придурок. Распалённый и злой до чертей, Хозуки чётко задался целью сделать всё быстро. И именно благодаря ему Сакура буквально долетела до офиса с несчастным вискарём, а поблагодарить парня даже не успела — тот двинул по газам, и исчез с диким визгом, распугивая мимо проходящих сотрудников. Два, пять, шесть, четыре. Два, пять, шесть, четыре. Сакура твердила цифры, как мантру, боясь забыть хотя бы одну и проебать все свои старания, потому что прятать бутылку в своём кабинете уже не было времени. Она научилась распознавать звук шин Мадары. Знала, что он уже паркуется внизу и буквально через пару минут попадёт в лифт. Хорошо, что удача решила больше над ней не смеяться. И вот уже ключи от кабинета Обито у Сакуры в руках. Чертового Обито. Пусть десять раз перевернётся, пока будет ехать в офис. Когда Мадара появился на пороге кабинета, у него на столе уже была чашка рафа, а рядом лежала газета The Japan Times. Харуно была удивительной женщиной. И такой же злой, как и Учиха. Поэтому, когда Мадару вполне устроил квартальный отчёт о прибыли, и виски ему так и не понадобился, Обито крайне недоумевал, откуда у него на стуле появилась торчащая английская булавка, порвавшая дорогой костюм и оставившая ранку на заднице.