Стримовые зарисовки

Они быстро находят общий язык, хоть и сами люди довольно специфичного характера. Характер этот они оба хорошо умеют показывать. Они часто оказываются не согласны друг с другом. Однако очень редко в серьез ссорятся. Они привыкли не перебивать, а дослушивать другого до конца, а если и вклиниваться, то делать это мягко и ненавязчиво. Они подшучивают друг над другом, любят дурачиться. У них просто идеальные отношения. Хотя нет, не отношения - дружба. Они воспринимают это как должное. Они уже много лет знают друг друга и им комфортно взаимодействовать и общаться. Подшучивать на гейскую тематику для них тоже стало своего рода привычкой, а вредные привычки искоренить не так-то просто. На любых стримах их заносит в тему гейства, даже если предпосылок к этому никаких нет. И это тоже привычка. И чем дальше, тем чаще это выходит из-под контроля. Каждый стрим чатик просит поцелуев и близости. Каждый раз Вася и Макс ограничивают неконтролируемые желания чатика. А потом в один момент делают что-то такое, что еще больше чатик подогревает. В один из стримов по разборно-полетной игре «I am alive» они практически не лезли в дебри опасных шутеечек. Не лезли. До поры до времени... Пока Солод не стал периодически перескакивать на тему любви к Глебу. Вася осознавал, что это откровенная провокация. Осознавал. Но чуть-чуть обидно все равно становилось. Он не понимал, зачем Макс это делает, не понимал и своей реакции. Он игноровал эту тему, пока после своей шуточки про то, что Макс не хочет Эльмана, в очередной раз ни услышал: "Мне бы Глеба". Тогда уж Вася не выдержал и, удивленно вскинув брови, спросил: - Че это ты к Глебу подъэтоваешься? Папика себе нашел? - Ой, чтоб ты ревновал, - с игривой ноткой в голосе ответствовал Макс, улыбаясь. - А я к Флину уйду, понял? - надулся Вася. - Вооот, это месть уже. - Неет, я с ним раньше начал, чем ты с Глебом. Макс снова хохотнул и перешел на другую тему. Провокация удалась. Вася мысленно бил себя кувалдой по башке. В душе у него все перевернулось, а сердце с силой ухало о грудную клетку. Он старался не показывать своего состояния, но голову отключить никак не мог. "Блин, я ведь и правда ревную, - осознал, наконец, Гальперов. - Как так-то вообще? И к кому, черт возьми... Было бы к кому ревновать. Что за глупости?" Глупости глупостями, но ревность застила внутренний взор, и все в этом мире начинало раздражать. "Я - больной" - резюмировал Вася, сам же смущаясь от своих мыслей. Чем больше он думал над своими чувствами, тем дальше его уводили размышления. Это стоило обсудить. Стрим был закончен, но Вася и Макс не спешили друг от друга отключаться. - Зачем ты это делал? - спросил Вася, глядя на экран, в котором уже ничего не происходило. - Что конкретно? - ответил Макс вопросом на вопрос, невинно хлопая глазами. - Постоянно упоминал Глеба, - уточнил Вася. - А тебя это реально задело? Воцарилась тишина, изредка нарушаемая сердитым пыхтением Васи. Солод мог даже представить, как в этот момент Гальперов выглядит, он очень явно представлял себе его сердитую физиономию. Ему стало чуточку смешно, но он продолжил: - Ну, извини, не думал, что ты так серьезно все воспримешь. Максим пожал плечами и мягко улыбнулся, хотя и понимал, что Гальперыч его все равно не видит. Некоторое время Вася просто сидел и дулся, пока не решил нарушить гробовое молчание, поставив на всем этом точку: - Не делай так больше. - Вась, это шутка и чуток фансервиса. Народ это любит, ты же знаешь, - все еще мягко улыбаясь, отвечал Макс. - Народ, может и любит, но я - нет. - Ладно-ладно, прости, виноват, - примирительно ответил Солод, а потом тихонько добавил, хихикнув. - А ведь и, правда, ревнуешь. Боже, как это мило. Будешь знать, как с Флином мне изменять. Васе оставалось только грозно пыхнеть и покрываться румянцем, радуясь, что Максим этого не видит.