Глава 7. В одно окно смотрели двое...
25 июля 2021 г., 19:42
За морями ты сыщешь её, За холодными волнами небо темнеет от стрел, За холодными глазами… отдашь ли ты все, что имел, За её любовь, мой серебряный? За цунами лишь флейта поёт Золотыми голосами в бездонной тьме, в тишине, Золотыми волосами — не скроешься даже на дне От её любви, мой серебряный… Мельница, «Изольда».
Матч продолжался. Казалось, каждый игрок на этом поле забыл о грозе и до боли колючем ветре. Перед глазами мелькала заветная цель, к которой рвались любыми средствами. Поттер смог вернуться в игру, довольно быстро находя среди гриффиндорцев свою соперницу. А в следующий миг увидел и мелькающей перед ней золотой огонёк — снитч. Гриффиндорец только сильнее сжал рукоять метлы, рывком направляясь в её сторону, вместе с тем ловко уклоняясь от других игроков, чьё соревнование, казалось, становилось всё более жестоким с каждой прошедшей минутой. Ловец команды даже и не заметила приближение Поттера, полностью сосредоточившись на золотом мяче, пока сам Гарри ощутимо не подрезал её с одной стороны. Девушка уверенно удержалась на метле, вероятно, благодаря многолетнему опыту. Но на её лице было заметно сильное удивление, даже откровенная растерянность. Слишком странно было видеть того, чьей жизнью она рискнула ради своей победы. Поттер только ухмыльнулся, переводя взгляд на снитч. Тот, словно бы играясь и насмехаясь над ними обоими, только резво кружил перед ловцами, нарочно петляя. Дотянуться не получалось ни у одного из них. Отчасти потому что теперь ещё появлялась и другая цель — не упасть с метлы благодаря стараниям другого. Гриффиндорка, в отместку Поттеру, несколько раз толкала его плечом, стараясь выбить из равновесия, или хотя бы оттолкнуть к трибунам, чтобы выиграть самой себе время. Вот только и Гарри второй раз уже не мог уступать ей. Он пришёл на этот отбор, потому что чувствовал уверенность в том, что способен победить, и необходимость в том, что должен быть частью этой команды. Не в следующем году, не на выпускном курсе — не теряя времени, прямо сейчас. Можно ли было это рвение оправдать наследием от отца — Гарри это не волновало. Он просто прислушался к желанию собственного сердца. И сейчас был готов бороться за него. К тому же… Как оказалось, что стало приятной неожиданностью для Поттера, на этом поле присутствовал ещё один человек, который тоже поддерживал именно его кандидатуру. Он в это верил. Снитч почти полностью покинул поле, заплутав между колоннами трибун поддержки. Сейчас был не официальный матч — все флаги были подняты. И единственным препятствием оставался сложный каркас, десятки досок, перекрещенных между собой. В какой-то момент Гриффиндорка резко остановилась, оставшись позади. В то время как Поттер, только ближе прильнув к рукояти метлы, проскользнул внутрь этого каркаса, лавируя между досками. Резко направившись вниз, он вытянул руку, несколько раз явно ощущая то, как золотистые крылышки ударили его пальцы, словно бы пытаясь спастись. До земли оставались считанные метры, когда Поттер выровнял метлу, возвращаясь в горизонтальное положение, и схватил заветный снитч, едва только выбрался из-под трибуны. По всему полю раздался громкий свист, обозначивший окончание этой игры. Все игроки остановились и, уже пытаясь отдышаться и отойти от напряженной игры, спустились на землю, вновь выстроившись перед капитаном команды. Когда уже все отложили в сторону метлы, Поттер шагнул вперёд, чтобы передать капитану снитч. Но тот только остановил его жестом руки. — Маргарет, — он обратился к Гриффиндорке, которая занимала место действующего ловца. — Как это понимать? — а после достал из кармана разломанную надвое волшебную палочку. Остатки магии слабым потоком потянулись к своей владелице, но быстро погасли. Однако этого хватило, чтобы подтвердить догадку капитана о том, кому эта палочка принадлежала. — Правила действовали одни и для всех, пользоваться магией на этом поле запрещено. — Да ты смеёшься, Вуд? — девушка шагнула вперёд, также негласно признавая содеянное. — Даже проводить отбор сейчас просто нелепо! Почти все из нас выпускаются в этом году, мы должны бороться за кубок, а не эти новички. У тебя нет права выставлять нас отсюда! — Вообще-то есть, Маргарет. Вопрос не в том, сколько лет вы представляли Гриффиндор, а в том, сможем ли мы победить в этом году тем же составом. Рискну напомнить тебе, что за прошлый год ты не поймала ни одного снитча, — Вуд выглядел, на редкость, серьёзно. Также как и его слова звучали твёрдо и заведомо неоспоримо. Маргарет даже не нашлась в словах, чтобы ответить ему. Гриффиндорка только развернулась, направившись к замку, и только со злостью отбросила свою метлу. Но ничего больше не сказала. Но едва ли кто-то верил, что она сможет быстро забыть эту обиду… — Поздравляю, Поттер, с этого дня ты — ловец Гриффиндора, — уже заметно дружелюбнее продолжил капитан, после кивка Гарри оглядывая и всех остальных первокурсников. С ними разговор шёл уже намного дольше и, вероятно, был куда сложнее, чем вопрос двух ловцов. Гарри в это никак не вмешивался, только отошёл немного в сторону, дожидаясь окончания отбора. Он поднял взгляд, только сейчас замечая, что гроза наконец стихла и уже заканчивалась слабым и даже тёплым дождём. Он словно бы согревал после такого мрачного и серого дня. Поттер старался сквозь темные тучи рассмотреть в небе свою знакомую, искренне надеясь, что она ещё была где-то рядом. Но не смог найти ничего похожего на такой близкий силуэт. Быть может, подумал Гарри, ему стоило бы пойти в Лес, когда капитан наконец распустит их. В конце концов, он ведь просил Иволгу передать, что придёт в этот раз… Правда ли Вейла будет ждать его там? — Гарри! — от мыслей его отвлёк голос Вуда. На миг Гарри даже задумался, что к его приказному тону и правда будет легко привыкнуть. Как для капитана такой команды, это даже хорошая черта. Вуд, вместе с остальными гриффиндорцами, забравшими свои мётлы, также направился в сторону замка, уже дойдя до края поля. — Ты идёшь с нами? — Не ждите меня, я задержусь ненадолго, — Поттер кивнул в сторону оставшейся одинокой метлы, намекая капитану якобы на желание ещё немного потренироваться, даже, может, просто немного полетать над полем. Это не было запрещено, если официально подтверждалось, что в сегодняшний день поле занял их факультет. Поэтому и Вуд не сказал ничего против, только махнув Гарри напоследок. Не прошло и десяти минут, как гриффиндорцы покинули поле зрения Поттера, а после и вовсе скрылись за высокими стенами замка. Он остался один. Гарри сдержал мелкую дрожь. Дождь уже окончательно стих, но насквозь мокрая одежда не давала ему окончательно согреться. Но даже несмотря на это, уходить Поттер не собирался. Подняв свою метлу, он направился к одной из трибун, просто чтобы не стоять как истукан по центру в гордом одиночестве. Даже из окон Хогвартса это выглядело бы нелепо, а так и он сам ощущал себя тем ещё дураком. Гриффиндорец прислонился спиной к деревянному каркасу трибун, наконец расслабленно прикрывая глаза. Он старался собрать все свои ощущения, осознать произошедшее. Слишком быстро случилось слишком многое. Его попытались если не убить, то наверняка серьёзно покалечить, чтобы избавиться от него, как от конкурента. Его спасла Вейла… та самая загадочная знакомая из Запретного леса, оказавшаяся анимагом, сейчас спасла ему жизнь. А это, как минимум, означает, что она была здесь, переживала за него. Гарри сам не заметил, как улыбнулся этим мыслям. Он подумал, что не был бы против ещё раз рискнуть своей жизнью, чтобы увидеться с ней ещё хоть раз за пределами заветной поляны у водопада… Хотя это, разумеется, слишком крайние меры. «Мы должны поговорить об этом…» — твёрдо для себя решил Поттер. Словно бы в действительности понимал, что хочет сказать и как начать подобный разговор, чтобы не отпугнуть от себя Вейлу. Ведь не с проста она сбегала от него в первые их встречи. Она, очевидно, очень оберегает свою личность, и это Гарри хорошо понимал. Но ведь… они доверяли друг другу? Доверяли ведь? Над головой раздался глухой звук размаха крыльев. Тяжелых и, очевидно, очень сильных. Гарри не открыл глаз, стараясь больше именно прислушиваться. Он понимал, что сейчас вернулась к нему именно Она… Слишком знакомой и тёплой была для него её магия, чтобы спутать с кем-либо иным. — Ты никогда раньше не показывала мне своих крыльев, — как бы между делом сказал Поттер, наконец посмотрев на свою подругу. Она держалась чуть выше, держась за одну из досок, обоими крыльями прильнув к трибуне, чтобы удержать равновесие. На миг даже напомнила Гарри паука, который держится в самом далёком углу за одно мгновение до того, как напасть на свою жертву… Но он быстро отогнал от себя эту мимолётную ассоциацию, слишком уж мрачной она показалась. — Много ещё у тебя таких секретов? Вейла задумчиво смотрела на Гриффиндорца, в конце концов улыбнувшись и чуть кивнув. И Гарри не сдержал тихого смешка в ответ. Конечно же, секретов у неё ещё немало, это можно было даже считать риторическим вопросом. Но мысленно он был ей благодарен, хотя бы за такую, но всё же честность. Теперь и у Поттера была возможность внимательнее осмотреть Вейлу, всё же сегодня она выглядела немного иначе, чем обычно. Было ли это связано с грозой или чем-то другим?.. Вейла казалась для него одной большой загадкой, в которой из миллиона нитей разгадок у него был лишь один маленький краешек. Один и крохотный, но уже ему доверенный. Гарри даже нравились эти загадки. Её молчание и только редкий напев, похожий на песню Иволги. Да, иногда и ему эта привязанность казалась чуть ли не нелепой, едва ли прошла пара месяцев с момента их знакомства. Но и поделать с собой он уже ничего не мог… Даже когда узнал — из глупой книжки из Запретной секции библиотеки — что его таинственная подруга — анимаг, ничего не изменилось. Разве что ещё больше разгорелся его интерес. Теперь он знал, что она точно понимала его всё это время. Не пренебрегла доверием. Не выставила на смех всему Хогвартсу, хотя, очевидно, могла. И избавила бы себя этим от многих проблем. И это для Поттера уже дорогого стоило. — Ты спасла мне жизнь, — Гриффиндорец легонько оттолкнулся от трибуны, подходя ближе к Вейле. Она тоже спустилась немного ниже, всё также одной рукой ухватившись за одну из досок. Но так и не ступила ногами на землю. Разве что только расслабила одно крыло, словно бы в знак дружелюбия к Поттеру. — Хотел бы отблагодарить тебя, но едва ли могу предложить что-то сравнимо ценное… Никогда не забуду этого, правда, я в долгу перед тобой. Сейчас Гарри ещё больше завораживала близость Вейлы… Влажные золотистые волосы так резко контрастировали с тёмным оперением, которого, как казалось, даже не коснулась влага. Привычные темноватые глаза сияли неожиданно ярко, словно бы жидкое золото кружило медленным водоворотом. Магия, такая древняя и сильная, ощущалась так явно, что Поттер с трудом подавил желание преклонить колено перед чем-то столь незнакомым, но величественным… Он не знал столь многого. Одно название её вида — Вейла — дало лишь общее представление. Как и любой другой студент, Гарри не знал их истории, не мог даже представить, сколько Вейл осталось в этом мире. Не понимал, насколько опасной для них обоих может быть каждая встреча в Лесу или особенно, как в этот раз, за его пределами… Гриффиндорец с какой-то опаской, боясь отпугнуть, поднял одну руку, протянув ладонь к её лицу. Он почти невесомо коснулся холодной, почти ледяной кожи, аккуратно скользнув пальцами под мягкое оперение. Гарри старался запомнить или узнать черты лица, которое не мог рассмотреть. Острые скулы, бледная, но чистая кожа, казалось, без единой родинки. Виделись ли они до встречи в Лесу?.. Он ощутил, как Вейла вздрогнула от его прикосновения и замерла, словно бы пытаясь решить, оттолкнуть его или уступить. Поттер был уверен, что никогда бы она не уступила, если бы не захотела сама. Не попалась бы ему на глаза, если бы не захотела. Не стала бы рисковать и появляться над квиддичным полем, если бы искренне не беспокоилась и не хотела защитить. Но сейчас уступала. С опаской и нерешительно, но не оттолкнула. Гарри сделал к ней ещё шаг, опуская ладонь на тонкую шею, притягивая Вейлу только ближе к себе. И наконец касаясь её холодных — от дождя ли — губ, вновь ощущая дрожь, прошедшую по её коже. Это был даже не поцелуй, лишь первое прикосновение. Кроткое, слишком быстрое, чтобы сполна ощутить произошедшее. Но у Поттера уже сбилось дыхание, словно бы он наконец дорвался до самого желанного в своей жизни. Он хотел было снова заглянуть в глаза Вейле, стараясь не упустить её реакцию. Но раньше, чем он открыл глаза, она расправила одно крыло, приобнимая гриффиндорца и вновь вовлекая его в поцелуй, уже смелее, чем в первый раз. Но Гарри и не планировал отстраняться, напротив, тянулся к ней, спиной ощущая неожиданную мягкость массивных крыльев. Стоило Вейле вновь попытаться углубить поцелуй, как Поттер с готовностью ответил, сплетаясь языками. Он запустил руку в золотистые пряди волос, невольно сжав их у корней, когда Вейла ощутимо укусила его нижнюю губу. — Эй, — Гриффиндорец с долей удивления улыбнулся. Но Вейла только прищурила глаза, только сейчас ослабляя хватку крылом. Показалось, что она и сама не заметила, насколько сильно пыталась его удержать. — Послушай, я… знаю, что ты анимаг, — Гарри невольно заговорил немного тише, смотря на Вейлу с нескрываемой надеждой на то, что та не станет и дальше хвататься за свою тайну. Не теперь. Не с ним. Сердце пропустило пару ударов, когда тёплая улыбка сошла с лица Вейлы. А в золотых глазах появился уже знакомый испуг, подступающая паника. Поттер отчётливо помнил их с ночи самой первой встречи, когда он напугал её только тем, что просто увидел и подошёл слишком близко. И был готов проклясть себя непростительным заклинанием за собственную глупость… Ведь снова пугал её тем, что подобрался ближе того, что она позволяла. Поттер схватил её за руку, когда та резко расправила крылья, не дав ей просто сбежать и в этот раз. — Тебе нечего бояться, мы ведь можем просто поговорить? Ты ученица Хогвартса? — Вейла отрицательно закачала головой, с удивительной лёгкостью освобождая руку от ощутимого захвата, даже сейчас не заметив, что на землю опустилась пара маленьких черных перьев с её запястья. Одного взмаха крыльев хватило, чтобы подняться в воздух достаточно высоко. Без метлы Поттер не смог бы до неё дотянуться, а с метлой… она была быстрее. И эту уверенность Гарри прекрасно понимал. — Почему ты боишься довериться мне? Вейла только вновь качнула головой, шевельнув губами, словно бы хотела что-то сказать, но всё равно оборвала себя. Она не хотела отталкивать его, — вот что видел Поттер. Горечь и немое, так и невысказанное извинение. Гриффиндорец уже ничего не сказал ей вслед. Он точно не мог никак задержать её. И Поттеру оставалось только надеяться, что она снова захочет показаться ему на поляне в Запретном лесу. И терпеливо ждать этого дня…***
Малфой проклинал себя за глупость. И не только за то, что вообще решил вновь вернуться на поле, когда увидел возвращающуюся в замок команду Гриффиндора. Не только за то, что спустился к Поттеру. Не только за то, что так слепо и доверчиво… тянулся к нему. Но за то, что когда-то допустил мысли о том, что может позволить себе подобное знакомство. За то, что возжелал этой дружбы, которая сейчас, едва перейдя черту чего-то большего, была готова оборваться. Из-за той тайны, которая никуда не исчезала с самого начала и не позволяла о себе забыть. Драко чувствовал себя потерянным. Он не мог найти момент, когда всё упустил из-под контроля. Твёрдая уверенность в том, что Поттер никогда и близко не сможет подобраться к разгадке, если их общение продолжится и не будет меняться, была надломлена парой его слов. Он понимал, что сам загнал себя в эту ловушку. Но это осознание оказалось слишком неожиданным. Малфой не сразу понял, в каком виде проскользнул в замок. На его удачу, до гостиной Слизерина он дошёл без непредвиденных встреч, не попался никому на глаза. Уже стояла глубокая ночь, и студенты послушно следовали времени отбоя. Едва только Драко оказался за знакомой дверью, как ноги подкосились. Он опустился на пол, закрывая лицо руками. И только сейчас заставил себя расслабить крылья, давая им наконец полностью исчезнуть. А сам никак не мог справиться с бесконечным потоком мыслей, жалея, что не может, подобно собственным крыльям, просто раствориться в этой темноте. — Драко? — слизеринец замер, вскидывая голову. Ровно напротив него стояла Паркинсон, смотря с заметным беспокойством. — Это ведь ты, да? Уже просто не найдя сил отрицать и спорить, Малфой сдавленно промычал, но кивнул. Он слабо повёл головой, вскоре уже полностью сгоняя оперение со своего лица. — О Мерлин… — на другом конце гостиной раздался тихий скрип двери, в этой тишине прозвучавший до мелкой дрожи отчётливо. Драко и звука издать не успел, когда среагировала уже Пэнси. — Блейз, принеси плед! И быстрее! Забини, если и не сразу понял, что именно произошло, спорить с подругой не стал, на пару минут возвращаясь назад в комнату, а после выходя уже с изумрудным пледом в руках. Пэнси уже сама забрала его, накидывая на плечи Малфоя, который, мягко говоря, и сам уже не до конца понимал происходящее. Сейчас, только сильнее кутаясь в плед, Драко наконец полностью избавился от оперения. По всей его коже мгновенно потянулись такие же яркие изумрудные нити, мягко искрясь в полумраке. Одно только запястье отянулось красным браслетом, вновь напоминая о паре потерянных перьев. Но это, на фоне всего остального, также особо значимым назвать не получалось. — Вас ведь совсем не осталось на этом свете… — Очень дружелюбно с твоей стороны, Блейз, — Драко как-то вымученно ухмыльнулся, поднимаясь на ноги. И, вновь поймав на себе взгляд Пэнси, которая откровенно рассматривала его, постарался только плотнее закрыться пледом. В конце концов, чувствовать себя такой уж диковинкой было малоприятно. Благо, слизеринка и сама это поняла довольно быстро, немного неловко кашлянув в кулак. — Не хочешь рассказать нам, что случилось? — она посмотрела на Вейла. И спрашивала не о том, случилось ли… Знала, что это так. И лишь предлагала ему возможность поделиться. Уже в который раз, не настаивала, но старательно напоминала. И сейчас Малфой просто сдался, медленно кивнув, словно бы сил даже на это движение уже почти не хватало. Они втроем расположились возле камина. И Драко уже сполна ощутил слабость от использования родовой магии, это в действительности сильно изматывало. Но сейчас он просто постарался не обращать на это внимания. Драко говорил даже больше часа, словно бы впервые за всю свою жизнь он получил возможность выговориться, рассказать обо всём, что так долго копилось и хранилось в его голове. За столько лет… Он далеко не сразу рассказал о сегодняшней ночи. Нашлась смелость рассказать обо всех встречах с Поттером. И Малфой ощущал главное — он доверяет. И может им доверять. — Тогда почему ты боишься? — пожимая плечами, переспрашивал уже Забини. — Ты ведь смог рассказать всё нам. — Не одно и то же, верно? — Пэнси, уточнив у Драко, попыталась ответить сама. — Поттер изначально встретил именно Вейлу. И влюбился, если вдруг это так, именно в девицу из волшебного леса. — А тут вдруг окажется, что и не девица… — Так ещё и из змеиного подвала, вот это ты ему весёлую комбинацию подготовил, — Блейз ухмыльнулся, но только качнул головой, признавая, что раскрыться Поттеру также легко не будет. Слизеринцы изначально были знакомы. И для них это был обычный секрет друга, который тот защищает. — У вас, конечно, не самые лучшие отношения, но и врагами вас не назвать. Не убьёт же он тебя? — Успокойся уже, друг! — в Блейза с неплохого замаха прилетела треугольная подушка, запущенная Паркинсон. — Не всё ведь сразу, так и сердце не выдержит. Ты вообще видел, в каком состоянии он заявился? Драко только слабо улыбнулся, наблюдая за слизеринцами. Если бы кто-то раньше сказал ему, что в Хогвартсе удастся завести дружбу с этими двумя, он только рассмеялся бы. Да ещё и припоминал бы эту «шутку» до конца дней своих с откровенной усмешкой. Но сейчас это слово, одно-единственное, неожиданно сильно согревало сердце. Друзья.
