Tesoro mio

one republic — better days

Коридор встречает Тэхёна темнотой и тишиной, но он всё равно замечает тихие разговоры и смешки, доносящиеся из кухни. Скинув обувь и рюкзак на узкую стойку и взглянув на настенные часы, большая стрелка которых перешла порог восьми, Тэхён бесшумно направляется на кухню, заметив под дверью линию света. По звукам догадывается, что застанет друга с поличным, поэтому не может пройти мимо, не поиздевавшись. Резко открыв дверь, Тэхен просовывает голову в помещение, тут же довольно улыбаясь, потому что оказался прав: Чимин бесстыдно сидит на кухонном столе, за которым они, вообще-то, все вместе кушают, а между его ног, удобно пристроившись, стоит его парень, не торопясь вытаскивать ладонь из-под чужой футболки. Чимин этого брюнета хмурого за плечи обнимает и шею под поцелуи подставляет, но когда слышит шорох и тихий скрип двери, глаза прикрытые распахивает, уставившись на виновника шума. — Вечер добрый, соседи, — издевательски тянет Тэхён, бесцеремонно проходя на кухню, как только его появление обнаруживается. Чимин парня второпях отталкивает, волосы растрёпанные приглаживает и одежду поправляет, тут же спрыгнув со стола. А щёки румянцем ярким покрываются, футболку приходится пониже оттянуть, чтобы результат их вечерних ласк скрыть. — Хён, ты пришёл, — лепечет неловко Чимин, потирая шею. Тэхён не выдерживает и хохочет, беззастенчиво к тумбе подходит, чтобы чайник поставить. — Мин-и, не суетись, я всё равно твои стоны по ночам вместо музыки слушаю, — отмахивается ладонью, включив шумный электрический чайник, и разворачивается к парочке парней, один из которых краснее помидора, а второй пошло ухмыляется бледными губами. — Кстати, Юнги-я, у вас, по-моему, изголовье кровати раскачалось, о стену бьётся. Ты бы привинтил всё как положено, — и подмигивает задорно. Чимин шумно выдыхает, тут же отвернувшись и принявшись заниматься чем попало, лишь бы отвлечься от этих придурков. Сидит, салфетки сворачивает в салфетницу аккуратно, как в ресторанах, будто весь день ждал, когда вернётся домой и займется этим делом. Юнги незаметно для Чимина глухо хихикает, отбив Тэхену пятюню. Не договаривались, а всегда подъебнуть младшего успевают, потому что Чимин очень скромный сам по себе. Его легко смутить или ввести в ступор, обмануть или обидеть, задеть. Он умный для своего возраста, учится наравне с Тэхёном, а если отстаёт, пытается это исправить, потому что любит искреннюю похвалу от учителей. Как и все отличники, он в ответ от одноклассников получает гору хейта и зависти, насмешек и издевательств, а нужным оказывается, когда срочно списать требуется. И Чимин не отказывает. Не может, потому что он — мальчик добрый, потому что верит, что люди умеют меняться. Умный, но наивный. Ещё наивнее Тэхёна. Только если второй за защитными колючими масками прячется, то у Чимина душа нараспашку: подходи и трогай, пользуйся. А он берёт и тратится, иногда даже не понимая, что не нужно так делать, что человек не заслужил его внимания. — Рассказывай, что за мажорика подцепил? — интересуется Юнги, сев рядом с надутым рыжеволосым и просунув руку между диваном и его спиной, за талию приобнимает, подтягивает к себе, как лёгкую пушинку. А Чимин выдыхает, волосы поправляет и успокаивается. Тэхён подготавливает кружку с заваркой и сахаром, кивнув парням, которые одобрительно машут головами в ответ, — готовит три кружки для вечерних дружеских посиделок. Пока Тэхён спиной крутится перед ними, Чимин слегка расслабляется, прижавшись щекой к крепкому плечу своего возлюбленного. Вроде худой, не такой и высокий, а сил намного больше, чем у Тэхёна. Издержки профессии, Юнги у них мальчик важный, с опасными людьми водится. Или не совсем людьми. Точнее, не совсем живыми. — Как ты успеваешь делать несколько дел сразу? — старший омега по-доброму фыркает, намекая, что Юнги и Чимина поласкал, и засек чужаков поблизости. — У меня нюх на такие тачки, — отвечает Юнги, хмыкнув с усмешкой. Его мерседес на парковке тому подтверждение. Тэхён непроизвольно вспоминает фразу, что «парни большим размером автомобилей стараются компенсировать свой маленький», но эта реплика никак не подходит Юнги (от Чимина узнал), а что касается Чонгука… Тэ до сих пор его своей задницей фантомно чувствует. Любовь к внушительным тачкам у них взаимная, оно и хорошо, будут у альф общие темы, пока омежки на кухне шушукаются и готовят. Боже, какие мысли глупые в голову лезут. Юнги добавляет: — И не только тачку видел, кстати, — видимо, намекает на поцелуй. Сколько раз Тэхён думал, что подарит им рулонные жалюзи, которые полностью изолируют от внешнего мира. Теперь Киму неловко, но не настолько, как их младшенькому. — Я понятия не имею, кто он, но мы уже трижды пересекались, и он чертовски красивый и внимательный, — вслух признается Тэхён, прожигая в чайнике дыру взглядом. Кратко пересказывает первую встречу с Чонгуком в доме на тусовке, опустив подробности. Им необязательно знать, что Чонгук с его телом натворил. Потом упоминает, что у школы Чона встретил, думал, что следит, а он друга ждал. Какого, кстати, так и не узнал: а вдруг Тэ не единственный школьник у Гука? А потом плавно переходит на сегодняшнее свидание (даже если это было не оно, хочется так думать), не рассказав о разборках со студентами, — Чимин обидится. Не любит, когда из-за него страдают. На вопросы про пластырь говорит, что прыщ выскочил. Чимин прискорбно голову склоняет со вздохом, а Юнги смеётся. Ох, уж эти омежьи проблемы. — Осторожнее, у богатых мальчиков много скелетов в шкафу, — предупреждает Юнги, многозначительно переглянувшись с Чимином, который скромно улыбается, сжав ладошку парня под столом. Божьи дети, не иначе. Или ангелы, посланные с небес нервы своими милашествами успокаивать. Тэхён наблюдает за этой картиной и удивляется, как они вообще вместе уживаются вот уже год: Юнги холоден, беспристрастен, отстранен. Чем-то Чонгука напоминает, но Юнги пониже ростом будет, да и кожа неестественно белая. Даже солнце не может сквозь эти льды пробиться и оставить отпечаток загара, а Чимин вот смог. Начало истории Тэхён плохо помнит, но рыжик с этой костлявой ведьмой уже года два вместе. Как-то пересеклись, когда их учитель класс водил в мединститут на ежегодную лекцию о вреде курения, о правилах поведения несовершеннолетних и последствиях террористических действий. Юнги тогда выступал, а Чимин весь урок мозги Тэхёну выносил своим «какой же он красивый». Умудрился после лекции поймать (в курилке, кстати говоря), заинтересовать. Нет, вначале было сложно. Чимин же скромняшка правильная, а этот, как неприступная крепость. Но и тут Пак подход нашёл, покапал на нервы, номер из-под земли откопал, стал каждый день доставать. Юнги приехал к нему на выходных разобраться и доходчиво объяснить, чтобы этот мелкий отстал, а в итоге они весь вечер проговорили по душам, а на следующий день пошли на свидание. Так Юнги погряз в чиминовом очаровании, уже два года стабильно живёт и дышит одним человеком, ждёт совершеннолетия, чтобы переехать вместе с ним в другой район и перевестись в другой рабочий отдел. С них предварительно было взято обещание приезжать на все праздники и иногда по выходным, иначе Тэхён без них сойдет с ума. — Да он вообще на золотую молодежь не похож, хён! Я думал, он старше меня на год где-то, а при общении кажется, словно ему под тридцать, блин, — фыркает Тэхён, переставив наполненные кружки на стол. Про тридцать он загнул, конечно, но точно старше двадцати пяти. — Так познакомься с ним нормально, Тэ, — ласково тянет Чимин, одарив озадаченного друга тёплой улыбкой. Стоит ли что-то ещё говорить о Чимине, если можно просто сравнить его с пушистым хомячком: немного пухлощекий, мягкий и невероятно милый. — Да я уже подумал об этом, но… я, как бы… не взял у него номер. Все замолкают, даже перестают размешивать ложками сахар в кружках, подняв пару удивлённых глаз на Тэхёна, который спокойно сказал о своей ошибке и принялся пить разбавленный холодной водой чай — привычка с детства, жутко раздражающая Чимина временами. Ну кто пьет чай разбавленным? Грёбаное извращение. Первым из оцепенения выходит насмешливый Юнги со словами: — Вот лошара. — Знаю, — Тэхён недовольно закатывает глаза, запихнув в рот два печенья сразу, продолжая говорить с набитым ртом. — Но раз мы трифды встретились, мофет, это судьба? — Ага, если он не сольётся, — с напускной серьёзностью отзывается Юнги в шутку, получив слабый толчок маленьким кулачком от своего мальчика. — Эй. — Ты всегда так негативно смотришь на окружающих, — закатывает глаза младший, мотая головой. Так получилось, что родителями Чимина являются две омеги, маркизы виноделен, содержащие свои хозяйства в небольших городах Италии. Как только Чимину исполнилось шестнадцать, омеги серьёзно взялись за угасающий бизнес, переехав в Тревизо (город, который, между прочим, считается родиной тирамису), провинция Венеции, и в короткие сроки подняли всё и всех на ноги, возобновили производство и промышленность. Сыну, выношенному одним омегой-корейцем и взращенному в паре с омегой-итальянцем, близкие пересылают деньги на содержание себя и дома. Когда Чимин признался, что влюбился, те были вне себя от радости, поддержали и помогли советом, по понятным причинам не выразив негативной реакции на избранника сына. Сами папы приезжают к мальчишке раз в пару месяцев, чтобы не забыл своих родителей (как они любят шутить). Однажды Юнги попросил благословение связать с Чимином будущее, на что те всей семьей поплакали и согласились, а потом Юнги как-то постепенно стал оставлять вещи в доме Паков. В один из таких дней, когда Юнги собирался домой, Чимин закрыл дверь собой и сказал, что больше его никуда не отпустит. И вот, год живут вместе, никто не жалуется (ладно, иногда Юнги ноется, что Чимин слишком требователен к содержанию дома, бубнит, но повинуется и выполняет все просьбы). Со своей квартиры парень съехал и сдаёт в аренду, а что они будут дальше с жилплощадью делать, знают только они. Сейчас все ждут окончания школы. Может, вообще плюнут на всё и съедут в Италию. А может, Юнги потребует хижину в лесу — он вообще непредсказуемым бывает. — Я реалист, малыш, — размеренно отвечает, задрав край футболки Чимина, не подавая виду, что делает. А Чимин палится, ёрзать начинает, потому что неловко, друг же напротив, это неприлично. Тэхён замечает и взглядами понимающими с Юнги обменивается, ускоряясь в чаепитии. — Ты депрессивный пессимист, милый. — Разве не за это ты меня любишь? — довольно интересуется, подтянувшись к рыжеволосому и оставив короткий поцелуй на щеке улыбающегося Чимина, — не может поспорить. Тэхён хихикает, залпом допивает остатки напитка и наспех кидает кружку в раковину, пообещав, что завтра утром помоет. Завтра вообще еженедельная влажная уборка намечается с Тэхёном в главной роли, можно себе позволить оставить грязную посуду. — Так, всё, оставляю вас наедине. — Тэ, всё в порядке! — Чимин тут же порывается вскочить, чтобы задержать друга, потому что чувствует себя неуютно, будто своими действиями заставил его уйти. Не понимает, что Тэхён хоть и пассивного характера в отношениях, но с Юнги мыслит одинаково. Вечера придуманы для влюбленных. — Мне домашку ещё делать. Юнги-я, изголовье кровати — потише, — подмигивает, пока Чимин вновь шумно вздыхает, спрятав лицо в ладонях под смех Юнги. — Хорошо, мы будем как кролики: страстно, но тихо. Уходит к себе в комнату на второй этаж, которая с балконом миниатюрным, под недовольный бубнёж Чимина, который жалуется, что все в этом доме извращенцы, кроме него. А брюнет ему поддакивает, невинным цветочком называет, который он уже сорвал. Чимин почти шипит, собираясь, кажется, драться с парнем, но Тэхён этого не застаёт. Комнату взглядом тоскливым окидывает, забив на домашнюю работу, потому что лень, потому что завтра выходной, а сейчас хочется отдохнуть, мысли привести в порядок, успокоиться.

i am king — impossible (shontelle cover)

От чего? Да потому что опять Чонгук в мыслях. В мыслях, перед глазами, дыхание горячее на коже, прикосновения осторожные на талии, голос слух ласкает. С ума сойти хочется. Тэхён даже не знает, как он подписан в социальных сетях — искал вчера, если честно. Хочется узнать этого человека поближе. Чонгук уже знает, кто такой Тэхён, где учится, кто его родители и что он любит латте. А Тэхён знает ровным счетом ничего. Разве что у Чонгука дорогая и крутая тачка, он сильный, улыбка у него бомбезная, и курит он винстон — рассмотрел-таки. Тэхён заваливается на постель в той же одежде, сжав в руках мягкую плюшевую игрушку-кролика с вышитой мультяшной улыбкой и «нагрудным» карманом, куда Тэ прячет леденцы. Зачем — непонятно. В потолок пялится, на котором неоновые пластины в виде звёзд приклеены. Когда свет выключается, они тускло освещают комнату, создавая впечатление, что ты под открытым небом. Папы Чимина знают о Тэхёне ещё с младших классов. Сначала дружили семьями, а когда предки Кима развелись, связь как-то прервалась. Но папы о старшем друге своего сына не забыли, продолжали на праздники звать, потому что Чимину одному весь торт лопать нельзя, тогда потолстеет и ныть начнет. А Тэхён и не против помочь — он сладкоежка. И когда они узнали, что Тэхён часто у друга ночует, а потом и вовсе по приглашению Чимина переехал, возражать не стали. Сказали только фразу, которую Тэ до сих пор иногда в голове прокручивает: — Мы не вечны, Тэхен-и. Какими бы плохими родителями вам не казались, мы всё равно вас любим самой чистой любовью и пытаемся делать всё, чтобы вы были счастливы. Просто иногда наши понятия о счастье и желаниях не совпадают, отсюда и возникают конфликты. Чимин тогда в школу собирался, а Тэхён жаловался на отца и слушал советы корейского папы Пака. На глазах блеснули слёзы, мужчина не удержался и коротко мальчишку обнял, а тот, извинившись после, на улицу выбежал, чтобы лицо ветром обдуло, краснота спала — не хватало ещё, чтобы Чимин переживал. Сейчас Тэхён прикрывает глаза, вспоминая эпизоды из жизни, когда его семья ещё была целой, когда он маленький не слышал ссоры каждый вечер, не плакал, закрываясь у себя в комнате. Хоть родители и развелись в его дошкольном возрасте, но часто виделись и старались поддерживать видимость семьи, чтобы Тэхён рос в окружении двух родителей. Взрослея, Тэ понимал, что это бред, но всё равно трепетно относился к семейным ужинам раз в неделю, постоянно активно общался с каждым из близких, делился эмоциями и историями, не замечая напряжения за столом. Он не был раньше таким, какой есть сейчас. Он был добрее, скромнее, не грубил и не хамил окружающим, отзывчиво относился ко всем. А потом отец сказал, что больше они не будут видеться с папой Ким Юнтэном. Тэхёна как холодной водой облили.

flashback

— Почему? Почему вы поругались, а страдать должен я? — крича, как не в себе, захлебываясь в слезах, жаловался Тэхён. — Папа сказал, ты недостаточно любил его, поэтому вы больше не вместе! — Тэхён, сейчас же прекрати истерики. Наши с папой проблемы тебя не касаются, — хрипло высказался Донвон, массируя пальцами пульсирующие виски. — Созванивайтесь, но видеться вы пока не сможете. Ты услышал? — Да кто ты такой, чтобы запрещать мне видеться с ним? — на эмоциях выкрикнул Тэхён. Донвон поднял удивленный взгляд, полный боли и отчаяния. — Тэхён, послушай. Я не хочу настраивать тебя против него, просто сейчас такой период, что вам лучше не видеться, — он встал, приближаясь к Тэхёну. — Пойми меня, сынок, я желаю тебе лучшего. — Я ненавижу тебя, — процедил сквозь зубы ребёнок пятнадцати лет. — Ты во всём виноват. Ты испортил нам жизнь, ты поступил, как последний… Тэхён тогда не договорил, потому что ощутил жёсткую пощёчину на щеке. Такую жгучую и сильную, что пошатнулся, чуть не упав, но успел отставить ногу назад, чтобы удержать равновесие. Его впервые ударили по лицу. Его собственный отец. Дело не в силе удара: Донвон из-за профессии мужчина сильный, может не рассчитать силу. Это не просто унижение и удар по гордости, самолюбию — это огромная дыра в сердце, как от заряда из автомата. Все отношения, выстроенные между ним и отцом годами, тут же рассыпались на маленькие осколки, образовав между ними пропасть длинною в жизнь. Тэхён всего лишь хотел счастливой семьи, родителей рядом, а получил плевок в лицо и дикую, глубокую обиду. Отец сам испугался своей реакции — накипело, он не совладал с эмоциями, но было поздно. Тэхён плакать перестал, молча сопли из-под носа вытер, кинул презрительный взгляд и ушёл.

end of flashback

С тех пор они с Донвоном общались натянуто. А папа сам не писал. Тэхён думал, что отец ему запретил. Ребёнок звонил, писал, но Юнтэн, его папа, не отвечал. Ответил, конечно, но спустя несколько месяцев. Они пообщались сухо, папа долго извинялся и просил не держать обид, а Тэхён, как взрослый, сказал: «Всё нормально, забудь», и на этом их попытки построить что-то ценное рассыпались. Тэхён иногда чувствовал себя брошенным котёнком: когда того берёшь ещё маленьким, отлипнуть не можешь, когда он вырастает, становится скучно — кот уже не такой безбашенный и непоседливый, много ест, спит и мало двигается, и люди мерзкие котов на улицу выбрасывают. Так и с Тэхёном: поигрались, пока милым ребёнком был, а потом бросили, и ебись ты сам, Тэхён, как хочешь, жизни учись, личность формируй. Но помимо папы, Тэхён злится на отца. Почему, объяснить не может. Он давно отпустил ситуацию с пощечиной, сам себя виноватым признал, потому что много лишнего тогда наговорил. Злится, потому что тот семью не сохранил, может, даже стал причиной распада. Тэхёну было сказано, что взрослые характерами не сошлись, а он потом сам додумывал, кто кому изменял, кто из них двоих во лжи погряз. Изменили ли вообще. Думал, мол, надо бы с отцом об этом поговорить, взрослые уже ведь. Правда, не мог морально настроиться и заставить себя. Привык, что они уже не близки, не делятся позитивом и эмоциями, не обсуждают общие проблемы. Тэхён вырос, не поздно ли пытаться изменить их отношения? Может, он ведёт себя, как эгоист, ведь его отцу тоже тяжело, он ребёнка одного воспитывал, истерики и нытьё его терпел всё это время, но Тэхён считает, что они с папой на пару виноваты сами. Каким вырастили. Тэхён хмурится, поднявшись с постели, когда слышит уведомление на телефоне, оставленном на столе. Не отпуская кролика, движется к рабочей зоне, подхватив телефон, видит на экране сообщение от отца, и губы поджимает. [ kim dongwon ] Привет, у тебя всё в порядке? Уже не зовёт домой и не угрожает, что нагрянет к его соседу с нарядом полиции — успех. Только Тэхён себя неуютно чувствует, губы и без того тонкие жуёт, хмурится — нервничает. Понимает глубоко в душе, что по родительской любви тоскует, но не хочет этого признавать.

      [tae-tae ]

      привет. да, все нормально.

Набирает «а ты как?», а потом стирает, не решившись отправить. Может, стыдно, что столько лет его игнорировал, а тут резко заботу проявить решил? [kim dongwon ] Хорошо. Если что-то понадобится, пиши, я всегда рад помочь.

      [tae-tae ]

      спасибо.

[kim dongwon ] Спокойной ночи, маленький Тэ-Тэ. И Тэхёна прорывает. Он откидывает телефон, отвернувшись к шкафу. Губу до крови прикусывает, не сразу поняв, что из глаз слёзы предательски текут. Каким бы взрослым он ни был, а в душе всё такой же беззащитный ребёнок, требующий заботы, ласки и любви. И даже банальное «всегда рад помочь» больно бьёт по сердцу, разрывает внутренности на ошмётки, потому что: «Я хочу твоей помощи, пап, но боюсь сказать об этом, слышишь?» Но никто не слышит. Переодевается в спальный наряд, состоящий из пижамных широких шорт, поделенных на две части, одна сторона из которых синяя в белую полоску, а вторая — белая в синюю. Носки вязаные натягивает обязательно, холодно потому что, а когда он замерзает, то не высыпается, беспокойно крутится, а иногда вообще вскакивает посреди сна. А когда он был ребёнком, родители всегда ему носочки надевали. Даже когда Тэхён с отцом ругался, тот заходил посреди ночи и аккуратно натягивал их на голые ступни. А Юнтэн, папа, ему всякие милые пижамки покупал со зверушками из мультфильмов, и они вечерами мерили обновки в гостиной, папа задорно смеялся, пока «маленький Тэ-Тэ» кривлялся перед зеркалом, чувствуя себя мировой звездой, а Донвон снимал всё это на старенькую камеру для семейного архива. Кролика, кстати, отец его подарил в юности. Тэхён сначала шутил над подарком, мол, мне уже тринадцать, отец, какие игрушки? А утром, когда Донвон будил его на ароматные блинчики с душистым чаем, Тэ находил себя в постели с кроликом, плотно сжатым в объятиях. Папа давал сыну кучу милых прозвищ, и только Донвон оставался верен своим принципам и всегда говорил «маленький Тэ-Тэ» или «малыш». Раньше было лучше. Раньше он любил, его любили, и те любили друг друга взаимно. Тэхён прикусывает щёки изнутри, заставляя себя перестать себя жалеть. Бесит, он не любит плакать — глаза потом опухают, а это некрасиво. Чонгуку бы не понравилось. Телефон снова вибрирует с тихим сигналом, Ким подхватывает того в ладонь и забирается под одеяло вместе с кроликом, а потом включает экран и смотрит на пришедшее сообщение, хмурится. [unknown number ] Доброй ночи, сокровище. Спишь? Тэхёну больше некому писать в такое время, а подростковое сознание, всё ещё желающее влюбиться, романтизирует внезапность. Тем более, ответ на вопрос «кто это?» очевиден, потому что омегу больше никто сокровищем не называет.

      [tae-tae ]

      чонгук?

🐰