Tesoro mio

simple plan feat. julian emery — astronaut

Когда Чонгук просыпается, на часах уже двенадцать, место рядом холодное, омеги, очевидно, след простыл ещё ранним утром, а шум поблизости отсутствует. Приняв душ и заметив остывший сэндвич, накрытый защитным зонтом для пищи, со стикером «для чонгук-и» с сердечком, Гук расплывается в улыбке, быстро завтракает и заправляется кофе, а после выходит на пляж, где замечает во всю резвящихся омег и спящего под зонтом Юнги, которого он впоследствии будит (выслушав нехилый поток матов), вылив на альфу воду из бутылки с оглушительным смехом. Их последние пять часов проходят максимально лениво, в основном, на пляже, иногда возвращаясь в домик, чтобы перекусить и поплющиться под кондиком. Чон не раз доканывает Тэхёна поцелуями, словно изголодавшийся зверь, а младший с тем же рвением отвечает. В конце их уикенда, вернувшись в дом Пака, парни делятся впечатлениями и фотками в общую беседу, обещают на следующих выходных ещё раз сгонять на море, пьют чай с пирожными, и Чонгук уезжает к себе, ещё полчаса до этого наобнимавшись с Тэхёном, который совсем не хотел его отпускать, но был вынужден, потому что Чимин тактично напомнил, что через пару дней у них экзамен, а Ким из двадцати основных тем осилил только пять. Потом Гук всё же вырывается из плена и, будучи дома, разбирается с бытовыми делами, стирает вещи, проводит генеральную уборку и закупает продукты, приготовив себе еды на неделю. В это время Тэхён сквозь слёзы заучивает гражданское и процессуальное право вместе с Чимином, сто раз кинув: «Ни за что не пойду на юриста», советуется по непонятным темам с Юнги, который возится с машиной, а ближе к ночи Ким собирает наряд на понедельник и прилипает к телефону. Перед сном они с Гуком ещё долго переписываются, обмениваются селфи и голосовыми сообщениями, обсуждая всё на свете. Чон рассказывает ему эпизоды из детства, Тэхён добавляет что-нибудь из своих воспоминаний. Темы родителей Кима они не касаются, плавно переходя на обсуждение ситуации в мире, о лучших странах для жизни и отдыха, о вкусах в еде и фильмах. В час ночи Тэхён засыпает с телефоном в руке, а Гук печатает документы, которые внезапно прислал Юнги со словами: «Завтра принеси с собой, будем тебя знакомить с нашим делом». Всё идёт просто идеально, идеальнее некуда. Донвон больше не дёргает альфу «навестить» Тэхёна, а старый коллектив, которому сообщили, что Чонгук переведён, шлют ему угрозы, что если он забудет о своих давних друзьях, они его в подворотне забьют камнями. Юнги в течение рабочей недели не плюётся ядом, привыкает к его присутствию и даже зовёт иногда пропустить по чашечке кофе. Тэхён, наконец, сдаёт это мучительное право. С первой попытки, кстати! Он с Чимином и их двумя альфами празднуют приближение экзаменов и успешно пройденную сессию, периодически ходят на двойные свидания в кино или парки развлечений и бассейны. По выходным, пока Чимин возится в своём любимом саду, а Юнги с машиной, Чонгук рассказывает чересчур заинтересованному Киму, как приступить к реставрации старого кресла-качалки, а затем они вместе восстанавливают его (из-за сна, кстати, Тэхён первое время дико смущается и сторонится краски, но постепенно входит во вкус), дают время высохнуть, а после презентуют проделанную в паре работу хозяевам дома, получив в награду вкусный ужин и ночь кино на диване. Всё идёт просто идеально, идеальнее некуда. И в какой момент всё катится коту под хвост, никто не успевает заметить. А катится стремительно и не по-детски…

🐰

Тэхён морщится от боли в запястьях, стянутых тугой верёвкой. Виски неприятно пульсируют. Хорошо, что просто голова болит, а не тошнит и не качает на одном месте — после того, как к его голове недружелюбно приложились чем-то тяжёлым, счастье, если он сотрясение не заработал. — Что вам от нас нужно? — омега хрипит, пытается завести разговор с не такими уж и похитителями. Они ведь не считаются похитителями, если Тэхён сам к ним в ловушку пришёл, подписываясь на все последствия? Хотя нет, они выкрали Чимина. Один из альф, тот, что выше и, судя по всему, кто-то типа главаря их подобия опасной группировки, иронично усмехается, окинув двух мальчишек, прижимающихся друг к другу, взглядом. Внутри помещения пахнет сыростью, а единственным светом служат лучи заходящего солнца, просачивающиеся сквозь кучу щелей в хлипком сооружении. Раз уж решили ловить детей и связывать, то хотя бы локацию по-симпатичнее выбрали что-ли. — От вас — ничего, от твоего дружка Чонгука — заплатить по заслугам. Тэхён хмурит брови, чуть учащённо дыша: не то чтобы страшно до слёз, но… окей, ссыково пиздец. Он ведь ещё молодой, чтобы умирать. А как же свадьба, дети? У него были большие планы на Чонгука. Он ему ещё бальзам для губ не купил, эй! — Причём тут Чонгук? — омега вздрагивает, когда один из помощников альфы стреляет из револьвера в сторону дощатой подставки, попадая в цель и разбивая стоящую на ней бутылку. — Что он вам сделал? Главарь сверяется со временем на руке и трёт шею, сдерживаясь, чтобы не зевнуть. Чимин, сидящий рядом с разбитой бровью и губой, боязливо осматривается, перебирая затекающие пальцы за спиной. — Мне лично ничего, а моего брата он за решётку засадил, — парень раздражённо фыркает, пока его «коллеги» переглядываются, поджимая губы. Тэхён усмехается, в упор смотря на незнакомого обиженку. Ведь если посадил, на то была причина. Так сложно принять факт, что ты и твой брат — неудачники? — И правильно сделал. Альфа звереет за мгновение, оказываясь рядом и влепляя чересчур смелому Тэхёну размашистую пощёчину, от чего связанный омега, не удержав равновесие, плюхается на спину, глухо застонав — голова по-прежнему ноет. — Скажи, малыш, — главарь хватает Кима за воротник испорченной в пыли и грязи рубашки, возвращая в сидячее положение. Смотрит со всей ненавистью и неприязнью, едко выплевывая в лицо, — каково это, будучи малолеткой, подставлять задницу копу? Тэхён, приходя в себя, непонимающе смотрит тому в пылающие злостью глаза, дрожа от слабого холода. И он не малолетка, к слову, совершеннолетний уже, вообще-то. — Он… не коп, — говорит с паузой, потому что щека саднит. — А кто же он? — Юрист, вообще-то. Парень, сидящий возле него на корточках, на секунду теряется, удивлённо вскинув бровь. Затем хрипло смеётся, насмешливо. — Ты не знал, перед кем ноги раздвигаешь? Твой ёбырь — следователь. Вообще-то. Почему-то все вокруг считают, что Тэхён трахается с Чонгуком. Иногда омега сам себе завидует: его уже под альфу подложили, а он и не заметил. Думать об этом сейчас, конечно, не время, но сам факт! Самое странное, что, когда Тэхён оборачивается к другу, Чимин не выглядит удивлённым. Он смотрит на старшего омегу взглядом подбитой собаки, боясь лишний раз шелохнуться. Тэхёну не привыкать получать по своему красивому личику, а Чимин толком никогда не дрался, только омежьи разборки и таскания за волосы устраивал, и то, в такие моменты появлялся Ким-супермен-Тэхён и спасал своего нерадивого друга. — Ты что, знал? — и плевать, что перед ним сидит главарь какой-то банды, который явно не настроен оставлять этих детей в живых сегодня (наверное). Тэхён вскидывает брови, игнорируя забавляющегося представлением альфу, что улыбается довольно. — Ты знал, Чимин? — Ну, — младший друг кусает нижнюю губу с другой, не пострадавшей стороны, виновато кивая. Когда Тэхён мрачнеет на глазах, тот спешит оправдаться. — Он сотрудничает с Юнги. Гук-а хотел тебе рассказать, правда! Просто он боялся, что ты сильно расстроишься, а у нас же экзамены и всё такое… — Ну пиздец, — Тэхён хмыкает, отвернувшись в противоположную сторону. Сейчас, конечно, совсем неподходящий момент, чтобы обижаться. Но лучший друг скрыл такую важную информацию. Они с Чоном вместе больше трёх недель, а из экзаменов остался только сунын, о котором Ким особо и не переживает — достаточно подготовился, и все они об этом знали. Предатели! — Не переживайте, крошки, — альфа вновь смеётся противно и с прихрюкиванием, поднявшись на ноги и переместившись на своё место, к раскладному стулу. — Скоро рассказывать будет некому. Теперь Тэхён обязан выйти отсюда живым, чтобы вломить лживому альфе по первое число. В этот момент за дверью старого домика раздаются приглушённые маты и шум. Все в помещении навостряют уши, а главарь отдаёт своим парням «приказ» сходить проверить, что там происходит. А что Тэхён? А Тэхён дуется на несправедливость мира: мало того, что пришёл друга спасать без плана, а в итоге, сидит рядом со связанными руками за спиной, так ещё и его человек, его альфа ему столько времени врал! Останется жив, не просто отыграется, а буквально вакханалию устроит. И никаких поцелуев на школьном балу, не заслужил. Где-то на заднем плане в этот момент должен начаться музыкальный проигрыш let's get it started, потом слова бегущей строкой: «А, ну да, это я. Как я докатился до жизни такой? Что ж…». И жизнь Тэхёна перед глазами в ускоренном эффекте. Потому что… дай Бог им выжить.

🐰

Двумя днями ранее.

— …а вещи валялись по всей раздевалке, я тебе клянусь, — почти шёпотом добавляет Чимин, несмотря на то, что он идёт с Тэхёном бок о бок по небольшому школьному коридору, заполненному учениками, которым нет никакого дела до двух шушукающихся омег. Тэхён, как светская львица (что определённо неправда), одет в кожаные брюки, которые настолько обтягивают его ноги, что скрипят, когда он приседает, в удлинённую красную тонкую рубашку сзади и короткую спереди, а на плечах накинут приталенный блейзер в тон брюкам. По традиции он выслушал с утра истерику завуча, покивал понимающе и пошёл пить кофе с другом на перемене, опустив на глаза очки. Самый непослушный ребёнок в школе. А есть смысл кого-то слушать, если у них остался последний учебный день? Сессия закрыта, учебники сданы в библиотеку, обходные листы об отсутствии задолженностей перед школой подписаны, осталось только в один день сдать все ключевые государственные экзамены и дожидаться выпускного бала. Тэхён вот не столько об экзаменах парится, сколько о том, как тактично намекнуть Чонгуку, что у него нет пары для этого мероприятия. Очевидно, что пойдут они вместе, просто предложение это сделать почему-то вызывает смущение. — Может, они просто мылись вместе в душе? — предполагает Тэхён, открыв дверь и пропустив Пака в кафетерий. Чимин, проходя мимо, оборачивается к другу со скептичным взглядом, мол, ты сам-то в свои слова веришь? — Ну да, мы же все после баскетбола с альфами в душевых просто моемся, — отвечает иронично. — И вовсе не пытаемся скрыть этот факт, закрыв дверь на сотню замков. И вовсе не слышим, как альфа ругается: «Да стони потише, блять, а если услышат». Тэхён тихо смеётся, оказавшись у стойки с десертами. С выделяющейся слюной осматривает пирожные и тортики, облизывается, прежде чем вскрикнуть, потому что Чимин внезапно больно щипает Кима за бок, смотря строго. — Никаких тортиков, Ким Тэхён, только кофе и салаты. И закатывает глаза, сделав заказ и отнеся поднос к их излюбленному месту возле панорамного окна, которое освещается тёплыми лучами солнца и отделено от внешнего зала живой изгородью. — Окей, ты прав, — Тэ пожимает плечами, размешивая сахар в напитке (купленный с разрешения Чимина). — Возможно, он решил сделать что-то безумное перед выпуском. Прикинь, как классно будет через десять лет рассказать кому-нибудь, что в последний учебный день он трахался с каким-то альфой в стенах школы. — Это слишком рискованно, я бы не смог, — усмехается младший, отправляя дольку помидорки в рот. — Если бы их нашли или я бы их сдал, никто не посмотрел бы, что последний день учебный — исключили бы на месте. — Ты-то не смог бы? — Тэ хихикает издевательски, убрав с глаз очки и прищурившись. — Тебе только приведи Юнги сюда, сам на него набросишься. Чимин шумно фыркает, закатив глаза, но после ненадолго задумывается, отведя взгляд к окну. — Я был бы оригинальнее и потрахался с Юнги-хёном… мм, в подсобке уборщицы. Тэхён прыскает в кулак, вставив в стаканчик с кофе трубочку. — Ты называешь это оригинальностью? — Окей, где бы ты это сделал? Старший хмыкает, подперев подбородок ладонью. — Я бы сделал это в нашем бассейне. Или… в кабинете директора, пока он на планёрке. Пара омег заливаются хохотом. В этот момент из-за изгороди появляется светлая пшеничная макушка, а следом и туловище, одетое в безразмерные спортивные штаны и олимпийку. — Что ты бы сделал? Тэхён вздрагивает всем телом, чуть не уронив стакан с напитком, но вовремя его перехватывает второй ладонью, бросив злобный взгляд на неожиданного гостя. Узнав в нём Лу Ханя, расслабляется и хмурит брови. — Привет, Лу, — первым начинает Чимин, более бодро и весело, махнув ладонью на свободный стул. Китаец занимает место во главе круглого стола, по обе стороны от которого сидят омеги. — Привет, парни. Так о чём вы? — Мы… мм, обсуждаем, кто где хотел бы сфотографироваться перед выпуском, — хитро выдает Чимин, переглянувшись с Тэхёном, который вновь опускает на глаза очки, пытаясь сделать серьёзное выражение лица и не засмеяться. — О, я люблю делать фотографии! — оживлённо заявляет Лу, лучезарно улыбаясь. — Я уже сделал пару фоток в нашем саду и на школьной ферме. Помните экскурсию, когда мы катались на лошадях? Они такие милые! Чимин смеётся в себя, плотно сжав губы, слегка дрожа, а Тэхён всё ещё пытается сохранять невозмутимое выражение лица, закусив щёку изнутри. — Так, говоришь, тебе нравятся… лошади? — спокойно спрашивает Тэ, отпивая кофе, а Чимин держится на грани, чтобы не загоготать. — Да-а, я их обожаю, — мечтательно добавляет омега, сцепив пальцы в замок. — С ними фотки получаются бомбезные. Пак отворачивается к окну, словно что-то увидел, а сам прикрывает пол лица ладонью, зажмурив глаза от рвущегося смеха, что вот-вот вызовет слёзы. — Я хочу сфотографироваться со всем классом после сунына, распечатаю и повешу в рамочку у себя в комнате, как напоминание о весёлых школьных буднях. Чимин не сдерживается и начинает громко смеяться, наклонившись к другому стулу, шлёпая себя по коленке. Тэхён, видя такую реакцию, подхватывает смех и закрывает рот ладонями, ухахатываясь в унисон с другом. Только китаец непонимающе смотрит на них, сведя брови к переносице. — Что? Я что-то не так сказал? — Нет… всё-о т-так, — лицо младшего покрывается красными пятнами от давления, он смахивает слёзы, тяжело дыша и успокаиваясь. Тэхён мотает головой из стороны в сторону, мол, мой друг — придурок. — Ой, Лу, ты такой смешно-о… ахах, блять. От их столика ещё добрые пару минут доносится душераздирающий смех, прежде чем они наконец успокаиваются и похлопывают себя по щекам, чтобы сбить покраснение. — Всё нормально? — осторожно интересуется китаец, всё ещё оглядывая их в непонятках. Чимин кивает активно головой, отмахнувшись фразой: «Да так, мем локальный вспомнили, не обращай внимания», и продолжает поедать салат. — Ты что-то хотел? — спрашивает Тэхён, вновь убрав очки и уже реагируя на нахождение бывшего одноклассника спокойнее. Лу утвердительно кивает, вздохнув. — Я думаю… — он аккуратно переглядывается с Тэхёном, заметно напрягаясь. — Думаю, наверное… я точно не уверен, но кажется, мне понравился один альфа… — Лу, — ласково зовет Тэхён, добродушно улыбнувшись. — Всё в порядке. То, что между нами было, давно в прошлом. Мы можем общаться, как обычные люди, ладно? Он выдыхает облегчённо, тут же продолжая увереннее: — Так вот, этот альфа старше меня лет на пять-шесть, я точно не уверен. И он проявляет знаки внимания. Ну, знаете, дарит всякие подарки, зовёт гулять постоянно, хвалит меня за какие-то достижения в баскетболе. Я не знаю, как ответить ему тем же. Не подарю же я ему цветы, чтобы выразить, что он мне симпатичен? Чимин удивлённо оборачивается на китайца, неверяще округлив глаза. Лухан ведь, проще говоря, не совсем по альфам… — Хотел спросить у вас совет, Чимин-а ведь живёт с парнем, да и я слышал, у тебя тоже кто-то есть, да? — омега заинтересованно смотрит на Кима, который вскидывает бровь. — От кого ты это слышал? Лухан нервно передёргивает плечами, нахмурившись. — Ну, кто-то из моих одноклассников видел, как ты гуляешь с каким-то мужчиной, вот и… — А почему он сразу мой альфа? — Тэ недовольно усмехается. Не в том плане, что он скрывает свои отношения, просто не планировал, чтобы об этом узнали до выпуска. Вот после, уже мониторя истории омеги в Инстаграме, пусть подавятся завистью, потому что Чонгук такой… Тэхён самому себе завидует, что отхватил такой лакомый кусочек. — Ну, это не я решил… так ребятам показалось, честно, — Лу растерянно бегает глазами по столу, закусив губу. Тэхён фыркает. Его с Лу многое связывает, вряд ли он начнёт разносить тайны. У них ведь сохранились, вроде как, доверительные отношения? — Ну, допустим, у меня кто-то появился. И? Хочешь совет? Просто веди себя рядом с ним, как вёл со мной. Если ты ему действительно нравишься, он тебя не упустит, — Ким пожимает плечами, заметив гордый взгляд Чимина, выражающий: «Мой сын подрос», и закатывает глаза. — Вот как, — парень смущенно хихикает, нервно зачесав пшеничные волосы назад, что всё равно непослушно падают на лицо. — А ты часто с ним гуляешь? Или вы живёте вместе? У вас было… ну, что-то близкое? — А тебе не рано об этом задумываться? — усмехается Чимин, отставив пустую миску, в которой был салат. — Нет-нет, я не собираюсь с ним… нет! — Хан заметно краснеет, потупив взгляд на свои руки. — Мне просто интересно, как всё устроено. — У своего альфы поинтересуйся, у вас должно быть доверие, — Тэхён опускает голову на свои ладони, потягивая кофе через трубочку. — Мне рассказывать ему вообще обо всём? — осторожно продолжает сыпать вопросами. — Ну, Лу, — Тэ вздыхает. — Всё-всё говорить не надо, омега должен сохранять интригу или иметь личное пространство, ты же в первую очередь человек, а не… не знаю, кто. — Инкубатор и раб, — умно поднимает вверх палец Чимин с усмешкой. — Вот, да, — Тэ щёлкает пальцем в сторону друга с покерфейсом. — Если хочешь ему что-то подарить, независимо от содержимого, то дари. Любая вещь, подаренная с душой, сделает приятно. А гулять… каждый видится с кем-то в силу своих возможностей. Мы видимся не так редко, он у меня тоже взрослый, занятой, работы много и всё такое. И мы не живём вместе, ты что? Меня Чимин из-под своего крыла не отпустит. — Ты выставляешь меня тираном, — хмыкает Пак. Тэхён шлёт ему воздушный поцелуй. — А кто он? — Лу состраивает удивлённое выражение лица. Тэ усмехается, поправив пиджак. — Он… крутой. А про профессию — это уже неважно. — Ладно… — китаец машет головой, улыбнувшись благодарно. — Спасибо большое, вы мне очень помогли! Я побежал, сейчас вторая игра будет, приходите посмотреть. Он поднимается и быстро ретируется, не дав вставить ни одного слова паре омег. Чимин вскидывает брови. — Странный он какой-то, тебе допрос устроил, а на меня один раз взглянул, будто ты… — усмехается, поднявшись и захватив грязную посуду, — ну, ты понял. Веришь ему? Тэхён едко фыркает. — Нет, — и разводит руками. — Странно, конечно, может, он так пытался узнать, свободен ли я. — А ты к нему уже вообще… всё? — Мин-и, — старший морщит нос, подхватив пустой стакан. — Я к нему и не был… не было ничего, короче, с моей стороны. Просто договор… и, возможно, интерес. — Ну, окей, — Пак пожимает плечами, а затем вновь тихо смеётся. — Но блять… люблю фотографироваться. — Ты придурок, чесслово, — Тэ прикрывает ладонью рот, а затем нацепляет холодное выражение лица и грациозно движется к выходу из кафетерия, выкинув по пути одноразовую посуду.

🐰

🍃flashback

halsey — without me

— Можно звать тебя хёном? За окном зима и пять градусов, от которых хоть и не так холодно, но руки и нос замерзают, а кожу нужно беречь, иначе сморщится и будет облезать. В школе давно работает отопление, поэтому школьники обходятся лёгкими свитерами или худи. Они в первом классе старшей школы, впереди ещё два года, куча зачётов и итоговые экзамены, от которых зависит, в институты какого уровня им откроется путь. Но это всё потом, а сейчас стаканчики безалкогольного глинтвейна в ладонях, термоноски, потому что некоторые ненормальные школьники ходят круглый год в кроссовках, когда в январе давно пора перейти на ботинки, и тёплые объятия. Тэхён сидит в мягком кресле в зоне отдыха, у него на коленях небольшая тяжесть с ароматом молочного улуна, обвивающая его коалой и тычущаяся носом в его шею, пахнущую завлекающим спелым виноградом, оседающим на языке сладостью. — Ты младше меня на неделю, Лу, — Тэхён усмехается, отпивая едва остывший напиток. — Тебе перестало нравиться звать меня Хён-и? Лухан прижимается к старшему (всего-то на неделю) омеге, мягко касаясь изгиба шеи пухлыми влажными губами, вызывая у Тэхёна мурашки. — Хён-и — сокращение твоего имени, — шепчет китаец, подтянувшись к его ушку, по пути захватывая губами мочку и с причмокиванием втягивая в себя. — А я хочу звать тебя моим хёном. Мимо проходящие альфы презрительно морщатся, увидев эту картину, но как только переводят взгляд на Тэхёна, складки меж бровей расходятся, а сами они шумно выдыхают и прикусывают губы. Ким всегда был смелым и прямолинейным, не боялся вести себя вызывающе и упиваться желанием альф его оприходовать, потому что знал, что в школе к нему не прикоснутся, а вне учреждения он всегда или с Чимином, или с Юнги, который докидывает его до дома Донвона. — Малыш, ты же понимаешь, что я не твой, — Тэ приподнимает уголок губ, ненадолго прикрыв глаза от приятных ощущений, и запускает пятерню свободной руки в чёрные волосы китайца, что не раз испытали на себе силу тонирования, а затем высветления. И ведь не боится остаться лысым. — Я понимаю, Тэ-э, — он недовольно тянет, едва ощутимо ёрзая на бёдрах другой омеги, почти хнычет. — Просто… чёрт, я так влюблён в тебя, не поверишь. — Верю, Лу, но это не больше, чем представление, — он равнодушно жмёт плечами, перенеся руку с его головы на попу, собственнически сжав округлую половинку поверх растянутых треников, и подмигивает проходящему мимо альфе, злобно сжимающему губы. — Ты должен это понимать, как и то, что рано или поздно мы для всех «расстанемся». Лу шумно выдыхает тому в ухо, сжав ладошками чужие бока. Любое прикосновение его омеги сносит крышу, заставляет возбуждаться и течь прямо посреди зала релаксации, пачкая трусики и стыдливо пряча глаза, потому что Тэхён это чувствует и довольно ухмыляется, ещё больше мучая одноклассника и касаясь холодными кончиками пальцев его поясницы под толстовкой. — Я всё понимаю, хватит мне напоминать об этом, — он хочет обидеться и отвернуться, но не может, потому что тело бросает в жар от ощущения чужой ладони на своей спине, он слабо дрожит и тяжело дышит. — Хён-и, у меня есть хотя бы одна попытка? — Попытка для чего? — Тэ проверяет время на часах и убирает руку из-под толстовки, похлопав младшего по заднице, мол, слезай с меня. Но Хан не спешит. Крепче обнимает его за спину, вцепившись короткими ногтями в свитер, там, где находятся лопатки. — Попытка тебя завоевать. Ким устало вздыхает, аккуратно расслабляя чужие руки на своем теле, встречаясь с плаксивым взглядом парнишки. Лухан отстраняется и смотрит с плескающейся надеждой в глазах, поджав губу. До звонка остается две минуты, смарт-часы вибрируют, демонстрируя сообщение от Чимина на дисплее, который пишет: «где тебя носит? давай заканчивай обжиматься, я нам места забил». Тэхён усмехается предусмотрительности своего друга, взглянув на печального и смущённого омегу, подаётся вперёд слишком быстро, коротко чмокая его в губы и так же отстраняясь, не давая шанса ответить. — Нет, Лу, правда, извини. Мы обговаривали это заранее, — он нежно треплет его угольную шевелюру и поднимает с себя, вставая на ноги. — Пойдём, у нас собрание в актовом зале с директором. — Я присоединюсь… позже, — тот неловко отводит взгляд. Тэхён бегло осматривает парня, заметив выпирающий на штанах бугорок, и тихо смеётся, кивнув. — Окей, разберись с этим. Встретимся позже. И он уходит. Ему вслед смотрят другие ученики, мысленно подтирая слюни, а Лухан жмурит глаза, чтобы не заплакать. Потому что да, они сто раз все обо всём договорились, Чимин тому свидетель. Но Лу не знал, что будет так тяжело мириться с мыслью, что омега, в которого он влюблён со средней школы и который обратил на него внимание, тем более, сделав такое завидное предложение, на самом деле, будет просто играть. Он не подозревал, что будет так больно душить в себе шквал чувств, реветь по ночам в подушку, а на следующий день приходить с улыбкой и тоналкой под глазами, потому что его выбрали не просто так, он должен выглядеть подстать своему омеге. Который, фактически, и не его вовсе.

end of flashback🍃

Лухан сидит в кабинке туалета, уперевшись локтями в колени, ладонями закрывая глаза. Он давно смирился с их наигранным расставанием, давно перестал думать и мечтать о Тэхёне каждый день, всё-таки прошло два года. Он и в школе видит его редко, потому что Ким учится в правом крыле, как соцгум, а Лу в левом — «иностранном». Но каждый простой диалог, каждая короткая улыбка ему от проходящего мимо Тэхёна, каждое упоминание о нём отзывается болью где-то глубоко внутри, где уже всё отбито ногами и кулаками их главаря — Им Хондона и его брата Хонгюна, который сейчас сидит в следственном изоляторе и ждёт суда, после которого его посадят от трёх до десяти лет за их деятельность. Чем они занимались, кроме производства всяких препаратов и сбыта наркотиков, известно малому кругу лиц. Лухан всего лишь пушечное мясо, мальчик на побегушках. Прямо как с Тэхёном. Он вытирает беззвучные слёзы, достаёт из косметички зеркало, тональный крем и карандаш для век, поджимая губы. Стыдно дико, тяжело на душе за то, что он творит, но он сам влез в это дерьмо по своей глупости. Он даже не знает, что ждёт Тэхёна, зачем Хондону понадобилась информация о нём, и он боится жутко. Выдыхает несколько раз, пытаясь успокоиться, затем слышит тихий писк уведомления на телефон. На него приходит сообщение от Хон Дона: «Хорошая работа, солнце. Отдохни пару дней, встретимся в субботу». Он жмурит глаза, сдерживая новый поток слёз. Зеркало, которое он держит в руке, когда-то ему подарил Тэхён. Оно не широкое, удобное, со вставкой корейской поп-группы, которая переливается глянцем, и гравировкой «от хёна». Новая слеза скатывается по щеке и пропадает в уголке губы.

🐰