***
Ранее утро. Спирт, лекарства, вата, антисептик, человеческий пот, таблетки, метал… Запах больницы. Даниил, Арина, и ещё двое молодых людей, парень и девушка, быстро шагали по разбитой плитки, мимо стен с облупленной краской к платной палате. 3 этаж. Они были готовы вломиться в дверь но невысокая интерн остановила их. — В палаты никого не пускаем. — У нас там… — Да похую мне кто у вас там, не орите блять итак башка трещит, — от медсестры пахло спиртом. — У меня там сестра, — произнесла Снежана, высокая стройная девушка, с русым каре, на её волосах ещё виднелись остатки красной краски. Арина приобнимала её за талию. — Родственников тоже не пускаем. Тут этот блять, коронавирус. Так что масочки повыше натянули и нахуй с больницы. — Ахуела? — не выдержав ответил Даниил. Второй высокий парень, с пепельным блондом — Андрей положил ему руку на плечо. Даниил дёрнулся, смахнув руку Андрея, но ничего больше не сказал. — Кто ахуел? Я те ща с ноги дам в форточку, улетишь ёпт. — Успокойтесь! — Арина вышла немного вперёд. — Слушайте, давайте решим всё как взрослые люди. Она подошла к медсестре, спокойно достала из кармана пачку налички и стала отсчитывать, поглядывая на девушку с интересом. В глазах будущей медсестры сначала мелькнуло удивление, а потом раздражение. — Нах пошла, я сказала, нельзя. Снежана закатила глаза. Даниил сжал руки в кулаки; Арина перестала считать, но деньги в карман не убрала. — Не знал, что в меде нынче стипендии такие жирные. — Отъебись, — протянула студентка, и показав два средних пальца зашла в палату. — Пиздец, — заключили они почти хором. — Я не знаю что Айнур с ней сделал, но я его блять щас найду и в бетон закатаю, — прорычала Снежана. — Есть жЕвАчКа? — спросил Даниил. — Есть, — ответила сестра. — Жаль что ни у кого нет. Андрей пошли за жовкой. — Ты ахуел? — Брат не ответил. — Ну и пиздуй, — буркнула Арина. Девушки вышли на улицу. Стояла весна, было уже тепло, лёгкий ветерок трепал волосы, двор больницы был наполнен щебетанием птиц и криками Айнура. Снежана вместо приветствия врезала Куликом ему в живот. — Блять, ты ебанутая? — Я те сказала, сестру обидешь я тебя по стене размажу. — Это я тебя щас по стенке размажу, несложно будет, итак уже гладкая. Айнур снова взвыл. На этот раз в него прилетел пинок Арины, ниже живота, он сразу заткнулся. — Ахуенные у тебя берцы, — ухмыльнулась Снежана. — А то, греет сердце, греет душу, греет лицо. — И походу яй… — Да, хорош орать, блять, — послышался знакомый голос будущей медсестры. Она стояла прислонившись к стене с сигаретой в руке, накинув розовую оверсайз куртку. — Вы можете сказать нам, хотя бы что с ней случилось? — постаралась быть вежливой Реепьева. — С кем? — С Корсаковой Кариной. — Апюаа, вы не в курсе? — недо-медсестра подавилась дымом сигареты. — Нет. — Ну, кролик в лунку не влез. — Чё? — Чё-чё, сокровища он так усердно в шахтах её искал, что шахту на ремонт закрыли? — Ты ебанутая? — Сами блять ёбнутые, поезд в туннель ехал, туннельчик узкий, взял и отводился. — ОЧКО ОН МНЕ ПОРВАЛ, — прокричала Карина из окна. — ПРОСТИ, — проорал Айнур. — ПОШЁЛ НА ХУЙ, — проорала Карина. — ПОШЛИ ВСЕ НАХУЙ, — Прокричала интерн, — башка болит. За спиной послышался кашель. Даниил, который только что подошёл, подавился жвачкой, Андрей хлопал его по спине, в руках у парня был пакет в котором что-то звенело. Минута тишины. И весь двор разразился смехом. Молодые люди едва не проводились на землю, в траву, на которой ещё блестела утренняя роса…***
Щёлкнул замок. Дверь открылась и впустила в тесный коридорчик небольшой, но уютной квартиры, четырёх, шумных и уже слегка на веселье людей. Мебель была старой, но аккуратной. Было много фотографий великой шестёрки долбоёбов. Но больше Даниила и Андрея. В гостиной, рядом с диваном, в большой клетке, сидел белый Какаду. Услышав, что хозяева вернулись, он защебетал, а когда компания друзей появилась в комнате, заорал: — Фу, Даня, не трогай это! Ребята заткнулись и прислушались. — Стой я сказал. Не смей лизать! Только не жуй! Даня? Даня блять! Не смей брать ЭТО в рот! Фу блять, не лезь ко мне целоваться! Повисла неловкая пауза. В чириканье попугая узнавался голос Андрея. — Ебаный в рот, это пиздец мерзко, выплюнь сейчас же! Хорош, чмокать долбоёб! — ЗАТКНИСЬ ТУПАЯ ПТИЦА! — Завопил Даниил, накидывая на клетку одеяло. Девочки залились смехом. — Эклера обижают! Эклер обиделся! — закричал попугай и затих. — Весело вы, мальчики время проводите, а бедной птицы, все ваши извращения слушать? — Это блять, вообще не то, о чём вы подумали. Я в душе не ебу откуда он взял эту хуйню! Девочки вновь разразились смехом.***
На экране с бешеной скоростью мелькали кадры. Играл тяжёлый метал, вокалист орал надрываю глотку, а персонажи фильма стреляли, падали, били друг друга и о чём-то кричали. Снежана давно перестала смотреть в телевизор. Сидя на коленях Арины, она положила кружащуюся голову на плечо своей девушки щекоча ухо горячим шёпотом. Пальцы молодой музыкантки перебирали пряди красноватого оттенка. На столе, среди пустых контейнеров и бутылок, оставалась несколько ролл. Арина взяла палочки и попыталась поднять. Ещё раз и ещё раз. Не выдержав, она взяла палочку и воткнула её в помятую сушу, тогда последняя окончательно развалилась, на плече тихонько засмеялась Снежана. Аккуратно двумя пальцами Репьева взяла другой рисовый рулет с рыбой, макнула в багровый соус, в котором уже плавало несколько рисовых зёрнышек, и приложила ролл к розовым губам Снежаны. Губы разомкнулись, принимая угощения, и жуя, Снежана довольно замурлыкала. Девушки ощущали умиротворение и немного сонливости, в отличи от парней, которые были увлечены сюжетом фильма. Подавшись вперёд, они внимательно следили за происходящем на экране, загребая горстями чипсы и громко хрустя, и соря на колени крошки, они громко смеялись. Время близилось к 12. Фильм подошёл к концу, и пацаны собирались включать новый. Но девочки отказались — теперь уже и Арину начало клонить в сон. Вызвав такси, они оставили парней наедине. Даниил зевнул, потягиваясь на диване как кот. И повалившись на бок, лёг на колени к Андрею. — Я кажись вспомнил откуда Эклер взял ту хуйню. — М? — Помнишь ты позавчера уронил жвачку на пол, а потом взял её в рот и полез целоваться? — Ахахах, Дааааааа. — Это было мерзко, никогда так, блять, больше не делай. Они оба посмеялись. Андрей погладил Даню, тот снова зевнул. Высокий парень улыбнулся от умиления. — Чо зубы скалишь? — буркнул Даниил, и стал выглядеть ещё милее. — Ты на кота похож. — Мяу. Андрей наклонился и поцеловал «кота» в уголок губ. — Мурр. — У меня для тебя кое что есть… — Андрей аккуратно встал, подложив под голову любимого подушку. — Не засыпай~ В ответ Даниил лишь наигранно захрапел. Высокий парень вернулся в комнату с бутылкой вина, тортиком… И гитарой. — Сладкое на ночь? Хочешь чтобы я растолстел? — ухмыльнулся Даниил, но руки его уже тянулись к самому большому куску, неровно нарезанного торта. — Ага, котам положено быть жирными. К тому же, тогда ты никуда от меня не уйдёшь. — Пофыму это? — Даниил говорил с набитым ртом. — Потому что, кому ты ещё такой жирный кроме меня нужен будешь))) В лицо Андрея прилетела подушка. — Нах пошёл. — Сам иди. Они оба рассеялись. Разлив вино в бокалы. Андрей уселся на пол, взял гитару, подёргал струны, настраивая… Гадкий мальчишка сердце мое Ты украл, оно твоё! Гадкий мальчишка, имя Даниил Ты беспощадно в себя влюбил В глазках коварных своих утопил! На губах Данила заиграла нежная улыбка, а в глазах Андрея блеснули дикие огоньки. О гадкий мальчишка! Я от тебя, бе-бе-бе-бе-бе-бе-без ума! Ты говоришь что любишь меня Хочется верить в эти слова Но ответь мне тогда Почему, почему, почему… Не даёшь мне в по-о-опу? В попу, попу, попу… По-о-очему-у-у? На последней строчке Андрей заржал. Чуть успокоившись, и вытерев слёзы смеха, он взглянул на Даниила, у него холодок пробежал по спине. Невысокий парень на диване, минуту назад ласкающий гитариста взглядом, теперь смотрел с ненавистью и презрением. — Да пошёл ты, Андрей, — Даниил бросил вилку на стол и вышел из комнаты. — Даня! Даниил заперся на кухне. Он прикусил губу, стараясь проглотить ком в горле, и не дать слезам набежать на глаза, и стечь по щекам. — Дань, ну прости, блять! Мы уже год вмести, а у нас. — Иди нахрен. — Открой пожалуйста, давай поговорим, хорошо? Молчание. — Даниил, открой дверь, — голос Андрея стал строже. Даниил закатил глаза. Ему удалось унять дрожь в голосе, он открыл дверь. — Я блять не могу, ты блять это знаешь, я тебе нахуй говорил, а ты блять. — Прости. — Не прощу, пошёл нахуй. — Мы уже долго вместе, ты мне не доверяешь? — Бляяять, да причем тут это? — А что мне ещё думать? Ты ничего не говоришь! Не объясняешь! Я не хочу ограничиваться дрочкой и минетами. — Ну вот такой, вот блять, я хуёвый, моя жопа, мои правила, не нравиться? Пиздуй нахуй, — Даниил всё-таки сорвался, голос предательски дрожал. — Ты знаешь, что я не могу. — Почему? — Потому что, я люблю тебя. Андрей сделал шаг к Даниилу, обнял его и поцеловал в макушку, в губы, но Даниил не ответил на его поцелуй. Низкий вокалист вырвался из объятий. — Я.я не буду… Может потом, может вообще никогда. Я просто не хочу, блять. — Ладно, как скажешь. Идём? — Андрей кивнул в сторону гостиной. — Нет, я устал. — Тогда пошли спать. — Иди без меня. Я приберусь и лягу на диване. — Даниил. — Иди нахуй со своими шутками тупыми, заебал блять. — Даниил прошел в гостиную толкнув Андрея плечом. Убрал торт и вино в холодильник, пошёл мыть посуду. За сегодня её накопилось много. Андрей вздохнул, и пошёл в спальню. Этой ночью постель казалась ужасно огромной и холодной, а Даниил и вовсе не смог заснуть, он просто лежал на спине, глядел в потолок, и думал обо всём на свете кроме них с Андреем.