Отряд Самоубийц

      Стоявший где-то в другой части полутёмного помещения напряжённый до предела парень совершенно не желал идти на какой-либо контакт с непрошенными гостями. Он вообще считал эту камеру единственным местом, где можно уединиться со своими мыслями и воспоминаниями, где то самое чувство не тревожит его больной разум. Где он полностью изолирован от внешнего мира, что означает спасение ещё нескольких сотен невинных людей, у которых тоже есть семьи и друзья. Тоби не был помешан на убийствах, хоть и одному грубому охраннику довольно сильно досталось однажды, поэтому его пребывание было относительно лёгким и спокойным. Проще говоря — он ушёл в себя, и ему было глубоко наплевать на остальное. Он уже достаточно натворил. Оливия бесцеремонно нарушила его покой внезапным визитом, отчего убийца явно был не в восторге.       — Помнишь меня? — раздался её негромкий голос. Брандт прошла чуть вперёд, прищурившись, и выискивала в полутёмной камере объект сегодняшней беседы. Вообще, камера Тикки Тоби кардинально отличалась от камеры Джеффа: количество и расположение мебели всё тоже, уже не было того яркого белого света и мягких стен. Почти что кромешная тьма и лишь какие-то рисунки, сделанные самим обитателем. Да и сам Тоби был намного спокойнее, поэтому, как казалось Оливии, лишней угрозы не представлял. Может, ей только казалось. Вообще после манипуляций Джеффа она, кажется, теперь готова ко всем выходкам, которые могут учинить заключённые, поэтому на всякий случай желательно всегда оставаться начеку. Послышался короткий вздох, чего было вполне достаточно, чтобы заявить о своём присутствии в дальнем углу.       — Тоби, не молчи, прошу тебя, — Роджерс не отличался особой вежливостью, поэтому Брандт пришлось стоять напротив и просто ждать, пока он, наконец, заговорит. Секунды долго тянулись в минуты, а Тоби будто специально выжидал какого-то момента и молчал, пронзительно смотря на присутствующих.       — Стране, а возможно и всему миру угрожает опасность. Разве ты не хочешь их спасти? Спасти? Маньяк, три с половиной года выслеживающий заблудшие души в лесу, а затем безжалостно их убивавший. Монстр — вот он кто. Тоби не способен защищать, потому что его принцип — нападать. Но был ли это действительно он? Всё это время Тикки казалось, что он находился в некой прострации, будто он был третьим лицом в этом аду и наблюдал где-то в стороне, пока его сильные руки сжимают рукояти топора, а скрытые очками глаза затуманенным взглядом выслеживали жертв. Брызги крови, крики ужаса и наполнивший тело адреналин будто пробуждали его, и, отрезвлённый одновременно ужасающей и приятной мысли «Я убил человека», он ничего не мог сделать, кроме как бежать и искать новую жертву. Он убил родных ему людей, он продолжал убивать невинных и ощущал себя на удивление прекрасно, но самое ужасное в этой ситуации было то, что он ничерта не понимал и не помнил, что конкретно происходило в эти моменты. Будто сон, ночной кошмар или видение. Мозг отключался при остром желании вонзить лезвие в чью-нибудь голову, а тело совсем его не слушалось. Отголоски разума ощущали вину, но парень тщательно это отрицал или скрывал. Возможно, в один момент у него не получилось, поэтому он не сопротивлялся ударам и связыванию чем-то очень крепким и холодным, напоминающим цепи. Эта тюрьма в один момент стала его мирным пристанищем, где единственное, что он может убить — воспоминания о прошлом. Тоби хмыкнул. По сути, он уже в какой-то степени спас их.       — И вы думаете, я соглашусь? — наконец заговорив, усмехнулся он.       — Ты обязан согласиться. От меня буквально зависит твоя жизнь, — она сложила руки на груди.       — Угрожаете мне? Тоби медленным шагом вышел на свет, разведя руками в стороны. На жёлтых очках отражался свет от лампочки, что одиноко висела наверху, поэтому глаз не было видно, а маска была спущена до подбородка, так что были видны некоторые шрамы, а ещё безразличное и усталое выражение лица.       — Констатирую факт. Достав небольшой планшет, она начала что-то искать. Через секунд десять на экране показались те два загадочных видео, которые вызвали у Тикки странные и непонятные ему самому ощущения: смесь страха, удивления, нарастающей паники и колющей сердце ностальгии. Казалось, что Тикки чётко видел смазанное изображение странного существа, которое вызывало неприятные мурашки и дрожь по всему телу. Он сощурился, пытаясь всмотреться ближе, а когда существо повернуло свою голову в сторону камеры, убийца отшатнулся, вздрогнув и судорожно вздохнув. Стоявшая рядом Брандт лишь вопросительно на него посмотрела.       — Я знаю его, — закусил губу от подступающих эмоций. Ничего не объяснив, Тоби сжал руки в кулаки и зажмурился. Перед глазами буквально проносилась вся жизнь убийцы до того, как это же существо поработило его. Он не знал что это такое, не знал где оно обитает и придёт ли за ним ещё, но одно он знал точно — высокий, худощавый монстр и был виной всему, что произошло. И Тоби хотелось бы узнать больше, чем то, что обрывками осталось в его памяти на данный момент. Узнать, почему он стал… Таким, каким стал. Оливия же убрала убрала планшет в сумку и пристально взглянула на Тикки Тоби. Вопросы появлялись один за другим, однако если сработает триггер — она очень рискнёт, поэтому пришлось терпеливо анализировать ситуацию и выжидать, пока он сам всё не расскажет. Расскажет ли? Вряд ли, ведь, скорее всего, это связано с его прошлым, что-то очень важное и колючее для его и так искалеченного разума. Что-то, что выбьет из колеи даже маньяка, который не может чувствовать боль. Женщина вздохнула и, посмотрев сначала на стул, а потом на хозяина камеры, ответа от которого не последовало, присела.       — Я видел его. Два или три раза, — он облокотился на стену и скатился по ней, держась за голову.       — Твои знания об этом существе будут очень кстати на задании. И ты обязательно нам поможешь. Он взглянул на неё и снова усмехнулся, теперь уже уставившись в одну точку где-то напротив       — Я тоже жертва. Его жертва, и он не отвяжется, пока не поработит меня снова. Я не вынесу этого ещё раз, только не сейчас, — он с надеждой и растерянностью посмотрел на агентов, ожидая ответа. Он надеется, что его услышат и оставят в покое?       — Нет, — без раздумий ответила Брандт. Напрасно, Тоби.       — Вы не понимаете, во что ввязываетесь, — он повысил голос, стараясь звучать ровно. Может, она передумает?       — Мы введём тебе в организм дистанционное взрывное устройство, чтобы не было казусов, — будто не слыша его, ответила Оливия. Очень напрасно. В эту же секунду в камеру вошли медики со шприцом и оружием на случай непредвиденных ситуаций. Но Тоби было всё равно, у него не было выбора, и он прекрасно это понимал. Сидя так же спокойно, он безразличным взглядом уставился на ту, которая без раздумий готова рисковать всем, что у неё есть. Убийца почувствовал неприятное жжение в шее и от боли зарычал сквозь зубы.       — Вживление подтверждено, — быстро проговорил один из медиков и удалился из помещения. Напоследок Оливия Брандт сказала: — Я делаю это ради спасения остальных, Тоби. Разве ты не хочешь, чтобы люди были в безопасности? Подумай над этим.