Ты должна быть счастливой…
— Юлия, как вы можете прокомментировать данную ситуацию? — расспрашивали Юлию Навальную журналисты, после того, как она вышла из здания суда. — Если вы закончили с адвокатами, то можно мы пройдем, я сегодня никаких интервью не даю. Нехотя расступившись, они ее пропустили. — Юля, как ты себя чувствуешь? — спросила адвокат, у входа в подъезд, — мне остаться с тобой? — Нет, спасибо. Все хорошо, — как можно убедительнее сказала Навальная. — Хорошо, звони если что. Сегодня спать точно не буду, надо готовить апелляцию. В знак согласия, кивнув головой, Юля зашла домой. Как только за ней захлопнулась дверь, она смогла впервые за день выдохнуть. Сняла пальто, куда то положила сумку и пошла на кухню, даже забыв помыть руки, какая к черту пандемия, когда тебе итак хреново, куда ещё хуже может быть? Поставила чайник, открыла шкаф с посудой, достала свою чашку и случайно задела рядом стоящую. Чашка упала на плитку, а осколки разлетелись по всей кухне. — Да, что ты будешь делать! — Юля села собирать осколки, только потом заметила, чья это кружка… — твоя… твоя любимая кружка. Почему она? Почему всё, что связано с тобой, разбивается вдребезги?! Почему?! — сдерживать слезы, накопившиеся за весь день, не было смысла, — почему вы забираете у меня всё?! — слезы, переходящие в настоящую истерику, не давали связно говорить, хотя, даже не говорить, кричать. От громкого крика даже соседи стали стучать по батареям… Ведь из этой квартиры, невозможно было в априори услышать крики, но нет… всё, когда то бывает впервые… Спустя несколько минут, ей все же удалось более менее успокоиться. — А ты говорил, что бьётся на счастье, — усмехнувшись сказала Юля, собирая осколки с пола, — только, где оно? Собрав все осколки, ей удалось попить чай с мятой, который был необходим как воздух. После, кое-как добралась до кровати, полностью игнорируя ванную комнату, постаралась заснуть, что вышло не с первого раза.Следующий день
Кто-то просыпается со звонком будильника, кто-то с криком детей, забежавших в комнату родителей, и, прыгающих на кровати, кто-то с поцелуем любимого человека… Все это было когда-то… когда все были счастливы… Проснувшись рано, Юля решила, хоть как-то привести себя в порядок, сходила в ванную, смыла вчерашний макияж, перед этим успев ужаснуться, от вида себя же в зеркале, помыла голову, снова накрасилась. Пошла заваривать кофе. Спрашивается, зачем так прихорашиваться, когда жизнь идёт под откос? А я отвечу, это как новый год — как встретишь, так и проведешь. Тут также — как начнёшь день, такие у тебя и будут достижения сегодня, а в планах мнооогое… От мыслей отвлек телефонный звонок. — Да, слушаю. — Юль, здравствуй. Как ты? — Нормально. Что то случилось? — в голосе Навальной проскользнули нотки страха, ведь не будет же просто так звонить адвокат в 7 утра. — Алексея этапировали в ИК-2 Одно предложение перевернуло мир. — Уже? — единственное, что смогла выдавить из себя Юля. — Да. Общение пока возможно только через письма. Встречу добиваемся. — Понятно, — ответила Юля и положила трубку. Общение через письма… похоже на 19 век, не правда ли? Романтика… Именно с этими мыслями Юля села писать письмо Алексею. «Привет, Лёш. Как дела у тебя? Тебя так быстро перевели, я даже оглянуться не успела… Вчера так и не удалось пообщаться с тобой, хотя… может быть это к лучшему? Я не смогла бы посмотреть в твои глаза… Хотела попить чай… разбила твою кружку. Случайно. Не знаю как это получилось… Ужасный день вчера был… Так непривычно засыпать без тебя… Даже, когда ты был коме, я знала, что ты рядом, а здесь… пустота… такая давящая. Я не хочу к этому привыкать! Я никогда к этому не привыкну! Дети… дети далеко, я здесь одна. Захара пока привозить не буду, как ты и сказал. Лёш, я приду, как только пустят. Сегодня есть некоторые дела, я их решу, надеюсь, они нам помогут тебя вытащить. Ты там держись, пиши обязательно!Юля❤️»
Запечатала письмо в конверт и отнесла на почту, в надежде, что оно дойдет до адресата.