Знаешь, я так соскучился

Он надеется, что Олег вернётся. Ведь он всегда возвращался к нему. Олег не оставлял его даже в те моменты, когда голоса в его голове звучали всё сильнее, всё громче, всё отчётливее. Когда они заглушали его собственный голос. Но без Олега всё стало иначе. Больше не было кофе из турки по утрам, к которому Олег пристрастился ещё в детдоме, и запаха дешёвого одеколона, которым он пользовался. Сергей платил ему достаточно, чтобы Олег мог себе позволить любой парфюм, но он продолжал настойчиво пользоваться тем самым запахом, который ему когда-то подарил Сергей, когда они ещё были в детском доме. Разумовского это даже забавляло, но Олегу нравился запах, и Сергей постепенно привык к этому запаху, как привык к шуткам Олега, которые он произносил со своим до невозможности серьёзным выражением лица. Сергей помнит, какими мягкими становились черты Олега, когда он смотрел на него, лёжа с ним на этом диване и перебирая пальцами его рыжие волосы. Сергей скучает по нему. Он готов пойти на что угодно, чтобы снова увидеть Олега. Разумовский прикрывает глаза и старается дышать глубже, затем он кладёт подушку себе на грудь, представляя Олега, который когда-то также лежал и слушал глубокое мерное биение его сердца. У Сергея щиплет в глазах, но он не позволяет себе разрыдаться. В таком беззащитном состоянии он сжимает кулаки, от чего его костяшки белеют, и теперь он отчетливо видит Олега. Ему кажется, что он видит Олега. Он старается не двигаться, смотрит на него широко распахнутыми глазами, пока иллюзия не начинает казаться ему реальностью, пока он не ощущает дыхание Олега на своей коже, пока не забывает о том, что всё это — лишь плод его больного воображения. Олег напротив садится рядом, гладит Сергея по волосам и ничего не говорит. — Ты здесь, — произносит Разумовский, и его губы расплываются в улыбке. — Я здесь, Серёж. — Его голос звучит тихо, и Олег улыбается в ответ, глядя на Сергея своими жёлтыми глазами. — И я защищу тебя. Он позволяет Птице забраться в его разум. Он так скучает по Волкову, что позволяет Птице становиться им.