Ближе чем звезды

Z Thrash. Дождь как из ведра, чья-то машина пахнет кожей, курить в ней наверно за хамство. Холодно и неуютно. Рыбки гадают, выжила ли она там, в чужом и враждебном мире. Земфира все-таки включила печь, когда зубы предательски застучали, а мысли пошли ходуном. Сразу же разомлела от тепла и плюнула на самоистязания, она сделала то, чего хотела с первой их встречи. Поцелуй Богини. Или городской сумасшедшей. Кто сказал, что они не стоят в одном ряду, отдаваясь чему-то большему исступленно. Когда ты живешь в окружении жадных до плоти и бабок акул, кто-то вроде Литвиновой непременно залетает. Пахнет большими проблемами, глаза эти и пальцы беспричинно ищущие, вечный алкогольный морок – не звоночки, колокола, набаты опасности. Но какие ощущения, какое желание успокоить ее собой, заглянуть в глаза без звенящих на руках погремушек. Она ее хотела, делаясь от этого еще грустнее и напряженнее. От самых красивых девочек в классе, одни неприятности… R Улыбалась, махала и гадала – что делает промокший и уязвимый гений. Маленькой подбирала на улице котят-жучат-мышат. Тащила домой с какой-то исступленной жаждой спасать. А если не спасти, то похоронить на футбольном поле. И непременно поплакать, иначе не отправится душа покойного кузнечика в рай. Благо мама была на работе посменно, Рената бродила по выдуманным делам совершенно свободно, перекусывая бутербродом между похоронными процессиями. Наташа махнула рукой. - Доберусь! Литвинова искала кофту для Земфиры, но что-то такое (как она любит) спортивное не находилось. По отведенному им с гримером закутку летали перья и шляпы. Еще 25 фотовспышек и можно, наконец, убежать. Поплутав по парковке (без Наташи как без рук), нашла собственный автомобиль, который никогда не водила. Надо же, спит. Хмурая Земфира задремала в ужасно жарком салоне, брови угрожающе сдвинуты, все мускулы напряжены. У певицы очень живая мимика, это Рената увидела с первого на нее кинутого, взгляда. Зеленые глаза могли метать молнии, удивленно распахиваться или хулигански насмехаться над всем окружающим. Такая хрупкая и такая сильная. Рената как можно тише опустилась в соседнее кресло, но чуткий сон все же потревожила. Земфира резко распахнула глаза. Сначала удивленно, потом вспомнив, смешалась. Одновременно выпалили. - Прости… Литвинова покачала головой. - Я заставила тебя ждать. Гоша пришел, дарил цветы и неприлично долго поздравлял. - Отвезу тебя домой? А потом вызову такси. От этого мягкого, разморенного голоса у актрисы ёкнуло (такое странное) сердце. Земфира не успела поставить вокруг себя стены, но с минуты на минуту спохватится. - Я живу за городом и собиралась с Наташей в отеле переночевать. Чтобы не ехать поздно. Z - С Наташей? Певица говорила как можно беззаботнее, заводя машину и надеясь на отсутствие патрулей. В случае чего придется раздавать автографы и торговать лицом. От внимания не укрылось, легкое замешательство. Там еще и Наташа? Интересно, хотелось бы ошибаться. - Да, она моя помощница и друг, и соратник… Не удержалась, хмыкнула куда-то под нос, покачала головой, ища выезд с парковки. Захотелось отвезти драгоценный груз и покурить у себя в квартире. Певица потерла с досадой переносицу, концентрируясь на опасной, промокшей дороге. - Подожди, пожалуйста, секунду… Рената положила руку сверху, вынудив сделать очередную остановку. Z вздохнула, слегка раздраженно поворачиваясь к Богине. Ее притянули за воротник и поцеловали, разбивая к херам личное пространство. Совсем свежие воспоминания о случившихся объятьях подстегивали обоих. Рената удерживала и мяла в руках рубашку, с настойчивостью заявляя о своих правах. Если я в твоей голове, я повсюду. Движения стали требовательными, запах алкоголя смешался с духами, язык прошелся по обветренным губам и ключицам. Кусая и почти душа, вызывая на дуэль неготового сопротивляться противника. Эти нервные руки отвлекали, шаря и задирая рубашку, натыкаясь на кожаный ремень, царапая кожу живота. Пряжка мешала и злила Богиню, плюнувшую достаточно скоро и нырнувшую в обход, всяких. Земфира охнула от такой наглости-храбрости. - Рената, постой. Рената, Господи. Так же нельзя, - она засмеялась, хватая воздух и пытаясь отвлечь актрису, - не заставляй меня чувствовать себя монашкой капуцинкой, но так нельзя! С трудом захватила юркие запястья и улыбнулась как можно мягче. - Рената, не здесь и не сейчас, - поцеловала ее легко, в щеку, отпустив пару тонких рук и заключив в объятья – ты потрясающая, это сбивает с толку. R Актриса сдержала судорожный вздох негодования и обиды, заранее впрочем, прощая. Ей можно даже отвергать, она подождет. Выждет. Не привыкшая к отказам даже смешалась, поэтому была благодарна за долгие утешающие объятья. Земфира что-то говорила добрым и неожиданным голосом, так отличающимся от концертного звучания. Этот негромкий голос принадлежал будто ломкому подростку неопределенного пола, наивному и сбежавшему вчера из дома. Певица вернулась к вождению, мечтая о сигаретном дыме и холодной ванне. - А ты была самой красивой девочкой в классе, Рената? Блондинка покачала головой. - Я была белой вороной и меня очень не любили дети. Ее не смущал этот вопрос, она часто смаковала его в интервью и совсем не удивлялась. - Переночуешь у меня в гостиной?