Ocean eyes

Теплые слезы тяжело падали, полося сверкающими линиями по белой коже, что местами покраснела. Мари шла по загородной трассе, пряча свое лицо от прохожих. Машины шумом неслись, ей казалось, что она идет по безвременье. Макияж драматично растекся, но Маринетт уже и не думала о нем. Хоть взор заволокли блики дорожных фонарей, она точно знала куда направляется. В лес, к луне, которая посторожит ее одиночество. Заходя в чащу, она почувствовала прохладу хвои, мох, что послушно прогибался под подошвой массивных военных сапогов и воздух. Мягкий, струящийся, напоенный смолой и прохладой дикого озера. Лес, будто обнял Маринетт, даруя свободу. Внезапно, она почувствовала, как велико и объемно было вокруг. Она почувствовала, что живет в один момент с вековой дубравой: с шершавыми могучими деревьями, со звездным ветром, что гоняет в их листве и водит по волосам Мари, с тетеревом, что где-то вдали сидит в гнезде на широкой поляне, с ежом, что притаился под землей, заслышав шаги незнакомки. Мари побежала, с каждым прыжком, позволяя себе кричать все громче и громче. Она неслась, ощущая ветки, длинную ковыль, что еще больше разжигали в ней желание дотронуться до духа жизни, что словно увядала в городе, а на воле возрождалась и неслась со всей своей жизнью навстречу к самой себе. Мари бежала, бежали и слезы, Мари кричала, кричали и мысли. Она словно отдавала свои чувства лесу, рассказывая о своей истории, последние полтора года и о сегодняшнем вечере, который увел ее сюда, в лес. Она была влюблена в Агреста, который не любил ее, она тонула в своей злости на саму себя, свою внешность и характер, которые видимо были настолько ужасны и невыносимы, что не могли понравиться мальчику, сколько бы Мари не старалась. Она каждый день просыпалась с надеждой, за которую ругала саму себя, надежду, что ее примут, обнимут и вытянут из жизни, где она ненавидит саму себя. Мари считала, что участие в концерте отвлечет ее, поэтому согласилась заменить Рейвен. В суматохе подготовки, и частым любованием Лукой, она забыла о съедающих ее чувствах. Но когда на разогреве, исполняя песню, в зале появился Адриан и девушка не выдержала, испугалась и выбежала из клуба, потерявшись в толпе. Из потока мыслей Маринетт упала на землю, когда споткнулась о торчащий корень дуба. Внезапно, в ее голову молнией ударило воспоминание: "Мне было шесть. Я бежала по лугу в деревне у бабушки, оступилась и упала, повредив коленку. На мне были праздничные белые штаны и носки с рюшами, что дедушка подарил из своей поездки в Вену. Бабушка велела не надевать их, а я так хотела показать их своей подружке Ноэлии, что жила в соседнем поселке. Я надела обновки, крикнула бабушке, что пошла к подружке и выскользнула из двора. Штаны разодрались на коленке, а носки испачкались кровью. Я помню, как хныча пришла домой. Меня ругали. Бабушка тыкала пальцами в мой висок и называла дурой. А я сидела с забинтованной ногой на кровати и тихо плакала, когда она ушла в огород..." Слезы полились новой волной по лицу и Маринетт внезапно услышала плачь той маленькой, шестилетней девочки, маленькой Манет, так она себя называла тогда. Она почувствовала внутри себя ту малышку, которая в тот день впервые ощутила страх. Моменты, когда Маринетт обижала себя шли невыносимым фильмом внутри, моменты, когда она после каждого своего действия называла себя "дурой, ленивой, неряхой, нелепой, страшной", когда осуждала себя за чувства. Мари словно оказалась в той спальне у бабушки в доме. Смотря на беззащитную Манет, у девушки проснулось желание защитить эту кроху. Маринетт подошла к ней, аккуратно опустившись и начала говорить с ней: - Привет, моя Манет, моя малышка, - Манет посмотрела на Мари, - моя маленькая, прости меня, - слезы полились с новой силой, а голос дрожал. Маринетт продолжила: - Прости, что оставила тебя здесь одну... в этой боли и страхе. Только я знаю... как это страшно думать, что все это твоя вина. Маринетт почувствовала, как сердце Манет начало отвечать взрослой Мари. Из глаз девочки лились слезы, из глаз девушки лились слезы. - Милая моя, маленькая Манет. Скажи мне, пожалуйста, что ты чувствуешь? - смотря со всей искренностью на малышку, говорила Мари. Маленькая Мари горько заплакала, начала бить кулачком по кровати и кричать: "Я не хотела, я не хотела, я честно не хотела! Я хотела к Ноэлии и бежала, у меня нога болит очень. Бабушка злая, но я не виновата, я не хотела портить, я только хотела показать! Почему бабушка ругала?! Почему?!" Маринетт смотрела на девочку и плакала вместе с ней. Нежно, будто спрашивая разрешения, Маринетт протянула Манет руку, малышка обняла девушку, крепко хватая за плечи. - Моя Манет, прости меня, что оставила тебя. Я испугалась, - осознавая все глубже и глубже эти слова, говорила Маринетт, - я боялась и поэтому оставила тебя. - Но теперь я выросла, теперь тебе не надо больше защищать себя, чувствовать, что тебя обманут, предадут, оставят... Теперь я буду защищать тебя, я большая, - вытирая рукой слезы с детских щек, говорила Маринетт, - я справлюсь... Милая моя Манет, прости меня... и я прощаю себя, - на выдохе сказала девушка. Маринетт взяла Манет на руки и решила подарить малышке то, что она так хочет. Девушка переместилась с Манет на зеленые холмы. Небо было песочно-розового цвета, местами украшенное оранжевыми полосами. У подножья холмов росли вангоговские подсолнухи, а воздух был, словно нектар: мягкий, тягучий, волшебный. Девушка и малышка смотрели на дивный, оранжевый закат. Лучи солнца купали луг в радости, а гостьи наслаждались тем, что воссоединились. - Манет, - малышка обернулась на голос. - Догони меня, - игриво сказала Маринетт и побежала по склону. Они играли друг с другом, а когда устали, сели на траву, что шелком обнимала кожу. Мари взяла девочку за руку и сказала: - Манет, я так долго искала тебя, искала в других людях все эти 8 лет. Когда ты будешь злиться, я буду с тобой, когда ты будешь грустить, я буду с тобой, когда ты будешь радоваться, я тоже буду с тобой, радоваться вместе с тобой, - Манет зачарованно смотрела на Маринетт. Девушка чувствовала, что малышке еще нужно время, чтобы привыкнуть к ней, научиться снова доверять. И Мари даст ей столько времени, сколько девочке понадобится. - Когда я тебе понадоблюсь, положи руку на сердечко и я приду, - Мари почувствовала, что словно та часть сердца, которую она искала, наконец вернулась к ней. Она сделала вдох, выдох и открыла глаза, обнаруживая себя на поляне. Капроновые колготки были разодраны, а на ноге была небольшая ранка рядом со старым шрамом. Маринетт почувствовала легкую боль в ноге и невероятную легкость в душе, словно любовь разливалась по всему ее телу. Она обняла саму себя и начала аккуратно вставать, ища выход из чащи. Пройдя 10 минут, она услышала знакомый голос. Обернувшись, она разглядела силуэт юноши: - Маринетт! - кричал Лука, бежа на встречу девушке.