Смерти больше нет

POV Ра. Я долго ждал своего часа и вот он настал. Когда ты гоним какой-то идеей, кода одержим мечтой, то для тебя нет преград. Весь мир падет к твоим ногам. Главное не сворачивая, не обращая внимания на преграды, фанатично двигаться в перед, спотыкаясь успеть подняться, все сокрушая, выстраивая новые своды законов, подвластных только тебе, идти к заветной цели.Сейчас я находился возле нее, а точнее возле подножья Монте-Амина, возле гробницы великого Амикуса Корвинуса. Двое суток шаманы взламывали печати при входе в пещеру, двое погибло — превратились в прах на глазах у всех за считанные секунды. Как мне объяснил Хаджепсут, это была ударная волна из мощных заклинаний предков. С таким еще они не встречались никогда. Мы вошли в длинный темный туннель. Даже вампиры, с их супер зрением ничего не видели. Видимо, один из шаманов хотел решить эту проблему с помощью колдовства, но верховный его остановил. — Здесь все пропитано магией, — задумчиво произнес Хаджепсут, — и я чувствую очень сильный запах газа. Встаньте у меня за спиной. — Все тут же его послушали. Я привык полностью доверять парню, поэтому не задавал ни каких вопросов, просто делал, как он просил. — Миджмали, — обратился он к другому шаману. Тот без слов понял, что хотел от него верховный, поэтому встал рядом. — Всем постараться не дергаться, — скомандовал Хаджепсут, он повернулся ко второму шаману и кивнул головой. — Давай! И тут началось шоу. Миджмали соткал из воздуха огненный шар. Когда-то Хаджепсут объяснял мне, что для того чтобы сконцентрировать энергию в какую-то из стихий, надо быть чувствительным к энергетическим потокам. Это действие забирает, на время, часть твоей внутренней силы. В общем, как я понял этот процесс сложный, ему учатся годами и не у всех это получается. Те шаманы, которые могут повелевать стихиями, при этом быстро восстанавливаться, являются высшими. Вот Миджмили соткал из ничего шар. Хорошенько прицелился и бросил в туннель. От туда послышался грохот взрыва и на нас, заполняя собой все пространство, с невероятной скоростью, двинулся огонь. Нашей первой реакцией было желание бежать. Хаджепсут предугадал это. — Стоять на месте, — грозно скомандовал он, — если не хотите поджарится, — это он уже добавил, выставляя вперед руки. То, что происходило дальше, в моем вампирском мозгу укладывалось не совсем адекватно: поток огня достиг нас, но по какой-то причине он не наносил своего разрушающего вреда. Огонь словно обтекал во круг нас слегка замедляясь в движении. Я не сразу заметил, что нас обволакивает тонкая полупрозрачная пленка, словно не весомый купол. А мой помощник-колдун стоит впереди с вытянутыми руками и тяжело дышит. Это он накрыл нас спасительным куполом. — Да, один колдун никогда бы здесь не прошел, — он повернул голову ко мне и слегка улыбнулся, — я бы лучше несколько раз ограбил “Форт Нокс”, защита здесь что надо, ловушки даже я не всегда могу заметить. Будьте внимательны, я не уверен, что наш путь будет легким. После этих слов мы были начеку. Если не считать западней, то что в нас летали острые ножи; перекрывали дорогу, словно огромные маятники, здоровенные булавы с острыми, и как оказалось ядовитыми, шипами, то продвигались мы спокойно. В общем, было много различных препятствий, но как не странно ничего волшебного, что очень сильно волновало и настораживало Хаджепсута. Мы продвигались медленно, постоянно оглядываясь, страх витал в воздухе и был ощутимым. Я наконец осознал, что это путешествие словно лотерея — вытянул правильный билетик и ты победитель, облажался — от тебя останется только прах. Но я уже сделал очень многое и никакая земная сила не заставит меня повернуть назад. Каким-то шестым чутьем я понимал, что туннель заканчивается. Наш отряд уперся в очередную, огромных размеров, дверь и все застыли в ожидании. — Я чувствую великое зло за этой дверью, — высказался Хаджепсут, он повернулся ко мне лицом, — мы на месте. — Так чего мы ждем, мой друг? — удивленно спросил я. — Дверь надежно запечатана, — ответил шаман, — правитель, поверь на слово, то, что мы видели до этого - цветочки. Здесь применяли высшую магию. Если до этого мы сталкивались с умением шаманов, то здесь работали волхвы, — от удивления у меня глаза полезли на лоб, я никогда не слышал, чтобы этих два рода работали вместе. - И кстати, вам не кажется странным то, что наше окружение не похоже на описания из легенды, — начал свою мысль Хадж, — включите фантазию. Это место похоже на коридоры древнего замка. Вас не смущали арки прорубленные в стенах? А огромные двери? Я всматривался в глаза своему помощнику и до меня потихоньку начал доходить смысл услышанного. Он был прав. Складывалось ощущение, что гору возвели над каким-то замком, или же замок был построен в горе. Второе было более вероятным. Я стоял вы замешательстве. В древних фолиантах и манускриптах ничего об этом не говорилось. Тогда что мы сейчас видим? Догадки одна за другой начали посещать мою головушку. Легенды, как всегда, оказались не точными. Скорее всего, Амтикуса никуда не выманивали, а заточили в собственном замке. На счет того, предали ли его собственные дети я тоже начал сомневаться, ведь у оборотней существует очень сильная связь и слово альфы для них – закон. Но это все было не таким уж и важным, банальное любопытство. Тем временем Хаджепсут начал, слегка сотрясаясь, что-то напевать на незнакомом мне языке. На долю секунды он прервался: — Миджмили, Джамсут! — коротко позвал он оставшихся шаманов. Те сразу же поняли, что от них хочет верховный. Не теряя времени, они встали по обе стороны от Хаджа и начали повторять те же движения. Я всегда поражался слаженности этой троицы. Они всегда работали, как хорошо отлаженный единый механизм. Иногда мне казалось, что они читают мысли друг друга, настолько слаженными были их действия. По не законченным фразам и действиям они безошибочно знали, что конкретно от них требовалось. Шаманы начали проводить какие-то ритуальные действия. Джамсут слегка постукивал в маленький бубен, задавая ритм остальным. Зрелище завораживало. Пение усилилось, послышалось завывание ветра и еще какой-то не понятный звук. Вокруг все заискрилось, поднялся столб из пыли и дыма, замочная ручка начала шипеть, в прямом смысле этого слова. Дверь начало заволакивать какое-то растение. Шаманы тут же отскочили подальше от двери. Мы, увлеченные тем, что творится перед глазами, и не заметили, как из стен начали выползать такие же вьюны и “подкрадываться” к нам. Миджмили не с того ни с сего начал раскручиваться, как волчок, на одном месте образуя вокруг себя огромный шар света. Джамсут бросал в растение огненные шары. Хаджепсут стоял не шевелясь, со стороны могло показаться, что он застыл на месте, но я очень хорошо знал своего помощника, чтобы поверить в это. Я часто видел его в таком состоянии, это означало что он в глубинном состоянии и находится на грани. Дальше все шаманы заискрились и все утихло. — Теперь можно открывать, — устало сказал Хаджепсут. Я подошел к двери и взялся за ручку. Дверь удивительно легко, даже без скрипа, отворилась. Мы вошли в огромный зал, посередине которого, возвышался невероятной красоты и непревзойденного мастерства трон. На нем восседал, словно Бог древности, высокий темноволосый мужчина. Ярость и злость перекосили прекрасное лицо, напряженные мускулы свидетельствовали о том, что он пытался вырваться из оков. Он поднял на меня свои голодные, черные глаза, и я понял, что это был тот, кого я так долго искал. — Я готов выпустить тебя, если ты окажешь мне услугу, — для меня было важным, чтобы он доверился мне. — Выпусти меня и тогда останешься в живых! — не терпящим возражений, властным, но слабым голосом скомандовал Амикус. — Я пришел просить вашей помощи… — снова начал я. — Я сказал, освободите меня! — прорычал оборотень. Немного поразмыслив я все-таки дал команду своим колдунам. Через три часа Амикус Корвинус был на свободе. Он вскочил с своего трона и отшвырнул его. Поскольку он был безумно слаб, то кресло отлетело на полметра и упало, а его “хозяин” направился в сторону выхода. Хоть я и вампир, но еще никогда не видел такого зверства. То как Амикус убивал жителей острова, заставляло дрожать от страха даже меня. Он словно извращенный хищник нападал на своих жертв. Оборотень не щадил никого. Где то на уровне подсознания я понимал, что остановить его будет невероятно сложно. С каждой каплей человеческой крови, с каждым куском человеческого мяса он становился сильнее, быстрее, его движения стали походить на нереально красивый смертельный танец. Все-таки мы смогли договорится и Амикус решил поучаствовать в этой войне, чтобы… развлечься. Он даже условий никаких не выдвигал сказав лишь то, что обожает убивать вампиров. Мы направлялись в Вольтеру. Правда я не ожидал, что нас будут встречать. Наша армия была сильна, оборотни, которых созвал Амикус составляли, наверное, 80% всего войска. Я чувствовал запах победы, и мне неважно было, какой ценой я получу ее. Амикус подал знак остановится и все замерли, словно по команде. — Я чувствую вампиров, — услышал я голос союзника, — их много, — он повернулся ко мне лицом и я увидел не улыбку, а хищный оскал, на лице Амикуса. На поляне нас ждал Аро и Ярослав. Я никак не ожидал увидеть здесь Рюриковича со своей дружиной и... Волхвами. Черт! Он привел с собой этих старцев. На лицах моих шаманов сосредоточилась атака. По стихийным бедствиям, что творились вокруг этого поля, было понятно, что колдуны уже вступили в схватку между собой. Я наслаждался лицами врагов, когда они увидели Корвинуса и остальных оборотней. Я упивался своим превосходством. Прозвучала команда. Все вампиры двинулись друг на друга… Но столкнутся не смогли. По середине поля появился какой-то невидимый барьер. Как мы, так и враги, попытались обойти его — не получилось. Нас всех словно что-то накрыло огромными прозрачными тарелками. Небосвод осветили молнии. Гром разрывал небо. По середине поля начал клубится и собираться густой туман. В этом тумане появилось красное пятно, которое постепенно принимало форму человека. Через несколько секунд мы увидели девушку в кроваво красном платье до самой земли. Плащ с капюшоном был точно такого же цвета, как и остальной наряд. С древних легенд все существа в нашем мире знали, что именно такой плащ когда-то принадлежал Александру Корвинусу. Оба лагеря замерли от неверия. Девушка медленно сняла капюшон скрывающий ее лицо. Ее каштановые волосы водопадом упали на плечи. — Изабелла… — послышался полустон с нотками облегчения.