Столикий.

Выходные прошли скучно и вообще никак. Юля гуляла со своим кавалером, у Кирилла вечно были дела, а Саша так же, как и я, засела за домашнюю роботу, которой «наградили» нас преподаватели. Объем её был настолько большим, что создавалось такое ощущение, будто она была задана на несколько месяцев вперёд. В понедельник меня ждал не очень приятный сюрприз — Кирилл подхватил простуду и теперь не мог ходить в университет. Хоть парень и утверждал, что с ним всё в порядке, и он вполне в состоянии проводить меня, я категорически запретила ему вылезать из кровати, сказав, что после пар обязательно зайду его проведать. Но даже так Леонов поставил мне условие: дождаться его знакомого, который должен был сегодня приехать, чтобы проводить меня до университета. И вот сейчас я стояла на утреннем морозе, дожидаясь этого его приятеля, который явно опаздывал. А у меня кончалось терпение, так как время не резиновое, и надо бы уже в универ поспешить, чтобы не опоздать. Конечно, хорошо, что первой лекции сегодня не было, но и она скоро подойдёт к концу. И вот, когда я уже собиралась наплевать на слово, данное Кириллу, к месту, где я стояла, подъехал Kia Forte чёрного цвета. Недолго думая, оттуда вышел парень довольно симпатичной внешности. Не скажу, что прям красавец неписанный, но и на урода не смахивал. Парень немного выше Кирилла, что было не очень хорошо при моём росте, так как запрокидывать голову приходилось хорошо так. Тёмно-русые волосы идеально подходили ему, как и короткая стрижка. А зелёные, с легкой примесью желтого, глаза смотрели прямо в душу. Одет незнакомец был просто: джинсы, чёрные кроссовки, тёплая кофта белого цвета, проглядывающая из-под чёрного пальто. И не успела я опомниться, как он стремительно подошёл ко мне и обнял так сильно, что начало казаться, будто после этих объятий мне не жить. Думала, что сломаются кости, просто раздавят, да хоть от смущения сгорю, но умру! А парень всё продолжал сжимать в своих железных тисках и повторять: «Нашёл». Да мы и не знакомы были, чтобы меня терять! Когда же я почувствовала, что дыхание даётся всё тяжелее и тяжелее, решила принять меры. Да он угробить меня хочет! — Отпусти, ты, ищейка неудавшийся! Задохнусь сейчас! — начала орать я, совершенно наплевав на то, что о нас подумают окружающие. Самое главное живой остаться. Так как слова не помогли, пришлось прибегнуть к действиям: сначала очень сильно наступила ему на ногу, после коленкой дала по органу, находящемуся между ног. Хотелось ещё ему в голову зарядить, но передумала. Во-первых, это мог оказаться тот самый знакомый Кирилла, а во-вторых, мне просто стало жалко беднягу. Но ничего, заслужил. — За что? — придя в себя, спросил парень. Он ещё и недоумевает, за что получил! Всё же не будь вероятность того, что он и есть тот, кто должен проводить мою скромную, но не менее значимую персону в деле со Столиким, я бы вдарила ему, как следует. — А нефиг накидываться на незнакомых людей и обнимать их так, что они уже были готовы помирать! — Погоди, ты меня не узнаёшь? — удивлённо спросил парень. Приглядевшись, я и вправду поняла, что кого-то он мне напоминает, но вот кого, вспомнить не получалось. Память на лица у меня не очень, что значительно усложняло задачу. Видимо, по моему взгляду он всё понял, так как со вздохом сказал: — Так, ладно, садись. По дороге всё объясню, — и, открыв дверцу машины, как истинный джентльмен протянул мне руку. От таких действий я немного опешила, так как обычно парни в наш двадцать первый век вели себя по-другому. Совсем иначе. Хоть и с замешкой, но всё же вложила свою ладонь, слишком маленькую по сравнению с его. Сев на своё место водителя, незнакомец с радостью посмотрел на меня и проговорил так, как будто до сих пор не верил в происходящее: « Я нашел тебя. Я же обещал». И опять обнял. Но на этот раз объятья были нежными, казалось, что он еле касался меня. Но когда я немного пошевелилась, чтобы принять более удобное положение, он ещё сильнее прижал к себе, так, как будто боялся потерять, боялся, что исчезну. И тут в моей памяти всплыл образ мальчика двенадцати лет, такого милого и вечно улыбчивого. Он говорил почти те же слова, что и парень сейчас: «Я найду тебя! Обещаю!» Неожиданно почувствовала, как по моим щекам текут слезы, и теперь уже я обнимала своего Чудика (прозвище из детства) так, как недавно обнимал меня он. — Чудик-Юдик в лес пошёл и Алиночку нашёл. Помнишь? — хоть я и не видела лица парня, но буквально чувствовала, что он улыбается. — Конечно, помню! А ещё помню одну немало важную вещь: скоро начнётся моя пара, и если мы не поспешим, то я опоздаю! — Вот вечно ты так. Умеешь испортить момент, — сделав вид, что обиделся, он перестал обниматься и нормально сел на свое водительское место. — Да ладно тебе, не дуйся. Кстати, если вспомнить, то ты мне так и не назвал своего имени тогда, — с задумчивым видом сказала я. А ведь и правда, в детстве он представился мне как «Чудик-Юдик», а имени так и не назвал, пока мы с родителями не уехали из Египта, где отдыхали наши семьи, обратно домой. — Прости-прости, каюсь, виноват. Позвольте представиться, Леонов Александр Дмитриевич, ваш личный охранник на эту неделю, — этот раздолбай ещё хотел изобразить поклон, но ему помешала машина, напомнившая, что мы находимся на дороге не одни, и надо бы уступить место остальным. — Шевырёва Алина Дмитриевна. Очень приятно. — А мне-то как приятно. И с этими словами мы наконец-то тронулись в путь.

***

Всю дорогу до университета мы весело разговаривали. Хотя… В основном глаголил Саша. Он рассказывал о том, как скучал без меня, пока проводил свои последние дни отдыха в Египте, что делал потом, про то, как однажды в его семье появился Кирилл, и что они учатся и проходят практику вместе. Но время, увы, не бесконечно. Поэтому, увидев такие знакомые очертания университета, я немного расстроилась. Хотелось наплевать на всё и всех и ещё немного пообщаться с человеком, ставшим таким родным. И пусть мы не виделись лет восемь, у меня было такое чувство, что этим разговором (хоть тот и был по продолжительности не очень длинным) мы восполнили весь тот провал в общении, образовавшийся за время нашей разлуки. Когда Саша, припарковавшись на одном из свободных мест, стал выходить, я решила последовать его примеру. Но как только потянулась, чтобы открыть дверцу машины, руку схватили и положили на мои же колени. От шока я не могла вымолвить ни слова, да и мозг отказывал в содействии. Оставалось только сидеть, да смотреть, как водитель выходит, слегка хлопнув дверцей машины, обошёл капот и, подойдя ко мне, открыл дверь, чтобы сразу же с улыбкой подать свою руку. Я сидела. Смотрела. Прибывала в шоке. Просто, обычно, если тебя и подвозят парни куда-то, то выходишь ты всегда сама, а тут, бац, и не дали. Да ещё и повел себя, как джентльмен! Эх, меняется современное поколение. И не в лучшую сторону скажу я вам! Ни тебе ухаживаний, ни романтики, ни таких вот милых и заботливых поступков. Поняв, что слишком долго прибывала в своих мыслях, я поспешила вложить свою ладошку в руку парня. Её тут же слегка сжали и потянули на себя. Осторожно выйдя из машины, я уже хотела отпустить его руку, но сделать этого мне не дала моя извечная кривоногость или неуклюжесть, для кого как. Итог: в плену Леонова была теперь не только моя ладонь, но и вся я, крепко прижатая к тёплому мужскому телу. Млея от того, что сейчас было теплее, чем в той же куртке, сильнее прижалась к источнику тепла. — Алин, задушишь! — легонько постучали мне по плечу, и я только сейчас поняла, что, похоже, слишком сильно обнимаю парня. Сразу же почувствовала, что лицо, да и не только его, опалило жаром, и, не найдя ничего лучше, уткнулась носом в мужскую грудь, пытаясь скрыть смущение. Саша же только хмыкнул и начал гладить меня по голове. От этого стало так хорошо на душе, появилось ощущение уюта, защищённости и чего-то родного. — Алиин, — проговорили мне в макушку спустя пару минут. — М? — единственное, что я могла произнести сейчас. — Занятия начнутся совсем скоро, — напомнили мне. И вот точно знаю, что эта тварюга сейчас улыбается! — Не хочууу, — подняв свой взгляд на лицо Саши, недовольно пробурчала я. — А если я тебе потом конфеты дам? — решил подкупить меня парень, при этом в его глазах плясали смешинки. — Такое уже не пройдёт, — с победной улыбкой поведала ему я и перестала обнимать. Шея затекла, жуть! — И как же мне вас теперь подкупать? — меня, немного подождав, тоже отпустили, но почему-то показалось, что он делал это как-то нехотя. — А давай я тебе вкусняшек приготовлю? С Кириллом как раз поделишься, — идея родилась незамедлительно. Что-что, а печь я умела и даже любила. Именно за готовкой мне удавалось успокоиться. Судя по выражению лица Саши, предложенный мой вариант ему понравился. Так что, получив утвердительный кивок и обещание, что после пар мы заедем в магазин за всем нужным, я довольная побежала в университет. Занятия ведь никто не отменял, как бы этого ни хотелось. И опять на меня все как-то странно косились. Уже не только со злостью и ненавистью, но и удивление присутствовало. А я, как и в прошлый раз, ничего не понимала. Ладно, злость понятна, но вот что делать с недоумением? А главное, почему они так на меня смотрят? Именно с этим вопросом я и подошла к подруге. Ответ меня в очередной раз шокировал: — Кто-то видел, как ты сегодня с братом Кирилла обжималась на стоянке. Сначала девочки бесились, так как думали, что ты встречаешься с Кириллом. После же сегодняшних объятий с его братом, который в универе считается самой загадочной и нелюдимой личностью, они уже не знают о чём думать. Кто-то считает, что ты встречаешься с двумя Леоновами сразу, кому-то кажется, что с Сашей. Короче, версий много, — поведала мне как всегда откуда-то всё знающая Александра. — Когда кажется — креститься надо. И, как говорил Геннадий Малкин: « В цейтнот попадает не тот, кто много думает, а тот, кто думает не о том». А они слишком много не о том думают. — Ладно тебе. Успокойся. Сейчас у нас последняя пара, да? — Ага. История государства и права зарубежных стран. Зашли в аудиторию мы за минуту до звонка. Сев где-то на среднем ряду и поближе к окну, мы достали тетради, и я быстренько пробежалась глазами по конспектам, чтобы вспомнить, о чём была прошлая лекция по этому предмету. Вскоре вошёл профессор, и пара началась. — Здравствуйте. Сегодня мы начнём изучать «Государство и право франков». Как вы уже знаете, падение главного оплота рабства — Римской империи — сделало возможным выход на политическую арену Западной Европы многих этносов и народов. На смену рабовладельческому строю приходил феодальный… — профессор всё говорил и говорил, а мы внимательно слушали и делали пометки в тетради. — А теперь откройте учебник на странице восемьдесят пятой и выпишите особенности Франкского государства. Пара проходила скучно и ужасно медленно. А после неё меня ждал сюрприз. Причём он был не из приятных.

***

После лекции я была выжата, как лимон. Или даже сильнее. Короче, Алина подыхает. Причём так выматывают не столько скучная и нудная пара, на которой хотелось повеситься, сколько все эти взгляды. Нет, ну что за люди пошли? Сами увидели, придумали, рассказали, а другим отдуваться. Кстати, почему все считают Сашу самым тихим и невзрачным парнем университета? Как по мне, он очень даже красивый. А у такого должно быть много поклонниц! Своими размышлениями я и поделилась с подругой. — Он никого не подпускает к себе, всегда на всех огрызается. Ходят слухи, что он конченный садист, который похищает всех, кто ему не нравится. А ведь если вспомнить, то был уже один такой случай, — с задумчивым видом поведала мне Саша. — Серьёзно? И кто же попал в этот «чёрный список» Александра Леонова? — с ещё большим любопытством начала расспрашивать подругу я. — Помнишь Клару с третьего курса, которая переехала из Америки сюда? — получив утвердительный кивок с моей стороны, она продолжила. — Так вот, она призналась ему, но Саша отверг её. Ну, и, не смирившись с этим, Клара стала ему мстить. На следующий день она пропала. Просто взяла и пропала. А вообще, я удивлена, что ты не слышала эту историю. — Ты же знаешь, мне это не особо интересно. Я лучше лишний раз посижу дома, посмотрю сериальчики, да приготовлю вкусняшки. — И то верно. Ты мне лучше скажи, почему вы приехали вместе? Мне нужны все подробности! — и на меня устремилась пара жаждущих узнать всё-всё глаз. Ну, скрывать было нечего, поэтому я рассказала всё, как было. — Понятненько. Слушай, а познакомишь нас как-нибудь? Судя по твоему рассказу, он не такой уж и плохой парень, — и тут я малясь выпала в осадок. Да чтоб Саша и заинтересовалась парнем старше неё? Это большая редкость. — Хорошо. Ладно, мне пора. Саша обещал съездить со мной в магазин за продуктами, — сказала я, посмотрев на время. — Прям как женатая пара, — со смешком поведала мне свои мысли подруга. — Ага, осталось только полюбить друг друга, обручиться и переехать к нему, — так же со смешком парировала я. — А я не против. Где ещё найдёшь девушку, которая умеет и любит готовить, да ещё и не гуляет по клубам? Таких надо сразу на плечо и к себе домой! — услышали мы сзади голос. Довольно знакомый голос… — Андрей, отстань, а? Тебе всё ясно сказали ещё в прошлый раз. Она не будет с тобой встречаться, — зло ответила парню Саша. Перед нами стоял довольно симпатичной внешности молодой человек. Правда, это всё, что у него было. Ни его блондинистые волосы, ни красивые черты лица, ни модная одежда не могли затмить его несносный, слишком самоуверенный характер. — Сашенька, дорогая, не влезай, а? Она просто не понимает, от чего отказывается. Алин, ты сама знаешь, что влюблена в меня. Почему не хочешь признаться? Ну же, не скромничай, — о, только не надо показывать эту улыбку. Создаётся такое ощущение, что ты делаешь мне одолжение. А ещё она немного пугала. Эта улыбка была похожа на ту, что у психов. — Алин, ну чего ты так задержалась? Я уже устал ждать, — и с этими словами меня неожиданно обняли сзади. — Саша? — удивлённо сказала я, не очень удобно вывернув голову, чтобы хоть немного удостовериться, что это именно он. И вообще, что этот парень творит?! — О, да это же наш печально известный Александр Леонов! И чего это мы обнимаем мою девушку при мне же? — с хитрой улыбкой спросил Андрей. — Твою девушку? Алин, ты мне что, изменяешь? — меня повернули к себе лицом и посмотрели таким взглядом, что захотелось погладить Сашу по голове и убедить, что его никто не бросает. Это я и сделала, отрицательно покачав головой. — Тогда ответь-ка мне на один вопрос… Когда это МОЯ девушка, успела стать твоей? — и на Андрея устремили такой взгляд, что мне, если честно, сразу появилось желание сознаться во всех грехах, которые я совершила в своей жизни. Но больше всего хотелось просто провалиться под землю или сбежать. А это он ещё и не на меня смотрел! Не выдержав этого взгляда, Андрей, с криком «Да он реально псих!» убежал в неизвестном направлении. — Вот это было шоу, — немного в шоке сказала стоящая в сторонке Саша. — Надеюсь, понравилось? — с лёгкой улыбкой спросил «псих». — Очень. И да, может, уже отпустишь Алину? — на лице Александры появилась такая улыбочка, которая не предвещала ничего хорошего ни мне, ни другу, до сих пор обнимающему моё тело. — Но это так приятно, — и с блаженной улыбкой на лице он обнял ещё сильнее. — Да-да-да, но попрошу отпустить её. Не парень, — и с этими словами меня буквально вырвали из таких тёплых объятий. — Саш, тебе разве не надо на подработку? — вспомнила я, посмотрев на время. — А ты так хочешь от меня избавиться? Ладно, действительно пара. Пока! — и с этими словами она тоже убежала, оставив нас наедине. — Сбагрила подругу, — с усмешкой сказал Саша. — И ты туда же? — надувшись, я слегка ударила его в плечо и направилась на парковку, где парень оставил свою машину. — Ну, Соник, не злись. Я ж любя. — Кстати, почему ты здесь, как мышь, а со мной… вот такой? — задала интересующий меня весь день вопрос. — Не люблю выделяться. Те, кому я буду интересен, будут дружить со мной и таким. Всю дорогу до дома мы болтали ни о чём. Вот только меня не покидала одна мысль…

***

После закупки продуктов мы не сразу пошли ко мне домой, а решили для начала навестить Кирилла и проверить его самочувствие. У Саши был ключ, поэтому внутрь попали без проблем. А там нас ожидал полнейший хаос. Вещи разбросаны, где только можно: на полу, на мебели, даже на люстре! Про упаковку соли в кастрюле с чем-то непонятным, но пахнущим так, будто туда сунули тухлые яйца и сварили, я вообще молчу. Среди этого хаоса мы и нашли «трупик», лежащий на груде вещей и шмыгающий носом — Я, конечно, знал, что ты не любишь убираться, но чтобы так запустить свою квартиру… — похоже, Саша был в таком же шоке, как и я. — Искал салфетки, — вяло пробормотало это нечто, смутно похожее на человека. — И поэтому надо было переворошить весь дом? — с ноткой иронии спросил парень, пытаясь пройти сквозь этот беспорядок к Кириллу. — Не очень приятно ходить с забитым носом, знаешь ли, — недовольно буркнул больной и вновь оглушительно шмыгнул. — А в ванную почему не сходил? — со вздохом спросил Саша, начиная разгребать весь этот хлам, и я решила присоединиться к парню. — Не смог дойти. И вообще, почему ты меня отчитываешь? Никакой жалости к больному. Дожили. Брат называется… — недовольно буркнул Леонов. — Как ты себя чувствуешь? Температуру мерил? Таблетки выпил? Может, мне что-то приготовить? — пытаясь перевести тему, я засыпала Кирилла вопросами. — Голова болит, да и озноб бьёт. Температуру не мерил. Таблетки пил. На счет еды, то, если тебе не трудно, я бы поел, — услышав эти слова, я побежала на кухню смотреть, что можно приготовить. Пока брала из холодильника всё, что мне понадобится, попросила Сашу померить температуру больному. Спустя минут десять вернулась в комнату Кирилла, которая уже приняла более или менее приличный вид, с тарелкой каши в руках. Заметив, что хозяин квартиры уснул, я накрыла посуду, чтобы еда не остыла. — Температура 39 градусов. Я нашел таблетки, но они принимаются после еды. Придется ждать, пока этот оболтус проснется. Пошли, я отвезу тебя домой. Не хватало ещё, чтобы и ты подхватила простуду, — серьезно сказал Леонов, поднимаясь со стула, стоящего рядом с кроватью. — Не могу оставить тебя одного с ним. Я тоже волнуюсь, поэтому останусь, — упрямо возразила я. — Валите уже оба. Не помру без вас, — хрипло произнес проснувшийся парень. — Но… — начали мы, но были прерваны криком: «Вон оба!». Тогда нам ничего не осталось, как собраться и уйти, оставив кашу и лекарства на столе возле кровати. — Выздоравливай, — перед тем, как закрыть входную дверь, сказала я уже почти вновь заснувшему парню. — Думаю, лучше перенести поедание сладостей на потом, — выходя из подъезда, предложил Саша. — Предлагаю сделать это, когда Кирилл выздоровеет, — охотно приняла идею о переносе я. Узрев, как плохо больному, не могла веселиться с его братом. — Хорошая идея. Пошли, отвезу тебя домой, — открывая дверь своей машины, произнес Леонов. — Спасибо, — с улыбкой поблагодарила я, садясь внутрь.