Losing you, I see the light

«The Beatles- Here comes the sun» Зачем нужно было вставать в три утра своего единственного выходного? Для того, чтобы сползти с кровати. Выпить крепкий черный кофе. Ехать по загородному шоссе два часа, а потом ещё час по мелкой щебенке на окраине лесной чащи. Пока организм пребывал в полном шоковом состоянии. Но это того стоило. Стоило того, чтобы увидеть первые лучи утреннего солнца. То, как оживает природа и живые существа в ней. И то, как радуется зеленоглазый парень, бегающий по влажной траве. Роса на лепестках только начинала появляться, как еë сразу сносили длинные ноги, обутые в дорогие, лакированные туфли. Гарри сумасшедший. Кто в здравом уме обует городские туфли на сельскую прогулку? Стайлс сновал из стороны в сторону со своим старым Nikon FM2 98 года. Он искал идеальный кадр, который бы смог распечатать и приклеить в их общий альбом. Каждый раз находя место, луч или трава лежала не так как нужно и всё это ужасно искажало постановку кадра. Кудрявый бурчал себе под нос, пока Луи мирно наблюдал за ним. Томлинсон уже давно поборол сон и теперь лениво рассматривает территорию вокруг себя: зеленая трава блестела из-за капелек чистой росы. Сквозь неё выглядывают цветы всех возможных для климата цветов и размеров. За спиной тишина леса. Ни одного человека, кроме них двоих. Идиллия.       -Чëрт! -восклицает Стайлс, по-щиколотки стоя в луже. Он смотрит в фотоаппарат у себя в руках, -Ничего не получается. Зря мы сюда приехали. Луи тяжело вздыхает и оттолкнувшись от машины, идет к парню. Он бы с радостью вернулся в кровать и продолжил свой сон в обнимку с кудрявым, но знает, что потом всё настроение Гарри испариться на весь день. Подойдя как можно ближе, он выводит Гарри за руки из лужи.       -Попробуй ещё раз, -мягко говорит он, поправляя кудри и встречаясь с изумрудами напротив.       -Я уже везде попробовал, Бу, -он обречено вздыхает, опуская голову вниз. Луи одной рукой берёт лицо Стайлса за подбородок, направляя взгляд на себя. Шатен подходит ближе, цепляясь за толстовку Гарри свободной ладонью.       -Думаю, что ты просто должен посмотреть на всë под другим углом, -Гарри в вопросе поднимает брови, -То есть, ты можешь не тупо фотографировать горизонт и траву, а, к примеру, цветы, камни, насекомых. Стайлс прыскает, прикрыв рот ладонью.       -Лу, прости, но фотографировать камни?       -А что? Попробуй, может понравится. Гарри закатывает глаза, но улыбается. Он начинает снова искать место для съемки и через несколько минут раздаются первые щелчки затвора. Луи самодовольно улыбается, возвращаясь к счастливому парню уже с двумя пледами и термосом. Они расстилают один плед на траву, а в другой укутываются сами. Кудрявый показывает фотографии с тем, как нашел ярко-окрашенную бабочку и сфотографировал её под светом солнца. Луи согласно кивает, разливая горячий чай по кружкам. Гарри располагается между его ног, сдувая пар с кружки и медленно отпивая, при этом не произнося ни слова. Шатен смотрит на восходящее солнце, на порхающих бабочек и затихших сверчков. Покой, который ему удается видеть только в яром желании Гарри сделать снимки. Сам Стайлс утыкает в шею парня нос, бурча себе что-то под нос. Луи с улыбкой ставит подбородок на его макушку, переплетая пальцы и нежно поглаживая большим ладонь Гарри.       -Люблю тебя, -еле слышный шепот раздается в кожу шатена. По голосу парня кажется, что он медленно засыпает. Томлинсон улыбается сам себе, сильнее сжимая ладонь Гарри в своей.       -И я тебя, -мурлычет он, пальцами правой руки зарываясь в волосы на затылке. По-настоящему — идиллия.