Тайна Безмолвного Леса

      Балтор полагал, что в Ледяную тюрьму он больше не вернётся. Однако судьба распорядилась иначе. Ему нужна была армия и магическая сила. За шесть лет заточения он совсем ослаб, а энергии магов из общины сифов не хватило, чтобы восстановить былую мощь. Лоренс шла рядом, сканировала взглядом камеры с заключёнными и говорила отцу, что там внутри. Балтор и сам бы мог это сделать, но ему было лень.       — Мне нужен Читерн, желательно ещё не выживший из ума, — в который раз повторил колдун скорее для себя, чтобы заглушить мысли. В голове навязчиво крутились слова из одной давно позабытой песни, той самой, под которую он познакомился со своей второй любовницей Нэнсуаннетой. «Все беды от женщин, — решил Балтор. — Эстебан должен меня понять. Он ведь из-за своей жены в темнице сидит». Наконец Лоренс дала знак отцу, что они нашли того, кого искали. Убедившись, что вокруг никого нет, Балтор указательным пальцем притронулся к замку. Что-то щёлкнуло, и металлическая дверь отворилась. Совершенно седой бородатый мужчина в очках мирно спал на своей койке и бормотал какие-то извинения сквозь сон. Черты лица у него были приятными, несмотря на измождённый вид. Сразу видно – белый маг.       — Ха, у него хотя бы есть койка, и руки-ноги не подвешены, — Балтор ему даже позавидовал, вспомнив своё состояние в темнице. — Эстебан, — наклонившись, колдун обратился к нему, — Эстебан, вставай, дело есть. Мужчина резко вскочил. Его и без того тревожный сон был нарушен.       — К-кто вы? — промямлил он, спешно поправляя очки.       — Кто я? О, на этот весьма занятный вопрос я могу дать множество ответов. В первую очередь, я любовник твоей жены. Заявление, словно обухом по голове, потрясло Эстебана. Он даже подпрыгнул.       — Это что, шутка? Мы с Нэнси последний раз виделись семь лет назад. Как раз после этого меня отправили в тюрьму за оживление трупов своим эликсиром.       — Так значит это правда? Ну, вот собственно поэтому я и здесь. Отдай мне этот эликсир, Эстебан. Или даже лучше продай. Я плачу любые деньги. Тебе же он всё равно ни к чему.       — Подожди-ка, — Эстебан сощурил серо-зелёные глаза под стёклами. Несмотря на очки, он всё равно плохо видел. — Я вас… тебя знаю! Крейвен? — лицо его исказилось от ужаса.       — О да, Балтор Крейвен собственной персоной. Даже приятно, что я такой известный, и ты меня узнаёшь. Заключённый вдруг замахал руками перед лицом Балтора, будто отбиваясь от мухи.       — Ты-ы-ы! — взвывал он. — Убийца моих детей и моей жизни, вот ты кто!       — Что? — Балтор даже удивился. — Ну нет, я понятия не имею, что с твоими детьми. Даже не знаю, сколько их у тебя. Только старшего пару раз видел, Карл его зовут, кажется? Ну что, как он, здоров ли?       — Он умер пять лет назад. На своей свадьбе. Мне сказали, что его убил Крейвен. «Крейвен? Из всех Крейвенов, помимо меня, в живых остался только этот принц Сагир, если он действительно Крейвен. Но мог ли он убить Карла? Да и зачем ему это?» размышлял Балтор с минуту.       — Это клевета. Я просто физически не мог убить твоего сына, поскольку сам был заключён сюда в это время. Я не трогал ни его, ни кого-либо ещё из твоих отпрысков. Я же не псих, чтобы детей убивать.       — Но своих же ты убил, насколько мне известно. Значит и с другими тоже можешь так поступить.       — Как-нибудь обязательно попробую, раз ты так настаиваешь, — Балтор рассмеялся своим хриплым смехом. — Ладно, старина, ты мне продашь эликсир? Я ведь могу даже не деньгами заплатить.       — А как же?       — Ну, например, я могу помочь тебе сбежать отсюда. Ты ведь хочешь этого, правда?

***       Когда последний урок завершился, Лулианна вновь поднялась на третий этаж к Зельде Соверейн, так как та попросила её зайти к ней. Робко постучавшись, ундина обнаружила, что дверь не заперта, и, толкнув её, вошла в кабинет. Пахло чем-то горелым и очень неприятным. Наверняка у второго курса была практическая работа, где они варили одно из зелий удачи. В учебнике было написано, что это одни из самых неприятных на вкус и запах зелий. Лулианна сморщила нос и крикнула:       — Госпожа Соверейн? Вы просили меня зайти.       Позади неё что-то скрипнуло. Это отворилась дверь, ведущая в лаборантскую. Лулу осторожно заглянула в образовавшуюся щель.       Сущий бардак – вот, что она увидела. Все пробирки и склянки валялись на полу, многие из них были разбиты. Некоторые из них к тому же содержали реактивы, которые всеми цветами радуги растекались по полу и разъедали линолеум. Масса тетрадок и книжек были разбросаны и разорваны. А магические книги хаотично летали по комнате, как атомы в молекулах. Воняло чем-то противным и едким так, что слезились глаза.       «Что здесь произошло?» — ужаснулась Лулу.       Тут она заметила шевеление в дальнем углу лаборантской, и из-под толстого куска клеёнки непонятного предназначения вылетел феникс. Да, та самая птица-феникс, которую все считали исчезнувшим видом вот уже более семи тысяч лет. Феникс посмотрел на девочку очень пристально и взмахнул своими огненными крыльями. От них исходил жар. Девочка протянула было руку, но тут чуткий птичий слух уловил приближающуюся опасность, феникс метнулся к двери и исчез. Всё произошло так быстро, что Лулу и глазом не успела моргнуть.       «Феникс? Да ещё и у нас в школе?»       Внезапно Лулу почувствовала сильный толчок в плечо. Майк!       — Эй, бандитка, если ты не хочешь испытать на себе гнев древнейшей ведьмы, то тебе следует бежать.       — Э… Майк, это ты устроил разгром или что? Я видела кое-что только что. Скажи, ты знаешь про…       — Феникса? Конечно, знаю! Это ж мой друг. Почти все знают про него. Но мало кто видел, как он превращается. Лучше молчи.       — Зачем вы устроили этот беспорядок?       — Принцесска, это уже не твоё дело, ты и так слишком много знаешь. Кстати, — вервольф хитро сощурил свои хищные серые глаза, — помнишь, я говорил тебе про третий закон Ньютона? Ну вот, гляди. Майк быстро оттолкнул от себя девочку, так что та чуть было не упала на разбитые колбы, а сам быстренько выскочил за дверь, хлопнув ею при этом. Спустя мгновение послышались быстрые, но решительные шаги. Зельда распахнула дверь и увидела то, во что превратилась её лаборантская, и Лулианну, стоящую посреди этого разгрома. Безразличный гнев отразился на лице учительницы. Одним волшебным движением руки она подтащила несчастную ундину к себе и прошептала ей в ухо:       — Месяц. Месяц остаётесь после уроков и драите мой класс, столовую и дендрарий. Месяц и без использования магии, Хэтчер. Вы поняли? Если скажете, с кем вы всё это устроили, то вам будет легче, потому что убираться вы будете в компании. Не смотрите на меня так, я прекрасно знаю, что в одиночку вы бы такое не устроили. Слишком уж вы слабы.       — Это Майк. И с ним была птица-феникс.       — Феникс, говорите? У нас в школе да и, возможно, вообще во Вселенной всего один подобный экземпляр. Ох уж этот Элараби. На уроках-то он никогда не трансформируется. Только вопит: «Не понимайт, не понимайт!» А что насчёт Читерна, то тут я даже не удивлена. За всё это время учёбы он поставил на уши всю школу.       — Госпожа Соверейн, я могу идти?       — А я разрешала вам? Когда я говорила, что вы месяц убираетесь, я имела ввиду, что этот месяц начинается прямо сейчас. Тряпку в руки и вперёд. А я пойду ловить этих негодников.