Совершенство с изъянами

      Непроглядный сумрак за приоткрытым окном. Холодный осенний ветерок проникает в комнату по-хозяйски, заставляя зябко поёжиться. Под боком человеческое тепло, помогающее не замёрзнуть вовсе. Джисон тычется носом в грудь Минхо, мирно сопя и причмокивая во сне. А Ли обнимает его, жмёт к себе, будто боится, что тот исчезнет. Парни засиделись до поздней ночи. Они решили поработать над своим проектом, но по итогу были увлечены совсем не им, а друг другом. Обсуждая свою работу, юноши то и дело синхронно замолкали, а после долго и вязко целовались чуть ли не до мозолей на губах. Парни будто пробовали свои чувства на вкус, пытались понять эту непреодолимую тягу. - Сын, мы дома! - раздаётся усталый голос матери из коридора. В этот момент прежде спокойно спящие парни синхронно распахивают глаза. Влипли. Женщина что-то говорит мужу и её голос постепенно приближается к спальне Минхо. Юноша тут же подскакивает, не зная, что делать. Он силком поднимает сонного Хана и умоляюще шипя просит его быстро спрятаться в шкаф, тот ничего не понимает, но делает так как сказано. - Не спишь? - мать без стука заходит в комнату и непонимающе останавливается в проходе. Её сын стоит около шкафа весь красный и зацелованными вусмерть губами. - Ты странно выглядишь... - А, я просто засиделся за учёбой, - нервно-вздрагивающим голосом отвечает Минхо. Волнение грозилось выдать парня с потрохами. - Ладно. Окно закрой. Женщина пару секунд сканирует сына в проходе, пытаясь понять в чём дело. Парень, в свою очередь, строит невозмутимое лицо дабы побыстрее сплавить родительницу куда подальше. Не заметив ничего странного мать разворачивается, готовясь уйти. Но тут случается какой-то грохот в шкафу, на который оборачиваются уже оба. Минхо вспоминает все молитвы, которые знает (ни одной), а женщина стремительно движется к шкафу. Резко распахнув дверцы, она вскрикивает от неожиданности. Хан, которого обнаружили, тоже не прочь бы сейчас заорать. Мать вытаскивает его на середину комнаты, где Ли прячет юношу за своей спиной, готовясь защищать. - Что это, чёрт побери?! - родительница замечает, что оба парня выглядят одинаково растрёпано, с одинаково зацелованными губами. Всё сходится. Женщина хватается за сердце и криком зовёт мужа. - Что тут? - запыхавшийся мужчина залетает в комнату. Родительница эмоционально, с эпитетами и лёгкой драмой повествует супругу о вопиющей ситуации. Отец слушает пыхтя, сжимая руки в кулаки, а Минхо мечется по комнате, натягивает на себя худи и берёт какой-то рюкзачок, а затем и Джисонову ладонь в свою. Пока родители между собой начали выяснять отношения, он тихо шепчет Хану на ухо: “Ничего не бойся, мы уйдём”. - ...Ну, как ты это объяснишь, сын? - мать внезапно кидает ядовитый взгляд на своё чадо, муж следует за ней. - Я не собираюсь объясняться. - Да как ты смеешь! - отец вставляет свои пять копеек, пока вены на шее постепенно вздуваются от злости и негодования. - Что за непотребства ты устроил?! Минхо жмёт к себе Джисона поближе, тот до ужаса напуган. - Если чувства для вас - это непотребства, то и вы тогда не без греха... - юноша боязливо и немного ехидно улыбается, пока отец и мать пытаются осознать, что к чему. Они не любят, когда им что-то не понятно, поэтому злятся больше. - Ты с катушек слетел! Прекращай всё это! Родительница взрывается потоком ругательств, не свойственных для такой “интеллигенции”, которой она пытается себя выставить. На людях женщина манерна и горделива, а на деле пустышка, сделавшая такой мужа и порывавшаяся в сторону родного сына. Погоня за непонятно чем сделала её нервной и дёрганной, а может она такой была всегда... - Мы уходим, - резко выбрасывает Минхо, рвясь к выходу. Его останавливает смачная пощёчина от отца и почти свинячий визг матери. Парень скрипит зубами и старается оградить Хана от всего этого ужаса. Ли пихает родителей в сторону и юркает вместе с юношей в коридор, напяливая летние сланцы и помогая хоть как-то обуться Джисону, затем выскакивает на лестничную клетку. Они наверняка разбудили всех соседей.

***

      Минхо идёт по ледяному асфальту быстро, почти срываясь на бег. За ним молча поспевает Хан, грея ладошку в чужой. Они так и не расцепили руки, так и идут. На лице Ли дико играют желваки после стычки с родителями, а по щекам бесшумно текут тёплые дорожки из слёз. Парень и сам не заметил, что плачет. Джисон под светом уличных фонарей улавливает блеск мокрых капелек и силой останавливает Минхо так, чтобы тот смотрел прямо в глаза. - Чего? - по-детски обиженно бурчит юноша. Он уже злится не на кого-то, а на себя и несётся дальше от проблем по инерции. - Ты... Ты плачешь? - Нет, - утирает влагу с щек рукавом. - Идём. - Куда мы пойдём? Сейчас очень раннее утро... - Хан касается ладошкой чужой скулы, её обладатель тут же льнёт поближе. Удар отца всё ещё горит на ней, а чужое тепло хоть немного, но усмиряет боль. - Есть квартира моего двоюродного брата, она всегда пустует. Я поживу там. - Ты уверен? - Да, пойдём со мной. Хотя бы сегодня, прошу... - новая слезинка скатывается по щеке прямо к руке Джисона. - Ты нужен мне... - Конечно, идём... Хан аккуратно и нежно касается губами губ Минхо. Он успокаивает парня своим теплом, дарит свою заботу и чувства. Ли наконец чувствует себя нужным и выдыхает. “Такой родной...”