Совершенство с изъянами

      Дни летят неумолимо быстро. Вот минул один, за ним следом другой. Зима всё ближе и ближе, на улице всё холоднее и холоднее. И, наконец, каникулы. Это время любимо всеми без исключения. Теперь можно забыть об учёбе на время, остаться наедине со своей ленью или прогулять все выходные с друзьями. Юность требует свободы. Чонин укутался потеплее: тёплый мягкий шарф, несуразные, но очень милые варежки; рюкзачок за спиной, в котором термос с травяным чаем, приятно согревающим спину даже через зимнюю куртку. Парень решил сегодня вытащить Криса погулять, так как друзья пока что заняты самобичеванием на почве того, во что младшего посвящать не собираются. Ну и ладно. Поднимаясь по ступенькам на этаж хёна, юноша чувствует приятный трепет. Осознание того, что сейчас они встретятся и пойдут на прогулку вместе, такое же тёплое, как и напиток за спиной, приготовленный с особой любовью, чтоб согревал наверняка. Звонок в дверь преподавателя. Волнительные секунды в ожидании. Замок щёлкает изнутри. Из квартиры показывается лицо, совсем не похожее на то, которое так нравится Чонину. - Хён? - вопрос больше похож на блеяние барашка. Крис выглядит по-другому. Ужасно уставшее лицо, которое украшают тёмные мешки под поразительно тусклыми глазами. На вид мужчина даже похудел. Парень вздрагивает, видя плачевное состояние старшего. Они не виделись всего три дня... - Нинни, тебе стоит уйти, - голос хёна негромкий, глаза грустные, словно у побитого щенка. - Что случилось? Ты в порядке? Заболел? Младший кидается к мужчине, но тот отстраняется. Это ещё больше пугает Чонина. - Хён, объясни, прошу тебя. - Возвращайся домой, - Крис спешит закрыть дверь, но юноша умело подставляет ногу и не даёт этого сделать. - Я не уйду, пока не объяснишь. - Ладно, мы говорим и прощаемся, - голос дрожит, мужчина, колеблясь, впускает Чонина внутрь. Крис устало плюхается прямо на пол коридора, опираясь на стену. Младший присаживается около. Виснет долгая, гнетущая тишина. - Надо прекращать наше общение, - выпаливает мужчина и тут же жмурится от своих слов. - Почему, в чём причина? Я... Я что-то сделал не так? Ты кого-то встретил? - Чонин зарывается пятернёй в свои волосы. В голове крутятся только маты. - Твои родители, малыш, они всё знают, - нервно прикусывает губы, устремляя взгляд куда-то, лишь бы только не видеть, как юноша рядом старается не разрыдаться. - Я буду работать в другой школе после этих каникул. Это всё... - Хён, нет... - вот-вот и слёзы будут литься через край. - Давай видеться в тайне? Пожалуйста... - На меня лежит заявление в полицию за связь с тобой. Я дал слово, прости меня. Нельзя. Мужчина, собрав остатки сил, обращает взгляд к Чонину, тот почти сжался в крохотный комочек. А слёзы текут сами по себе. Крис заботливо утирает мокрые дорожки, изображая подобие улыбки. Получается плохо - губы скривились в грустную, даже убитую печалью дугу. - Я люблю тебя, хён, - младший смотрит дико блестящими от накопившейся влаги глазами. - Так рано пришлось сказать это... - И я тебя люблю, малыш, прости меня, - мужчина прикасается к губкам-бантикам отчаянно, прощаясь. - Прости, - целует солёные щечки, гладит шею, - тебе пора, - ещё раз. Старший отстраняется и прячет лицо, абсолютно убитое. А Чонин собирает своё ватное тельце и кое-как покидает квартиру. Вот и всё. Юное сердце полно разных чувств, от которых, кажется, может разорваться. Чай в рюкзачке, похоже, совсем остыл....