Желания. Я исполню их все.

–Смотри куда идёшь, мелкая хулиганка! –прозвучал грозный голос таксиста, –Вообще эти дети страх потеряли! Ну да, ну да. Снова во всем виновата я. Вы могли бы и сами следить за дорогой, а не болтать по телефону с очередным собутыльником. Надеюсь, в один день мне хватит смелости всё высказать какому-то такому придурку. А пока я лучше промолчу (как и всегда). И вообще, я кажется опаздываю. О нет, Трэйси меня убьёт. Я нервно глянула на время, отображающееся на дисплее телефона и осознала, что кое-кому надо придумывать оправдание или предсмертную речь. –Тридцать две минуты и пятнадцать секунд, мисс-я-буду-вовремя! –услышала я голос разъярённой подруги.–Я ждала тебя полчаса, хотя могла уже давно дойти до класса сама! –Ну Трэйс, я не виновата. Это всё тот таксист! –взмолила я. –В прошлый раз был кондитер, –подметила она, поправив оправу очков на своём носу, –почему это постоянно случается именно с тобой? –Задаюсь этим вопросом уже семнадцать лет — ответ так и не найден, –весело пролепетала я. Несмотря на всё недовольство Трэйси, она улыбнулась и произнесла: –Так, хватит разговоров. Мы всё-таки опаздываем. Пойдём. Она потянула меня за руку и мы вместе пошагали в сторону школы.

***

      Я бросила свой рюкзак возле парты, достала тетрадь и карандаш. К сожалению у нас с Трэйси первые уроки различались. Я в этом году выбрала психологию, а она искусство. Последнее время моя подруга очень много времени проводит за холстом и у неё получаются отнюдь неплохие работы. Мне кажется, что её сердце буквально составлено из палитры, кисточек и краски. Видя, как её глаза горят при одном лишь упоминание рисования, я не могу не порадоваться за Трэйс. Она нашла то, что ей по-настоящему нравится. Это круто. Я надеюсь, что в будущем она продолжит рисовать и творить прекрасное. Такие личности как она просто не предназначены для работы в офисе или что-то типа того. Я тоже считаю, что подписывать бумажки и составлять отчёты — не моё. Но в отличие от своей подруги я пока что не нашла своего призвания. У многих в моём возрасте начинается депрессия из-за такой неопределенности, но я стараюсь об этом не думать. Проблем и так хватает. Кстати, о таланте и признаниях. Это было темой нашего прошлого урока. Мистер Хэммирсон, наш учитель, сказал, что не стоит переживать и надо пробовать себя в разных сферах — когда-нибудь найдётся та самая, от которой наше сердце начнёт трепетать. А что если устал пробовать? Лично я считаю половину всего того, что он нам говорит — бредом. По-сути записалась я только из-за того, что на психологии особо нагружать себя не надо. К тому же моих родителей устраивает то, что я «интересуюсь» такой важной наукой. «Это очень хороший вклад в моё будущее. Психология сможет обеспечить мне жизнь…» и бла-бла-бла. –Здравсвуйте, дети–в класс зашёл учитель, –Как у вас дела? Как прошли выходные? Услышав пару позитивных ответов, мистер Хэммирсон продолжил: –Надеюсь, у всех всё хорошо. И так, сегодняшняя тема — «Желания», –он написал слово на доске и развернулся ко всем лицом.–что вы понимаете под данным термином? Девушка, сидящая справа от меня (кажется её звали Элизабет, я не запоминала имена), подняла руку. –Да, мисс Трэйнер, –заметил её учитель. –Желания это то, чего мы хотим больше всего на свете. Это может быть как чем-то реальным, так и придуманным. –Благодарю за ответ. Всё верно, но Вы забыли добавить, что желания в каком-то смысле заставляют нас совершать определённые действия, как хорошие, так и плохие. Желания можно сравнить с целями или мечтами. Иногда мы этого хотим достичь, иногда это остаётся чем-то тайным, живущим глубоко в нас. У меня для вас всех очень интересное задание: каждый по цепочке должен поделиться одним из своих желаний. Я начну. Я очень сильно хочу завести йоркширского терьера. Необычно для такого как я — психолога с двумя высшими образованиями? — мистер Хэммирсон ласково улыбнулся, –Вы ни в коем случае не должны стесняться своих желаний. Хотеть чего-то, даже как вам может показаться глупого — совершенно нормально. И никто не имеет права упрекнуть вас в этом. Ну что, давайте продолжим делиться частичками себя, –он хлопнул в ладоши и перевёл взгляд на первый ряд, за котором сидело около шести учеников.