-Ведь ты особенная.

Месяц спустя. В штабе, как никогда, кипела жизнь. Всюду слышались разговоры, всюду семенили зелёные плащи. Полным ходом шла подготовка к операции, которая должна была выманить остальных людей-титанов. Об этом знали лишь те, кто находился в Разведкорпусе больше пяти лет. Находились до того, как Бронированный и Колоссальный первый раз пробили Марию. Для новобранцев же, это была обычная, так сказать пробная, вылазка за стену. Никто из них даже и не подозревал о том, в какую паутину стратегических ходов, продуманных Эрвином, они попадут едва покинув стену. Уже завтра. Весь месяц новобранцы тренировались под руководством Леви, и изучали титанов под покровительством Ханджи. Зое все это время находилась в штабе, каждый день проводя какие-то эксперименты над Эреном. На одном из них ей удалось выяснить, что Йегер не может превратиться в титана просто так, по желанию. И даже то, что он до кости прокусывает собственную руку, что служило неопровержимым катализатором к превращению, не имело никакого значения, пока у Эрена не было явной цели. Мы так и не разговаривали с того дня в темнице. Мы игнорировали друг друга, словно не были знакомы. И хотя наша связь никуда не исчезла, и мы чувствовали каждое изменение в головах друг друга, снаружи мы были словно чужими друг другу. Было проблематично объяснить Жану, почему это произошло. Эрен знал, что я многое недоговариваю, но никогда не шантажировал меня этим, за что я ему безмерно благодарна. Леви безвылазно погряз в бумажной работе. Вечера напролёт мы сидели в его кабинете и заполоняли бесчисленные отчёты по предстоявшей операции. С каждым днём он становился все более чутким к моему состоянию, но о беременности даже не упоминал. Я уже смирилась с этим и была благодарна ему просто за то, что он всегда был рядом. Как и Жан. Который, кстати, до сих пор не знал о ребёнке. При каждом удобном случае, я наблюдала за Райнером и Бертольдом. При каждом удобном моменте, я осторожно провоцировала их, стараясь сделать так, чтобы рано или поздно они совершили ошибку. Дали мне повод. Бертольд сохранял относительное спокойствие каждый раз, когда я упоминала Марко. Чего не сказать о Райнере. Блондин был более подвержен влиянию. Со временем мне начинало казаться, что в теле Райнера живут два разных человека. Выглядело, честно признаться, жутковато. Он с такой искренней скорбью в глаза говорил о Бодте, что мне становилось не по себе. Как может человек, который собственными руками оставил друга погибать в пасти титана, выглядеть… так жалко? Так, будто он всепоглощающе опечален такой трагической смертью. Рано или поздно, именно Браун совершит ошибку. Криста и Имир тоже не оставались без моего внимания. Я все ещё не могла понять, кто из этих двух девушек был очередным вражеским Основателем. Казалось бы, что я могу просто подойти и дотронуться до каждой. Да, могу. Но я не знаю, как это скажется на ребёнке. И почувствует ли враг меня в ответ. Риск слишком велик. Оставалось только наблюдать. Я часто общалась с Армином Арлертом. С парнем, на чьих плечах была поразительно светлая голова. Я искренне верила, что если я бы задала ему верное направление для размышлений, он бы без проблем догадался о том, что среди них затаился враг. И не один. Но ещё не время. -В целом все в норме,- сообщил мне Кайл, поворачиваясь к своему столу,- только есть одно но.. Я сидела на больничной койке нашего лазарета, позволяя Хиллу осмотреть меня. Я бываю у него пару раз в неделю, чтобы он мог отследить динамику моего состояния. -Одно но?- я вяло потянулась, пытаясь размять затёкшие мышцы. -Твой пульс,- он снова повернулся ко мне и впился в мое лицо настороженным взглядом.- Нервничаешь? Нервничаю ли я? Я нервно усмехнулась. Конечно. Операция уже завтра. Все дорогие мне люди завтра отправятся за стены рисковать собственными жизнями ради плана Эрвина. Я не находила себе места от плохого предчувствия, что зрело где-то глубоко внутри. -Это из-за завтрашнего дня?- осторожно поинтересовался Кайл. Я лишь слабо кивнула. Хилл устало вздохнул и опустился рядом со мной на кушетку. -Эшли, ты же знаешь, тебе нельзя нервничать, это плохо сказывается на развитии ребёнка,- он на секунду замялся,- кстати, завтра будет ровно месяц с того дня, как… -Я знаю,- перебила я его,- знаю.. Пару минут мы сидели молча, разглядывая каменный пол под ногами. -В любом случае,- Кайл резко поднялся и направился к своему столу,- тебе не о чем волноваться. В конце концов, это же просто тренировочная вылазка для новобранцев. Риски минимальны,- он опустился на стул,- тем более с ними будет капитан Леви. Не зря же он сильнейший воин человечества, правда? Я закатила глаза. Ещё один. Не желая развязывать долгую дискуссию про ярлыки, которые общество так любит вешать на других людей, я лишь опустила глаза и промолчала. «Просто тренировочная вылазка для новобранцев». Ах, знал бы ты, Кайл.. -На всякий случай я приготовлю для тебя травяной настой. Поможет успокоить нервы. -Спасибо,- буркнула я, поднимаясь на ноги.- Подожду в холле. Хилл утвердительно промычав, направился в подсобку, где хранил лекарственные травы и другие медикаменты. Я закрыла за собой дверь лазарета и посмотрела в окно, что было напротив. Во внутреннем дворе сновали зелёные плащи. Среди этой массы я с легкостью разглядела Эрена, Леви и скачущую от нетерпения Ханджи. Она что-то активно рассказывала Йегеру, в то время как он стоял чуть сгорбившись, как будто на него сверху что-то давило. Бледное лицо повернулось в сторону окна, у которого я стояла. Леви точно знал, откуда на него смотрят. Я вяло улыбнулась ему. Ни один мускул не дрогнул на его лице. Он был крайне недоволен тем, что завтра с ним за стену выйдет такое количество новобранцев. Он не терпел лишних смертей. А сколько ребят завтра погибнет… я боялась и представить. -Снова прохлаждаешься?- раздался голос позади меня. Обернувшись, я увидела Жана, облокотившегося на стену рядом с дверью в лазарет. -Завидуешь?- я подмигнула ему. Кирштейн закатил глаза, в то время как его губы медленно растягивались в тёплой улыбке. Резко дверь открылась, и из неё показался Хилл. -Вот, просто выпьешь на ночь и тебе сразу станет спокойнее,- затараторил он,- можешь не волноваться, он совершенно безопасен для ребёнка, так что… Кайл замолчал, видя как мое лицо бледнеет, а глаза расширяются в немом ужасе. -Эй, все в поря… -Для какого ребёнка?- подал голос Жан, которого Хилл, конечно же, не заметил из-за двери. Повисло гробовое молчание. Я уставилась на Жана, не в силах вымолвить ни слова. Кирштейн, в свою очередь, смотрел на меня с настороженностью. Клянусь, я видела в его глазах, как до него медленно доходил смысл сказанного. Его взгляд опустился в район моего живота. Рот слегка приоткрылся. Кайл все это время, метался взглядом от меня к Жану, понимая, что наделал. Конечно, его вины не было, он не специально сделал это. Но я не нашла в себе сил оторвать взгляд от Кирштейна, чтобы успокоить Хилла. Чуть помешкавшись, он молниеносно скрылся за дверью лазарета, оставляя нас с Жаном наедине. -Ты..,- бормотал он. -Да. Он бегал глазами по моему телу, пытаясь разглядеть хотя бы какой-то признак, намёк. -Третий,- ответила я на его немой вопрос,- ещё не видно. -Он,- Жан слегка замешкался,- капитана Леви? -Нет,- я опечалено опустила взгляд в пол, всеми силами стараясь не рассмеяться,- это… Дот Пиксис… он…. Кирштейн отшатнулся к стене не веря своим ушам. -Что «он», Эшли? - его губы почти не двигались, словно онемели. Нет. Больше не могу. Я прыснула, заполняя пространство пустого коридора своим истеричным смехом. Жан смотрел на меня, словно на умалишённую. Все ещё широко раскрыв глаза, он пролепетал: -Ты..почему не рассказала? Казалось, что моя попытка разрядить обстановку нелепой шуткой прошла мимо его ушей. -Как-то… ну… времени не было,- виновато пробормотала я, осознавая какой бред говорю. -Времени не было?- Жан резко оторвался от стены и за пару шагов преодолел разделяющее нас расстояние. На секунду я почувствовала страх. Мне казалось, что он причинит мне боль. Не только мне, но и ребёнку. Я инстинктивно скрестила руки на животе и отступила на два шага назад. Длинные, крепкие руки схватили меня в объятия. Я уткнулась лицом в грудь Жана. -Черт, Эшли,- бормотал он в куда-то мне в макушку,- я даже не знаю, что сказать. Поздравляю? Это слово резануло мои уши, словно ножом. С чем он поздравлял меня? С тем, что я рожу ребёнка в мир, наполненный титанами? С тем, что один из его родителей мог умереть в любое время? С тем, что его мать покинет его навсегда, оставляя с отцом, который даже не хочет его? Мерзкие мысли гудели в моей голове. Ведь Жан ничего обо мне не знал. О моем прошлом. Он лишь поздравлял меня с событием, которому каждая девушка была бы рада. Ведь для него я обычная девчонка. Не Титан Прародитель. Я обхватила его руками, скрещивая их за его спиной. Рядом с Жаном все казалось таким простым и лёгким. -Спасибо,- пробормотала я. -Кирштейн. Слева от нас прозвучал ледяной голос Леви. Жан медленно повернул голову в сторону источника звука. Увидев Аккермана, облокотившегося плечом на стену, и явно недовольного, он замер. Но объятия не разжал. -Тебе нужно отдельное приглашение на тренировку? Или ты готов сдохнуть завтра за стенами? - цедя каждое слово, спросил Леви. -Нет, сэр,- ответил Жан, медленно опуская руки. Я, замерев, внимательно наблюдала за реакцией Аккермана на увиденное. Но больше меня поразил Кирштейн. Он даже не дрогнул под тяжёлым взглядом Леви. Хотя остальные новобранцы буквально съёживались под напором серых глаз. Жан был спокоен, как никогда. -Тогда почему ты все ещё здесь?- Аккерман не сводил с него взгляда ни на секунду. -Простите, сэр, только что узнал радостную новость. Поздравляю с тем, что Вы скоро станете отцом. Ошибка. Сзади послышался удивленный вздох. Обернувшись, я увидела Петру Рал, замершую на месте. Янтарные глаза были неестественно большими от удивления. Сердце пропустило пару ударов. Я медленно перевела взгляд на Леви и застыла. Под острыми скулами ходили желваки. -Жан,- прошептала я,- не надо. Кирштейн удивленно посмотрел на меня, потом снова на Аккермана. В воздухе повисло настолько ощутимое напряжение, что его можно было резать ножом. Я чувствовала себя зажатой меж двух огней. -Рал, ты куда-то шла?- холодно бросил Леви оцепеневшей разведчице. -Я…- ее голос дрожал. Я не оборачивалась на неё. Все ещё смотря в сторону Аккермана, я услышала быстро удаляющиеся шаги. Серые глаза снова устремились на Жана. -Держи рот на замке. Живо на полигон. Не сказав больше ни слова, Леви развернулся и ушёл прочь. -Какого хрена это было?- в недоумении спросил Кирштейн. Кажется, впервые за две минуты, я смогла вздохнуть полной грудью. Голова слегка закружилась от резко поступившего кислорода. -Тебе лучше идти,- пробормотала я. -Я найду тебя после ужина, нам есть что обсудить,- он провёл большим пальцем по моей щеке прежде чем развернуться и уйти. Остаток дня пролетел незаметно. Пустующую столовую постепенно заполняли встревоженные разведчики. Обычный для таких вечеров шум разговоров и смеха сегодня сменился на пронизывающую до костей ледяную тишину. Каждый думал о своём. Но в то же время все думали о предстоящей операции. Активный стук ложек и звон стаканов сегодня был вялым, еле слышным. Изредка раздавались лишь тяжелые вздохи и короткие перешёптывания. Вошедший в столовую Леви, как обычно не проронив ни слова, уселся во главе стола, не удостоив никого даже взглядом. Напряжение достигло своего предела. Помещение окутала звенящая тишина, в которой было слышно лишь потрескивание пламени в лампе, висящей над столом. Отхлебнув из чашки, Аккерман поднял усталый взгляд на замерших разведчиков. -Многие из вас завтра не вернутся в эти стены,- вполголоса проговорил он. Кто-то справа от меня судорожно вздохнул. Осуждаю ли я то, как он начал свою речь? Нет. Абсолютно. Это лишь горькая правда, что ядом скопилась у каждого на губах. Но никто не находил в себе смелости произнести это вслух. -А те, кто вернутся,- продолжил Леви,- никогда больше не смогут воспринимать жизнь такой, какой воспринимали до этого. Затаив дыхание все прислушивались к тому, что говорил им сам сильнейший воин человечества. -Вступление в Разведкорпус - полностью ваш выбор. Кто-то принял это решение взвешенно и обдуманно, а кто-то нет. Но все это больше не имеет никакого значения. Вы все здесь. Вы теперь разведчики. Ваша главная цель - не умереть просто так. Он замолчал, оглядывая всех присутствующих. -Выезжаем завтра в 8 утра. Всем, кроме Элитного отряда и Эрена - разойтись. Новобранцы поспешили освободить помещение. Проходящий мимо меня Жан шепнул мне на ухо: -Встретимся через 15 минут у конюшни. Это не ускользнуло от Аккермана. Он холодно посмотрел на то, как рука Кирштейна опустилась на мое плечо. Когда в столовой остались лишь я, Леви, Эрен, Эрд, Гюнтер и Оруо, Аккерман спросил: -Где Петра? -Она сказала, что неважно себя чувствует, сэр,- тут же отчитался Джин,- позвать ее? -Нет, я зайду к ней позже,- ответил Леви. Мое сердце слегка ёкнуло. Разбушевавшиеся из-за беременности гормоны заставили меня чувствовать себя виноватой. Я сглотнула неприятный ком, подкативший к горлу. -Что бы завтра не случилось,- Леви обращался к оставшимся разведчикам,- ни на шаг не отходите от Эрена. Ваша личная и главная задача - его защита. Любой ценой. -Есть,- хором отозвались ребята. Я кинула беглый взгляд на Йегера, сидевшего прямо напротив меня. Внутри меня все сжалось от чувства тревоги, что зрело внутри него. -Выспитесь сегодня,- кинул Аккерман, поднимаясь из-за стола,- любая ваша невнимательность завтра - унесёт десятки жизней этих сопляков. Он развернулся и покинул столовую. Все присутствующие остались сидеть на своих местах. -Хрень какая-то,- недовольно воскликнул Оруо,- он и майор Ханджи явно недоговаривают чего-то. -Брось, Боззард,- рявкнул Эрд,- мы должны верить в нашего капитана. Цокнув языком, Оруо поднялся и поспешил вслед за Леви, растворяясь во мраке тёмного коридора. -Идём,- буркнул Гюнтер. Спустя мгновение в столовой остались лишь я и Эрен. Мы молча глядели на стол, что был перед нами. Так много хотелось сказать друг другу, но слова никак не могли вырваться из сжатых губ. -Я уверен, что ты знаешь настоящую цель завтрашней операции,- он прервал затянувшееся молчание,- тоже не расскажешь? -Ты же знаешь, я не могу,- пролепетала я. -Я так и думал,- кинул он, шумно отодвигая стул на котором сидел. -Эрен!- я бросилась вслед за ним. Он остановился в дверном проёме. -Не отталкивай меня,- я обняла его со спины, зарывшись носом в футболку,- не отталкивай. Он тяжело вздохнул и повернулся ко мне лицом. -Ответь честно,- его голос снизился до шепота. Я подняла взгляд, встречаясь им с бирюзовыми глазами, что казались на тон темнее из-за тревоги, что плескалась где-то на дне. -Почему ты не можешь рассказать то, что знаешь обо мне? Я застыла, не зная, что должна ответить. Вдруг что-то щелкнуло у моего уха. Словно кто-то стоял за моей спиной и нашёптывал то, что мои губы бессознательно ответили Эрену: -Время ещё не пришло. Ты должен узнать об этом не от меня. Я съёжилась. Что это за чувство? -Эшли,- он двумя пальцами поднял мой подбородок, встречаясь со мной взглядом,- я могу доверять тебе? Я молча кивнула. Мы молча смотрели друг на друга. Его лицо было максимально расслабленным, спокойным. Он смотрел мне в глаза, но видел мою душу. Связь, которая ослабла за последний месяц, словно электрическим разрядом наполнила каждую клеточку моего тела. Словно с новой силой открылась нам, словно стала ещё прочнее, чем раньше. -Ты тоже почувствовала?- ошарашено спросил Эрен. -Да,- прошептала я. Он оценивающе оглядел мое лицо, словно впервые видел меня. -Ты изменилась,- прошептал он. Его взгляд скользнул между нами, останавливаясь на моем животе. Я молчала, выжидающе наблюдая за его действиями. -Что это за чувство?- спросил он то ли у меня, то ли у себя самого. Я почувствовала, как по щеке скатилась слеза. -У меня будет ребёнок,- не в силах сдержать дрожащую улыбку прошептала я. Его глаза распахнулись, а брови поползли вверх. Рука, все ещё державшая мой подбородок, медленно опустилась вниз. -Можно?- спросил Эрен. Поджав губы, я кивнула. Тёплая ладонь Йегера легла на мой живот. Внутри все перевернулось. Меня переполнила теплота и нежность. -Давно?- ошарашено спросил он, не отводя взгляда от своей руки. -Третий месяц. Он глубоко вздохнул, поднимая глаза обратно к моему лицу. Слова были не нужны. Я чувствовала его. Снова. Он крепко обнял меня, прижимая мою голову к своей груди. Я зарыдала. Облегчение накрыло меня с головой. Мы снова были вместе. Снова рядом. Мы простояли так ещё некоторое время, словно пытаясь восполнить весь тот месяц, что упрямо избегали друг друга. -Кхм, кхм. Сзади выросла темная высокая фигура Жана. -Помирились значит?- ухмыляясь спросил он,- ну и славно. А то развели детский сад. Так и не скажете, почему ругались? -Не твоё дело, лошадиная морда,- выплюнул Эрен, выпуская меня из объятий. Жан демонстративно схватился за сердце: -Ох, слава Разведкорпусу, теперь точно все как в старые добрые. Протяжный смех трёх друзей, которые вновь были вместе, разнесся по пустой столовой. Мы сидели на крыше конюшни до полуночи, обсуждая то, что упустили за целый месяц. -Жуть,- буркнул Жан, услышав рассказ о реакции Леви на беременность,- и как ты это приняла? Это же ужасно. Я пожала плечами: -Я не виню его. У Леви свои причины реагировать так. Главное, что он рядом. Большего мне не нужно. -Да если бы я знал, я бы надрал ему.. -Я настоятельно рекомендую тебе не заканчивать это предложение,- прошипел Эрен, озираясь по сторонам. -Нет, а что.. Они начали спорить друг с другом, а я лишь молча наблюдала, не в силах скрыть улыбку. Я так скучала по обоим. Омрачало эту идиллию лишь одно. -Не смейте сдохнуть завтра,- я прервала их горячую дискуссию. Две пары глаз изумлённо уставились на меня. -Это ты лучше говори этому гребаному Смертнику,- важно выплюнул Жан,- я то просто так умирать не собираюсь. -Что-то лошади разоржались,- Эрен демонстративно поднёс ладонь к своему уху, оттопыривая его, чтобы «лучше слышать». -Ах ты… *** Максимально тихо прикрыв за собой деревянную дверь, я на цыпочках направилась в спальню, боясь разбудить Аккермана. Уставившись на пустующую кровать, я замерла в дверном проёме. Обернувшись на диван, что стоял справа от входа, я увидела его. Леви не моргая смотрел куда-то перед собой, глубоко задумавшись о чём-то. Мы не разговаривали с того случая у лазарета. Интересно, зол ли он? -Иди сюда,- вполголоса пробормотал он. Ни секунды не раздумывая, я направилась в его сторону, усаживаясь рядом. -Как Петра?- осторожно поинтересовалась я. -Тебя правда это волнует?-устало ответил он. Правда? -При мне виду не подала, что что-то не так,- не дожидаясь ответа на свой, видимо, риторический вопрос, сказал Леви,- что касается того, что она услышала, то я попросил ее не распространяться. -Понятно,- выдохнула я. Отношения с Рал так и не наладились с того дня на кухне. Я твёрдо решила для себя, что хочу прекратить этот цирк. Но соваться к ней сегодня не было бы правильным. Поговорю с ней как только они вернутся с операции. -Прости за Жана,- пробормотала я. Леви лениво повернул голову в мою сторону. -За что ты извиняешься? -Ну,- я замялась,- за то что он… поздравил тебя.. -Сама себя слышишь со стороны? -Прости,- я опустила голову поняв, что говорю какую-то чушь. Мы продолжили сидеть в полной тишине. -Я помирилась с Эреном. -Я знаю. -Откуда? -Видел вас в окно,- пояснил Аккерман. -Понятно. -Рассказала ему? -Он сам почувствовал,- пробормотала я, вспоминая то чувство, что щекотало меня изнутри, когда Йегер положил руку на мой живот. Интересно, что бы я чувствовала, если бы это сделал Леви? Чувство было бы таким же? Или сильнее? -Осмотр завтра?- вдруг спросил он. -Да. Да, завтра будет ровно месяц с того дня, как меня осматривали врачи в эвакуационном лазарете. Завтра я узнаю жив мой ребёнок или нет. Почему-то я была уверена, что все хорошо. Не знаю, как это объяснить. Просто интуиция. Но страшно от этого было не меньше. -Будет сюрприз к моему возвращению?- вопрос прозвучал слегка напряжённо, даже раздраженно. Прежде чем я успела подумать, мой рот открылся сам: -А что для тебя будет лучшим исходом? Хотя не отвечай, глупый вопрос. Леви устало откинул голову на спинку дивана. -И правда глупый. Хоть я и говорила всем, и сама себе, что его реакция меня ничуть не трогает, эти слова словно разожгли пожар во мне. Не знаю, зачем я вообще завела этот разговор. Не самое уместное время, учитывая то, через что ему завтра предстоит пройти. Я резко встала, и уже сделала шаг в сторону кровати, чтобы избежать дальнейшего разговора, как на моем запястье сцепились холодные пальцы.