Неправильный

      Антон сидит на своей кровати и слушает возмущения своего друга по телефону — Так эта ведьма заорала же на меня. Ты представляешь? Мол, задание не выполнено. Ещё и указывает постоянно на то, что я отличник. Если я отличник, это значит я не имею право на отдых, на ошибки и прочее. Эти тупые преподаватели мне скоро кровь свернут, Шаст. Ну это же невозможно. — по голосу Позова было слышно, насколько он недоволен. — Поз, ну ты же знаешь, все наши преподаватели в основном бабульки и дедульки, поколение совка. В их время такого не было, раньше было лучше, а сейчас дети портиться начали. — Шастун начал пародировать старческий голос. — Да, наверное ты прав. Они просто дряхлые старики с шизой. Боже, как я устал от этого. — Понимаю, друг. Но ты же Димка Позов, ты справишься. Я верю в тебя. По итогу ты станешь классным стоматологом, вот увидишь.       Конечно, и у такого целеустремленного парня были неудачи, падения, желание опустить руки, но с этим ему всегда помогал справляться Шастун.       Шастун всегда был рядом, вселял в друга уверенность, поддерживал его как мог. Он искренне радовался за каждую маленькую победу Димы, и сам парень это чувствовал. Антон был готов отдать всю свою бешенную энергию Позову, лишь бы тот не сдавался. — Спасибо, Шаст. Ты представить не можешь, как твои слова важны для меня. — можно было с уверенностью сказать, что на лице Димы заиграла широкая улыбка, хоть Антон и не видел этого. — Кстати, ты вчера долго не отвечал. Что-то случилось?       Этого вопроса Шастун боялся больше всего. Он не знал, как рассказать другу о том, что произошло вчера. Он и так однажды шокировал его, когда признался в том, что ему нравятся альфы, а что будет теперь, он боялся представить. Никто, даже Ира, не знали об его отношениях с Эдом. Рассказывать об этом было, кажется, страшнее, чем о том, что омеги его не привлекают. Но и врать другу не хотелось. — Ой, знаешь, там многое произошло. — Антон нервно сжимал ткань своей футболки, — Я не думаю, что это телефонный разговор. Давай в колледже это обсудим? — Ну, хорошо… — в голосе Позова было слышно волнение и некая неуверенность.

***

— Что ты сделал?! Что блять?! Ты сейчас серьёзно? — Матвиенко гневно дёргал руками. — Не ори, Серый. Я серьёзно. — нахмурился Попов. — Ты вообще понимаешь, что ты, сука, натворил? — Серёжа перестал кричать, но возмущения в его голосе не убавилось. — Да я не знал, что творю. Всё получилось неожиданно. — пытался оправдаться Арсений. — То есть, ты подрочил своему соседу и хочешь сказать, что просто не ведал что творил? Ты в своём уме, Попов? Кто в эту чушь поверит? — Пойми, Серёж, я правда тогда мало соображал. Там и алкоголь сыграл роль, и ролик, который мы смотреть начали и сам Антон… — брюнету стало неловко. — Ты говорил, что Шастуну нравятся альфы, но чтобы ты на них западал, этого я не ожидал. — Да не западал я ни на кого. Просто мне было интересно, как это с альфой. Ну и атмосфера с водкой своё сыграли… — Не спихивай всё на алкашку и духов другого мира. Если бы ты не хотел, не полез бы. — Матвиенко устало потёр переносицу. — А как ты узнал, что он альф предпочитает? — Я однажды случайно подслушал его разговор с Выграновским. Они похоже договаривались о встрече, а Эд попросил Шаста купить презервативы и смазку. А раньше я замечал, что Антон может прийти домой, и у него будто смешение запаха с другим альфой. Думаю, что вчерашний его вид связан с Выграновским. У них что-то случилось или он обидел Тошу. — Теперь ты переживаешь за него и его отношения? — Ну я уж точно не мог остаться в стороне, когда Антон был так подавлен. Ты бы видел его под этим дождем, жесть. — Ну да, ты-то точно в стороне не остался. — Серый не смог не пустить смешок. — Ты вообще что делать собираешься? С ним ведь поговорить как-то надо. Не оставлять же это просто так. — На самом деле, я надеюсь, что тогда он был пьян настолько, что просто ничего не вспомнит. Антон вчера почти сразу уснул, после произошедшего. — Думаю ты сразу поймёшь по его поведению, помнит он или нет. — Да, Серый, думаю ты прав…       После разговора с другом, Арсений плюхнулся на свою кровать. Он закрыл глаза, а в голове начался монолог с самим собой. «Серёга прав, надо поговорить. Хотя он был довольно пьян, может и не помнит ничего… Как же я на это надеюсь, боже. И вот что же меня чёрт дёрнул, чего полез? А теперь стыдно пиздец. Ладно если бы он не был моим соседом, а так вообще срам. Он же меня наверное как друга воспринимал, да мы и есть друзья, а я такое учудил. Вот же дурень»       Вся личность, весь образ жизни, абсолютно всё показывало, что Попов обожает внимание омег. Практически ни один человек не отказал ему в свидании. Конечно, все принимали Арсения как ужасного бабника, но было ли это так? По сути, у него не было никаких серьёзных отношений, а просто развлечения на день. Омеги же были не против такой игры Попова и с радостью принимали в ней активное участие.       Но Попов был таким же смертным, как и все остальные, поэтому чистая невинная любовь ему тоже была не чужда.       Однажды, лет в девять, а может десять, он познакомился с одним мальчиком со двора. Этого паренька звали Женя, и дети его недолюбливали. Они часто пытались избить его, забирали его игрушки, обзывали. Как-то раз, Арсений заступился за него, и они смогли познакомиться поближе.       Женя оказался весьма весёлым парнишкой, правда зашуганным. Попову нравилось общаться с мальчиком, и с тех пор они начали дружить. Арс защищал его от обидчиков, а Женя проявлял всяческую заботу. Часто клеил пластыри на ранки друга, промывал и обрабатывал царапины, а потом поил чаем с чем-нибудь сладким в знак благодарности.       Именно тогда Арсений почувствовал первые бабочки в животе, первое чувство любви. Он хотел заботиться о Жене, защищать и никогда не выпускать из своих объятий. Попов в отличие от своего друга, открыто говорил «я тебя люблю». Женя тогда сильно смущался, краснел и отводил свои большие карие глаза. — Я тебя тоже, Арсюш. Но нам нельзя любить друг друга. — слышал Арс каждый раз.       Когда он пытался узнать, почему же, Женя не отвечал.       Через года три, а может немного больше, маленького Попова увезли в другой город. Всё потому, что его родители сменили работу, и мальчики расстались на долгое время.       Но однажды, им удалось встретиться. Через пару лет Женя приехал в Омск к каким-то родственникам, которые остались там жить.       Тогда Арсений увидел не своего любимого, кучерявого, лопоухого Женьку, а высокого, привлекательного и статного Евгения. Парень за это ничтожное время изменился настолько сильно, что его было просто невозможно узнать. Но кроме внешности поменялось ещё кое-что…       Арс в детстве никогда не задумывался над вторичным полом Жени. Запаха особого от него не исходило. Да и Попову младшему тогда было не особо интересно, кем является его маленький мальчик. А оказалось, мальчик-то альфа.       Сказать, что Арсений был в шоке, ничего не сказать. Он удивленно смотрел на высокого Евгения и не верил самому себе.       С момента их последней встречи прошло не так уж и много времени. Поэтому, брюнет неожиданно вспомнил свою первую любовь, а его нутро встрепенулось. Казалось, судьба сыграла с ними злую шутку.       Вспоминая все это, Арсений всерьез задумался над словами Матвиенко о том, что ему могут нравится альфы. Ведь по сути, он любил альфу в своём детстве, а теперь у него было некое влечение к Антону.       Хотя, ему предпочтительнее называть это интересом. Возможно, ему просто надоели однообразные романы с омегами и мозг решил переключиться на что-то новое? А может Арсений себя просто оправдывает.

***

      У Антона горят щёки со стыда, а ладони жутко вспотели. Только что он рассказал Ире и Диме о случившимся. Он рассказал абсолютно всё: начиная от ссоры с Выграновским, заканчивая выходкой Попова.       Кузнецова сидела рядом с Шастуном на лавочке, смотря на него глазами, полными удивления. Позов же стоял рядом и размахивал руками. — То есть как, блять, чуть не изнасиловал?! Ёбаный в рот! Да я этому мудаку татуированному весь придаток оторву, ещё и специально инфекцию занесу, пусть у него сгниет всё! Чтобы он, сука, головой об шкаф убился! — лицо парня стало ярко-красным от гнева. — Димочка, не кричи. А вдруг кто услышит? Угомонись… — Ира начала успокаивать друга. — Пусть! Пусть услышат. Услышат, а мы на него заяву накатаем в полицию и всё. Чтобы ему хотя бы штраф дали. — не унимался Позов. — Во-первых, он его не изнасиловал, а домогался, а за это ему ничего не сделают, да и доказать мы ничего не сможем. Тем более, сам Антон не хочет расправы над ним. — Кузнецова держала руку Шастуна в знак поддержки.       Парень и вправду не хотел как-то наказывать Эда и уж тем более заявлять на него в полицию. Выграновский в тот день напился и вёл себя очень истерично. Он сам остановил себя и дал Антону уйти. Шастун решил, что просто обойдётся разрывом какой-либо связи с этим человеком. — Пиздец… — Дима замолчал и устало сел рядом с Антоном. — А что у тебя тогда с Арсением? — тихо спрашивает Ира. — Я уже не знаю… Я думал мы хорошие соседи, друзья, а тут такое. Попов, он ведь прям, ну альфач. Обожает внимание омег, любит их тела и всё, что с ними связано. Я ведь вообще не подхожу под тот типаж, чтобы он ко мне интерес какой-то испытывал, но видимо я ошибаюсь. — промямлил парень. — А он сам тебе нравится? — Ну… Я не знаю… По сути, в романтическом плане мне давно никто не нравился. У меня был только Выграновский, с которым я был в свободных отношениях. Вот и всё. — Мне кажется, Эд чувствовал к тебе что-то больше, но испугался этого. Хотя это его вообще никак не оправдывает… Тебе стоит везде его заблокировать и не видеться, а вот с Арсением поговорить. — Да, Ир. Ты как всегда права. — Антон поднял уголки губ в подобие улыбки.       Шастун нехотя шёл домой, ведь знал, что его снова ждут сложности с его соседом.       «Боже, сколько же проблем лишь от него одного. Это уже слишком. Санта Барбара нервно курит в сторонке.» — подумал парень и ухмыльнулся.       Он зашел на нужный этаж и открыл дверь в комнату. Там его уже ждал Арсений.