Бракованный дуэт

      Время тянулось словно капли свежего меда с ложки, — мучительно медленно, — а затем и вовсе остановилось. Запах дорогого одеколона, смешанный с резким запахом железа и крови врезался в память Мари, открывая все новые двери в ее прошлое. От этого мужчины всегда исходил жар, перед которым невозможно было устоять.              Нежное прикосновение кончиков пальцев к чувствительной коже под коленной чашечкой заставило женское тело немного выгнуться навстречу мужским рукам, что позволило Кроули прижать девушку к себе. Черные шелковые простыни, сминаясь, переливались серебром под лунным светом, контрастируя с золотом волос. Поцелуй в плечо, и демон вдыхает цитрусовый аромат, исходящий от мраморной кожи. Мысли о том, что когда-то эта женщина предпочитала только запах кокоса, мимолетом пронеслись мимо. Ее тяжелое дыхание заставляло испариться все ненужные думы и отдаться власти чувств и инстинктов.       Секунда замешательства, позволившая девичьим рукам дотянуться до черного пиджака, и лишний на данный момент предмет гардероба был отброшен в сторону, оставляя мужчину в не менее элегантной черной рубашке.        - Когда-то… — Кроули приподнялся на локте, медленно стягивая со своей шеи галстук, который на удивление так и остался на нем, — одна моя хорошая знакомая сказала удивительную вещь…       - Хорошая знакомая, говоришь… — руки девушки потянулись к предмету гардероба, принадлежащему ей, и в иллюзии снятия стали медленно его затягивать на шее демона, — И что же она сказала?       - О, она была мудрейшей женщиной… — демон довольно оскалился, чувствуя, как узел галстука на его шее становится все туже и туже; будь он человеком, скорее всего начал бы задыхаться, — А сказала она следующее: Если Король Ада надевает все черное, значит…       - Значит он идет убивать. — Резкое движение, и галстук тут же оказался на черной простыне, чуть поодаль Мари.       - Умница, девочка моя.       Дьявольский оскал заставил ведьму вздрогнуть. Однако, не успела она что-либо сказать, как Кроули отстранился и встал с кровати. Ему было интересно: что будет, если предоставить выбор. Он медленно, словно волк перед нападением на свою добычу, обошел сбоку кровати и, сделав пару шагов назад, встал поодаль нее, рядом с окном. Отвернувшись к луне, он задумался. Перед ним самим сейчас стоял выбор. Он хотел обладать этой свободолюбивой женщиной. Он хотел, чтобы она снова была рядом с ним. И раньше он бы ни на секунду не задумался о том, чтобы овладеть ею и присвоить, как собственность. Однако двадцать лет заставили его хорошенько подумать над многими аспектами его жизни в отношении этой ведьмы. Нет, он не стал сентиментальным или… романтичным. Были ли у него женщины за эти года? Конечно, сотни. Но в тех случаях все заключалось в удовлетворении себя и своих желаний. Ему было абсолютно наплевать хотели те дамы или нет, наплевать на их мысли и чувства. Его статус позволял ему иметь любую женщину. «Почти любую», — взгляд демона проследил за серебристым лунным светом через всю комнату и утонул в черных омутах женских глаз.       Зрачки слились в той непроглядной бездне, такой сладкой, зовущей и одновременно пугающей.       Раз, — ведьма медленно встала с кровати, взмахнув головой и откинув волосы с лица.              Два, — с плеча спала тонкая лямка, обнажая ключицы и приоткрывая взгляду демона простроченное изумрудными нитками черное кружево, что нежное обрамляло грудь девушки.       Радужка черных глаз сверкнула зеленой магией, заставляя Кроули насторожиться. Опасный оскал идеальных белоснежных зубов озарил улыбку Мари.       - Ваше Величество, — сладкий, словно мед, голос обволакивал и дурманил, — не стоит играть в кошки-мышки, если не уверены сами, в какой роли Вы находитесь.       - Мышка моя решила позариться на роль кота? — бархатный хриплый баритон вызвал рой мурашек по коже, что не укрылось от взгляда Короля Ада. — Не доросла еще…       Кроули подошел непозволительно близко, не прерывая зрительного контакта, и, приобняв девушку за талию, развернул ее к себе спиной. Луна, что стала невольным свидетелем игр этих двух несносных существ, нежно осветила бледную, почти мраморную кожу, которая ярко контрастировала с темным кружевом белья. Одна секунда, и Мари, сама того не осознавая, оказалась пленницей: бедра оказались крепко прижатыми к подоконнику, тонкие кисти пленила мужская ладонь, не давая возможности выбраться, пути для отступления все перекрыты.       «Клетка…»       Клетка, со внутренней стороны которой было тепло и безопасно, а с наружной все было залито темной кровью, пролитой сотни раз, чтобы защитить жар-птицу внутри.       Медленный поцелуй в предплечье, а затем в плечо заставил девушку откинуть голову назад, словно предоставляя больше места. Глаза закрыты, а на губах расцветает победная улыбка.       - Миледи, что это еще за хитрая улыбка? — Кроули поднял глаза, наблюдая за отражением.       - Кажется, мышка обыграла кота, Ваше Величество. — Ответный взгляд дерзких глаз тут отразился в окне.       - В таком случае, миледи… — поцелуй-укус тонкой мышцы на шее вызвал новые мурашки, — кот готов преклонить голову. Но запомни, дорогая моя, даже, если я проигрываю, я остаюсь победителем.       Довольная улыбка освещала лицо ведьмы. Спорить с этим мужчиной всегда выходило всем боком, чаще всего многие платили за эти споры жизнью, но Мари была исключением и, пользуясь своим положением, спорила с Правителем Ада просто сутки напролет. Взглянув в отражение окна, она почувствовала еле заметный укол в сердце. Что-то происходило внутри нее: разум медленно застилало туманом, но не желания, а непроглядной тьмы, пульс в разы участился, а глаза и нежно-голубые белки неистово сверкали зеленым неоном.       - Кроули…       - Малыш, ты первая начала. Теперь хочешь, чтобы я остановился? — Демон, не обратив внимания на интонацию девушки, медленно убрал рыжие волосы с шеи.       - Я не об этом… — Дыхание начало сбиваться, сознание начало медленно уплывать, — Помогите…       - Что? — Кроули резко поднял голову, глядя в отражение.       - Помо… ги…       В следующее мгновение Мари потеряла равновесия и упала. Мужчина тут же поднял ее на руки и отнес ее на кровать. Проведя ладонью над головой и прочитав заклинание, он понял, что так или иначе, но девушка находилась в сознании. «Снова волна…»       Стоило Кроули убрать руку, как Мари тут же истошно болезненно закричала. Демону не оставалось ничего, как положить ее кулон в ладонь, чтобы ослабить давление магии, и постараться проникнуть в то самое воспоминание, которое сейчас поглощает это бедное создание. Нырнув в этот омут памяти, мужчина по полу из красного дерева и персидских ковров понял, где он находится, — у себя дома. «Так. Значит воспоминание совсем раннее». Осталось лишь определить, какое именно.              Пройдя вдоль коридора, Кроули увидел своего бывшего работника, — Крейза. Почему бывшего? Потому что Кроули прекрасно помнил, при каких обстоятельствах тот распрощался с жизнью. Помнил, и он не простил. Была его воля, так просто этот подонок бы не отделался. Вдруг мужчина остановился и задумался: весь паззл сошелся, все сложилось, как два и два, и разгадка пришла сама собой.       Закрыв глаза ладонью, он старался побороть нахлынувшую ярость. Это всего лишь воспоминание, он не может ничего изменить, но и смотреть на это он не хотел. Еще раз. Все, что ему оставалось, это наблюдать за тем, как этот паршивец толкает своего приятеля, как к ним подходят еще парочка, наблюдать, как они плотоядными взглядами смотрят на юную девушку, сидящую в кресле у окна и читающую Ремарка. Наблюдать, как заметив эти взгляды, она молча собирается и уходит в свою комнату. «Молча…» Да, тогда она не разговаривала. Тоже из-за идиотизма Короля Ада, что напугал ее до смерти, заставив замолчать тем самым на долгие месяцы. Отвернувшись к окну, он просто стал считать секунды, пока не услышал душераздирающий крик, и лишь тогда побежал. Вот только не на крик, а в свой кабинет.       Девушка пыталась скинуть с себя огромного демона, который порвал на ней футболку.       - О, ребята, посмотрите! — Крейз злостно усмехнулся, опускаясь с другой стороны кровати и хватая руки Мари, — у нашей пташки голос прорезался!       - Нет! Отпустите! Пожалуйста, не надо! — Ведьма кричала, надрывая голос.       - Заткнись, сука! Никто тебя не услышит! — Кулак Оливера рассек женскую щеку, — А будешь паинькой, мы постараемся быть чуточку нежнее.       - Но не обещаем… — послышалось злобное хихикание где-то около двери.       Мари сплюнула загустевшую кровь. По лицу текли слезы вперемешку с кровью. Ей хотелось провалиться под землю, хотелось кричать еще громче, но кому она здесь нужна? Никто ее не услышит. Никто не поможет. Она чувствовала, как ее тело нагло лапали и щипали, но она со всех сил пыталась вырываться. И каждый раз получала порцию сильнейших ударов. Её просто забивали, как на охоте забивают дикую лань.       Демон забежал в кабинет и увидел, как его копия из прошлого сидит за своим столом.       - Что ж ты медлишь… — фантом Короля Ада с нетерпением и злостью смотрел на себя.       Тогда слишком много было письменной волокиты: приказы, заявления, подтверждения, сделки, расторжения и еще тысячи свитков и разных бумажек. Устало опустив голову себе на руки и закрыв глаза, мужчина тяжело выдохнул. Из коридора послышался непонятный звук какой-то бойни. Демон поднял голову, прислушиваясь. Он точно слышал крики.        - Что там за…       Кроули вышел в коридор и остановился, смотря по сторонам. Фантом вышел за ним, желая помочь с направлением. Но было очень тихо.       - Видимо, переработал. Нужен отдых. Да. Отдых. — Встряхнув головой, он развернулся обратно к дверям кабинета.       - Психиатр и отоларинголог тебе хороший нужен! — Фантома все это уже крайне выводило из себя, и как только мужчина потянулся к ручке двери, он услышал громкий болезненный крик.       - Кроули! Нет, пожалуйста! Не трогайте меня! Нет!       - Мари…       Демон щелкнул пальцами, и коридор тут же опустел. Оказавшись у дверей комнаты Мари, он увидел магию, защищавшую от посторонних гостей. Заметив сложность загадки, Кроули пришел к выводу, что ее ставил какой-то ребенок, либо совсем недалекий демон — шестерка, потому что защита была сломлена в момент. Мужчина открыл дверь и ужаснулся: над его девочкой стояла группа демонов, двое из которых держали ее ноги и руки, пресекая любое движение, другие разрывали ее одежду, а остальные колотили женское тело.       Из рукава пиджака выпал ангельский клинок, которым Кроули тут же порвал артерии паре из этих чудовищ. Заметив движение сзади, остальные демоны обернулись и испуганно уставились на разъяренного Короля Ада. Следом за первыми двумя, отправились ближе стоящие к мужчине демоны, получив клинок прям в сердце.        - В-Ваше Величество! — Оливер, отпустив руки Мари, стал медленно отходить назад, — она сама спровоцировала!       - Да что ты?       Глаза Кроули в ту же секунду стали кроваво цвета. Он был в бешенстве. Никто не смел трогать то, что принадлежало ему. А эта ведьма, несмотря на ее скверный характер, постоянную достовучесть и с полным отсутствием чувства самосохранения, вне всяких сомнений принадлежала ему. Мужчина взмахнул запястьем и резко крутанул им на 60 градусов. Оливер и Крейз заорали от боли, из их глаз полилась черная вязкая жидкость. В то же мгновения, их тела взорвались.       Убедившись в том, что никого участь не обошла стороной, Кроули обернулся в поиске Мари. Кровать была вся в крови, покрывала скомканы, а на них клочьями лежала ее одежда. «Неужели не успел…». Но обойдя кровать с обратной стороны, мужчина увидел свою пропажу: девушка, словно загнанный зверь, забилась в угол. Ее некогда рыжие кудри сейчас были похожи на оборванную солому, нос и губы были разбиты, из них без остановки шла кровь. Она прижала к груди ноги, сжавшись в маленький клубочек и пытаясь прикрыться от демона, укрыться хоть чем-то. Глаза, как у сумасшедшего бегали из стороны в стороны, и без остановки шли слезы.        - Ох, лучше тебе быть на расстоянии… — Фантом сделал пару шагов назад от кровати; он-то помнил, что произошло.        - Черт, Мари… — Кроули сделал шаг навстречу к девушке и тут же об этом пожалел.       Заметив приближение, Мари подняла голову и истошно закричала. Глазницы изнутри светились зеленым неоном, все тело тряслось, и через мгновение из хрупкого забитого тела выплеснулась темно-фиолетовая волна убийственной магии. В том воспоминании, демон еле успел спастись, среагировав на свое предчувствии темной энергии. Однако, недооценив магию этой девочки, он лишь поставил барьер, который принял на себя основной удар. Последующие волны сильно потрепали короля ада, что тот потерял сознание. Нынешнего же Кроули после выплеска выбило из воспоминание, словно пейнтбольный мячик после удара.       Очнувшись на коленях около кровати Мари, демон первым делом почувствовав легкое прикосновение к своим волосам. Подняв голову, он увидел усталый взгляд нежно-карих глаз, в которых все еще отравленными нитями прослеживалась магия.        - Привет… — голос был тихий и осипший, а улыбка на лице измученной и болезненной.       - Как ты, принцесса?        - Больно…        Кроули аккуратно приподнял одеяло, которым столь предусмотрительно укрыл девушку, и ужаснулся: все синяки и ссадины, порезы и гематомы из сна были столь же реальны, как и он сам. Все тело было изранено, недавно бархатная кожа сейчас была покрыта кровоподтеками. Опустив взгляд на ладонь девушки, он заметил, что кулон там не оказалось. Не имя сил, Мари его просто выронила, когда Кроули выбросило из ее сознания, тот и вовсе улетел с кровати. Заметив драгоценный камень около тумбочки, мужчина тут же надел его на тонкую шею.        - Это поможет восстановиться быстрее.        - Я знаю…       Тихий, спокойный голос контрастировал с болезненными глазами, которые с некой мольбой и усталостью смотрели на Короля Ада. В этом и была вся Мари: она никогда не скажет, что не так, никогда от нее не добьешься ни слова, но если до твоего слуха доносится одно единственное «Больно…», то даже у такого бездушного существа, как Кроули, будто защемляет сердце. Одно «больно», и он готов спалить весь мир и разорвать на кусочки всех и каждого. А сейчас он не мог ничего сделать. Последствия своей магии невозможно убрать. Тело должно восстановиться само, и демон это прекрасно понимал. И еще он понимал, что она с этим справится. Но справится, если будет чувствовать поддержку.       Он не стал ждать слов «не уходи» или «ты останешься?». Он лишь молча обошел кровать и лег рядом, позволяя девушке сжаться болезненным комочком на его груди. Завтра был важный день. Мари хоть и не особо любила праздновать свой праздник, но оно того стоит. Поэтому, поцеловав рыжеволосую макушку, Кроули прошептал заклинание, заставив Морфея забрать боль ведьмы себе и позволив ей, наконец, уснуть.