Бремя: любовь сквозь ад

— Этот мир не исправить. — Белиал вздохнул. В его ярко-голубых глазах отразилась плещущаяся река на пару секунд, пока он смотрел в ущелье. Нельзя сказать, что он часто захаживал в это место, но он определенно его любит за ощущение умиротворения и спокойствия. Пусть он сюда и приходит с тяжелыми мыслями поговорить о сложных вещах с самим собой, но тягость здесь он никогда не ощущает. Это место ему кажется притягательным и в силу пейзажа: оранжевые скалы и синяя река создают контраст. Белиал моргнул несколько раз и улыбнулся самому себе при воспоминаниях о случившемся много лет назад, когда он был ещё юн: он смотрел на звездное небо с мечтами о возможности принести нечто хорошее в мир. А Г Р И Э Л Ь — Твоё имя — Агриэль, ты забыл? — вопросил мужчина в чисто-белом одеянии с выцветшими волосами, бровями и ресницами, хотя на вид ему едва ли можно было дать тридцать. — Я не забыл, — твёрдо произнёс Белиал, но взгляд опустив в пол. Ему было стыдно… Но за что? За то, что он не смог исполнить приказ свыше, за то, что не подчинился или за то, что посчитал, что этот приказ слишком чужероден для его души? Б Е Л И А Л — Мой повелитель, я преклоняю колени перед Вами. Я готов нести службу у Вас, — Неизвестный демон улыбнулся. Белиал практически не запомнил его внешность, а имя выпало из головы почти сразу, но он запомнил, что это были первые слова, обращенные к нему, как к королю Преисподней, а не как к ангелу войны. Он закрыл глаза на пару мгновений, прокручивая воспоминания дальше. Лучезарный, Светоносный, Утренняя Звезда, Люцифер. Он вздохнул, ухмыльнувшись. Его всегда раздражала спесь Люцифера, но после падения Белиал понял, что в чём-то этот заносчивый мальчишка был прав. Но пока трудно сказать в чём. — Волосы снова отросли… — он провертел в руке прядь белокурых волос. Сегодня он распустил их, оставив одну единственную косичку с вплетенном в нее серебристой лентой. — Когда-нибудь здесь всё изменится. — Его лицо озарила искренняя улыбка. Теперь в его глазах отразилось розово-синее небо — закат наступил, скоро ночь. Ночи Белиал не любит и навряд ли полюбит. Ночью он чувствует себя слишком одиноко. Ночью он чувствует всю темноту этого мира и ему становится страшно от мысли, что он и есть часть этой темноты, часть темноты в душах людей. Он всё — он и ничего вовсе. Глядя в эту бездну тьмы, он думает, что когда-нибудь всё-таки растворится в ней окончательно. — Этот мир не создан для меня. — Он подобрал небольшой камешек и бросил в речную бездну, словив себя на мысли, что также бы хотел однажды упасть на дно, закрыть навсегда глаза и не просыпаться. «Или лучше бы не рождаться вовсе в этом мире», — с этой мыслью он встал и пошел в противоположном направлении от ущелья. На сегодня у него запланированы дела и важнее бесконечных наблюдений за рекой. Где-то в глубине души он просил себя остаться здесь, не делать больше ничего, что ему не нравится, но в то же время не делать совсем ничего он не в силах. Да и как что-то можно исправить, совсем ничего не делая? Его бело-золотое одеяние вновь выглядит помято и кое-где видны рыжеватые пятна. Каждый раз, приходя на это место, он ругает себя за то, что забывает сменить одежду. Каждый раз, уходя, он обещает больше не забывать об этой мелочи. Щелчок пальцами: доля секунды и его одежда безупречна. — Есть свои плюсы быть мной. — На его губах оформилась ухмылка, обнажившая белоснежные зубы. *** Люцифер по своему обычаю уселся на кожаное кресло. Выслушивать Лилит ему не хотелось, но по долгу службы он был обязан это делать. Впрочем, Лилит сегодня не единственная недовольная происходящими изменениями в структурах миров. Ангелы снова изменили свои правила и заставляют подстраиваться под них. Люцифер был бы и рад послать их к черту, но проблема в том, что он бы их послал к самому себе. Иногда он завидует людям. — Что я могу сделать, Лил? — он тяжело вздохнул, уткнувшись в блокнот. — Ты потеряешь контроль! — воскликнула брюнетка. — Ты уже потерял контроль. Шакс еле выстоял… Он был близок к проигрышу, и ты это знаешь. А Шакс наш лучший военачальник. Как ты себе представляешь дальнейшее наше сосуществование? — Ты из пустяков делаешь глобальные проблемы. — Он скривился. — Рыжая морда, слушай меня, ты чуть не уступил контроль над Лимбом! — Но не уступил же. — На его лице появилась самодовольная улыбка. Лилит хлопнула дверью, выкрикнув парочку ласковых вдогонку. Люцифер обмяк в кресле, закрыв глаза. Голова уже начала трещать. За сегодня он практически не отдыхал и теперь вообще начал сомневаться, что будет в ближайшее время отдыхать. — Старший брат. — Белиал театрально поклонился, зайдя в кабинет. — Кажется, ты разозлил Лил. Сегодня она тебе не даст. — Значит пересплю с Наамой. — Хороший выбор. — Белиал сел на кожаный диван. — Что от меня хотел? — Объяснений, братец. Что за хуйня происходит? — он взял со стола красное яблоко и откусил его, тут же кинув им в Люцифера. Люцифер поймал яблоко, но также молчал. Ему и правда нечего было ответить. Если с Лил он мог разобраться и в этом не было никаких трудностей, то с Белиалом дела обстоят иначе. Он непредсказуемый противник, сражаться с ним по правилам никогда ни у кого не выходит. Попытаться обмануть? Белиал слишком умён, он не сможет его переиграть. Люцифер отправил яблоко в мусорное ведро. — Ты даже не выслушал мое предложение. — Блондин нахмурился, не понимая почему брат отклонил его план. — Я не желаю тебя слушать, Белиал. — Он потер виски. — Как хочешь. — Не люблю, когда ты так говоришь. — Он взглянул в глаза брату. — Старший братец, ты меня слишком хорошо знаешь. — Белиал подмигнул. — Я младше тебя. — Это не имеет значения, Люцифер. Когда мы были юны, это еще имело смысл, но не сейчас… — Ты пал первым. — Почву для тебя готовил, любимый старший брат. — Да пошёл ты в жопу! — А твой кабинет разве ею не является? — блондин усмехнулся. — У меня нет никакого желания находиться в твоей обители так долго, так что… — он поклонился, — я поспешу осуществлять свой план. — Что ты задумал? — Насколько я понял, тебе совсем неинтересно. Прости, я дважды не предлагаю и ты как никто другой это знаешь. — Он закрыл за собой дверь. Люцифер остался один. От этих картин с конями ему уже давно хочется избавиться, но дел настолько много, что он каждый раз забывает сказать об этом Данталиану. Старинная громоздкая мебель его тоже уже стала изрядно раздражать. Кажется, он проводит слишком много времени в этом кабинете, чтобы его любить. Даже темно-зеленые обои с бежевыми линиями стали раздражающими, несмотря на то, что он эти обои сам лично выбирал и думал, что вот они точно не станут мозолить глаза. Белиал же шел обратно в свой кабинет с довольным выражением лица. *** — Ты особенный, Ситри, — практически из ниоткуда возник голос Анны. Ситри очнулся и вскочил с места. Эти кошмары не прекратятся никогда, и он хорошо это понимает. Каждый раз, когда он засыпает, она вновь посещает его во снах. И во снах она улыбается ему, и ее улыбка освещает всю тьму в его душе. Когда он видит ее, понимает, что живет не зря, что важен для этого мира и что мир еще не совсем безнадежен. Но вскоре с ее лица сходит улыбка, и она кричит от боли. Бесконечные муки. Бесконечные страдания. Это всё, что он смог ей подарить, это всё, на что он оказался способен. — Ты так и не смог найти способ убить себя. — Голос Белиала был с издёвкой. — Ты лишил себя зрения и, упс, это не помогло тебе, да, бедный Ситри? Ты всё также видишь ее страдания. Этот терновый венец на твоей голове вызывает отвращение. — Что тебе нужно? — он сглотнул, повернувшись на голос. — Я предлагаю идти со мной. — Для начала ответь мне на вопрос: кто ты вообще такой? — Белиал. Теперь готов идти со мной? От таких предложений не отказываются. — Ты знаешь, я больше ничто. — Стоп-стоп-стоп, Ситри. Ничто — это мое имя. — Уходи. — Не начинай, Ситри! Ты очень необходим мне сейчас. Время вернуться. — Я так устал сражаться… — Он схватился за голову. — Я больше не могу. — Можешь, Ситри, ты еще не бросал меня в беде. — Потому что никогда не сражался вместе с тобой. — Ну, ты такой мне момент испортил… — Он вздохнул. — Так ты не выслушал даже мой план и уже отворачиваешься от меня? Ты мне напоминаешь моего братца. — Белиал, я уже не тот, кто тебе нужен. — О-о-ох, ты ошибаешься. — Он с ухмылкой подошел к Ситри, схватил за ворот рубашки и потянул на себя. — Ты действительно считаешь себя ничтожеством, Ситри? Что же с тобой сделала любовь к этой смертной женщине? Ее нет уже 200 лет на земле. — Она 200 лет страдает из-за меня. — Ты просто выполнял свою работу. — Это был обман, Белиал. Она считала меня особенным, а я оказался… — Кем? Демоном? Ситри, ты слышишь себя? — блондин отпустил его, толкнув на пол. — О тебя теперь можно вытирать ноги. — Он поставил ногу на бедро собеседника. — Или ты встанешь, подберешь сопли, и пойдешь пробовать хоть что-то изменить в этом мире? — Ничего не изменить! Можно только уничтожить и построить заново! — он перекатился и сел. — Но ты не бог, чтобы это сделать. Ниспадающие на плечи серебристые волосы Ситри красиво окутали его лицо. Лунный свет придал им по-особенному волшебный вид. — Мне лучше ныть, как ты? Я стану богом, если это потребуется. Ситри нервно засмеялся. — Я хочу посмотреть на твой провал. — Так ты всё-таки со мной? — он подошел ближе, присел рядом. Ситри кратко кивнул и протянул руку. Темнота поглотила всё помещение: словно белые стены, светло-коричневая мебель, серый пол и потолок перестали существовать. Остались лишь тихие голоса двух демонов, разговаривающих друг с другом спустя долгие годы молчания.