Когда вечность закончится

— Ты не достоин такой замечательной сестры, Слизень, — Говорит Мия и увлечённо наблюдает за тем, как его ногти красят в зеленый цвет. Реки возмущённо вскидывается и что-то говорит, но Ланга прижимает его к себе и рыжий тут же тушуется. Коёми хихикает и ничего не говорит, а просто продолжает делать маникюр своему новому другу. — Так и знал, что не стоит вас знакомить. Спелись, и теперь все против меня, только Ланга меня и любит! Да, Ланга? — Реки приподнимает голову и смотрит на парня, который, кажется, и не планировал выпускать его из объятий. Он кивает и целует Реки в щеку под звучное «бее» от Мии. — Осторожно, дай лаку высохнуть, — предупреждает Коёми, когда заканчивает и отпускает чужие руки. Мия довольно улыбается и осторожно дует, чтобы ускорить процесс. Довольная девочка берет в руки голубой лак и улыбается: — а вы не хотите тоже, мальчики? — Что? Ногти? Мне? Нее, это точно не для меня. Неа. Нет. — Реки уверенно качает головой. — Давай, я хочу. Реки удивленно смотрит на Хасегаву, который подошел к сестре и уже слушал ее увлеченное объяснение про выбор цвета. Без чужих рук на теле было не так комфортно, и Реки обиженно подсаживается чуть ближе и снова прижимается к чужой спине. Ланга, кажется, вздрагивает, а Мия старательно прячет улыбку и наигранно недовольно вздыхает. — Какой цвет выбираешь? — Хм… А можно два? — Задумчиво спрашивает Хасегава и, получив утвердительный кивок, отвечает: — Тогда давай голубой и черный. — Как оригинально. В Мию прилетает сухой ватный диск, кинутый Реки. — Мой парень выбрал идеальное сочетание цветов! Не смей его осуждать. — Еще бы я вас двоих когда-то осуждал, — Мия ловко подсаживается под бок Коёми и продолжает обращаться к Реки, но смотрит исключительно на ногти Ланги, — вы оба иногда противные не потому что геи, а потому что ведёте себя, как парочка влюблённых идиотов. Кем вы, собственно, и являетесь, но вы все еще мои друзья. Ланга и Реки удивленно переглядываются, понимая, что мальчик воспринял чужие слова слишком серьёзно. Со стороны это выглядело, будто они разговаривают без слов, потому что через пару секунд они повернулись к нему и улыбнулись. Ланга — сдержанно, но тепло, а Реки — широко и задорно. — Воу, ты тоже наш друг, чувак! И кстати, Ланга гей, а я би. — Каян смущённо отводит взгляд и несколько минут они вчетвером просто ничего не говорят. Обсуждать свою ориентацию с кем-то сложно, но с этими людьми Реки чувствует себя комфортно. Такое чувство у него было еще с Черри, Джо и Шедоу, и парень искренне рад, что с ним рядом те люди, которые не осудят и все поймут. — Ну вот, я закончила. Нравится? — Говорит девочка через какое-то время и довольно смотрит на результат. Ланга кивает и благодарно улыбается, рассматривая свои ногти. Голубые, под цвет волос и глаз, и несколько чёрных. Он смущённо показывает маникюр остальным и застывает перед Реки, ожидая его реакцию. Красноволосый заинтересованно берет чужие руки в свои и рассматривает каждый ноготь. Руки у Ланги холодные, и отпускать их совсем не хочется, поэтому он смотрит в чужие глаза напротив и ярко улыбается. — Круто, тебе очень идет. — Спасибо. — Ланга улыбается в ответ и чувствует, как его ладони сжимают чуть сильнее. Мия недовольно стонет, моля прекратить ворковать и теперь сам кидает ватные диски в них обоих.

***

Спустя несколько дней. — Коёми, Коёми! Коёми! Коё… — Да что, блин, такое? — Девочка недовольно кричит и выходит из кухни, скрестив руки на груди. Парни оставляют скейты около стенки, и взволнованный Ланга быстро подходит к девочке и машет руками перед чужим лицом. — Мои ногти исчезают. Лак как-то странно трескается и они уже не такие цветные. Это можно исправить? Я не умираю? — Он не умирает? — Подхватывает такой же взволнованный Реки и встаёт за чужую спину. Коёми неверяще переводит взгляд то на одного парня, то на другого, и убедившись, что они не пошутили, глубоко вздыхает, потому что знает, что сейчас ей придётся объяснять двум идиотам о том, что лак для ногтей — не навсегда и умереть от него уж точно никак нельзя.