Секрет моего вожатого

***

      Вокруг царила какая-то шумиха. Все куда-то торопились. В главном коридоре спорили вожатые и что-то пытались доказать друг другу. Рюдзаки-сан тоже стоял с ними, но не был особо вовлечён в разговор. Старшая по званию потянула его за рукав кофты и тоже спросила что-то. Лайт не услышал что именно. Его перехватили младшие парнишки и шумно кричали, бегая возле него. Утро только началось, а он уже без понятия что происходит и как надо действовать.       У окна сидели несколько девочек, которых Ягами, по правде говоря, видит впервые. Он всех тут видит впервые. Поскольку так и не успел познакомиться с кем-то, кроме Софи и парочки ребят, которые пили с ним в первый день лагеря.       Одна из девочек о чём-то грустно говорила, остальные внимательно слушали и пытались подсказать что-то. В конце концов, рыжеволосая, та, что грустила, улыбнулась и медленно, но всё-таки решилась подойти к парню. А возле него так и бесились малыши. — Привет, — тихим голосом сказала она, — Я Элиза, и. Как бы это сказать. — Привет, перед тем как ты скажешь что-то. Я тоже должен. Меня не интересуют знакомства, лишь из-за отношений, — решил прямо заявить тот. Лучше сказать сейчас, чем потом неправильно друг друга понять. — Оу, нет-нет! Всё не так, — она быстро замахала руками перед его лицом, — Я хотела поговорить о Софи. Розоволосой девушке, с которой ты постоянно вместе. Где она? — Ей пришлось уехать обратно домой. Не думаю, что она собирается вернуться, — Ягами облокотился о стену, — А что? Зачем спрашиваешь? — Она, на самом деле, мне очень понравилась с первого дня здесь. Но, кажется, у нее был парень. И я не решилась познакомиться с ней, — Элиза глупо улыбнулась, одергивая свои кучерявые волосы. — Не думаю, что ей интересны девушки. Так что, ты уж прости, — отвертелся парень. — Всё в порядке.       Рыжеволосая ушла также медленно, как и пришла. Её глаза быстро потемнели и угасли, как только она услышала о том, что Софи не интересны девушки. У самого уха Лайта прошёлся тёплый воздух. Он тут же обернулся и столкнулся с Рюдзаки-саном. — Напугали! — вскочил тот, — Чего так подкрадываетесь? — Я тут случайно подслушал ваш разговор, снова, — пробормотал вожатый, — Откуда знаешь, что твою подругу не интересуют девушки? Уже разговаривали об этом? — Нет, но не думаю, что это на самом деле так. Да и не думаю, что для нее сейчас лучше время для отношений. Она потеряла парня… Да ещё и так. Ох, Я даже вспоминать тот кошмар не хочу. — Было настолько ужасно? Ты был испуган? — спросил Лоулайт. — Я не уверен. Но точно знаю, что это сделал кто-то… И полиция не может разобраться с этим. И знаешь, мне кажется, это имеет какое-то отношение к случаю из Токио, с которым занимается мой отец, — Лайт поднял подбородок и посмотрел в чёрные глаза напротив, — Не нравится мне всё это. — Что ты вообще про это думаешь? Кто и для чего это сделал? Каковы мотивы? — они отошли в сторону, чтобы их никто не услышал. — Я не уверен. Совсем. Меня не подустят к тому месту. Я плохо разглядел его труп. У меня даже предположений нет. Однако то, что убийца, а это определено был убийца, сбросил тело в реку, даёт нам понять, что он не намерен останавливаться на этом. Будто специально сделал так. Чтобы показать, что он здесь и что существует, — Ягами приблизился к старшему ближе, — Я хочу поймать его. Хочу заставить его испытать такую же боль, как и парень Софи.

***

      В большом зале собрались дети со всех корпусов. Стоял шум. И лишь входная дверь громко захлопнулась, как все затихли. У ряда выстроенных стульев, на которых сидели дети всех возрастов, появился старый мужчина. С надменным лицом, прямой осанкой, вытянутым телом. В чёрном, хорошо выглаженном, костюме. Все тут же встали, приветствуя директора лагеря.       Он прошёл чуть дальше, к остальным вожатым. Взял в руки микрофон, кашлянул в кулак. — Приветствую вас, дорогие мои друзья. Как вы все знаете, Я — Ватари, директор лагеря «Forty». Сегодня мы собрали вас здесь, в этом большом зале для того, чтобы торжественно объявить о начале недели работы клубов различной деятельности. А также недели активного отдыха на природе. Не смотря на то, что совсем недавно мы узнали о страшном событии. Мы не можем прекратить работу нашего лагеря. Однако, и держать вас тут не собираемся. При плохом самочувствии или из-за каких-то других личных причин вы также можете отказаться от посещения лагеря, — мужчина остановился на минуту, осматривая присутствующих, — А для остальных путешествие продолжается!

***

      Всё это время Лайт не обращал внимания на речь Ватари. Он думал о чём-то своём. Почему всё это кажется таким странным?       Лайт тихо разгуливал по коридору, смотря в пол. Он совсем не заметил, как врезался в кого-то. Точнее, в Рюдзаки-сана. — О чём задумался, Лайт-кун? — спросил тот, наклоняясь. — Да так. Размышляю просто, — парень взглянул на вожатого, — Почему лагерь не могут закрыть. Здесь произошло убийство одного из отдыхающих. Разве это законно? — Ну, возможно, это из-за большого количества людей, которые заплатили за всё. Я точно не знаю. Всё-таки, я простой вожатый, — черноглазый незаметно прикоснулся к чужой руке, — Ты очень устал. Может, хочешь вздремнуть? — Я бы не против…

***

      Лайт устало потянулся и зевнул, всматриваясь в длинный коридор. Он медленно прошёлся в самую глубь и открыл деревянную дверь напротив. Она тяжело поддалась действию и отворилась. Ягами остановился, его глаза пробежались взглядом по спине Рюдзаки-сана, стоящего рядом со столом посередине холодной комнаты.       Сердце пропустило удар, как только вошедший заметил кровь на кофте вожатого. Капля медленно стекала к самому низу, пока не упала прямо на пол. Вдруг послышался смех, который раздался, кажется, по всему зданию. В уши больно ударило, от чего Лайт пошатнулся, но продолжил смотреть вперёд. Рюдзаки-сан развернулся, встречая безумным взглядом Ягами. На столе лежит голова розоволосой девушки. Лайт узнал в ней Софи. Один её глаз был выколот, а из другого текла кровь, смешанная со слезами. Трясущиеся губы произнесли лишь «Спаси».       Лайт быстро переметнул взгляд на старшего, но на том месте его уже не было. На шее он ощутил пылающее дыхание вожатого и, сразу же после, сильную, почти невыносимую, боль в животе. Рюдзаки-сан вонзил туда нож. Футболка тут же покраснела от крови. Уже крепкие руки схватили парня за талию и куда-то повели.

***

      Ягами, схватившись за простынь, резко встал с кровати. По телу пробежала сильная дрожь. Парень посмотрел в сторону света. Вожатый что-то печатал в ноутбуке, но тут же взглянул на проснувшегося. — Что случилось, Лайт-кун? — обеспокоенно спросил тот. — Мне приснился кошмар, — Он сделал паузу, будто не придавая значения сну, — Ты… Почему ты не спишь? — Я работаю. Если ты хочешь поговорить о чём-то, то я выслушаю, — Лоулайт закрыл ноутбук и сел к младшему на постель. — Нет, всё в порядке. Ты можешь, пока, просто полежать со мной? — Неужели Лайт-куну страшно? — старший обнял Ягами и уткнулся тому в макушку, — Я буду с тобой. Не бойся.       За окном было темно. Никого не было слышно. Обычно, в такое время просыпаются кузнечики, но почему-то сейчас весь лес уснул. В комнату этих двоих пробирался свет от луны. Лишь он освещал их лица, смотрящие друг на друга. Сейчас лишь они одни существуют на этом свете. И как же сложно Лайту смотреть на него, на того, кого видел в своем кошмаре. Не зря говорят, что самую страшную боль может причинить тебе тот, кого ты любишь. — Мне страшно, — Ягами прошептал черноволосому в губы, — Я так боюсь всего этого. Я боюсь за тебя. Прошу, скажи, что будешь со мной вечно? — Лайт-кун… — Скажи! — Да. Да, я буду, — тихо ответил тот.