Глава 2
11 апреля 2021 г., 17:38
Глава 2:
Старые долги.
1444 год, Османская империя. Дворец в Эдирне. Утром следующего дня я проснулся пораньше и решил навестить гончую, что вчера отвели на псарню. «Посмотрю, как она там. Мы с ней чем-то похожи». Весь дворец ещё спал. Было так тихо и спокойно. Я решил сначала заглянуть к брату. Мальчик очень тяжело переживал переезд и расставание с матерью. Открыв дверь соседней комнаты, я увидел свернувшегося калачиком Раду. На его щеках ещё виднелись дорожки от слёз. «Проклятые османы!» Поправив одеяло, я погладил братишку по волосам и тихонечко вышел, больше не тревожа его сон. Быстро покинув здание, я обогнул дворец и направился прямо к месту, где держали собак. Вчера вечером я основательно и подробно расспросил о нем. Здесь кормили и ухаживали за собаками, но не давали им ласки. А гончая сына султана привыкла к любви и заботе. Ей будет тяжело, особенно первое время. Я тихо шел между рядами небольших загончиков, в которых держали животных. Вдруг немного впереди я услышал ласковый женский голос. — Хорошая моя. Прости, но я не могу взять тебя к себе. Шахи-хатун схватилась за сердце и побелела, стоило мне только упомянуть о тебе. Я даю тебе слово, что буду тебя навещать. — У-у-у, — провыла собака. — Знаю, малыш, я тоже по нему скучаю. Из Хасана получился бы замечательный султан, но… жизнь порой слишком жестока, — послышался тихий всхлип. Я не знал, как поступить. Может, стоит тихо уйти и не мешать? Но тут Лале повернула голову, и увидела мой силуэт. — Кто здесь? — испуганно спросила девушка. — Это всего лишь я. Покинув своё укрытие, я вышел к ней. — Влад?! — казалось она искренне рада меня видеть. — Доброе утро. Зачем ты поднялся в такую рань? — Доброе утро, Лале-хатун. Видимо за тем же зачем и вы, — я усмехнулся и присел, погладив гончую. — Вы ей нравитесь, — улыбка девушки стала шире. — Хасан говорил, что его собака чувствует добрых и честных людей. — Я считаю, что собаки и вообще животные намного честнее и преданнее людей, — тихо сказал я. Собака навострила уши и посмотрев на меня, проскулила. — Как будто понимает, о чём идёт речь, — улыбнулась девушка. — Конечно, она всё понимает. Только сказать не может. Посмотрев на меня долгим, изучающим взглядом, Лале вздохнула и печально сказала: — Мне пора. Если Шахи-хатун не застанет меня с утра на месте, будет скандал. Затем девушка, почесав напоследок собаку за ушком, выпрямилась и сказала мне: — Увидимся на занятиях. В ответ я лишь утвердительно качнул головой.***
На занятиях нам представили сына Султана, Мехмеда 2, весьма неприятный субъект. Хвастливый, заносчивый, высокомерный, типичный осман. Ничего толком не зная и не понимая, он пытался доказать свою значимость. Хорошо, что общение с ним было недолгим. Нас, не османов, шехзаде Мехмед предпочитал не замечать. Оно и лучше не представляю, как бы я выносил его хвастовство и бахвальство. Проведя неделю во дворце, я держался от всех особняком. Тяжелые мысли не давали мне покоя. Как там моя семья? Что будет если Венгры решат снова захватить власть? Справятся ли с ними отец и мой старший брат, Мирча. Удушающая тревога не отпускала ни днём, ни ночью. А со временем, перерастала в гнев. Всё это вместе отбивало желание, сближаться со мной заводить дружбу. Только Лале периодически пыталась меня разговорить и отвлечь, желая подружиться, наверное. Вообще, она была странная. Её лучшим другом был пленный парень – Аслан. Рыжий, паренёк лицо которого усыпано веснушками. Он был такой жизнерадостный и позитивный, что порой вызывал у меня приступы злости. Как можно веселиться в плену? В учебе я проявил себя весьма сносно. Особенно ходжам Мустафа хвалил меня по истории. — У вас хорошая память и незаурядный ум, Влад. Если захотите, можете добиться больших высот в науке. Но мне это было не нужно. Учёба помогала забыться. Хоть ненадолго отвлечься от тяжелых, бесполезных раздумий. Этот день ничем не отличался от остальных. Правда Лале ещё не было на занятиях. «Как странно, обычно она одна из первых приходит в класс и последней уходит». Вечно с книгами, или с красками и холстом, девушка великолепно рисовала. Пару раз видел её возле заброшенного домика в саду, она там занималась живописью. Но, так и не решился подойти ближе, наблюдая из далека. Мехмед, как всегда, цеплялся к не османам и флиртовал с Нурай. Недалекой девицей, думающей лишь о том, как поудачнее выскочить замуж. Лале всё не было. Правда и Мустафа задерживался. Но Аслан с беспокойством то и дело оборачивался к двери, наверное, высматривая свою подругу. Но вот дверь скрипнула и в класс вошла задумчивая Лале. Обведя взглядом помещение, она кивнула Аслану и направилась прямиком ко мне. «Странно. Почему ко мне?» — Здравствуй, как твои дела? — сказала она присаживаясь на место рядом со мной. — Нормально, — буркнул в ответ я, бросив на неё беглый взгляд и уткнувшись в лежащую передо мной книгу. — … Так вот, я считаю, что дни Византии сочтены, — между тем вещал сын султана, привлекая всеобщее внимание. «Глупый мальчишка». — Неужели? Как вы дальновидны, шехзаде! — восхищенно пела дифирамбы зазнавшемуся сопляку Нурай. — До появления шехзаде Мехмеда здесь было по-другому. Все дружили, — печально сказала Лале обращаясь ко мне. — А теперь он вечно кого-то задирает, особенно не османов. — Я заметил. — Если тебя это коснётся, не реагируй. Не стоит оно того. — Думаешь я сам не в состоянии разобраться? — прошипел я. — Я так не думаю. Может хватит уже огрызаться? Я же с тобой нормально общаюсь. «И правда, почему я так себя веду? Она ничего плохого мне не сделала, всегда мила и приветлива. И сейчас, просто беспокоится». Отложив книгу, я перестал делать вид, что занят чтением и посмотрел на девушку. Надеюсь, что мой взгляд стал более приветливым. Я не хотел её обижать. Просто в чужой стране, человек адаптируется жить по-новому. И порой ведёт себя не совсем адекватно. — … Об османах уже говорят все! — продолжал пустую болтовню Мехмед. — Нас боятся! И это только начало! — Надеюсь, он станет султаном очень нескоро, — тихо сказала Лале. — Шехзаде Мехмед, вы уже приготовили доклад по истории империи? — спросила Нурай. — Доклад? — сын султана недовольно скривился. — Да, шехзаде. Дюжину страниц нужно сдать к следующему уроку. Мехмед поморщился. Ему явно не нравилась идея тратить своё время на подобные глупости. Задумавшись на пару секунд, он вдруг оскалился в хищной улыбке. — В этой школе учатся не только османы, но и наши рабы… то есть вассалы? Весь класс затих. По сути его слова были правдой, но никто раньше не произносил этих слов вслух. — Признаться, подобное решение отца шокировало меня поначалу. Но сейчас я вижу очевидные плюсы и по достоинству оценил мудрость батюшки. Вассалы нужны, чтобы заниматься чёрной работой, пока благородные умы думают о судьбе империи. «Вот это точно не про тебя, мозгляк». — Вот пусть кто-нибудь из них и сделает мне доклад. Хм. Кто у нас лучший ученик по истории? Ответом вздорному мальчишке была тишина. Никто не решался издать даже звука. Мехмед обвёл всех взглядом, злобно прищурившись. — Я вспомнил! Тебя хвалил Мустафа, на прошлом уроке, — сказал мальчишка, обращаясь ко мне. Но я проигнорировал его слова. — Ты что, оглох в своих диких степях? — зашипел на меня Мехмед. Скривившись, я встретился с недомерком взглядом. — Сделаешь мне доклад по истории к завтрашнему дню. И такой, чтоб мне не пришлось краснеть. — Нет, — спокойно ответил я. — Что? — лицо шехзаде вытянулось и приобрело очень смешной вид. — Ты отказываешь наследнику империи? Похоже сама эта мысль не укладывалась в его пустой голове. — Эта ваша империя. Разве дикарь, вроде меня, может знать её историю лучше наследного принца? Рыжий дружок Лале охнул. Нурай в страхе всплеснула руками. Лале испуганно посмотрела на меня, и вся напряглась. — Ты в своём уме? Один щелчок пальцев султана — и вся твоя родня, вся твоя паршивая страна сгорит дотла! — Вы ещё пока не султан! — процедил я сквозь зубы. Мехмед сжал кулаки и заскрипел зубами. Он готов был броситься на меня. Я прекрасно понимал, что, если трону его хоть пальцем, мне конец. А возможно и Раду и всей моей семье. Но сносить такое хамство от простофили, было выше моих сил. Боковым зрением я увидел, как Аслан направляется к нам. — Глупенький, — прошептала Лале, и вдруг сжав губы, выскочила вперёд, загораживая меня от шехзаде. На какую-то долю секунды девушка опередила своего друга и тот в немом изумлении уставился на разворачивающееся действо. — Прекратите! — рявкнула она. «Никогда бы не подумал, что милая и добрая Лале, способна на такое». Мехмед, уже занесший кулак, вдруг остановился и завопил на свою кузину: — Уйди! Лале наклонилась к самому лицу паршивца шехзаде, и прошипела чуть слышно: — Дядя будет в бешенстве! Мехмед, удивившись от такой реакции хрупкой девушки, её напора, отступил и нервно передернул плечами. — Ничего, я с тобой ещё поквитаюсь, — прищурившись, процедил сквозь зубы он. Скрипнула и отворилась входная дверь. — Здравствуйте, уважаемые студенты! Прошу извинить меня за это опоздание! — раздался голос Ходжам Мустафа. После урока к Лале подошёл учитель и они стали обсуждать какой-то конкурс, к которому девушка должна подготовиться. Вручив ей несколько свитков, ходжам удалился. Выйдя перед классом, учитель хлопнул в ладоши привлекая внимание. — Все юноши за мной, мы идем на урок боя. Девушки остаются в классе, у них будет урок вышивки. — Тогда я предпочёл бы остаться здесь, — хмыкнул высокомерно Мехмед. — Вы собираетесь покорить Византию приёмами вышивки? — усмехнулся Мустафа, вызвав тем самым гнев молодого принца. Все присутствующие прыснули, а шехзаде высокомерно скривившись, пошёл за юношами. На улице Мехмед подошёл ко мне и прошипел. — Советую тебе быть осторожным. Ты нажил себе очень могущественного врага. Ты же понимаешь, дикарь, тебе просто так не сойдёт с рук сегодняшняя выходка. Будь уверен. Окинув меня уничтожающим взглядом, шехзаде двинулся дальше, к месту боевых занятий.***
Тренировки прошли быстро и гладко, поэтому учитель отпустил нас пораньше. Долго думая, я пришёл к выводу, что достаточно отталкивать от себя людей. Пора попробовать завести друга. И Лале прекрасно подходила на эту роль. Маленькая, нежная девушка, так рьяно защищавшая меня, вызвала моё восхищение и уважение. Я решил предложить ей прогуляться. Поджидая её на выходе из класса, я прокручивал сегодняшний день в голове. «Чтобы так вляпаться нужно ещё изрядно постараться». Боковым зрением я заметил выбегающую из здания девушку и двинулся к ней. — О, прости, ваш урок боя уже закончился? — Да, на сегодня всё. Лале-хатун… — я открыто и по-доброму посмотрел ей в глаза. — Говорят, здесь есть искусственные озера. Очень любопытно взглянуть. Может вы мне покажите их? Прикусив губу, девушка о чём-то сосредоточенно размышляла. Но вздохнув посмотрела на меня печально и сказала: — Знаешь, я бы с удовольствием, но мне необходимо готовиться к конкурсу. Это очень важно. Если я смогу произвести хорошее впечатление, возможно и остальным девушкам откроется дорога к науке и знаниям. Не обижайся, пожалуйста. В следующий раз мы обязательно погуляем. — Всё в порядке Лале-хатун. Я понимаю. Дотронувшись до моей руки, девушка искренне улыбнулась мне и побежала в сторону жилых комнат дворца. «Такая чистая, такая добрая… заботится обо всех и идёт на жертвы ради великой цели. В первую очередь Лале думает о других…» Я побрёл в сторону сада. Решил прогуляться один. Пробродив достаточно долго, я решил присесть у воды и просто дать себе возможность расслабиться, ни о чём не думать. Но не прошло и пары минут как из своего укрытия я увидел, как Лале неспешно прогуливается по тропинке. «Похоже она уже освободилась…» Выйдя из своего укрытия, я направился вслед за девушкой. Я нашёл её на поляне, недалеко от воды. Рядом с ней стоял Аслан. Они о чём-то разговаривали. Прислушавшись мне удалось кое-что разобрать. — Я очень волнуюсь. Это ведь правда важно. От меня зависит будущее всех девушек, — она закрыла лицо руками и тихо прошептала. — Вдруг я не справлюсь? — Ты? Лале, ты самая умная, самая усердная. Если не получится у тебя, то никто не справится, — ответил Аслан. «Надо поблагодарить парня. Я же видел его желание вмешаться и защитить меня». Я вышел на поляну и прямиком подошёл к парочке друзей. Аслан сразу протянул мне свою руку. — Сегодня в классе с Мехмедом. Это было очень смело. Моё уважение. Я пожал протянутую руку и сказал: — У меня не было выбора. У тебя он был, но я видел, как ты хотел мне помочь. Это было ещё смелее. Моё взаимное уважение. — Ох, мальчики… я так рада, что вы подружились! — радостно сказала Лале. — Нам нужно держаться вместе. Мехмед так просто не отстанет, — буквально скопировал мои мысли Аслан. — Будем держаться вместе, — улыбнулся я. Послышался звук гонга. Три длинных удара, один короткий. — Вы слышали? Султан Мурад собирает всех у себя, — девушка почему-то сильно испугалась. Не говоря ни слова, мы двинулись на призыв. Покои султана были битком набиты людьми. Рядом с Мурадом стояли самые близкие члены семьи. Лале направилась туда. Дальше стояли визири, потом высшие чины янычар… чем дальше от султана, тем ниже звание. Я и Аслан стояли у самых дверей. Ударил гонг и султан Мурад шагнул в центр залы. — Мои дорогие подданные. Вы знаете, что такие собрания большая редкость и поводом для них служат исключительные события. Сегодня как раз такой случай. Я давно к этому шёл. И вот, наконец, решил исполнить задуманное. Я отрекаюсь от власти. Новым султаном будет мой младший сын Мехмед 2. По залу пробежал ропот удивления. Похоже никто не ожидал подобного. — Это окончательное решение! — твердо заявил Мурад. Мехмед стоял рядом с отцом и мерзко лыбился. Окинув толпу собравшихся, он встретился со мной взглядом и глаза его злобно блеснули. «Вот это плохо! Боюсь ничего хорошего его правление мне не сулит». Наши дни, Бухарест, отель прибежище вампира. Девушка, как две капли воды, похожая на Лале, встала со своего места и направилась к столику, за которым сидели двое мужчин. В одном из которых я узнал начальника девушки Винсента. Я решил чуть задержаться и послушать, о чём пойдёт речь. «Может удаться узнать, что так расстроило мою незнакомку». — Дорогуша, садись к нам, какая встреча! — с сильным акцентом заговорил Винсент. — Винсент, это… — Лайя, так звали двойника Лале, с опаской посмотрела на второго мужчину. — Наш румынский коллега, Жан, и да, я знаю, что он предлагал тебе продать картины. Я должен был проверить тебя. Что ты не предашь меня и не поведёшься на более выгодное предложение. Мои ладони непроизвольно сжались в кулаки. — Но зачем? Разве я давала повод усомниться в себе? — обиженно заговорила девушка. А я словно вернулся в 15 век. Этот голос. Такой родной и желанный голос. Но сейчас он был полон непонимания и обиды. — Знаете, что Винсент, это очень обидно. — Меня много раз предавали. Я никому теперь не верю, моя дорогая, — надменно сказал в ответ мужчина. — Я хозяин этих картин, я за них заплатил. Ты должна быть благодарна, что можешь касаться таких редкостей за мой счёт. На глазах Лайи навернулись слёзы. «Поганец!» Я решительной походкой, стараясь сохранять спокойствие, подошёл к их столику. «Пришло время отдавать старые долги. Лале всегда меня защищала. До последнего своего вздоха. Теперь моя очередь позаботиться об её двойнике, об Лайе Бёрнелл».
