Будни демонических семей

      У Ло Бинхэ была насыщенная жизнь, полная опасных вылазок, крупных сражений и любовных интриг. Он всегда выходил победителем, насмешливо улыбался стерве-судьбе, которая была не слишком ласкова к нему первое время, и в целом был доволен жизнью. Враги пали перед ним ниц, союзники боялись лишний раз вздохнуть в его присутствии, а жены жадно ловили искорки страсти, которые Ло Бинхэ отсыпал им щедрой рукой. Несмотря на все угрозы, он оставался спокоен и стоек, в его душе не было места беспокойствам и страхам.       С появлением в его жизни Вэй Ина в густую черную гриву затесалась седина, а в верхнем ящике стола прочно обосновался небольшой бутылек с успокоительным настоем. Один глоток вырубал наглухо, и великий владыка демонов мог смотреть на выходки своего сына с должным достоинством, а не украдкой, через узкие щели пальцев. Собственно, именно этим он и занимался, когда с пугающей флегматичностью следил за скрученной в спираль ядовитой змеей, которую дорогое и отважное чадо привязало к палке аккурат возле крыла его многочисленных супруг. Те вопили одна громче другой, со слезами на глазах прятались по углам, а сам виновник торжества успел скрыться до того, как Ло Бинхэ доложили о подозрительной активности.       — Мне кажется, его мать знала, что делала, когда умерла, — пробормотал себе под нос Ло Бинхэ и развеял ползучую дрянь одним взмахом руки. Темная ци отравила ей кровь, и тварь издохла в странной позе. Только яд с клыков все еще капал. — Знал бы, что на свет появится такой кошмар, никогда бы не возлег с ней…       Синьмо у него на поясе злорадно загудел.       — Смеешься, значит? Мне напомнить тебе, как он тебя чуть по осколкам не разобрал, великий демонический клинок? — не менее глумливо ответил ему Ло Бинхэ и поспешил удалиться в свой кабинет до того, как жены придут в себя и решат, что он жаждет их внимания и ласки. Синьмо униженно притих, обдав напоследок убийственной волной ци своего хозяина, и должно быть, пожалел, что для мечей никто успокоительного не придумал.       Хуже Вэй Ина могло быть лишь два Вэй Ина. Это незадачливый отец понял уже на шестом году жизни неугомонного урагана, который обследовал дворец едва ли не лучше него самого, а затем притащил лютого мертвеца в его кабинет за полуотвалившуюся руку. Труп явно чувствовал себя смущенным и растерянным. Ло Бинхэ, собственно, тоже, но как-то особенно сильно. Воображение поражали не столько иррациональная сила и удача Вэй Ина, сколько его фантазия.       — Отец! — счастливый визг не предвещал ничего хорошего. Ло Бинхэ успел лишь подальше отвести содрогнувшийся от ужаса Синьмо, а затем ему в живот влетело вертлявое чудо с копной таких же, как у него самого, черных волос и шальной улыбкой. Обхватило маленькими, но цепкими ручками за пояс, как клещ, — захочешь, не оторвешь.       «Лучше бы он меня боялся, как все нормальные дети…» — непривычно устало подумал Ло Бинхэ, на автомате приобнял обманчиво хрупкое тельце одной рукой. Пузырек с успокоительным был наполовину пуст, хотя месяц только начался. Вэй Ин обладал поразительной невосприимчивостью к мрачной ауре отца и его гневу. Когда все остальные испуганно вжимались в стены, Вэй Ин продолжал солнечно улыбаться и неряшливо дергать отца за длинные пряди, предварительно вскарабкавшись ему на колени или даже шею. Порой Ло Бинхэ даже казалось, что маленький поганец выводил его из себя нарочно.       — Твой отец занят, Вэй Ин, — сквозь зубы процедил Ло Бинхэ и попытался отцепить ребенка. Впрочем, тщетно. — Кроме того, твой отец не помнил, чтобы разрешал тебе выходить из своих покоев, — добавил он, чуть погодя. Как будто неугомонного демоненка могло это остановить, в самом деле.       — Тетушка Лин приносила мне твой суп из ребрышек и корней лотоса, — убежденно кивнул Вэй Ин. На мгновение он оторвался от несчастного пояса Ло Бинхэ, взглянул на него, казалось бы, задумчиво и сурово, но тут же улыбнулся. — Разве я не прощен? — невинно захлопал глазками Вэй Ин. Он выглядел почти святым, если бы не хитрая улыбка, которую он старательно, но безуспешно давил в себе.       Ло Бинхэ подавил в себе порыв убиться о стену, а заодно и удавить Вэй Ина. Он задумчиво уставился на ребенка, словно оценивая промелькнувшую в голове шальную идею, а Вэй Ин уже потянул ручонки к Синьмо. Ло Бинхэ стукнул по ним уже привычно, а потом тяжело вздохнул.       Подхватил довольного Вэй Ина одной рукой и даже позволил вцепиться в волосы. Тот что-то жизнерадостно стрекотал под ухом, иногда бурно размахивал руками и слезно просился заглянуть в крыло к братьям. Ло Бинхэ слушал его рассеянно и гадал, почему до сих пор не убил прилипчивое чудо.       Вэй Ин смотрел на отца так, будто знал ответ на этот вопрос.