Небеса наизнанку

      — Мисс Уокер, — обратился ко мне председатель экзаменационной комиссии, — И последнее, что все-таки привело вас в мир искусства?       Ступор. Обычно о таком спрашивают при поступлении, но не на последнем экзамене.       — Я здесь по любви — пауза.       — Продолжайте, прошу. — не унимался профессор Буше.       — Так случилось, что когда мне было пять, мама умерла и мы с папой остались вдвоем. Тогда отец стал брать меня к себе на работу в Национальный музей, чтобы я не оставалась одна. Там и прошло мое детство. В его мастерской. В окружении картин и рассказов о полотнах, которые он реставрировал. Конечно его истории были сказки для маленькой девочки, но благодаря им я оказалась здесь, на факультете истории искусств.       Я закончила свой ответ. Профессор Буше довольно улыбался.       — Любовь многое решает, мисс Уокер. Уверен, вас ждет интересная жизнь. Главное не предавайте себя и свои мечты.       — Спасибо, профессор! Могу идти?       — Да, на этом вы свободны.       Улыбнувшись и поблагодарив всех за внимание, я вышла из аудитории.       Вот и все. Учеба окончена. Впереди целая половина лета и маленькое путешествие по стране, которое мы с отцом запланировали в качестве награды за наши старания.       Я вышла на улицу. Утро. Обожаю это время. Летнее солнце нежно греет, и не пытается выжечь все живое вокруг. Дел не было, поэтому я решила заехать к отцу в музей, порадовать его хорошими новостями, а потом отвезти машину в сервис, чтобы дополнительно проверить ее перед нашей поездкой.       Постояв еще немного, я села за руль. Радио приветственно заиграло что-то жизнерадостное. Напевая и пританцовывая, я выехала на дорогу.       Расстояние от университета до Национального музея занимало минут тридцать. Единственное, что я не учла — утренние пробки. Застряв на очередном светофоре, я прибавила звук и залезла в соцсеть. Потянулась бесконечная лента из фотографий однокурсников, общественных групп и надоедливой рекламы. Только спустя полтора часа я доехала до конечной точки.       Свободных мест на парковке как всегда не было. Объехав квартал несколько раз, я припарковалась у обочины через дорогу от центрального входа. Вышла из машины, огляделась по сторонам. Никого. Достала телефон и набрала папе, чтобы он встретил меня. Едва успев нажать кнопку вызова, я отвлекалась на рев мотора, который заполнил всю улицу.       — Вики, солнышко, ты уже пришла? — заговорил телефон родным голосом.       Огромный черный джип ехал прямо на меня.       Блять.       Яркая вспышка света, за которой последовал оглушительный звон в ушах. Я обхватила голову обеими руками и упала на колени. Не знаю сколько времени это продолжалось, но внезапно все прекратилось.       Наконец-то я смогла сделать вдох и порадоваться, что не умерла от удушья. Открыла глаза. Асфальт. Музей. Отлично, значит меня не сбили.       Мимо пронеслась сирена скорой помощи. За ней полиция. Я повернулась в сторону, где они остановились. Молодой полицейский принялся разгонять столпотворение и натягивать стоп-ленту. Я поднялась и направилась в сторону происшествия.       На дороге в неестественной позе лежало тело. Девушка. Ее длинные русые волосы стали приобретать бордовый оттенок, впитывая кровь вокруг. Я подошла ближе. Из вывернутой ноги торчала кость, а туловище напоминало бесформенный мешок. Лицо сильно ободралось, но все равно было узнаваемо.       Ужас сдавил грудь. Это было мое лицо.       Я продолжала стоять и смотреть вместе со всеми.       Неожиданно, как будто сквозь меня, пробежал мужчина и нырнул под ленту.       — Нет, нет, нет! Господи, пожалуйста, нет! — сквозь слезы бормотал он, дрожащими руками прижимая тело к себе.       — Мистер, Уокер? Пройдемте со мной. — обратился полицейский к мужчине.       Папа.       Я бросилась к нему, но чья-то сильная рука меня остановила.       — Нет, нельзя!       Высокий, статный мужчина с правильными чертами лица и глазами цвета лазурного океана, удерживал меня на месте.       — Отпустите! — жалкая попытка вырваться.       — Я. СКАЗАЛ. НЕЛЬЗЯ. — низкий и властный голос, — Пойдем. — мужчина потащил меня за собой.       Мы отошли подальше от места трагедии. Я не понимала, что происходит. Глаза болели. Слезы безостановочно лились и я размазывала их вместе с соплями по лицу. Мы молча стояли и смотрели как медики убирают тело в черный пакет, как погружают внутрь скорой и увозят в неизвестном направлении. Отца забрала полиция. Люди разошлись и только кровь на асфальте напоминала о произошедшем событии. Я тихонечко скулила и всхлипывала.       — Геральд. — представился мужчина.       — Вики. — прошептали мои трясущиеся губы.       Смотря куда-то в пустоту, я продолжила: — Если это розыгрыш, то мне пиздец не смешно.       — Это конец твоей жизни. Нам пора. — будничным тоном, словно мы были на прогулке, ответил Геральд.       Пришло осознание.       — Я не хочу умирать.       — Это не ты решаешь, пошли.       — Это моя жизнь. МОЯ ЖИЗНЬ! — снова рыдания.       — Вики, — тряхнул он меня за плечи, — не заставляй тащить тебя силой.