Кем ты себя возомнил?

На этот раз обстоятельства были настолько иными, что она почувствовала, что попала в новый мир. Ее мысли вернулись в настоящее. Она посмотрела на сцену. Виолончелист был хорош, действительно хорош. Она была благодарна учительнице Кэролайн за то, что та порекомендовала им приехать. Судя по ее сияющим глазам и восторженному выражению лица, Кэролайн это тоже очень нравилось. Андреа сидела по другую сторону от девочек и с удовольствием наблюдала, как виолончелист и пианист играют друг с другом. Первая половина, казалось, летела вперед, с серией шоу-остановочных пьес, и хотя музыка не была предназначена для детей как таковых, она показывала, на что способна виолончель. Андреа удивилась, до каких высоких нот можно дотянуться на инструменте. Музыка взмыла ввысь. Когда актеры встали и получили бурные аплодисменты, Кэролайн почти очнулась от того, что казалось трансом. Они встали, чтобы размять ноги и, может быть, поискать выпивку. — Значит, тебе явно понравилось? Андреа улыбнулась своей маленькой спутнице. — Это было… потрясающе. Я никогда, никогда не смогу так играть! — Не будь слишком уверена. Практика делает совершенным, как говорится, и ты уже сделала отличный старт. Она знала, что Миранда не одобрила бы, если бы кто-то из них встал в очередь за мороженым или чем-то таким плебейским, поэтому она вытащила из кармана скромную плитку шоколада и раздала ее среди их компании. Миранда закатила глаза, но не сказала. Андреа улыбнулась и вспомнила, как впервые накормила свою богиню шоколадными квадратиками. Когда она поймала взгляд Миранды и увидела, как та откусывает шоколад, между ними промелькнула злая усмешка. Значит, Миранда тоже помнила. Они поговорили с девочками о программе и обсудили, что будет во второй половине. Чарльз Андерсон исполнит несколько сольных пьес для виолончели, сказал он, несколько баховских сюит для виолончели, а затем очень современную пьесу. Как только они заняли свои места, к ним подошел билетер и что-то прошептал Миранде, которую он уже знал в лицо. Она кивнула и повернулась к трем своим спутникам. — Похоже, поглощенность Кэролайн музыкой и её хорошее поведение получили свою награду. Мистер Андерсон спросил, не хотели бы мы встретиться с ним после концерта, за сценой. — Что? О Боже! -Язык, Каро! Но да, это большая честь, я уверена. А теперь, вы обе, сидите спокойно. Сейчас он выходит на сцену, чтобы начать вторую половину!» К концу концерта стало очевидно, что у музыканта появился новый, совершенно преданный маленький поклонник в лице Кэролайн. Кэссиди тоже все это нравилось, но наблюдала за пианистом не меньше, чем за виолончелистом. Для десятилетних детей было уже поздно, и она подавила зевок, но все они были взволнованы, когда их проводили за сцену в зеленую комнату, где музыканты собирали свои музыкальные инструменты. Чарльз подошел к Миранде и Энди и пожал им руки. Это был высокий, чувствительный на вид парень с белыми волосами, загорелым лицом и очень яркими голубыми глазами. Андреа подумала, как изящно выглядят его руки, музыкальные руки с длинными пальцами. Он обратился к детям и сказал Кэролайн:  — Я заметил, что ты очень внимательно наблюдала за мной. Тебе понравился концерт? — Его акцент определенно был австралийским. -О да, это было чудесно. — Моя дочь только что начала играть на виолончели. Это ее первый семестр, но учитель говорит, что она добилась хороших успехов. Обе девочки тоже играют на пианино. Миранда, которая могла бы стать матерью-тигрицей, когда дело касалось близнецов, не хотела казаться слишком хвастливой в присутствии такого настоящего музыканта. — Сколько тебе было лет, когда ты начал играть? — спросила Кэролайн, желая знать, есть ли у нее шанс стать профессиональным игроком, как он. — Мне было восемь. Ее лицо вытянулось. — Мне уже десять, но я предана делу. Мама купит мне на Рождество мою собственную виолончель. В данный момент я должна использовать один из них в школе. — Ну, десять-это тоже хороший возраст для начала. Я думаю, ты прекрасно справишься. — У нас есть билеты на ваш концерт в следующий вторник, — сказала Миранда. — На тех же самых местах. Мы тоже с нетерпением ждем этого. Большое спасибо, что согласились встретиться с нами. Кэролайн так взволнована. — Да, мы с Джорджем едем в Вашингтон на уик-энд, но вернемся во вторник. Я, конечно, буду присматривать за вами в зале. Кэссиди слегка задумалась и была занята глубоким разговором с аккомпаниатором, который казался таким же приятным и дружелюбным, как и его партнер. Андреа тем временем наблюдала, как Миранда и Чарльз Андерсон разговаривают друг с другом, и было в них что-то такое, в том, как они бессознательно отражали друг друга, и в том, как они стояли и двигались, что напоминало ей людей, которые любят друг друга. Миранда словно подражала виолончелисту. Она определенно реагировала на него не так, как обычно вела себя с людьми, особенно с мужчинами. Но было уже поздно, и музыканты были готовы покинуть Концертный зал и вернуться в гостиницу. Миранда знала, что близнецам давно пора спать, и, хотя завтра была суббота, когда они могли спокойно спать, ей нужно было отвезти их домой. Они пожали друг другу руки и расстались у служебного входа. Как обычно, они с Андреа болтали о событиях вечера, концерте и встрече с музыкантами, а позже лежали в постели с приглушенным светом. — Разве он не был добр, согласившись встретиться с Кэролайн? Должно быть, он очень устал к концу этого рассказа. — Да, хотя адреналин толкает тебя вперед. Сегодня они спустятся только после полуночи. Мне знакомо это чувство после больших гала-концертов и модных мероприятий. Виолончелист-непревзойденный исполнитель, но я думаю, что в глубине души он довольно одинок. Довольно замкнутый человек. — Может быть, мы пригласим его в следующий раз, когда он приедет в Нью-Йорк? Было бы неплохо узнать его получше. Они все время гастролируют, так что я думаю, он вернется. Кстати, вы отлично смотрелись вместе. — Ты ведь не выдашь меня замуж, дорогая? Помни, мы с тобой помолвлены! — Как будто я это забуду! О, и еще, милая, я знаю, чего бы мне хотелось на нашем свадебном приеме… — Хм? — Шоколадный фонтан. Как напоминание о нашей первой ночи вместе. — Ты невозможна. Не знаю, почему я беспокоюсь о тебе. — Я уже слышала это от тебя и думаю, ты знаешь ответ… Спокойной ночи, дорогая. — Спокойной ночи, любовь моя. Сладких снов. Андреа лежала в темноте, ненавидя маленький укол ревности, который закрался в нее, и поощряемый теми самыми словами, которые произнесла Миранда. — Ты ведь не выдашь меня замуж?» Боже, она словно читала ее мысли. Она повернулась лицом к стройной спине Миранды и обняла ее сзади, прижимая к себе. — Ммм, мило, — Миранда взяла ее за руки и крепче прижала к себе. Андреа еще раз обняла ее, но Миранда уже спала, ее мысли были заняты не каким-нибудь австралийским виолончелистом, а гигантскими мисками с начинкой, поглощающими ее целиком.