Звёзды с балкона, увидимся позже

— Арс, собирай свои пожитки быстрее, у нас поезд уже через два часа, так что собирайся быстрее, пожалуйста, — приказным тоном говорит Антон, аккуратно складывая свои вещи в сумку. — Да, сейчас, — Арсений в который раз нажимает на экран телефона, чтобы сделать селфи. И переводит на Шастунишку, который со смешным лицом собирается. — Попов! Прекрати! — Антон кидает в преподавателя, кажется, его же вещь и улыбается, когда тот роняет телефон из рук.

***

      Приезжают ребята поздно ночью. Шастун радуется тому, что можно наконец-то рухнуть в свою, родную постель.       Белка же всё то время, когда её хозяина не было дома, проводит у Димы и Серёжи. Матвиенко, или уже Позов (в этом Антон не был уверен), присылает довольно забавные видеоотчеты в телеграмме, чтобы Антон был уверен в том, что с собакой всё хорошо. Смотря эти короткие видео, они с учителем громко и долго смеются.       Шастун в собственных мыслях подмечает, что стоит бы забрать её из гостей. Но всё это будет только завтра, а сейчас уже пора спать.       Попов уходит ночевать в свою квартиру.       Сегодняшнее утро кажется более спокойным. Благо, отопление есть, да и высокое недоразумение даже просыпается раньше, чем обычно, успев сходить в душ, и, в кои-то веки не опаздывая, поехать вместе с Арсением в колледж. Это стало их некой традицией, что для парня равноценно было совместному курению на смежном балконе. Но на неделе «не курения» Антон предложил просто пить чай.       Парень слишком задумывается, а его раздумья внезапно прерывает Арсений, который легко, едва касаясь своими губами щеки студента, целует его. Очень приятно и неожиданно. — До встречи в колледже, — бормочет себе под нос парень, покидая салон автомобиля.

***

      Ещё утром его предупредили, что будет пара физкультуры. Он, конечно, был удивлен этому событию, так как пар данного предмета у них не было очень давно. И стояла она последней парой.       Антон идёт переодеваться в раздевалку. И его радует тот факт, что уже через полтора часа он покинет это учебное заведение и будет спокойно наслаждаться долгожданным отдыхом в своей квартире. Правда вот расстраивает то, что сбежать и вернуться домой немного раньше, чем планируется, никак не получится. — Шастунишка, — шепчет Дима, приближаясь к парню. Тот от испуга роняет свою футболку. — Ты дебил что ли? — возмущённо отзывается парень, поднимая предмет одежды с пола. — Ты только что узнал? — смеётся Матвиеныч, откусывая яблоко.       На удивление, пара проходит более чем спокойно. Стас не даёт им лишнюю нагрузку, просто разрешая спокойно поиграть в баскетбол.       Все офигевают, когда в спортзал входит Арсений Сергеевич в спортивной форме, а за ним шёл Павел Алексеевич. С этого ахуевает весь состав команды. И Антон, у которого и без того стояк. Как же его раздражают гормоны. — Чего стоите? — учитель истории командует. Паша оказывается в чужой команде, а Арсений с Антоном, Димой и его парнем.       Игра лёгкая для всей команды, но не для Антона. Футболка была слишком коротка, чтобы прикрыть хоть что-то. Последней каплей для Шастуна становится то, что Арсений бежит за мячом, которым попали в стену, слишком сильно наклоняясь, дабы поднять его с пола.       Парень достаёт из кармана шорт телефон, проверяя время. Часы показывают, что до конца всех этих мучений остаётся буквально пять минут. Попов хватает Антона за шею, но не рассчитывает силы, из-за чего хватка оказывается слишком сильной, отчего на коже парня расплываются жёлтые пятна. Как прошептал Арсений — это всего лишь был отвлекающий маневр. Но Антон кончает от этого. Кто же, блять, мог знать, что у него есть кинк на удушья. Ему сейчас так стыдно как никогда раньше не было. Очень стыдно. Он хочет забыть эту ситуацию. Ну а ещё слёзно надеется, что этого никто не заметил.       Приходится просить Арсения отвезти его срочно домой, а потом забрать Белку у Дирёж (так Арсений начал называть не очень гетеросексуальную пару), она и так уже долго у них. — Поехали? — Антон, уже переодетый во все чистое, садится в машину. — Слушай, что за спешка? Что-то случилось?       Антон лишь по одному взгляду прекрасно понимает, что тот догадался. — Ну Антон, ты же взрослый мальчик, мог просто мне сказать, я бы все понял. — Пиздец. Арс, забудь это, пожалуйста, — Шастун прикрывает лицо руками. Ему хотелось лишь одного — раствориться в воздухе. — А по-твоему дрочить в моем душе после поцелуев вовсе не стыдно?       Парень предпочитает остальную часть дороги отпустить голову, уставившись на свою собственную обувь, и молчать, полностью отдаваясь мыслям. — Приехали, иди, забирай свое чудо.       Проходит порядка пятнадцати минут, когда Шастун выходит из подъезда. С Белкой на руках. Арсений знатно подзалипает, выкладывая в историю пару фотографий. Одна из них сделана тайком от Антона и на ней как раз таки был парень. Он сегодня в рубашке в колледже, что очень удивило.       Студент расстилает на заднем сидении покрывало, укладывая туда собачку. Попов не может терпеть шерсть в салоне автомобиля, но ради Шастуна он вытерпит даже такое.       Когда они возвращаются домой, парень кормит Белку, заваривает себе и преподавателю чай. Антона немного морозит, поэтому он просит Арсения зайти к нему.       Они сидят за столом, обсуждая поездку. Парные украшения по-прежнему красуются на шее Арсения и руке Антона. Студент спокойно копается в компьютере преподавателя. Он включает «Районы-кварталы», и ему почему-то внезапно вспоминается кое-что.

Больше нечего ловить, все, что надо, я поймал, Надо сразу уходить, чтоб никто не привыкал. Ярко-желтые очки, два сердечка на брелке, Развеселые зрачки, твое имя на руке…

      Немного робко и желанно парень отлипает от чужого ноутбука, подходя к Арсу, что успел расположиться на кровати. Под начало песни они уже целовались. Антону начинает казаться, что он сошел с ума. Он наклоняется слишком близко к Арсу, так, что их губы почти соприкасаются, и целует, чувствуя на себе ошалелый взгляд. После этого Арсений как ни в чём не бывало поправляет челку и уходит на балкон. Антон спокойно продолжает сидеть за компом, пока Арсений не понимает, что только что произошло. — Ёбанный рот! — громко выражается тот, залетая в комнату как ошпаренный. — Антон! — Что? — в комнате на повторе играет песня группы «Звери».

Районы, кварталы, жилые массивы, Я ухожу, ухожу красиво… Районы, кварталы, жилые массивы, Я ухожу, ухожу красиво…

— Там Белка кресло порвала, и, кажется, наелась этих шариков… — обеспокоенно вопит Попов, указывая пальцем на открытую дверь балкона, где виднеется только куча пенопластовых шариков, несколько штук успели прилепиться к штанине Арсения. — Бляяяять… — Антон закрывает руками лицо. — Арс, я сейчас сбегаю за своими штанами, везём её в ветеринарку? — У меня только два вопроса: как ты пройдешь там и сколько она их сожрала? — Одевайся! — рявкает озлобленный Шастун.       Если бы на месте студента был кто-то другой, то Арсений бы уже послал нахуй за такой тон.

У тебя все будет класс, будут ближе облака, Я хочу как в первый раз, и поэтому пока, Ярко-желтые очки, два сердечка на брелке, Развеселые зрачки, я шагаю налегке…

      Парень летит на всех парах в своё жилище, а Попов выключает музыку, погружая собственную квартиру в тишину. — Я ухожу, ухожу красиво, — напевая себе под нос, Попов подхватывает подмышку собаку и выходит вместе с ней. Антон уже стоит под подъездом, так что у них всё схвачено.       Они быстро доезжают до ветеринарной клиники. Белке делают рентген, позже выходит врач, снимая очки. — У собаки все в порядке, отравления нет, подождите несколько дней, всё выйдет естественным путем.       Арсений смотрит на своего пацана, который ярко и расслабленно улыбается, прицепляя к ошейнику поводок. Эти несколько дней проходят у них как-то комично. — Блять, мне теперь это все собирать, — хрипит мальчишка, запуская собаку в квартиру Арсения. — Антон, если твоя Белочка нагадит мне в квартире, я тебя четвертую.       Антон смеется, а Арсений ищет лайфхаки, как собрать пенопласт.

Антон Шастун Белка нажралась пенопласта от пуфика и мы с Арсом возили её в ветеринарку.

Сергей Матвиенко Ахаха, муженек-то беспокоится) Оксана Флорова Серёжа! Дмитрий ПозовОтвет: [Оксана Флорова Серёжа!] А ты где Иру потеряла? Оксана Флорова Там же, где и ты свою совесть, Позов!

Антон Шастун Ладно, я пошел, благословляю вас на срач.

      Арсений наливает таз воды, а затем ставит его на пол. — А это зачем? — вопрошает Антон, глядя на судно с жидкостью. — Затем. У тебя скотч есть? — После проекта его не осталось. А что? — Тогда тазик в зубы и пиздуй убирать, оно по-другому не убирается. — Не понял. Причем тут вообще вода? — Шарики надо водой залить, не тупи.       Шастун берёт тазик, уходя на балкон. Арсений идёт следом. Конечно, ему слегка страшно, что подсветка перестанет работать. Но с этими шариками невозможно будет находиться на балконе, так что придётся их заливать.       Мокрые кругляшки поддаются сбору куда лучше, чем сухие, поэтому потихоньку шарики сгребаются в пакет. Попов всё-таки помогает хоть как-то. — Арс, набери воды, пожалуйста, и, видимо, нам придётся покупать новый пуфик для тебя. — Интересно, почему она именно мой сгрызла? — задумчиво посмотрел мужчина на парня. — Потому что ты вредный, давай, иди уже.       Попов случайно обливается этой же водой из таза, Антон идёт за своим мужчиной. — Попов, ты где? — Антон наугад заходит в ванную, так как ему никто не отвечает, и видит картину, которая ему определённо нравится и он хотел бы видеть её чаще: Арсений выжимает мокрую футболку, стоя над ванной. — Арс, ты у меня такой красивый, — тянет Антон, любуясь голым торсом преподавателя. А затем в его голове словно что-то щёлкает и он резко притягивает того к себе, придерживая за талию, и целует. Попов слегка липкий, и лицо у него мокрое, видимо, он умывался. — Ты у меня тоже красивый. Антон, — словно собираясь с мыслями, Арсений делает паузу на пару секунд, которые кажутся для обоих вечностью, — скажи честно, ты бы хотел… Ну… Переспать со мной? — вежливо интересуется, по-прежнему обнимая мальчика, но готовясь отпустить его в любой момент, если тот захочет уйти. — Хотел. Хочу. Очень сильно, — честно признается Шастун, забирая тазик с водой. Арсений слегка удивляется спокойствию Антона, признаваясь себе, что, кажется, он ещё много чего не знает о парне.       Антон подхватывает тазик и удаляется из ванной, возвращаясь на балкон. Арсений задумывается. Ему дали согласие, и он, кажется, готов сделать все так, чтобы Шастун никогда не пожалел о своем выборе.

***

      Антон внимательно следит за преподавателем, пока идёт до своего места, а затем усаживается за парту. Рядом с ним никто сейчас не сидит, потому что Оксана сидит с Ирой, Дима с Серёжей, поэтому он чувствует себя слегка одиноко. Но ничего страшного, Шастун же самостоятельный мальчик, ему и наедине будет неплохо. Арсений начинает пару с подводки к теме Советского Союза, рассказывает о революции. Антон, уже как по привычке, вытягивает скетчбук и с громким хлопком бросает его на стол, не обращая внимания на сдержанное возмущение в синих глазах за преподавательским столом.       Когда пара заканчивается и кучка студентов идет в аудиторию Арсения, все решают дружно прогулять пару Арса, кроме Оксаны, Иры, Димы, Серёжи и самого Шастуна. Они остаются на своих местах, разглядывая спины однокурсников, уходящих «да в туалет». В аудиторию заходит Павел Алексеевич. — Ну, господа, давайте тогда поболтаем, раз тут только свои сейчас сидят, — предлагает Арсений, своим тоном показывая то, как же сильно ему не нравится отсутствие практически всех учеников, у которых он сейчас должен был вести занятие. — Павел Алексеевич, а вы сосались под «Районы-Кварталы»? — внезапно спрашивает Матвиенко, поправляя свой хвостик. — Нет. — По глазам вижу, что да! — ехидно улыбается Антон, поймав преподавателя на вранье. — Мы все сосались под районы кварталы! — заявляет Арсений, смотря на Антона.       Оксана загадочно улыбается, как и все остальные, подхватывает улыбку. Кажется, только до одного Павла Алексеевича не доходит, в чём дело.       Арсений решает отпустить всех, кроме Антона. — Антон, останься пожалуйста, — строгим, не терпящим возражений тоном просит Попов, приподнимаясь на своём месте. — Ладно, — все покидают кабинет, даже Воля, а они остаются наедине друг с другом. — Зачем так палишь? — Все и так всё знают, — обыденным тоном, словно каждый день такое говорит, отвечает парень. — В смысле? — учитель находится в ступоре пару секунд, а затем приближается к Шастуну. — Ну, в прямом, они знают, что ты мне нравишься. — Вообще, я не за этим тебя оставил. Хотел поговорить с тобой на одну тему, касаемо секса. — Да? — Антон немного напуганно отвечает, коря себя за слишком быстрый ответ. Да, впечатление, произведенное на Арсения, того стоило… Только вот Шастун категорически не понимает, что ему делать дальше. — Я хочу, чтобы ты был готов к этому, и… Ну… Тебе не было больно. Купить там смазку, презервативы. Если хочешь, вместе можем съездить. Ладно?       Антона в который раз поражает эта забота. Кажется, даже через много лет знакомства он не перестанет этому удивляться. «А вдруг он меня трахнет и кинет…» — пытается сбить настрой навязчивая мысль, но Антон шлёт ее куда подальше, возвращаясь к разговору. — Ладно, хорошо, — Шастун стал выглядеть более расслабленным. — Давай подождём, вдруг ты передумаешь. А сейчас в аптеку? — Я предлагаю поехать сразу в секс-шоп.       Арсений оценивающе смотрит на Антона, думая, что да, всё-таки туда съездить им не помешает. На самом деле, мужчина не считает себя человеком, который увлекался бы всякими извращениями, поэтому искать нужный им магазин ему приходится по картам навигатора.       Девушка в магазине оказывается довольно принимающей и вовсе не гомофобной, мило улыбается и помогает парням сделать выбор. Попов всё-таки предлагает купить не только анальную смазку и презервативы, но и специальную игрушку. Антон стыдливо соглашается, им в красивый пакет упаковывают всё это, и они уезжают домой.       Шастун, сидя в машине, и смотря на идущий снег, достаёт из упаковочного пакета смазку. — А нахуя мы взяли смазку с каким-то вкусом?.. — удивлённо интересуется он. Попов прищурено улыбается, но взгляда с дороги не переводит. — Если тебе не понравится и ты передумаешь, то говоришь мне, хорошо? — Арсений тонко намекает на секс-игрушку. А на вопрос, заданный ему, он так и не отвечает.       Антон щёлкает пальцами в знак согласия. Арсений на необычный жест не откликается.       Придя домой, Антон кидает пакет на стол и достаёт оттуда покупки. Презервативы он заносит Арсу, а остальное оставляет себе.       Ему всё ещё кажется странным такая забота. «Стал бы он так заботиться обо мне?»       Только вот его жутко обижает то, что они ещё даже не встречаются. Неужели нельзя взять и просто подойти, дабы предложить встречаться? Но Антон сам соглашается на обычные поцелуи и его устраивают такие отношения.       С того разговора прошло не менее двух недель. Уже наступил чёртов декабрь. Шастун понимает, что это будет самый долгий декабрь в его жизни. За прошедшее время он всё-таки решился воспользоваться вещицой, которую они купили. И ему жутко стыдно признаться даже самому себе, что, войдя во вкус, ему всё же понравилось.

***

— Бл-яя-яять… — грустно стонет Антон, понимая, что его любимые штаны порвались. Ну как так? Ему не в чем идти в колледж, просто прекрасно.       Но тут парню в голову приходит одна идея. — Кхм, Арс… — Антон стоит на пороге чужого родного балкона в одних трусах. То, что это выглядит вовсе не возбуждающе, Арсений не решается говорить. — У меня порвались штаны, а всё остальное в стирке валяется и так выходит, что мне больше надеть-то и нечего. Могу я взять твои? Обещаю, верну потом целыми и чистыми. — Конечно, спрашиваешь ещё, — преподаватель легко передвигается к шкафу с одеждой.       Студенту не особо принципиально в чём ходить, он просто берет первые попавшие штаны под руку, потому что знает, что у них с Арсом один размер. — Спасибо, — с улыбкой напоследок кидает парень, со спокойной душой удаляясь из квартиры Арса.       Шастун думает, что ему немного одиноко. Даже очень, сказал бы он. Все вокруг — парочки. Кто-то идёт за руки в жгучий мороз, кто-то смущённо улыбается своей будущей жене, а Антон расстроенно сидит в джинсах Арсения. Ну почему в жизни всё против него самого? — Белка, отойди, — злобно рявкает тот, когда чуть не спотыкается об собаку, ища на полу рюкзак.       Она послушно отходит, но смотрит на хозяина, как на конченого придурка.

***

— Арс, ты скоро? — Антон звонит преподавателю, ожидая его внизу, у его машины. Они всё ещё ездят домой и в колледж вместе. — Да скоро я! — слышится на другом конце провода, а из подъезда вылетает злой Арсений, парень это вычислил по походке. — Что случилось? — интересуется Шаст, усаживаясь на переднее сиденье, а Арсений, продолжая коситься на него исподлобья, напоминает мем со злобным котом. — А, — до Антона доходит, что он снова забыл пристегнуться. — Так ты наконец-то расскажешь мне что же такого у тебя произошло, что такой весь злой вышел? — Мы с мамой разговаривали, я опять выслушивал про то, что их с тобой не познакомил, да и вообще то, что я не серьёзный, — Арсений ещё пуще злится, быстро проворачивая ключ зажигания. — Арс, остынь, ты сейчас взорвёшься, — Антон задумывается на пару секунд почему это родители Арсения требуют знакомства с ним? Получается, что у Попова серьёзные планы на парня? Ну уж нет. Парень обиженно фыркает своим же мыслям, после чего не разговаривает с мужчиной всю дорогу. — Ну, солнце, ну повернись же ко мне, — ласково просит Попов, когда они доезжают до учебного заведения. — Что? — Антон только повернулся, а его уже целуют. Мило. — До встречи, звёздочка, — комично кидает Антон, захлопывая дверь машины, и устремляется добежать до ступенек, где весело шагают Дима и Серёжа. — Привет, — в один голос говорят парни, и Антон хохочет. — Привет. Вы со своей любовью забыли про меня, — Антон по-детски надувает губы. Ему почему-то вспоминается, как они с Димой обсуждали девушку Антона и девушку Димы. В какой момент они свернули не на ту дорожку? — Слушай, мне кажется, или это одежда Арса? — подмечает Дима, а Серёжа одобрительно мычит.— Ну… — Антон смотрит на штаны. А затем на толстовку. Действительно, её Попов оставил у Антона, когда был у того на ночёвке. Шастун понимает, что самую малость лоханулся, поэтому отвечает честно: Да.

***

— Арс, ты идёшь ко мне на ночёвку сегодня? — Антон выглядывает из-за угла, от чего Арсений сильно пугается и разливает кофе. — Шастун, блять, — сквозь зубы рычит он. — Это да? — Да, иди отсюда, — устало соглашается Арсений, наблюдая за тем, как по бёдрам стекает жутко горячий кофе.       Антон не совсем понимает такого поведения. Вообще, они как-то часто стали проводить время вместе, чаще ночуют друг у друга, смотрят фильмы вместе. — Что будем смотреть? — Арсений заходит через балкон, тут же плюхается на кровать, а между ними укладывается Белка. — Не знаю, что хочешь.       Арсений включает «Сумерки».       Спустя час, фильм они так и не досматривают, Шастун захлопывает крышку ноутбука, начинает лезть к Арсению, а тот вовсе и не против. — Может?.. — одними глазами спрашивает Антон. — Может, — отвечает мужчина. — Но для начала давай уберём ноутбук.       После того, как технику переносят на стол, а собаку на балкон (чтобы не смотрела своим осуждающим взглядом), Попов начинает тараторить: — Ты точно готов? Если нет, то можно подождать. Иначе я бы не предложил, — немного раздражаясь, отвечает парень. — А вообще никогда нельзя быть ни к чему готовым на сто процентов. Но, скажу честно, сегодня я готов куда больше, чем раньше. — Антон, ты точно готов? — в очередной раз спрашивает Арсений, чем немного уже раздражает Шастуна.       Это всё, конечно, довольно-таки мило, но не для парня, по крайней мере в данный момент. Он хотел начать как можно быстрее — успел вычитать пару статей и историй с каких-то неведомых форумов насчёт этой темы и, прекрасно из всего этого понял, что сначала ему в любом случае будет больно, решил, что чем раньше, тем лучше — поэтому быстро произнёс: — Да трахни ты уже меня! — чего не ожидал сам от себя, поэтому сразу же после этого растерянно и с некой виной в глазах посмотрел на Попова, словно говоря тому лишь одними своими прекрасными глазами «извини, я не специально, не думал, что получится именно так». — Хорошо, солнце, я тебя прекрасно понял. Но, пожалуйста, если тебе будет больно или как-то неприятно, то сразу же скажи мне. Я хочу, чтобы тебе всё понравилось, а не чтобы ты страдал подо мной. Договорились?       Вместо ответа парень подтянул к себе мужчину и нежно, с едва скрываемым желанием, поцеловал его. Они оба сочли это за «да».       Внезапно Арсений оторвался от губ Шастуна, от чего тот расстроенно выдохнул. — Извини, минутку подожди, лучше сейчас всё достать, чем потом. По крайней мере, мы пока что не сильно возбуждены и это будет казаться не таким долгим и мучительным, как потом. Антон мысленно пытается успокоиться, матерясь на словах «долго и мучительно». Ну да, а сейчас ему, конечно, лучше всех остальных.       Мужчина подошёл к шкафу и, открыв его, достал с полки смазку и нераскрытую пачку презервативов. А затем он, улыбаясь, вернулся к кровати, дабы поставить это всё на тумбочку, что стояла рядом. — Теперь понимаешь зачем я полез?       Попов дождался кивка парня, что смиренно лежал на кровати и смущённо смотрел на него, и продолжил: — Просто иначе тебе было бы куда неприятнее, а я, повторюсь, хочу сделать тебе лишь как можно приятнее.       Арсений встал между ног парня так, что они оказались в некой арке, которая получалась благодаря ногам преподавателя. — Мы можем придумать какое-нибудь стоп-слово, чтобы ты был уверен в том, что сможешь прекратить всё сразу же, как тебе что-то не понравится. Хочешь? Или без него обойдёмся? — Очень сильно надеюсь, что оно нам не понадобится, но на всякий случай пусть будет. Кто знает что будет дальше, да? Так что пусть будет «балкон», — практически не задумываясь, ответил на вопрос Антон. — Балкон? — недоумённо переспросил Арсений, словно не услышал того, что ему только что сказали. — Да. Балкон. Именно он. — Хорошо, солнце.       Парень подтянул поближе к себе мужчину, словно намекая, что они не просто так здесь собрались. В конце концов, не чай же они сейчас гонять начнут.       Поняв, что это было сигналом к действию, Арсений приподнялся над Шастуном и, аккуратно пододвинув свои ноги так, чтобы им обоим было удобно, опёрся на них, немного касаясь ягодицами парня, что так удобно лежал под ним, и стеснительно смотрел на Попова снизу.       Антону было дико страшно. У него никогда такого не было. Да что уж тут говорить, он до этого как-то даже не задумывался о том, что у него будет секс с кем-то его пола. А уж о том, что в роли пассива будет он сам, Антон даже и представить не мог, что уж тут думать?       Попов аккуратно переместил руки на грудную клетку парня, на котором он чуть ли не сидел, и, сняв футболку, стал водить по ней руками. А затем он наклонился и губами начал мять сосок парня, слегка сдавливая пальцами другой, играясь с ним.      Шастун тихо проскулил, сдерживая свой стон. — Не сдерживайся, — оторвавшись, томно сказал Арсений на ухо парню. — Я хочу тебя слышать, солнце.       Попов сразу же вернулся к груди парня. Антон дышал чаще, чем обычно, млея от новых приятных ощущений.       Мужчина провел языком линию от одного соска до другого, руками исследуя тело, щекоча мягкими прикосновениями и упиваясь тихими стонами и мурашками, которыми покрылся Антон. «Мне надо же тоже что-то делать, » — сквозь наслаждение протиснулась мысль, от которой в голове Шастуна буквально прояснилось всё. Тот начал снимать футболку с Попова, для чего тому пришлось всё же оторваться от уже рисования различных узоров на животе своим языком, а затем начал изучать взглядом хоть и не сильно выделяющиеся, но всё равно заметные кубики пресса. Он на пробу прикоснулся к горячей коже, принимаясь водить по животу пальцами.       Арсений припал к животу Антона и втянул губами молочную кожу, оставляя на ней красные следы, которые не сойдут ещё где-то с неделю. Он расстегнул ширинку на штанах Шастуна и оставил его в одних трусах, на которых было довольно заметное пятно от предэякулята и колом стоящий член. Арсений зубами подцепил резинку боксеров и стянул их. «Боже, это так смущающе, » — подумал Антон, а через секунду простонал на всю комнату.       Арсений провел дорожку из поцелуев по внутренней стороне бедра Антона, оставил лёгкий укус у паха. Попов с нескрываемым наслаждением прислушался к стону парня под собой, прежде чем накрыть его член губами, вбирая сразу почти на половину и втягивая щеки. Антон задохнулся собственным стоном, сжимая простыни, всхлипнул. — Арс… Я уже скоро… — спустя пару минут, тяжело дыша и делая частые паузы между словами, попытался произнести Антон, намекая на то, что до разрядки ему осталось не так уж и долго. — Не так быстро, солнце, — произнёс Арсений, а затем приподнялся на руках и поцеловал Шастуна. — Ты же не думаешь, что я дам тебе так просто кончить? — издевательски улыбаясь, спросил мужчина, когда отстранился от парня. «Его губы такие горячие и со странным привкусом… Но это никак не делает наш поцелуй каким-то плохим, а даже наоборот, мне так даже больше нравится. Надо будет попробовать сделать ему так же. Вдруг ему понравится. А если нет? Чёрт. Я не узнаю наверняка, пока не попробую. А если продолжу думать об этом, то сделаю только хуже. Так всегда происходит.»       Погрузившись в свои мысли, студент не заметил, что Попов сам уже разделся до конца. — Сейчас тебе может быть немного неприятно, но придётся потерпеть. Я обещаю, что сделаю всё как можно аккуратнее, — предупредил Арсений, смотря Антону прямо в глаза, словно ища там хоть самый слабый намёк на то, что тот не хочет. — Хорошо, Арс, я готов и полностью доверяю тебе, — парень больше выдохнул свой ответ, чем сказал.       Попов выдавил немного смазки на палец и приставил его к анусу Шастуна. Тот дёрнулся и покрылся мурашками от такого резкого перепада температур. — Всё нормально? — Да, холодно просто немного, — стараясь скрыть волнение, заверил Антон.       Мужчина кивнул своим собственным мыслям и медленно ввёл один палец. — Как ощущения? — спросил Арсений через пару минут, когда начал вводить уже второй палец. — Пока не больно, просто непривычно.       Вот только Антон ему соврал. Как только в нём оказалось два пальца ему было не то, что просто неприятно, он всё же познал про какую боль ему говорили. Но он верил словам Попова и поэтому молчал, терпеливо ожидая когда настанет тот момент, в котором ему станет уже приятно.       Когда в тебе разводят два пальца, чтобы растянуть, а ты ощущаешь это впервые, то готов сделать что угодно, даже душу продать в рабство, лишь бы прекратить эти мучения. А когда внутри оказываются уже три пальца, то от боли хочется не то, чтобы скулить, тут даже орать будет казаться не совсем подходящим словом, оно не опишет полностью спектр эмоций.       Поэтому Арсений, заметив, что Шастун плачет, начал целовать его слёзы и шептать: «сейчас всё пройдёт», «ты такой молодец, солнце», «потерпи, немного осталось, честно» и ещё много различных вариаций поддерживающих фраз. И они на самом деле помогли парню, так как тот постарался отвлечься на столь приятный голос, а именно это и помогло не так сильно обращать внимания на то, что ему довольно больно.       Антон немного расслабленно и раздосадованно выдохнул, когда из него вытащили пальцы. Но затем он услышал какой-то непонятный шелест, но открывать глаза, чтобы увидеть что же это именно такое ему не хотелось. Звук длился пару секунд, а затем спустя пару минут почувствовал у своего ануса далеко не палец и тогда-то он понял, что обратной дороги уже нет.       Попов впился в губы Шастуна и резко вошёл на всю длину. Он решил, что только хуже будет давать ему привыкнуть, если тот будет входить постепенно, поэтому сделал так.       На всю комнату прозвучал болезненный стон. — Тихо, ты молодец, солнце, — успокаивал Арсений парня, а спустя пару минут он начал медленно в нём двигаться, меняя каждый раз угол, ища простату.       Лишь после того, как Антон простонал вновь и тихо попросил ещё, мужчина понял, что всё же нашёл этот самый узел. Поэтому продолжил входить он под тем же самым углом, принося парню массу удовольствия. — Ты лучший, — тихо произнёс Попов, но так, чтобы его услышали, и излился в презерватив, громко застонав. Выйдя из парня, Арсений наклонился к его губам, поцеловал, обхватывая пальцами член. Арсений, губами поймав стон Антона, на пробу сделал первое движение. Чувствуя себя увереннее, он слегка ускорился, доводя Антона до разрядки.       Из последних сил парень потянул на себя мужчину, буквально роняя его на себя. Они довольно долго просто лежали, прежде чем Антон решил первый заговорить: — Арс, я… Спасибо тебе, — неловко прошептал Шастун, после чего зевнул. Его сильно клонило в сон. — Солнце, нам ещё в душ надо сходить, не время засыпать, — прошептал в чужую макушку Арсений, слегка приподнимаясь, чтобы наконец-то снять презерватив со своего члена. — Потом, всё потом, — произнёс Антон и прикрыл глаза, обнимая Попова, чтобы тот тоже никуда не ушёл.       Сейчас Шастун не задумывался ни о чём, но потом, если бы вдруг оказалось, что Арсений бросит его или отдалится, сердце парня бы разбилось на крошечные кусочки. Он прекрасно понимает это даже в те моменты, когда нет сил даже думать.       Арсений, засыпая под мерное дыхание парня под собой, думал, что теперь точно никуда не уйдет и сам его от себя отпустит.       Белка, для приличия прождав у двери балкона ещё полчаса, с недовольным ворчанием улеглась на кресло Антона, понемногу проваливаясь в сон.