Апостат

Он сидел, привязанный шлангом к своему креслу. Покорный, но не покоренный. Сидел и думал, как его угораздило оказаться в такой дерьмовой, в общем-то, ситуации. Огнемет и вся электроника издала жалобный звук прежде, чем отключиться, позорно открестившись от своего хозяина. Проверенная на жаропрочность и другие механические, в том числе и электронные воздействия извне, она спасовала перед водой. Непонятно, что послужило тому причиной — сама вода или же мощный напор из шланга, который нанес повреждения корпусу браслета на его руке? Сергей желал с этим разобраться. Для этого ему было необходимо просто напросто не оказаться в тюрьме. Н-даа… Задачка не из лёгких. Но в каких только передрягах успел побывать Разумовский. Выберется и из этой, он был уверен. Сильный удар по голове, нанесенный майором Громом, приносил тупую ноющую боль в затылке. Сергей устало прикрыл глаза и откинулся на спинку кресла. Колкости по поводу Грома и его компании, вертевшиеся на языке, давно закончились. Он знал, что стоит ему только закрыть глаза и он вновь увидит её. Ему снова виделся ее образ, отпечатавшийся на изнанке век. Маргарита Макеева — его преподавательница в Московском университете. Преподавательница! Какое грозное слово, а ведь она была ненамного старше его самого: ему было двадцать два года, последний курс, когда она пришла к ним на замену вечно болеющему старому профессору. Марго, этой очаровательной девушке с польскими корнями и милой улыбкой, было навскидку около двадцати четырех лет. Разумовский так и не смог с точностью определить ее возраст. Ее имя означало «жемчуг», и вся она словно старалась ему соответствовать: такая нежная, но удивительно сильная. Длинные волосы, убранные в замысловатую прическу, были светло-русыми и напоминали тополиный пух, окрашенный закатным летним солнцем. Ее глаза, не то серого, не то серо-фиолетового цвета, большие и, как он запомнил с их последней встречи — почему-то печальные. Она постоянно носила шелковые рубашки или свитера пастельных тонов, темные брюки или клетчатые юбки до колена, подвязанные на узкой талии аккуратным ремешком. Спроси сейчас у кого-нибудь из однокурсников Сергея — никто бы и не вспомнил ее внешности, даже, возможно, ее имени. Но некоторые, кто знал преподавательницу чуть ближе, чем простое возьмите-мои-конспекты-и-поставьте-зачет, также знали об ее восхитительном чувстве юмора. Она любила свой предмет, любила своих студентов. У нее не было опыта, но было желание работать и стремление научить. А это, как всегда считал Сергей, было самым важным. Где она сейчас и что с ней, Сергей не знал, он не хотел, чтобы она видела его таким — жалким и разбитым. Он обещал ей, что поднимется хоть на вершину Олимпа и заберёт ее с собой, она лишь смеялась и качала головой. И вот он, как Икар, собственноручно, своими же огнеметами выжег воск на своих крыльях. Она была права… Как всегда. Какого черта она постоянно имеет право быть правой?! Наверняка, завтра или послезавтра, она включит телевизор, увидит новости в интернете или услышит это на улице. В любом случае, ее догадки подтвердятся. Её студент, один из самых талантливых выпускников — убийца. Они виделись неделю или две тому назад, когда он совершил свое второе убийство. Она тогда пришла к нему после долгой разлуки длиной в целый год. Разумовский видел в ее глазах, теперь словно присыпанных пеплом, невыразимую печаль. Как будто она знала, кто скрывается под этой безобразной маской, и это причиняло ей боль. Аккуратно, разговором за разговором, она просила, она умоляла «Чумного доктора» остановиться. Эти люди не стоили того, чтобы хороший человек, скрывающийся за маской маньяка, (она почему-то искренне верила в это) марал о них руки. Что же, он не оправдал ее надежд. И был рад, что она не видела его поражения. Тому, другому Сергею Разумовскому Маргарита тоже нравилась. Он знал, что его игра ещё не окончена. Он не истребил, не выжег эту заразу до конца. Ему было необходимо, почти как воздух, увидеть её, чтобы она была с ним в день его триумфа. И чтобы смотрела на него с восхищением, как он смотрел на нее. Пусть наивная полиция, детективы, армия, телевидение, все эти люди, и бог знает кто ещё, верят в собственную защищённость. Пусть они твердят себе как мантру: «психопат в маске пойман». Пусть будут уверены в том, что им больше ничего не грозит. Пока он затаится, накопит силы и нанесет сокрушительный удар городу, возродив Санкт-Петербург из пепла… И тогда он желал, чтобы его победу с ним разделила Марго. Сергей раздражённо отмахнулся от той, другой части своей души. Его никчемная и слабая личность, его ментальный брат-близнец сейчас сидел где-то на периферии сознания и горько, отчаянно рыдал, так по-детски и так отвратительно. Какая же он размазня, этот Разумовский, господи прости. Чумной доктор не хотел, чтобы этот сопляк со своим наивным и добрым сердцем нарушил все его грандиозные планы. Он раздавит его, а коли нет — загонит в такие дальние уголки их сознания, что тот больше никогда, никогда не выйдет на свет.