Гость в своем доме

Осознание пришло незамедлительно. Сон как рукой сняло. Тело Хинаты замерло, каждая мышца была в напряжении. Он прислушивался к каждому звуку, но все, что он слышал, было слабое сопение кота. Шое почти удалось заснуть, но тут до его слуха донесся противный скрип металла о металл. Единственное, что могло издать такой звук — старая щеколда на той самой двери. Тихие шаги разрезали тишину. Хината почти не дышал. Когда шаги достигли комнаты, то вдруг стало тихо. Едва выдохнув, Шое собирался хотя бы попытаться уснуть, но вдруг шаги возобновились. Затем послышался скрип лестницы. Кажется, можно спокойно спать. Хотя вряд ли ему это удастся.

***

Ночь вышла, мягко говоря, не очень. Если тело было преисполнено силами, то голова адски болела. Стараясь не думать о прошедшей ночи, Хината пошел готовить себе и коту завтрак. Съев свою стряпню, Шое уже хотел было начать уборку, однако в дверь позвонили. Не догадываясь, кто же это может быть, он пошел открывать двери. На пороге его дома стоял Кенма, переминаясь с ноги на ногу. Доброжелательно улыбнувшись, Хината отошел, открывая другу проход, а тот в свою очередь принял приглашение. — Ну и хоромы у тебя, — присвистнул Козуме, окидывая взглядом прихожую. — Насчет хором не скажу, но жить здесь классно. — Я заметил, — скептично хмыкнул Кенма. — Не спалось? — Давай я тебе лучше за чаем расскажу, — нервно отмахнулся Шое, и от гостя не укрылась резкая перемена настроения друга. Хината заварил чай и принялся искать печенье, но все, что нашел — пустая упаковка. — Вот черт, — едва слышно шепнул Шое. — Какого хрена? — Что случилось? — не понял Козуме. — Позавчера здесь была полная упаковка печенья, вчера оставалась половина, а сегодня уже пустая, — он потряс пачкой в воздухе. — А я съел всего лишь несколько штук. — Ну, может это он съел? — Кенма, усмехнувшись, указал на только что вошедшего кота. — Я тоже так думал, но в эту ночь он спал со мной, и печенья все равно пропали. — Что еще странного было? — гость подался вперед. Хината знал, что его друга привлекает всякая мистика, поэтому рассказал все без утайки. — Вот как. Возможно, у тебя просто разыгралось воображение. — Возможно, — вздохнул Шое. — В любом случае, спасибо за то, что выслушал. — Да не за что, — отмахнулся. — Но если что-то пойдет не так — звони. — Хорошо, — кивнул Хината и проводил Козуме. И все-таки ему предстояла бессонная ночь.

***

Поужинав и приготовившись ко сну, Шое залез под одеяло, предварительно забрав с собой кота. На этот раз ждать долго не пришлось: почти сразу же послышались шаги. Вот этот некто дошел до его комнаты, остановился. Хината ожидал чего угодно, но не тихого скрипа двери. И кто придумал, что сердце при страхе в пятки уходит? Ему казалось, что его сердце подскочило к горлу, и если он не успокоится, то выплюнет орган, часто-часто сжимающийся. Пол заскрипел. Кто-то, а может, что-то приблизилось к кровати и замерло. — Боишься? — Шое потерял дар речи, потому ответить не смог. — Я слышу, как бешено стучится твое гребанное сердце. Хината едва смог пошевелиться, чтобы зажать себе рот ладонью. Его тело то тут, то там обжигало холодом, будто его кто-то касался. В последний раз его шею обдало холодом, а затем послышался все тот же голос, который звучал хоть так же холодно, но все же несколько мягче: — Кота зовут Томо. Отдаляющийся скрип половиц. Едва уловимый хлопок двери. Звук лестницы. И только тогда из карих глаз полились слезы.