Ночная примула

      Чимин с легкостью закинул на спину коня вещи, подготавливаясь к выезду из леса. Мин, слабо хромая, неспешно вышел из шатра, придерживаясь за раненый, забинтованный бок. Пак обернулся на шаркающие шаги и цыкнул. — Ну, Юнги, всегда ты такой упертый, я же сказал, я тебе помогу… — качнул головой юноша, и подошёл к улыбнувшемуся Мину. Чимин стал поплотнее прикрывать раскрытый воротник на шее Юнги, чтобы та не застудилась.       — Всегда? А откуда ты знаешь? — хитро улыбнулся вампир, прижимая к себе Пака за поясницу, и уперся лбом о чужой.       Пак, когда закончил с воротником, обвил шею, не особо опираясь на вампира, и качнул головой.       — Действительно, кукухой еду… — стыдливо шепчет Пак, поелозив концом носа о прохладную щеку. После этого, отцепившись, охватил напряжённой рукой талию Юнги, сопровождая к ожидающему его коню. Юнги, стараясь не упираться полностью на юношу, напряг мышцы тела, и залез почти без помощи в седло, моментально сжимая узду и облегчённо вздыхая.       — Я хотел сесть спереди, — Чимин смотрит на него прищуренными в игривой обиде глаза, но тот лишь хитро улыбнулся, и кивнул назад, намекая, что не даст сесть ему спереди. — Ты невыносим.       Юноша слегка шлёпнул вампира по упругому бедру, и с легкостью запрыгнул на Фреда. Оглядевшись, он замечает добрый взгляд Джина, который явно залюбовался влюблёнными. Чимин слабо улыбнулся слуге, и нежно обвил талию вампира, вдыхая приятный, со смешанным уличным запахом, и с ноткой крови аромат, но почувствовав пальцами влагу на боку, что впиталась обильно в бинт, и за её пределы, отстранился щекой от спины, продолжая держать руки на талии.       — У тебя рана открылась, может перевяжем?       — До особняка доедем, — уверенно произносит Юнги, и убедившись, что все вампиры готовы, дёрнул узду, и конь фыркнув, послушно зашагал по тропинке.       За прошлую ночь больше не было никаких происшествий, и слава богу. К тому же, выяснилось что охотники были отправлены Чонгуком. Ярости Чимина нет предела.

***

      Как только кони дошли до особняка, прислуги выбежали из него и поспешили разобрать вещи. Чимин помогает Юнги спуститься на окрепшие ноги, и крепко придерживая его за талию, закинув обмякшую руку на плечи, повёл внутрь особняка. — Ты больше на охоту не поедешь.       — А чем кормить я вас буду? — усмехается Мин, переступая не спеша на каждую ступеньку, а Пак только изредка подхватывал пошатывающегося вампира.       — Ну только если со мной будешь ездить, — ехидно улыбается, и смело заявляет Пак. Тяжёлые двери открыли стражники, поприветствовавшие хозяев, и Чимин с Юнги вошли в прохладное помещение. — Отведите его к лекарю, пусть осмотрит, — Чимин отдает вампира в руки прислугам, которые послушно подхватили того, и повели к лекарю.       Юноша облегченно вздыхает, и поправляет одежду на плечах, слыша сзади шаги, к нему подходит Джин, вставая рядом с ним. Молча они направились в покои своим обычным путём, но неожиданно замечают на их пути приближающегося Чонгука.       — Вампирёнок, вот ты где, где ты был? Я тебя обыскался, — довольно произносил Гук, и растопырил руки для долгожданных объятий. Пак недовольно нахмурился, и агрессивно зашагал к вампиру. Подойдя достаточно близко, он с размаху влепил тому звонкую пощечину, заставив Чона моментально застыть на месте, когда его голова от удара откинулась в сторону.       — Это тебе за то, что ты подлил мне яд, — Чимин поджал губы, и дал вторую, смачную пощечину, заставив Джина зажмурить глаза, и вздрогнуть, а растерянный Гук вновь безвольно откинул голову в другую сторону. — А это за вранье, и за то, что подослал своих подсосов к Юнги! — юноша поджимает губы и даёт третью, обжигающую болью, пощёчину, не щадя вампира который схватился за красную щёку, и морщась, размял челюсть. — А это, потому что ты последняя сволочь.       Чимин с отвращением оглядел Чонгука, и хотел уверенно обойти вампира, но Гук крепко хватает его за локоть, и плотно приближает к себе. — Что это бы…?!       Пак недовольно влепил ему четвёртую пощечину, и дёрнув захваченой рукой, направился к себе. Джин скверно, и довольно хмыкнул, косо оглядывая нахмурившегося Чона, что заметил взгляд слуги, и сильнее разгневался, напрягая мышцы лица. Джин запаниковал от взгляда, и быстрыми шажками пошёл за Чимином.

***

      — Ведёт себя, как ни в чём не бывало! Вампирёнок, вампирёнок, тьфу блять, — возмущался, и ругался на весь коридор Пак, агрессивно взмахивая руками. — Мерзко стало, от того что я его как будто… Любил, — Чимин цокает, будучи уже в паре шагов от своих покоев. — Голодный я, как собака.       — Подготовить вам обед?       — Если можно, то да, а я пока приму душ и переоденусь, — юноша заходит в покои, и кидает мелочные вещи на тумбу, вздыхая устало. И направился к бане, по пути снимая с себя закрытую одежду.

***

      Освежившись, Чимин вошёл в прохладные покои, на столике стоял подготовленный обед, накрытый крышкой из нержавеющей стали, сохраняющей тепло данного блюда. Чимин от приятного удовлетворения прикрывает глаза, и плюхается на мягкую кровать, которая ему показалась чересчур родной, да и все и всё стало по-родному. Походу… Чимин начал что-то вспоминать.       Юноша даже не думал о своей девушке, которая наверное уже забыла его, и встречается с другим. А может она с родителями Чимина разыскивает его по огромному городу, или они развесили везде объявления. Все эти ненужные мысли у Пака в миг перестали крутиться в голове. Сейчас, он чувствует себя так хорошо и уютно в этом особняке, да и… с Юнги особенно. Даже учитывая то, что они мало бывали вместе, включая вчерашнюю ночь, всё равно было ощущение, что он с ним провёл всю жизнь.       Потянувшись к бокалу вина, Пак хмуро понюхал алкоголь, и убедившись что нет подозрительного запаха, отпил пару глотков, не спеша принимаясь за ещё горячую еду.

***

      Юнги аккуратно укладывают на холодную постель, укрывая тяжелым одеялом. Прислуга зажгла пламя в камине. Тихие шаги, звук разгорающегося огня, доносящийся аромат дров — всё так успокаивало.       Вампир блаженно вздыхает, и прикрывает тяжелые веки, слыша только как дверь за слугами тихо захлопывается. Оставшись один в тишине, Мин невольно улыбается. Чимин вернулся к Юнги, а к Паку вернулись воспоминания. Боже, радости Юнги нет предела, хотелось смеяться, запустить в мрачный особняк как можно больше света и радости. Мин поджимает губы, и приоткрывает впервые за это время искрящиеся весельем глаза, но вдруг сдержанно вздрагивает, а сразу же тяжело выдыхает от боли в ране, когда видит рядом с собой Джесси, которая невинно хлопала глазами, явно залюбовавшись крупными мышцами на теле мужчины.       — Простите, я вас напугала? — девушка виновато улыбается, и продолжает сидеть на ковре.       — Как ты сюда… — Юнги хотел приподняться, но плеч коснулись женские руки. Эти чужие, совсем не любимые касания словно отдавало раздраженным ожогом.       Мин, словно зверь, которому не понравился человек, начал скалиться от того, что он сейчас ничего не может сделать, да и эта прикопалась со своими неожиданными появлениями.       — Я слишком тихо зашла, думала вы спите, и не хотела беспокоить вас, — Джесси погладила голые плечи, а после убрала их под подавленным взглядом вампира. — Как самочувствие?       — Вполне.       — А почему Чимин так спешно уехал из особняка? К вам поехал?       От одной мысли что «Чимин так спешно уехал из особняка» тело отдавало жаром, ведь, Чимин за него действительно волнуется. Юнги качнул головой, откидывая эти приятные мысли, и нахмурился, так как Джесси ведет себя весьма любопытно и это настораживало.       — Для чего эти расспросы?       — Так, просто, — пожала Джесси плечами, оглядывая сияющими глазами мужскую грудь. — Знаете, я люблю накаченных парней.       Мин, несмотря на свою мужественность и смелость, покосился с подозрением, и издал «м» в знак понимания.       — И вы мне с самого начала понравились… — засмущалась Джесси, начиная нервно ковырять заусенцы.       Юнги хотелось вылезти из-под одеяла, и уйти прочь отсюда, из-за воцарившейся неловкой, и неприятной паузы между ними.       — А вам кто-то нравится? — спрашивает вдруг девушка, переведя на него глаза.       Мин кивает, но тут же поправляет: — скорее люблю.       — Да? И кто этот счастливчик?       Юнги с неприязнью нахмурился, и окинул её взглядом.       — Вас это волнует?       — Очень!       Стало напрягать её настойчивость. Она думает, что пару раз увидеться, и перекинуться одной-двумя фразами, можно сдружиться?       Внезапно Джин стучится, и заходит в покои с обедом, бросив в непонимании на девушку взгляд, что вздыхая, поднялась с ковра, и ушла из покоев, обойдя вскользь слугу.       Ким ждал пока за его спиной закроется дверь, и подошёл с подносом к Мину.       — Джин, не запускай её сюда больше, — хватается вампир за запястье слуги.       — Конечно, Господин, — поставив обед, Джин после поклона удалился с помещения.

***

      Под вечер небо начало понемногу темнеть. Чимин сидел в покоях в раздумьях о своих чувствах, обо всём, что его напрягает, но перестав зависать в точку, захотел увидеться с Юнги, узнать как его рана, и вообще насладиться с ним. Прихорошившись у зеркала, Чимин вышел из покоев, и направился к вампиру. Дойдя до нужной двери, Пак не сильно постучал пару раз, на что услышал тихое: — Да.       Чимин нервно вздыхает, словно эта встреча у них будет в первый раз, и неспеша открывает дверь, заглядывая в покои, которые освещаются парочкой свечей расставленных по углам, и раскаленным камином. Осмотревшись, перевёл взгляд на кровать, где Юнги успел уже приняться за книгу.       Юнги реагирует на гостя, и переводит на него спокойный взгляд. Он был в очках, держащихся на кончике носа. Неподвижные губы расплылись в доброй улыбке, глаза забегали, пока Пак стоял у порога, и скромно улыбался. Чимин смущенно поджал губы и, захлопнув дверь за спиной, вошёл глубже в покои, медленно продвигаясь по мягкому ковру к вампиру, что любовался уютным Паком.       Юноша доходит до кровати, и упирается макушкой о столб, на котором была закреплена часть полупрозрачного балдахина, а сам юноша расплывается в тёплой улыбке. — Как ты?       Мин убирает незакрытую книгу на рядом стоящую деревянную тумбочку, и с нежностью смотрит на Чимина. — Прекрасно…       Чимин снова довольно улыбнулся, и начал так же медленно приближаться к вампиру, иногда, слабо вороша подолом, ночного кафтана, чтобы та не мешалась плавной походке. Оказавшись весьма близко к Юнги, Чимин садится рядом на край постели, любуясь вампиром.       Мин тянется к нему рукой, и гладит костяшками по бархатной щеке, бегая глазами по расслабленному лицу. Чимин кладёт поверх чужой руки свою, и слабо улыбнувшись, касается тёплыми губами ладони.       Юноша чувствует затрудненное дыхание Юнги. Прикрыв глаза, Чимин начал игриво наклоняться к Мину, слабо водя рукой по нагому телу, прислушиваясь к тому, как Мин невесомо задрожал, и громко и беспрестанно задышал. Хоть тот усердно старался дышать тише, но Чимин всё-равно заметил, одновременно улавливая каждым касанием к груди ритмичное биение сердца. Юнги перевёл руку с щеки на затылок, и потянул Чимина к себе, ощущая, как Пак пересаживается, и упирается коленями в кровать. Вампир резко впивается в пухлые губы, глубоко блуждая языком по тёплым стенкам рта, к чему Пак был вовсе не готов. Моментально млея, он ложится на грудь Мина, обхватывая руками его лицо.       Вампир быстро снимает с лица подкосившиеся очки, кидая их к книге, и совершенно не сдерживая себя, задрал рубашку Пака на спине, и начал наклонять Чимина в сторону, к подушкам, пока тот не оказался под ним, и сладко замычал в активно сминающие его губы. Пак прогибается в спине, и с горячим чмоком отстраняется от чужих губ, которые неохотно отлипают от поцелуя. Чимин перехватывает блуждающие руки на талии, чувствуя горячее дыхание на оголенном животе.       — Нет, Юнги… Нет, — ухмыляется лукаво юноша, глянув вниз и замечая Юнги с возбужденными, расширенными зрачками, и грустное выражение лица. Юнги снова навис у лица Чимина, и погладил по горячему лбу рукой, нервно облизывая губы, явно сдерживая своё возбуждение.       Вдруг Пак трепетно моргает, и слабо хмурится от внезапного головокружения. Вцепившись в Мина руками, он простонал в шею от пробуждённого возбуждения, прикрывая веки.

***

      Чимин тяжело дышал, и сжимал окровавленный бок. Мокрыми глазами глядел на разбитое окно ведущее на дождливую улицу. Толпа, что громко ревела, стала пинать Чимина изо всех сил, толкая в окно. Пак словно беспомощный птенец, с жалостным воплем махал руками, словно в замедленной съёмке падая куда-то. Он слышит последний крик Мина на весь зал, но крик был глухим, и резким, как и удар об асфальт телом.

***

      Пак резко приходит в сознание в холодном поту. Слипшимися от сна глазами он осматривается по сторонам, но тут же чувствует, как его нежно гладят по нагретой щеке. Чимин с трудом раскрывает до конца веки, и рвано дыша грудью, уставился на Мина будто на незнакомого.       — Чимин-и, что с тобой? Ты в порядке? — переживающим тоном расспрашивал вампир ошеломлённого юношу.       Чимин наконец начинает вспоминать и соображать, и внезапно охватывая руками бледное лицо, скупо впился изумленному вампиру в губы, вытягивая из него весь воздух. Юнги громко мычит, пытаясь носом вдохнуть воздух, касаясь чужого затылка, раскрывая широко глаза.       После жёсткого поцелуя, Пак отстраняется, задышав ещё сильнее, а после в ошеломлении вылез из-под вампира, вставая на дрожащие ноги, начиная судорожно шагать в разные стороны.       — Если… Если те сны… Которые мне на протяжении нескольких месяцев снились, были воспоминаниями… — Чимин бегает глазами по полу, а Мин уставился на него непонятным взглядом. — То значит… я умер?! — расширив глаза, юноша поднял недоуменные глаза на вампира.       Юнги вздыхает, с болью вспоминая тот самый день.       — О каком сне речь?       — Мне сейчас приснилось что меня выкинули из окна люди с факелами, и, я слышал твой крик, — Чимин кусает кончик пальца, всё ещё будучи в замешательстве.       Мин массирует переносицу, и горько хрипит, а после протягивает обе руки к Паку, что растерянно обдумывал всё увиденное. Чимин уставился на вытянутые руки, а после припал в крепкие объятия.       — Мне больно вспоминать этот день, ведь тебя не было триста лет, — цифра шокировала юношу.       — Тогда, тебе сколько лет? — юноша слегка отстраняет голову от груди Мина.       — Девятьсот тридцать пять, — Мин поглаживал для успокоения чужие волосы, глядя в изумлённые глаза.       Чимин раскрыл рот в растерянности, ему это казалось невозможным, но в глубине души он знал что это было совсем нормально. — Ого… А мне всего шестнадцать…       Юнги тоже ответно невольно теряется, а после урчит довольно, и прижимает к себе Чимина, водя концом носа по горячему виску. — Я сейчас так счастлив, как никогда…       Пак дышит глубоко, и постепенно отходит от шока, и прикрыв в расслаблении глаза, вжимается в вампира, стараясь не давить на ранение.       — Ты должен полноценно отдохнуть, — шепчет у уха Пак, собираясь слезать с бёдер Мина.       — Мне и с тобой прекрасно отдыхается… — мурлыкнул Мин над ухом, и продолжал тыкать носом, только теперь уже в ароматную шею, словно не мог наластиться.       Тот протяжно вздыхает с улыбкой полной наслаждения, а после вновь аккуратно усаживаясь на бёдрах, начал зачёсывать пальцы в шелковистые волосы вампира, получая в ответ приятные, хриплые мычания, смахивающие на мурчание.       — Значит, я с тобой этой ночью сплю? — хитро шепчет над ухом юноша, касаясь губами нагого плеча.       Довольная, и хитрая ухмылка на губах Мина сказала всё, вместо ожидаемых слов. И Пак не собираясь уходить, продолжил нежиться с вампиром.

***

      — Где Чимин? — спрашивает Джун, бросив чуточку удивленный взгляд на пустое место у стола.       — Наверное с Чонгуком, — предполагает Джесси, подперев под щеку кулак, и выпивает свежевыжатый фруктовый сок.       — Сомневаюсь, я видел его полчаса назад, как злой бродил по коридорам, — кидает в диалог Тэхён, усмехаясь.       — Вместо того, чтобы болтать, завтракайте, — цедит строго Джин, подливая напитки в хрустальные стаканы.       — Заботишься? — ухмыляется Джун, приближаясь к вампиру, который наливал ему сок.       Джин закатил глаза, и проигнорировал лёгкое касание до талии от Джуна, скрыв смущение.       Ребята хитро переглянулись с ехидной улыбкой, и наклонившись над завтраком, продолжили трапезу, сдерживая смех.

***

      Чимин со счастливой улыбкой сидел на бёдрах вампира, упираясь коленями в кровать. Склонившись над лицом Мина, он иногда кидал в чужой рот виноградины, хихикая от лёгких касаний к телу.       Юнги придерживал его руками за упругие бёдра, и всё тяжко тянулся к лицу Пака, вытягивая губки, пытаясь поцеловать того, но тот дразня, уворачивался, и снова нависал. Чимин ласково гладит вампира по шее, и сам сливается с ним в любовный поцелуй, не удержавшись перед манящими устами.       Резко стучат в дверь, и Пак со вздохом отстраняется от горячих губ, рефлекторно сваливаясь с Юнги на другую сторону кровати, покрываясь сильным румянцем, когда дверь со скрипом приоткрывается, и из-за двери выходит Ким.       Юнги тоже чуть робко прокашливается, и прикрывает немного расстёгнутую рубашку на груди Чимина, приподнимаясь на локтях, и смотрит вопросительно сквозь лохматую чёлку на Джина, что чуть сконфуженно склонился.       — Господин, ваша ванна готова, вам помочь?       — Хорошо, спасибо, но я справлюсь сам, — Мин провожает уходящего Джина глазами, а после с выдохом легко садится. — Чимин-и…?       — Нет уж, сам иди в ванну, — улыбается робко Пак, и нежно шлёпает по широкой спине теплой ладошкой.       Юнги с хмыком улыбается, и опускает голову, хватая рядом лежащий кафтан, и накидывает на широкие плечи, поправляя свободные штаны на бёдрах. — Чем займёшься?       — Прогуляюсь может, — юноша ложится на подушки, и любуется вампиром. — Может бал всё-таки устроим, когда тебе полегчает?       Мин улыбается.       — Может. Вампир подползает к Чимину на четвереньках в постели, и наклоняется к губам Чимина. Пак мычит, и специально лохматя чистые волосы, упирается нежно ладонями о лицо, а после вовсе отталкивает вампира, который с прикрытыми глазами облизнул потеплевшие от поцелуя губы.       — Иди, — толкает Пак Мина, который неохотно вылезает из объятий, и шагает в баню.       Пак сладко потягивается в кровати, а после вяло поднимается с неё, направляясь в свою комнату, принять собственную ванну, и заодно переодеться.

***

      Чимин забегает в покои, и прикрыв веки, блаженно вздыхает и сердце сейчас колотиться так сильно как никогда. Впервые юноша чувствует что-то подобное, что-то такое приятное… Тёплое… Похоже, это блудная любовь наконец вернулась в своё прежнее место.       Взяв подготовленную слугой одежду на тумбе, он убежал в баню.

***

      — Господин, вы достаточно хорошо себя чувствуете? — спрашивает Джин, оглядывая вампира и держа в руках подготовленный плащ.       — Достаточно, — Мин берёт в руки вещь, и накидывает на плечи чёрный плащ, и поправляет на груди такую-же чёрную рубашку. — Джин, — резко оборачивается к нему Мин, с непривычно тихим голосом. — Я хочу сделать Чимину… — Юнги скромно вынул из чёрных брюк кольцо, а Ким уставился ошеломленно на дорогое украшение.       — Как думаешь? Сделать это сейчас, или позже?       — Мой Господин, думаю вам решать, но если у вас с Господином Чимином всё наладилось, почему бы и нет?       — А где сделать? — Юнги был словно неуверенный юноша, который обращается за советом к другу, хотя, это так и есть.       — Романтично хотите?       — Ну, да.       — С романтикой у меня не очень, но думаю будет красиво где-нибудь там, где нет посторонних… Может крыша особняка, то место, где вы часто сидели, тем более, оттуда красивый вид.       — О, точно, — Мин поднимает глаза с кольца на слугу, что засиял от их возрождённой любви. — Спасибо тебе.       Юнги довольно улыбается, а после обходит слугу, вышагивая из комнаты.

***

      Уже близился вечер, а за это время Мин всё не мог налюбоваться кольцом, и обдумывал всё до мелочей. А что если так? Или так… Да и вообще, всё слишком быстро, да и сомневается он, что Чимин вовсе его любит.       К тому же, мысли с прошлой свадьбы просто убивали вампира изнутри, ведь, он боится, что такое вновь сотворится.       Прогоняя плохие мысли прочь, Юнги резко хватает кольцо, и запихивает в коробочку, а после убирает в карман.       И проходя мимо висящего зеркала с позолоченными рамками, поправил черные пряди волос на лице, и заодно оглядел белоснежные зубы. Всё хорошо, всё опрятно, готово.       Выйдя быстро из кабинета, Мин кидает быстрый приказ слуге, чтобы тот сообщил Паку, что он ждёт его на крыше особняка.       Юнги шагая по коридору, резко зашёл к себе в покои, и не останавливаясь, открывает окно, тюль сразу же начала ворошиться в разные стороны. Сдёргивая густые шторы в сторону, и выглянув из окна, Мин встал на карниз, а после взлетел ввысь, приземляясь аккуратно на ноги на крышу из волнистых деревянных досок, усаживаясь рядом у большой подстройки, смахивающий на слуховую крышу.       Вампир слышит какие-то звуки, и оборачивается, но, из чердака вышла Джесси.       Честно, она его начинает нервировать.       — Ох, и вы здесь, — улыбается девушка, и закрыв проход начала шагать к вампиру.       — Ч-что ты тут делаешь?!       — Хотела с вами увидеться, — Джесси плюхается рядом, и смотрит на запыхтевшего в агрессии Мина. После, не сдерживаясь, хватает заостренный воротник, и тянет к себе, пытаясь впиться в поджатые губы.       Юнги в шоке, и начал судорожно отталкивать от себя ненормальную.       — Прекрати немедля! — кричал Мин, хватая с болью за запястье девушки, но та возмутительно дёрнула руками, и полезла к нему в объятия, тяжело дыша.       Мин морщиться, и слышит скрежет, и то, как кольцо со стуком падает вниз.       — Нет… — Юнги грубо отталкивает от себя девушку, и растерянно вытянул руку откуда выпало кольцо. — Ты… — Мин с яростью оборачивается к лохматой девушке, что та вновь закусывает губу, и тянется к нему.       Чимин открывает чердак, и эти странные звуки заставили его замедлить шаг. Юноша спокойно, и полностью выверяя шаг, забирается на крышу, и оказавшись в нужном месте ошеломлённо уставился на открывшуюся ему картину. Юнги из-за Джесси был в помаде, и всеми силами отталкивал прилипшую к нему девушку, готовясь взлететь, как увидит Чимина.       — Ого, — резко выразился на ситуацию Пак, и Джесси оборачивается на него, не подав особую реакцию.       — П-погоди, Чимин, это не то… Что ты… — Мин с силой отталкивает от себя девушку, что та с натугой удерживается за крышу. — Чимин, подожди!       Пак слабо улыбается и кивает, а после, резко разворачивается, убегая с крыши.