Ночная примула

      Прошла опустошенная, и длинная для Пака неделя. Все три месяца лета, и половина сентября он пробыл в другом измерении, и было такое чувство, будто это был лишь сон, но сердце и подсознание твердило другое.       Вечер воскресенья. Завтра в долгожданную школу. Пак смотрел в одну точку, усаживаясь на кровати у окна. В комнате было темно, свет выключен, а посторонних звуков не было и вовсе, словно Чимина закрыли в гробу. Тишину разрезал звук телефона. Юноша неохотно потянулся за ним, и включив яркий экран, с прищуром нажал на присланное пару секунд назад уведомление.       — «Чимин, ты как? У меня сейчас такой шок, это ужас, аж хочется обратно вернуться», — прочитал быстро Пак сообщение от Тэхёна в групповом чате.       — «Плюсую, такое ощущение, будто родное что-то отобрали», — подкинул сообщение Джун, прислав унывающий смайлик.       — «Я уже получше, а вы как? На счет этого я совсем запутался, не хочу верить что это всё сон», — ответил Пак, плюхаясь затылком на подушку.       — «Мы нормально, Джесси только что ушла за ужином, а мы в палате лежим».       Чимин недовольно хмыкнул.       — «Когда собираетесь с больницы уходить? Одному в школу шататься?».       — «Ещё не ясно когда выйдем, но нам уже намного лучше, думаю, на следующей неделе выпишемся», — предлагал Джун.       — «Ладно, мне пора спать ложиться, а то завтра хрен встану», — отправив последнее сообщение, и получил через считанные секунды в ответ послание добрых снов.       Бросив телефон на другую сторону кровати, Чимин уткнулся лицом в подушку, вздохнув устало, и задумчиво. Мысли всё не давали юноше полноценного покоя, но с горем пополам, со временем он всё-таки уснул.

***

      Чимин криво витал в воздухе. Вокруг было всё белое, будто в огромном зале, где голос разносился длительным эхом. Чуть растерянно и испуганно оглядевшись, он невзначай увидел шамана впереди себя.       Пак взметнулся, и неумело подлетел к нему, сгибая колени, и махая руками. Но Пак был не опытен, и будто кувыркался в воздухе.       — Что вас тревожит, Чимин? — подает голос мужчина, подняв на него голову. Как и ожидалось, хриплый голос басом прошелся по помещению.       — Я… — Пак вновь не удержал равновесие, и сделал невольный кувырок. — Я хочу вернуться к Юнги… — бросает юноша, всё же устояв.       — Юнги мертв, — холодно отрезает шаман.       — Нет! Не правда! Я, хочу встретиться с ним вновь.       Шаман вдруг сдержанно хохочет.       — Ах, наглый мальчишка, — шаман засмеялся, и покачал указательным пальцем. — Наглый! — добрый, и развеселенный голос будто прошелся по всему разуму юноши, а мужчина словно испарился на фоне белой стены.       Пак растерянно огляделся в его поисках. Но тут же услышал странный, капризный звук, который медленно стал выводить его из приятного состояния.

***

      Будильник настойчиво звонит, дрыгаясь на тумбочке. Чимин просыпается, и моментально садится на постели. На лбу образовался холодный пот. Чимин резко обернувшись к звенящему будильнику, стукнул по нему, выключая надоедливый звук.       — Сын! Вставай в школу! — бросает мать с первого этажа, и тут же послышался звук захлопнувшейся входной двери.       Пак дышит быстро, и потирает влажноватое лицо, поднимаясь медленно с постели.

***

      Чимин собрался достаточно быстро, и уже шёл по пустому тротуару к нужной остановке. Состояние было вялое, раздраженное, не выспавшееся, и всеми мыслями Пак молился, лишь бы не встретить надоедливого одноклассника.       — Здорово, гадёныш! — все глубокие мысли прервал тот надоедливый тип. — Чё такой бледный, а? — ухмыляется полноватый азиат, улыбаясь кривыми, пожелтевшими зубами в брекетах. — Делаешь вид что невозмутим, да?       — Что ты хочешь? — в отличии от него, у Пака был спокойный, и тихий тон, а у того слишком шумный, и даже вызывающий. Да и его братаны сзади своим видом и мерзким хихиканьем очень нервировали.       — Делаешь вид что вампир, да? Вампирёнок! — издевался тот, стоя на остановке, продолжая теребить нервы Пака.       — Хвати… — Пак сразу замирает, и резко переводит на него ошеломленные глаза. — Как ты меня назвал?       — Вампирёнок! — от одной этой фразы Чимина охватило отвращение и злость.       Пак был готов дать ногой в живот, так как появилось неприятное ощущение, что он видит перед собой Чонгука, но замечает за спиной одноклассника идущую Сильги, что прикрывала шею легким шарфом от осеннего ветра. Пак отошёл в сторону.       — Чимин-и! Привет, как я рада видеть, что с тобой всё хорошо, — подходит быстрыми шагами девушка, и косится на недовольного азиата. — Я хочу тебе кстати кое-что сказать.       — Да, я тоже, — отвечает сразу же Пак, отходя подальше с ней. — Ты первая.       — В общем… — девушка нервно чешет за ухо, и нервно прокашливается. — Я уже встречаюсь с другим…       Эта фраза могла разбить сердце Чимину несколько месяцев назад, но сейчас, оно прозвучало как «я поела».       — М-м, ну ладно, значит, расстаёмся? — спрашивает с ноткой надежды юноша, и всё время поглядывал к ней за спину, в надежде заметить нужный автобус.       — Послушай… Если я тебе сделала больно, то прости…       — Нет, что ты, не больно, ведь я тоже тебе изменял, — Пак сам чуть удивлен от своих наглых слов.       — Что? Ты мне изменял? — в ошеломлении уставилась та.       — Ну, а ты прям не изменяла?! Что за тупость?! — сорвался на несдержанный крик Пак, сжав от нервов кулаки. — Прям, сама вся хорошенькая!       — Что с тобой?.. — Сильги с прищуром на него посмотрела. — Раньше ты не был такой…       — Ты нервируешь меня! — Чимин наклонился к ней. — Бесишь.       — Ах вот как? — резко заявила та. — Тогда, я скажу так, я тебя не любила, ты мне только слабо нравился, и даже в отношениях с тобой, я встречалась с другим.       Люди, недавно пришедшие на остановку, чуть покосились на Сильги, но остались в сторонке.       — И что? — спокойно ответил Чимин, сложив руки на груди. — Я должен тебе тут на колени падать и просить простить меня? Вот уж нет, — юноша хмыкнул, и подошел к подъезжающему автобусу под шокированный взгляд девушки.       — Чётко, вампирёнок! — кинул ему в след азиат, язвительно ухмыляясь.       — «Боже… Этот день меня уже бесит… Как же уныло…»              Пак с трудом заходит в заполненный автобус, и хватается за железный поручень, уставившись задумчиво на улицу. Люди уходили к своим остановкам, и также быстро приходили, заполняя и так тесный транспорт. Хотелось рявкнуть от недовольства.       Всё для Чимина было сыро, тускло, будто всё черно-белое, как после дождя, и эта серая погода настаивалась, вызывая грусть. Но после дождя должны быть совсем иные ощущения, чувство спокойствия и уюта, приятный запах, и погода даже чуть романтичная.       Пока тот блуждал в своих мыслях, Чимина чуть прищучили сзади новые пассажиры, юноша с недовольством вздохнул, но остался ждать своей остановки, оставаясь на месте. Вдруг, чувствует что к его шее кто-то подозрительно принюхивается.       Юноша нахмурил брови, и резко оборачивается лицом назад, встречаясь с глазами милого парня.       — Ой, извините меня пожалуйста, вы… вы просто так вкусно пахнете, — жутко смутился Юнги, опустив те самые кошачьи глаза.       — Юнги… — невольно прошептал Пак, уставившись на него в полном шоке, чувствуя, как сердце начинает колбаситься в груди.       — Откуда вы знаете моё имя? — улыбается робко Мин. — Стойте… мне кажется… Я вас видел?       Чимин совсем завис, и вникал в родной, бархатный голос, уставившись на красивое, мраморное личико Юнги, и Паку жутко захотелось сжать его ладонь, но прозвучал второй знакомый голос.       — Юнги! Ну где ты? Наша остановка, — крикнул его друг у выхода, на внешность, смахивал на Джина.       — Я иду! Ты где учишься? — внезапно спрашивает Юнги, попутно шагая на выход.       — В двадцать восьмом…       — Прикольно, я туда сегодня поступаю, — продолжал Юнги очаровывать юношу своей красивой улыбкой, проталкиваясь в тесной толпе.       — Юнги! — вновь недовольный тон, но такой прикольный.       — Ладно, встретимся там! — бросает Мин, и Джин потянул его за руку.       Пак в приятном шоке вышел после них. Приятное солнышко начало постепенно выглядывать из-за высоких зданий. Чимин с улыбкой, и бьющимся сердцем глядел, как Мина тянули за руку в школу. Позади закрылись двери автобуса, и он поехал дальше, а Пак остался стоять. Он учится во вторую смену, и спешить никуда не хотел, продолжая смотреть на удаляющиеся знакомые фигуры.       — «Ты вернулся…», — улыбнулся Пак своим мыслям, и почувствовав упавшую каплю на голову, поднял голову на голубое небо, откуда начал капать мелкий дождик. Он тихо засмеялся от переполнявшего его счастья. Хоть окружающие смотрели на него как на идиота, но какое Чимину до них дело?