Воспоминания о тебе

      Утро тридцатого ноября. Кэйа проснулся взбудораженным мыслью о своем же дне рождении. Но его энтузиазм сразу испарился, как только он заметил, что рядом, на плече не лежит Дилюк, как было обычно. Вместо Рангвиндра, на постели рядом лежала маленькая бумажка — записка. На ней знакомым почерком было написано «Мне нужно уйти, приходи на винокурню ровно в девять часов вечера. Буду ждать». Кэйа грустно вздохнул и сложил письмо пополам, положив его в прикроватную тумбочку.       Встав с постели, Альберих быстрыми шагами направился в ванну и принял холодный душ. Спустившись вниз, его поздравила Аделинда, одарив до смерти нежными объятиями и вкусными пирогами с виноградом. Плотно позавтракав, рыцарь отправился в Мондштадт, несмотря на свое день рождение — его личный праздник, работу все-таки никто не отменял. Тем более, в Ордене не настолько много рыцарей, чтоб настолько часто брать выходные. Поэтому, легкими шагами капитан держал путь в город. Погода была приемлемая, лишь иногда ветер игрался с волосами кавалериста и завывал мелодии, ведомые только ему самому. В свою очередь, Альберих подыгрывал ветерку тихим, но мелодичным мычанием.       В городе все шло как обычно. Многие горожане, встречая капитана, поздравляли того, с замечательным событием и желали самых наиприятнейших вещей. В чуть более приподнятом настроении, нежели утром, кавалерист направился в штаб. Весело перепрыгивая через ступеньки и бросая быстрые ответы на комплименты и приветствия, он добрался до пункта назначения.       Как только кавалерист переступил порог Ордена, множество рыцарей, что находилось в здании громко и радостно прокричали радостные слова. Это немного заставило Кэйю удивиться, он совсем не думал, что его будет ждать именно такой подарок сегодняшним днем. Из кучи народа выбежала радостная Кли, что громко верещала своим тоненьким голоском, за ней спешил Альбедо, тепло, улыбаясь, а дальше уже перед Кэйей предстали Джинн и Лиза, мягко приподнимающие уголки губ. Где-то в толпе мелькал знакомый красный бантик, похожий на кроличьи ушки, за ним поспевала макушка с белыми взъерошенными волосами. На этой растрёпанной голове, держались необычные очки, почему то, Кэйа уже начал понимать, кому они принадлежат. Догадки Альбериха оправдались, когда из кучки выбежал Беннет, который спотыкался на ровном месте, а рядом шла вечно энергичная Эмбер. Ребята так же подбежали к виновнику торжества. -Братик Кэйа, братик Кэйа! Я поздравляю тебя с праздником, Кли подготовила тебе подарок! — Верещала маленькая девочка в красном, доставая немного помятый рисунок из своего рюкзачка с Додоко. Девчушка впихнула его в руки рыцаря и ожидала реакции парня. В свою очередь, рыцарь не оставил ребенка без внимания, потрепав по голове и нежно обняв, сказав при этом слова благодарности. -Капитан Кэйа, поздравляю вас с днем рождения, вы самый лучший учитель из всех. Вы помогли мне отточить мои навыки фехтования, за что я вам признателен. — Говорил Беннет, передавая кавалеристу маленькую коробочку. — Кстати, вам передавали поздравления Рейзор и Фишль. Фиш сейчас в экспедиции, а Рейзор не хочет идти в город… — Беннет передал два букета — один из сессилий, от принцессы осуждения, а второй от лесного мальчика, этот букет был немного своеобразный.… Из волчьего крюка.       Поблагодарив мальчика, офицер выслушал и следующие поздравления, от Эмбер: -Капитан Кэйа, скаут Эмбер лично поздравляет вас с этим прекрасным днем! — девушка протянула в подарок мужчине плюшевого зайчика, видимо сделанного вручную.       Потом, Альберих получил от Джинн и Лизы бумажные конверты, которые убрал подальше. -Кэйа, мы желаем тебе дальнейшего процветания и семейного благополучия. Мы искренне надеемся, что ты наконец-таки нашел нужного человека, с которым ты можешь разделить свою не легкую судьбу. — Сказала Лиза за двоих, поскольку Гуннхильдр уже роняла слезинки, которые скатывались по фарфоровым щечкам. Офицер даже растерялся, но магистр его успокоила, сказав, что такое бывает часто, если она долгое время переживает за кого то.       Даже Альбедо удосужился сказать пару слов и подарил какие-то стеклянные баночки, с неизвестной голубоватой жидкостью внутри, но очень значительным намеком был под миг, в конце концов.       После всех поздравлений Джинн лично пригласила кавалериста к себе в кабинет на пару слов. -Я хотела объяснить свое поведение. — Сказала она, усаживаясь в кресло. — Это твой первый день рождения, когда в какой-то мере я понимаю, что ты действительно счастлив. Я, правда, давно не видела на тебе такой искренней радости и блеска в глазах. Я очень рада за вас с Дилюком, что он помог тебе, стать более солнечным, пожалуй? В свою очередь, ты помог мастеру, он после того случая был черств, никого к себе не подпуская, а сейчас… Он открылся. Вы совсем разные, но в то же время, кажетесь мне очень похожими. Я рада, что сейчас, что на вашей свадьбе. Кэйа, я желаю тебе дальнейшей, совместной жизни с Дилюком Рангвиндром, с твоим самым близким другом и невероятно хорошим супругом. Поздравляю. — Кэйа думал, что и сам проронит слезу во время этой пышной речи. Джинн была права, Дилюк влез в его жизнь внезапной стрелой и пронзил сердце капитана одним метким ударом. А этот удар, постоянно напоминал о себе, жгучей тягой и любовью. Даже сейчас, каждую минуту, Альберих смотрел на часы, отсчитывая время до девяти.       Покинув Орден, он направился в собор. По словам пастора Барбары, Розарие было лень идти к капитану, поэтому просила, чтоб капитан пришел к ней. Ничего нового. Как обычно.       Альберих особо не церемонясь, открыл комнату священно служительницы даже не удосужившись постучать в двери. На кровати лежала Розария с бутылкой дорого вина, а рядом сидел Венти, который играл на своей лире какую то мелодию. -Привет, — Кинула Розария, не открывая глаза. — Как дела, горе любовник? -Лучше не бывает. — Хихикнул мужчина, закрывая за собой дверь. -Мы у твоего мужа сперли, какое то дорогущее вино, как думаешь, он будет против, если мы немного выпьем его, все вместе, м? — Мурлыкал Венти. -Я на него обижен, поэтому, это будет компенсация. — Бухнулся на кровать рядом с архонтом мужчина.       Розария перехватила стеклянную бутылку у Барбатоса и ловким движением открыла крышку, бокалы уже стояли на кофейном столике у кровати Рози. Налив ровно половину каждому из присутствующих, они произнесли тост и громко чокнулись, после, отпили из своих бокалов. -А что у вас за ссора с Дилюком произошла? — Мурчал Венти, наслаждаясь вкусом вина. -Неужели, Рангвиндр одумался и решил свалить от тебя? — Розария даже не подозревала, насколько она близка к разгадке.       Кэйа нахмурил брови, и устало посмотрел на Розарию, та лишь протянула долгое и многозначительно «О». -Утром, он ушел и оставил только записку, чтоб на винокурне я был не раньше девяти. Я из-за этого расстроился немного, … Я ждал поздравления от него больше всего, а он даже не удосужился написать в записке. Я более чем уверен, что он направился по делам или опять на какой-то супер важный прием, который важнее моего дня рождения. — Наматывал на палец прядь своих волос офицер.       Венти призадумался (очень редко можно увидеть такое внимательное и сосредоточенное выражение на его лице). -Выглядишь как убитая горем принцесса, а ты не думаешь, что он мог подготавливать тебе какой-то подарок? — Предложил идею музыкант. -Именно, Дилюк, человек дела, а не слова. Ему очень трудно что-то сформулировать, а свою любовь он показывает в основном поступками, поэтому, мне кажется, что он самолично нарезает флажки, дабы украсить коридор винокурни. Кэйа немного оживился, даже улыбнулся. А если, правда? Что Дилюк просто готовит сюрприз, о котором не сказал. Вот эта новость заставила настроение офицера приподняться, он тут же перевел взгляд на часы. Время пять часов. Ждать осталось не мало… Для себя Альберих решил, что проведет время до восьми с друзьями, может, погуляет, а к восьми направиться к воротам из Монда. К винокурне он придет в назначенное время. -Будешь? — Розария протянула бокал вина. -Я пас, Люк будет злиться, если я приду подвыпивший. — Горестно вздохнул именинник.       Следующие несколько часов Кэйа провел с этими двумя, успев послушать уйму разных историй от Венти. И откуда так много информации? Не тысяча же лет барду. Наверное, его жизнь наполнена приключениями и весельем.       Когда было примерно без двадцати восемь, рыцарь вышел из собора и направился к главной улице. Осенью ветер стал еще прохладнее. От чего-то вспомнился момент, как он бежал по этой самой лестнице, спотыкаясь, лишь бы вернуть сюртук законному владельцу. А все-таки, с того дня началась их история, вернее — продолжилась.       Играя с иссиня-черными прядями, ветер дул в лицо, но не представлял особого дискомфорта. Холодок был незаметен, включая то, что Альберих владел крио глазом бога. Облака укрыли небо, а садящееся солнце, прорывалась между туч алым цветом заката.       Похоже, на волосы Дилюка, но не на глаза… Его глаза намного глубже и темнее цветом. Они похожи на рубины, или на кровь, темную и вязкую. — Пронеслось в мыслях кавалериста.       На главной площади еще горели огоньки, а лавки работали до последнего, лишь малышка Флора уже собиралась домой. -Привет, Сара, подскажи, пожалуйста, сколько сейчас время. — Кэйа приблизился к «Хорошему охотнику». -Вечер добрый, капитан, — девушка посмотрела на наручные часики. — Почти восемь, без четырех минут. -Благодарю вас миледи, до свидания. — Мурлыкал рыцарь. -И как вам не стыдно в браке, строить такие глазки. — Пожаловалась официантка сама себе.       Закончив путь по обыденному маршруту, Кэйа подходит к главному входу у винокурни. В поместье выключен свет, везде. Это немного настораживало. Капитан кавалерии кратко постучал в дверь, но как прежде, Аделинда не открыла дверь. Странно. Додумавшись, мужчина тянет на себя ручку, и дубовая дверь поддается прихоти. Открыто… Рангвиндр никогда не позволял себе такой беспечности, значит, это было задумано, никак иначе. Подтверждая догадки, на полу лежала записка, тем же подчерком, что и был утром. Кратко и четко, как любил хозяин виннового бизнеса.       «Я на верху.»       Этого было вполне достаточно, что бы капитан рванул по лестнице на второй этаж, открывая каждую комнату, стремительно приближаясь к своей. Открыв ее, капитан увидел комочек на своей кровати, поверх которого было одеяло. Медленно проходя вглубь комнаты, ступая аккуратно и осторожно, Альберих подходит к кровати и довольно быстро срывает покрывало, обнаруживая Дилюка, в немного… Непристойном, но обворожительном виде.       Выпрямившись и прогнув спину, поправляя параллельно свое короткое платье, мастер сел на кровать. Запустив пятерню в волосы, расплетая высокий хвост, он устало смущенно отвел взгляд. -С возвращением, хозяин…- Тихо и еле слышно сказал Рангвиндр, но не настолько что бы Кэйа не услышал. -Привет… — Немного заторможено сказал офицер. — Ты платье у Аделинды спер? У нее вроде длиннее было, намного длиннее. -Тебе не нравится мой подарок? — Распахнув глазки и схватившись за бубенчик на шее, расстроенно буркнул Дилюк.       Кэйа тут же схватился за бешено бьющееся сердечко, Люк был потрясающим. Впрочем, как и всегда, но сегодня.… В этом коротком платьице и сетчатых чулках, на шее висел чокер, а ободок с ушками украшал кудрявые всполохи пламени — волосы любимого. -Ты прекрасен как никогда, солнышко, — Альберих погладил макушку названного брата, устремляя взгляд на вырез в виде сердечка, что был намного о откровеннее, нежели обыденный вид капитана кавалерии. А ведь буквально вчера, Рангвиндр ругал того, за неподобающий вид. — Не могу поверить, что это все, — Он окинул еще раз взглядом своего мужа. — лишь для меня. -Это только для тебя, Кэйа, я хотел сделать тебе сюрприз. -У тебя получилось, это лучший подарок за всю мою жизнь, солнышко.       Тут Кэйа приметил немного вымученную улыбку винодела, у него был затуманен взгляд. Поняв в чем дело он обратил свое внимание на красный хвост, который торчал из-под юбки мужчины. Мастер чуть приподнялся на ноги, но тут же пошатнулся и издал краткий стон, заглушив его своей ладонью. Маленькое жужжание раздавалось по комнате, как у электробритвы. -Все хорошо? — Поинтересовался встревоженный Кэйа. -Кэйа… Я уже не могу терпеть, во мне вибратор на максимуме и анальная пробка с кошачьим хвостом, я прошу тебя, возьми меня сейчас. — Пушистые ресницы Дилюка дрожали, а глаза закатывались от возбуждения, которое можно было отчетливо видеть через платье, по вставшему бугорку.       Альберих удивленно выдохнул и поспешил облегчить страдания мастера и свои. Вставший член Кэйи неприятно терся об облегающую ткань штанов. Расстегнув ширинку и приспустив свои штаны, он заполз на кровать, а любимого откинул на нее, положив его макушку на мягкую подушку. Капитан стянул зубами перчатку и приподнял бледную ляжку Дилюка, что бы впоследствии поцеловать ее внутреннюю сторону. Он провел языком по всей ее длине, не удержавшись и укусив, после, зализав небольшую отметину.       Люк тяжело дышал и иногда задевал ступней грудь офицера, надеясь получить больший контакт, в котором он так сильно нуждался. Он нуждался в любимом, в его ласке и любви. Кавалеристу удалось снять с себя верхнюю часть одежды, но он все еще оставался в своих латексных штанах.       Кэйа нагнулся и потянул за хвостик, который был вставлен прямо в анальное отверстие Рангвиндра. Вытянув анальную пробку, а вместе с ней и вибратор, послышался облегченный и несдержанный стон. Сил не было, что бы его скрывать, да и желания, винодел был осведомлен, что его партнеру очень нравятся звуки, что издает он при наслаждении.       Альберих потянулся за поцелуем в губы. Долгим. Жарким. Нарастающим… Тихо мыча и издавая редкие стоны, их языки сплетались в жарком танце. Терпение постепенно подходило к концу. Пока Кэйа изучал внутренности теплого рта мужа, он уже успел приподнять его юбку. Особой подготовки не требовалось, поскольку прежде, Дилюк постарался над своей растяжкой.       Оторвавшись от уже покрасневших и опухших губок, после долгих укусов и подсасывания, Кэйа начал поглаживать открытую часть груди Рангвиндра, прекрасно понимая, что именно грудная клетка мастера очень чувствительна, а главная его эрогенная зона, полностью изученная за их совместную жизнь — соски. Розоватые бусинки проступали через тонкую ткань, Кэйа отлично понимал, что они затвердели, трутся о ткань и при этом дают дополнительную стимуляцию…. Но, этого все равно мало.       Чуть расстегнув пуговицы и развязав корсет легкими движениями, Альберих провел рукой по розовому местечку. Прислонившись к соску губами и легко поцеловав, он после, прикусил его, Дилюк издал постыдный стон. Это видимо была последняя капля для мужчины, он излился, намочив свое платьишко. -Солнышко, ты все еще такой же чувствительный, как и в наш первый раз. Мне это безумно нравится. Мы можем продолжить? Или ты хочешь отдохнуть? — Поглаживал Кэйа белую как снег кожу, где в некоторых местах были видны засосы и укусы. -Продолжай, я на всю ночь в твоих руках, любимый. — Устало улыбнулся красноволосый.       Офицер продолжил свои ласки, слушая рваные вдохи и выдохи. Пока его рот был занят одним соском, его умелая рука массировала второй и иногда обжигала холодком, что вызывала отзывчивую реакцию.       Через минуту, Альберих приступает к главной части. Держа условного брата за руку, он начал медленно и аккуратно входить. -Помнишь условие? Будет больно — говори. — Шептал на ухо приятный голос рыцарь. Винодел кивнул. Кэйа проникал глубже, раздвигая стенки своим членом. Да, вибратор и анальная пробка хорошо, но ничего не сравниться с настоящим половым и пульсирующим органом. Опять же, было так горячо, обжигающе. Огонь обволакивал их двоих. Каждый раз, получать эйфорию, только из-за одного фактора — из-за любимого человека.       Проникнув до конца, упираясь в нужную точку, кавалерист начинает двигаться. Он попадает с каждым ударом ровно в простату, заставляя съеживаться от наслаждения своего партнера. -П.Поздр~ Поздравляю тебя, К.Кэйа.Люблю тебя. Люблю. Сильно — Бормотал через слезы Дилюк. Его все еще держали за руку, надеясь, облегчить волнение. -Я тебя тоже, солнышко.        Альберих начал расцеловывать еле заметные веснушки на плечах, коленях и щеках Рангвиндра, а через несколько ударов, успел выйти и излиться себе в руку. Вместе с этим же, мастер получает второй оргазм за эту ночь.       Рухнув на постель, Кэйа обнял Дилюка сзади и целовал его в макушку. У обоих не было сил, что бы пойти в ванну. И не хотелось отходить от теплой кровати и друг друга ни на секунду, ни на миг. -Люк, спасибо, это был лучший подарок… Но зачем тебе так много времени понадобилось? На костюм? — Кэйа прижимает мужа ближе к своему прессу, обнимая двумя руками его талию. -Я впервые пек тортик, он стоит в погребе, я его очень долго делал, под руководством Аделинды. Я переделывал его раз пять, не меньше. — Усмехнулся рыжик, поворачиваясь лицом к Кэйе. — С днем рождения любовь моя. -Спасибо, а теперь, давай спать. Спокойной ночи, солнышко. Я тебя тоже люблю. — Капитан чмокнул Люка в щечку. Я сохраню воспоминания о тебе, до конца своих дней, солнышко